Поворачивая меч / Turning the Blade

— Так много вздохов. Искаженный голос Леонардо так напугал Микеланджело, что он чуть не упал со стула, на котором сидел. Взгляд Майки метнулся к брату, но тот ничего не делал — все еще был привязан к стулу, держал голову опущенной и не поднимал ее, продолжая. — Тревожные вздохи? Разочарованные вздохи? — Не-твое-дело-вздохи, — фыркнул Майки. — Уйди и дай Лео поговорить. — Он все контролировал с тех пор, как ушли твои братья, — сказал демон, наконец, подняв голову Лео, чтобы взглянуть на черепаху. — Похоже, он уже потратил всю свою энергию, борясь со мной. Он ничего не делал, мне стало скучно. Так вот почему Лео молчал, почему он никак ни на что не реагировал. Потому что он так устал. Майки было жаль, что он так долго молчал — он мог бы продолжать говорить с Лео, даже если «все будет хорошо» начинало надоедать. Но это было бы лучше, чем полная тишина. — Какова твоя цель? Просто причинять нам боль, пока ты не станешь сильнее? — спросил Майки, скрестив руки на груди. — И что тогда? — Тогда причинить вам еще больше боли, — промурлыкал демон. Дверь открылась, и вошел Раф с подносом с едой. Его рука была забинтована, но, похоже, ему не составляло труда удержать поднос. Майки все равно вскочил и забрал его, обращая внимание на толстую повязку, перекрывающую талию Рафа. Вероятно, ему следовало бы отдохнуть, но, зная Рафа, он был слишком упрям, чтобы сделать это. Раф позволил забрать у него поднос, но подозрительно посмотрел на Майки. — Ты с ним разговаривал, — обвиняюще сказал Раф, войдя в комнату. Майки подвинулся, чтобы поставить поднос на стол Лео. Сэндвичи выглядели хорошо, из-под крышек двух тарелок шел восхитительный запах, но Майки не чувствовал голода. — Да, хотя мне не стоило, поскольку оно не говорит ничего стоящего, — сказал Майки, повернув голову, чтобы взглянуть на Лео. — Ты сказал, что позовешь нас, если… — Если вы мне понадобитесь, — закончил за него Майки. — Оно только начало говорить. И еще ничего не пробовало сделать. Пока. — Как заботливо, — ухмыльнулся им демон. — Вот что делает все это таким приятным. Ваша заботливая натура делает причинение боли намного легче. — Дон сказал, что вам двоим следует что-нибудь поесть, — сказал Раф, игнорируя демона. Он не позволит ему снова разозлить его. Майки взял с подноса сэндвич. — Как ты хочешь это сделать, демон? — спросил Майки, возвращаясь и вставая перед Лео. — Хочешь, чтобы Лео себя контролировал, или хочешь, чтобы я тебя покормил? Демон посмотрел на Майки. — И почему ты думаешь, что я позволю ему есть? — Он будет есть, независимо от того, придется нам заставить его или нет, — сказал Раф, подходя ближе и вставая с другой стороны. — Не то чтобы это было впервые. Лео посмотрел на них, прежде чем закрыть глаза. Когда они открылись снова, они все еще были черными. — Кажется, вы правда заставляли его есть раньше, — раздраженно фыркнул демон. — Я сделаю так, чтобы он подавился. Майки прищурился, а затем понял, что демон прочитал воспоминания Лео, чтобы узнать, действительно ли они заставляли Лео есть в прошлом. Что они делали, правда, всего несколько раз, когда Лео был слишком болен или ранен, чтобы сделать это самому. — Хватит читать его воспоминания! — потребовал Майки, хотя демон не стал бы его слушать, но ему было тревожно осознавать, что у демона есть такая сила. Мог просто… прочитать Лео и его прошлое вот так. Его воспоминания не должны быть доступны никому, кроме Лео. Раф подошел к подносу, взял одну из тарелок и снова подошел к Лео. — Я знал, что это будет нелегко, поэтому я подготовился. Теперь Майки узнал приятный запах. Куриный суп! Он протянул руки, говоря Рафу, что готов это сделать. Пока он откладывал сэндвич, Раф снял крышку и передал ему тарелку. — Трудно подавиться чем-то, что не нужно жевать. Отличная мысль, Раф. Демон нахмурился, отворачивая голову Лео. Раф шагнул на другую сторону от Лео, схватил его за подбородок и