Поворачивая меч / Turning the Blade

Дверь в комнату Лео снова распахнулась, на этот раз напугав и Лео, и Дона. — Дон! — крикнул Майки, слегка расслабившись, когда увидел его невредимым. Лео сидел на своей кровати, Дон сидел в кресле рядом. Мечи Лео снова оказались в ножнах, и были прислонены к столу. — Майки? Что происходит? — спросил Дон, затем посмотрел на дверь. — А еще, Раф, ты выломаешь его дверь, если продолжишь так ее пинать. — Они думали, что я на тебя напал, — тихо сказал Лео, отводя взгляд от братьев и обхватив себя одной рукой. Дон потянулся к нему, но не решился прикоснуться к нему. — Меня здесь не должно быть. — Лео, нет, даже не думай так-- — Майк был прав, — перебил Раф, — на его двери есть отметки. Их оставил Лео. Лео вздрогнул и посмотрел вверх. — Что, блять, происходит, Лео? — Раф требовательно посмотрел на старшего, но взгляд Лео переместился на Майки. — Я… я действительно снова пытался причинить тебе боль, — сказал Лео, говоря больше о себе, чем о своих братьях. — Лео, послушай, — начал Дон, прежде чем их брат снова начал слишком сильно винить себя. — Я до сих пор не показал тебе то, что мы нашли в туннелях, я даже не говорил об этом, потому что… потому что все это просто тебя напрягает. Я думаю, что-то там могло вызвать эти кошмары, что что-то все еще заставляет тебя так себя вести. Я работаю над этим, поэтому все, что тебе нужно сделать, это не винить себя. Дон взглянул на Рафа. — И мы тоже не будем тебя винить. Раф кивнул, прежде чем отвести взгляд, понимая, что гнев ничего не решит. — Я снова пытался причинить тебе боль, — повторил Лео, как будто вообще не слушал брата. — Заприте меня здесь. Что угодно, чтобы я больше не мог этого сделать. Его братья оторопели. Запереть его здесь? Это было… внезапно, теперь, когда Лео был таким послушным, просто сидел там, едва ли представляющим угрозу, и выглядел таким несчастным. Но уже нельзя было отрицать, что Лео не осознавал, что делает, из-за провалов в памяти. Он до сих пор никому из них не причинил вреда, но уже несколько раз угрожал. — Лео, пока что ты нам ничего не сделал, — мягко сказал Дон. — У тебя были шансы, но ты ими не воспользовался. Ты просто… угрожал нам. И мы все знаем, что это не ты, очевидно, что-то происходит. И, как я уже сказал, я работаю над этим, и если понадобится, мы примем меры... Что-то мелькнуло в глазах Лео. — Если понадобится? Ты сказал, что я представляю опасность. Вы не решаетесь прикоснуться ко мне, — Лео вел себя так же, как и до своего срыва в додзё. Говорил с гневом и разочарованием. — Ты знаешь, что я представляю опасность. Я угрожал вам, и вы меня боитесь, и ты думаешь, что не нужно действовать прямо сейчас? Лео резко встал, заставив Дона откинуться на спинку стула. — Ты думаешь, что действия помогут после того, как я зайду слишком далеко? — все тело Лео было напряжено, кулаки сжаты. Прежде чем кто-либо успел отреагировать на его слова, он двинулся вперед, схватив свои мечи, лежавшие рядом с ним на кровати. Одним быстрым движением они вышли из ножен, и в глазах Лео, пока он смотрел на своих братьев, появилось мрачное выражение. Он поднял один из мечей, направив его на них. — Может быть, мне нужно действительно причинить вам боль, чтобы вы поняли, что нужно действовать немедленно. Раф был тем, кто поднял руки вверх и сделал шаг вперед, чтобы оказаться между Лео и их младшими братьями. — Боже, Лео! Опусти мечи! Ты прав, нам нужно что-то сделать. Мы не будем тебя запирать, если в этом нет необходимости, но, как сказал Донни, мы разберемся с этим… Короткий смех Лео прервал его. — Вот я, направляю на вас свой меч, — он взглянул на катану, а затем снова поднял взгляд. — И все же вы отказываетесь. Вы верите, что я смогу контролировать себя и не причиню вам вреда, но я уже потерял этот контроль! Зачем ждать, пока произойдет что-то действительно плохое? Рафу едва удалось вытащить свое оружие. Лео атаковал, и их оружие столкнулось друг с другом, Раф рыкнул, собираясь с силами, чтобы Лео не смог оттолкнуть его. Усталость Лео, казалось, исчезла – Рафу действительно пришлось сопротивляться напору его мечей. — Почему ты заставляешь меня это делать? — спросил Лео, и его голос под конец дрогнул. Дон и Майки, казалось, вырвались из своего застывшего состояния и приступили к действию. Майки нацелился на ногу Лео, но лидер при этом отпрыгнул назад, подальше от Рафа. Дон держал свое бо между собой и Рафом, защищая черепаху в красном, оставляя себя открытым. Лео набросился на него, его меч легко рассек воздух. Испуганный взгляд Дона, казалось, ничего для него не значил, когда его рука вытянулась, поднося лезвие прямо к его лицу. Только брошенный сай Рафа не позволил клинку соприкоснуться с кожей, ударив по руке, держащей его, заставив ее выронить оружие. Лео зашипел, когда острый сай порезал ему запястье, кровь брызнула на пол. Лео отступил, но держал оставшийся меч перед собой в защитной позе. Еще больше крови капало на пол, говоря им, что удар сая Рафа был не просто царапиной. — Лео, бля, — выругался Раф, глядя на кровь. — Я-мне пришлось, ты действительно собирался ранить Дона! Дерьмо! — Лео, прекрати! — умолял Майки. — Тебе не нужно этого делать! — Очевидно, нужно! — Лео зарычал на него. Несмотря на его слова, его меч был слегка опущен. Когда он посмотрел на Майки, он не смог скрыть боль в глазах. Лео никогда не рявкал на Майки, и гнев постепенно исчез из его голоса. — Либо это, либо я сделаю то, что собирался сделать с Майки только что… — Хорошо, мы запрём тебя! Просто убери меч, — присоединился Дон умоляющим тоном. Лео с сомнением наблюдал за своими братьями. — Мне жаль, что мы были неосторожны. Больше не будем. Извинения сделали свое дело, печальный тон, которым они были произнесены. Лео отдернул руку, и его братья приготовились, опасаясь, что Лео все еще будет продолжать, но вместо того, чтобы атаковать их, Лео метнул свой меч с достаточной силой, чтобы он застрял в стене. — Верхний ящик, — строго сказал Лео, глядя на Рафа. Спустя лишь мгновение колебания Раф кивнул, не сводя глаз с Лео, подошел к ящику и достал ключ от комнаты Лео. — Давай сначала обработаем руку, — сказал Дон, глядя на запястью, которое все еще кровоточило. — Я принесу аптечку. Пока Дон ушел, остальные черепахи стояли в тяжелом молчании. Майки схватил меч, который Лео уронил, и удержал его обеими руками, задаваясь вопросом, стоит ли ему прикасаться к мечу, застрявшему в стене. Лео сел на пол и не смотрел на своих братьев, даже когда Дон вернулся. Он просто протянул Дону руку, чтобы тот мог начать обрабатывать кровоточащую рану. — Лео, пожалуйста, не делай так больше, — сказал Дон тихим голосом во время работы. — Мы понимаем твое беспокойство. Мы просто не понимаем его глубину. Лео по-прежнему не смотрел на них, но кивнул. — Прости. Я просто так боюсь причинить вам боль. Если я буду представлять угрозу только время от времени, вы не увидите во мне никакой угрозы. — Даже так ты реально заставил меня хорошенько тебя ранить, — сказал Раф, потирая руку, явно чувствуя себя некомфортно. — Я должен был, — сказал Лео, не глядя на него. Раф посмотрел на него, стиснув зубы. — Не заставляй меня делать это снова. Лео закрыл глаза. — Не буду, если смогу себя контролировать. Дон начал перевязывать ему руку, но никто ничего не говорил; никто не знал, что сказать. — И что теперь? — наконец спросил Майки. — Мы просто оставим тебя здесь, Лео? Это вроде… Лео взглянул на Дона, в его глазах светилась надежда. — Ты сказал, что над чем-то работаешь…? — Да. Мы нашли что-то, что, как мне кажется, является кругом призыва, и я собирался начать это исследовать, — сказал ему Дон. При этом Лео немного напрягся. — Круг призыва? — К сожалению, это все, что у меня есть прямо сейчас, — сказал Дон, извиняюще взглянув на Лео, прежде чем продолжить сжимать его руку. — Но я еще даже не начал. Уверен, скоро получу ответы. Не мог бы ты попробовать мне что-нибудь сказать, Лео? Лео немедленно кивнул, желая помочь. — Ты помнишь, был ли ты где-то рядом с комнатой Майки? Можешь рассказать нам об этом? Все поможет. Даже то, что ты думал или чувствовал. Лео снова закрыл глаза. — Я понятия не имел, что вышел из своей комнаты, но чем больше я думаю об этом сейчас, я думаю… кажется, я помню. Я помню, как царапал своим мечом по двери Майки… разговаривал с ним… — Лео вздрогнул от этого конкретного слова. Память. — Но эти воспоминания… они не кажутся реальными — это похоже на воспоминание о сне. Если бы вы, ребята, не сказали мне, что это произошло, я бы даже не вспомнил. И даже сейчас, несмотря на то, что я знаю, что это произошло, просто кажется как будто мне это приснилось. Дон выглядел задумчивым. — Итак… ты на самом деле не причинил нам вреда. Единственный раз, когда ты по-настоящему поднял свой меч против нас, был только сейчас, и это был твой собственный выбор. Это – что бы это ни было – может быть просто попыткой заморочить тебе голову… сделать из тебя врага, просто заставив тебя думать, что ты враг. От этого глаза Майки немного прояснились. — В этом есть смысл! Так что нам просто нужно дать Лео понять, что на самом деле он не причинит нам вреда. Лео выглядел неуверенным, но, похоже, обдумывал их слова. — Ну, раньше я думал, что никогда и не причиню, но теперь… Думаю, я научился видеть в себе угрозу из-за всего, что произошло. Я так боялся, что они станут реальностью, что… — Теперь ты делаешь их реальными, — закончил за него Майки. — Но это делаешь не ты, — сказал Дон. — Не совсем. Ты сказал, что не знал, что вышел из своей комнаты. Здесь есть что-то еще. Дон закончил перевязывать руку Лео, но не отпустил ее, а просто держал поврежденную конечность обеими руками и думал. — Или все это действительно могло так сильно повлиять на твое мышление, что ты начал делать что-то, не осознавая этого? Это похоже на лунатизм; но больше похоже на то, что твое подсознание каким-то образом изменилось. Дон глубже погрузился в свои мысли, а Лео взглянул на свою руку, которую все еще держал брат. — Вы должны были уйти, — напомнил им Лео, но его голос был нежным. Он не хотел вот так отталкивать своих братьев, особенно когда знал, что они беспокоятся о нем. Но что еще он мог сделать? Они не могли все оставаться здесь все время. Раф скрестил руки на груди и посмотрел на своих братьев. — Значит, мы действительно просто оставим его здесь? Дон взглянул на перевязанную руку Лео. — Так нормально, Лео? Не слишком туго? Лео кивнул, но Дон все еще не отпускал его. Теперь он посмотрел ему в глаза. — Если мы уйдем, ты попробуешь немного поспать? — Я не уверен, что смогу, — ответил Лео. — Но я могу попробовать. — Ладно, хорошо, — наконец Дон отпустил его руку и схватил его за руку, чтобы помочь Лео встать вместе с ним. Он повел Лео к его кровати. — Мы будем проверять тебя по двое за раз. Все должно быть в порядке, да? Лео кивнул, садясь на кровать. Он почувствовал внезапное ужасное чувство, словно он был проблемой, с которой никто не знал, как справиться. И, возможно, это не должно было быть просто чувством — ведь это действительно было то, чем он был сейчас. — Я собираюсь вернуться к своим исследованиям, — сказал Дон. — Мы запрем дверь, по крайней мере, на сегодняшнюю ночь. — Только на сегодня? — спросил Раф. Лео знал, что вся эта идея принадлежала ему, но все это все равно уязвляло. Больно было то, что братьям приходилось его бояться, но еще хуже было то, что он позволил себе дойти до такого состояния. Если то, что предположил Дон, было правдой, если это было просто его подсознание… тогда это красноречиво говорило о слабости его психики. Зачем тогда были все эти медитации на протяжении многих лет, все упражнения, направленные на то, чтобы стать умственно сильным, если он так легко сломался? Лео понял, что его руки начали дрожать. Дон все еще искал решение – но что, если это касалось только его? Что, если он действительно просто теряет разум? Что, если нечем это вылечить? Что, если он просто слаб? Он взглянул на свои мечи. Что, если у него действительно не было другого выбора, кроме как... — Лео? Лео, ты меня слышишь? Обеспокоенный голос Дона вырвал его из раздумий, и Лео поднял глаза и увидел Дона, стоящего на коленях перед ним. Он поспешно кивнул. — Да, прости. Дон улыбнулся ему, но сквозь него проглядывало его беспокойство. — Не волнуйся, мы разберемся с этим, как я и обещал. Сейчас тебе стоит попытаться отдохнуть. Лео взглянул на свои руки, которые, к счастью, больше не дрожали. Думая о сне, он понял, насколько он устал. Однако он все еще не мог спать без кошмаров, если Дон не дал ему что-нибудь. — Я попробую, — тихо сказал Лео. — Перед этим я принесу тебе чаю, — сказал Дон и снова встал, направляясь из комнаты. Майки последовал за ним на кухню, ерзая, пока Дон наполнял чайник водой. — Это только на сегодня, да? — Пока да, — сказал Дон. — Просто… это то, что сейчас нужно Лео. Ему нужно знать, что мы держим ситуацию под контролем, что мы держим его под контролем. Что он не может причинить нам вред. Со вздохом Дон повернулся к кофеварке, ему предстояла долгая ночь. Сон, который он планировал, давно забыт. — Кроме того, ему нужно много отдыхать. Майки молча смотрел на стол. — А если он не сможет заснуть? Как только кофе заварился, Дон повернулся панцирем к Майки. — Он будет спать. Дон вышел из кухни, и Майки точно знал, куда он пошел. Майки прислонился к кухонной стойке, слушая тихие звуки кофеварки, ни о чем особо не думая. Когда Дон вернулся, Майки просто взглянул на него. Ему не нужно было догадываться, что у Дона в руках. — Я не могу продолжать делать это вечно, — сказал Дон, высыпая снотворные в чашку Лео, — но это не будет нужно. Только до тех пор, пока его разум не избавится от кошмаров. Или пока я не выясню, действительно ли что-то на него влияет. Майки посмотрел на порошок на дне чашки, увидел, как он исчез, как только его залили горячей водой. Помещенный в воду пакетик чая быстро окрасил воду в темный цвет, и было невозможно определить, что в напиток что-то вмешали. — Он узнает, — все равно сказал Майки. Независимо от того, насколько хорошо цвет чая скрывал это, Лео понял бы. Если бы Дон не хотел, чтобы он знал, он бы приготовил чай, который Лео пил редко. Дон только кивнул. — Он будет знать, но как ты думаешь, будет ли он протестовать? Майки покачал головой. Это было самое тревожное. Раф остался у двери комнаты Лео, пока они ждали Дона и Майки. Из такого положения он мог бы легко захлопнуть дверь и запереть ее, если… ну, если ему понадобится. Лео сел на край кровати. Похоже, он был не в очень разговорчивом настроении, и Раф тоже не знал, что сказать. В комнате воцарилась тишина, пока Майки не вернулся с чаем. — Дон уже ушел в лабораторию, — сказал Майки, опуская дымящуюся чашку на тумбочку. — Вот, Лео. Лео благодарно кивнул ему. — Спасибо, Майки. Тишина снова воцарилась в комнате. Майки почувствовал тяжелую атмосферу и отошел к двери. — Итак… я пойду и посмотрю, смогу ли я помочь. Надеюсь, ты сможешь немного поспать, Лео. Лео только кивнул ему. Когда Майки исчез, но Раф не последовал за ним, Лео наконец посмотрел на него. — Ты не останешься со мной, особенно когда ты один, — сказал Лео. Раф закатил глаза. — Серьезно? Я был здесь долгое время только с тобой, и ничего не произошло. — Раф, — Лео чувствовал усталость; слишком устал, чтобы спорить с Рафом. — Мы только что говорили об этом. — Я справлюсь с тобой, Лео! Мы все справимся! Запереть тебя здесь — это просто… — Ты думаешь, я хочу этого? — Ну, это ты ведешь себя так, словно ты являешься огромной чертовой угрозой! — Раф зарычал, его глаза сузились, когда он взглянул на повязки на запястье Лео. — Я не хотел тебя продырявить, но поскольку ты одержим снами, мы должны запереть тебя, как какое-то дикое животное? Разве ты не слышал, сколько раз Дон извинялся перед тобой? Разве ты не видел, как неловко было Майки только что? Они не хотят это делать – я не хочу этого делать! Пальцы Лео сжались в кулаки. — Я веду себя как угроза? Что нужно сделать, чтобы ты понял, что я и есть угроза? Мне тоже это не нравится, но я лучше буду заперт здесь, чем рискну причинить вам вред. — Это чертовы сны, Лео! Ты должен отпустить их! Ты должен перестать так думать! — Как это может быть только сон, когда я понятия не имею, что только что угрожал Майки?! Я должен просто ничего не делать, зная, что могу напасть на вас? — Лео встал с кровати, повысив голос. — Думаешь, мне нравится обременять всех вас таким образом? Думаешь, я лучше нападу на Дона и Майки, чем заставлю вас запереть меня, пока мы не узнаем, что происходит? Что мне делать, если я действительно раню одного из вас? Сказать, что я говорил? Это будет моя вина, и она будет на мне навсегда! В глазах Лео внезапно защипало, в груди нарастала боль. Почему они ему не верили? Почему они не понимали, что он чувствует, постоянно напоминая о том, как он может навредить своей семье? Когда он заговорил, его голос был тише. — Что, если я причиню тебе боль? Что, если Дону или Майки? Ты сможешь меня простить? Гнев Рафа тоже утих, и теперь он выглядел неуверенным. Он сделал шаг ближе, потянулся к нему, но заколебался и отдернул руку. Посмотри на это, — пришла мысль лидеру. Он не может вынести прикосновения к тебе. — Лео, бро, прощать будет нечего, — сказал Раф. — Нужно отпустить эти мысли. Лео закрыл глаза. Он устал. Устал от этих самоуничижительных мыслей, устал пытаться убедить своих братьев, что он представляет опасность. Он хотел сдаться, просто сделать, как сказал Раф. Но Раф ошибался и не понимал этого, и казалось, что Лео не мог заставить его понять. Он не мог заставить никого из них понять, пока не стало слишком поздно. Ну, Дон и Майки уже согласились запереть его, но Раф все еще был здесь. Упрямый. Гнев снова вспыхнул внутри него. Боль в груди не утихла, она все усиливалась, была темной, грязной. Это не принадлежало ему, но оно поглотило его, окрасив его мысли в черный цвет. Опустить это чувство стало труднее, чем раньше. Он взглянул на меч, все еще торчащий в его стене. Уродливые мысли заполонили его разум. Насилие было единственным, что понимал его вспыльчивый брат. — Уйди, — сказал Лео ровным голосом. Он сжал кулаки, дрожа, не в силах отвести взгляд от меча. — Лео… — Раф отошел от двери, ближе к нему. — Уйди, дурак, — повторил Лео, в его сознании медленно начал формироваться страх. Он причинит вред Рафу, если тот не уйдет. У него не будет времени закрыть эту дверь. — Убирайся. — Думаю, я знаю, в чем проблема, — сказал Раф, и Лео стиснул зубы. Он знал этот тон. Раф пытался его разозлить – вероятно, думая, что Лео нужно выпустить эти мысли, сразившись с ним. Он знал, что не сможет. Его сжатый кулак разжался; ему так чертовски хотелось схватить свой меч. Хотелось вонзить его в грудь Рафа и смотреть, как он истекает кровью. — Я знаю, почему это так сильно на тебя влияет, почему ты позволяешь этому так сильно влиять на тебя, — продолжил Раф. — Ты думаешь, ты лучше нас. Ты думаешь, что если ты потеряешь контроль, ничто не сможет тебя остановить. И если мы запрём тебя здесь, мы только подтвердим эти мысли. Так что я думаю… — То, что ты думаешь, не имеет значения, Раф! — прошипел Лео. Если бы он был достаточно быстр, у Рафа даже не было бы времени закричать. Ему, конечно, хотелось бы это услышать, но это насторожило бы остальных. О Боже. Откуда взялись эти мысли? — Это единственное решение на данный момент, и ты должен это понять. Не упрямься, Раф, не сейчас. Пожалуйста. — Я упрямлюсь? Ха, это действительно забавно слышать от тебя, Лео, — Раф сделал еще один шаг ближе. Он делал это так легко; Лео подошел ближе к стене. Ему оставалось только протянуть руку… — Я сейчас буквально представляю, как ты истекаешь кровью по всему моему полу, — сказал Лео надломленным голосом. — Пожалуйста. Это остановило Рафа и заставило весь гнев исчезнуть. Раф выглядел озадаченным таким грубым и ужасным признанием. Он не должен сомневаться. Он должен уйти. Нет, он должен лежать на полу, истекая кровью и умоляя. — Лео… черт, это… — Раф снова подошел ближе, на этот раз с сочувствием, а не с волнением. Ему не стоило это делать. Ему нужно было, чтобы Раф ушел. — Уйди, — снова прошипел Лео. — Уйди, Рафаэль. — Не думаю, что я это сделаю, я не могу оставить тебя с такими мыслями… — Ты идиот, Раф, ты всегда им был, и если ты не послушаешься меня в этот раз, это закончится тем, что я насажу твой толстый череп на свой меч, снова и снова, пока ты не научишься слушать меня, пока не останется ничего, кроме крови и… Лео захлопнул рот. Где-то внутри него была часть, напуганная тем, что он сказал, но большая часть его ничего не чувствовала, потому что он знал, что именно это он и сделает, если Раф не уйдет. — Тебе неприятно думать, что ты проиграешь мне вот так, что я на самом деле могу сделать с тобой все это, — продолжил Лео, он уже даже не понимал, что говорит. Ему просто нужно было вытащить Рафа отсюда, прежде чем он не сможет контролировать свое тело, которое так отчаянно пыталось добраться до меча. — Ты чувствуешь, что драка со мной решит эту проблему. Бой со мной приведет к тому, что я тебя убью, потому что ты слаб, Раф, ты слишком глуп, чтобы даже понять, насколько ты слаб на самом деле. Если бы я не сдерживал себя раньше, я бы уже зарезал тебя. Конечно, Раф бы сопротивлялся, мог бы его даже победить. Но речь шла не о том, что правда, а что нет. Речь шла только о том, чтобы сделать ситуацию еще хуже. И зная, что именно это он и сделает, он продолжил. — Знаешь, что меня больше всего разочаровывает? Какой опасности ты подвергаешь Майки и Дона. Я думал, что могу доверить тебе их безопасность. Молчание Рафа сказало Лео достаточно. Он причинил ему боль. Просто недостаточно. Не обращая внимания на то, как болело его сердце во тьме, в которую оно погрузилось, он продолжал говорить. — Сделай мне одолжение, Раф, и держись от меня подальше. Не только ради безопасности. Я просто не могу на тебя смотреть. Какое-то время Раф стоял в ошеломленном молчании. На протяжении многих лет они говорили друг другу всякие глупые и плохие вещи. Но яд и отвращение, с которыми сейчас говорил Лео, были чем-то таким, чего он никогда раньше не слышал. В холодных глазах, смотревших на него, не было даже намека на раскаяние. Лео выглядел так, будто никогда не боялся пронзить брата мечом; он выглядел так, будто это было все, что он хотел сделать. Если это было подсознание Лео, пусть даже крошечная его часть, то, возможно, Лео чувствовал именно это. Не то чтобы он действительно хотел его выпотрошить, но он действительно был расстроен из-за него. Раф сжал кулаки – это был не Лео, что-то не так, он не должен верить всему этому… Он мог игнорировать слова, но то, как Лео смотрел на него… Как Лео, казалось, испытывал к нему отвращение. — К черту все это, — выругался Раф. Стул, на котором сидел Дон раньше, все еще стоял рядом с кроватью Лео, и Раф пнул его так сильно, что он полетел через всю комнату. Ни один из них не отреагировал, когда он врезался в противоположную стену. Раф повернулся к брату спиной и вышел из комнаты. Как только он вышел, Лео уже не смог сдерживаться — он бросился к своему мечу, выдернул его, и как только Раф захлопнул дверь, он вонзил в нее свой меч. Дерево было слишком массивным, чтобы меч мог пронзить его. Лео выпустил застрявший меч, но только потому, что его слишком сильно трясло, чтобы он смог встать. Он упал на колени у двери, не позволяя себе всхлипнуть, прежде чем услышал щелчок ключа и удаляющиеся шаги.