повернул голову обратно к Майки. Из горла черепахи вырвался низкий рык, такого звука они никогда не слышали от Лео — он был глубоко искаженным, почти животным. Раф почти отстранился, напуганный звуком, и поскольку Лео попытался опустить голову вниз, как будто пытался укусить его, но продолжил держать, не желая позволять ему двигаться, не желая проявлять никаких колебаний. — Это реально тот бой, на который тебе стоит тратить свою энергию? — спросил Раф унижающим голосом. — Дон просто поставит капельницу, если это не сработает. Ты борешься ни за что. Лицо Лео на секунду исказилось от гнева, а затем чернота в его глазах исчезла. Майки и Раф изменились в лице. Они не думали, что так скоро и так легко одержат свою первую победу. Лео ахнул, придя в себя. Он моргнул, чтобы избавиться от размытости, заполнившей его зрение, но его глаза не могли сфокусироваться. Он не мог пошевелиться, у него ужасно болели руки, его тошнило. Он попытался пошевелить руками, чтобы понять, почему они так сильно болят, постепенно осознавая, что он связан. Это должно было его забеспокоить, но вместо этого он почувствовал, что… как будто быть связанным было важно. Это не могло быть правильным, веревки означали пленение, а этого следует избегать любой ценой… Его воспоминания возвращались обрывками, и с их возвращением тошнота в желудке усиливалась. То, что он сделал... Он боролся с размытостью зрения с большей энергией, боясь узнать, что он увидит, но ему нужно было знать, действительно ли он... Майки заговорил, его мягкий голос помогал Лео сосредоточиться. Голос Майки должен был означать, что с ним все в порядке, что он не лежит на полу в луже собственной крови. Одним последним морганием все прояснилось, и он увидел своих братьев. Он действительно ожидал увидеть кровь и разорванные конечности, но Майки и Раф стояли перед ним, казалось бы, в порядке. На Рафе были бинты, но они оба были целы. Очередная волна тошноты нахлынула на него, когда образы того, что он делал, снова продвинулись вперед. Как... как они не пострадали? Он так сильно их ранил, так ясно все это помнил. Но он также помнил, как Раф ударил его, а затем извинился за это-- Ничего не имело никакого смысла. Как Раф мог ударить его, если он так сильно его искалечил? Зачем Рафу извиняться перед ним, когда должно быть наоборот? Он здесь для того, чтобы снова получить кулак в лицо? Был ли он связан, чтобы они могли сделать с ним то, что он сделал с ними? Он не мог понять смысла своих мыслей. Ничего не звучало правильно, было больно пытаться собраться с мыслями. Он просто ждал, что комната снова изменится, наполнится болью, кровью и смертью, потому что именно это и происходило каждый раз. Выхода не было. Ничего, кроме него самого, его мечей и тел его младших братьев… — Пожалуйста, Лео, успокойся! Пожалуйста, Лео, не делай мне больно... Если его связали, чтобы причинить вред, почему они этого еще не сделали? Возможно, это была просто еще одна форма наказания. Позволить ему погрязнуть в замешательстве, позволить ему мучиться из-за мыслей, кому он пустит кровь в следующий раз. Боже, пусть это будет он сам. Он больше не мог этого терпеть, не мог вынести даже мысли снова увидеть безжизненные глаза своих братьев. — Лео, просто сосредоточься на мне, ладно? Сделай глубокий вдох, пожалуйста… Снова умоляют. Всегда умоляют его. Даже сейчас, когда ему должно было быть больно за то, что он сделал, он не мог перестать причинять боль им. Он почувствовал головокружение, его зрение снова затуманилось. Странно. Если это было наказание, он должен был хотя бы иметь возможность увидеть своих братьев. Должен быть способен смотреть на них и мучиться из-за каждого синяка и пореза, которые он им нанес. Кто-то держал его за лицо. Чей-то большой палец прижался к уголку его ушибленного глаза. Было больно, но недостаточно. Он наклонился лицом к прикосновению, но боли за это не получил. Захват был слишком мягким. Большой палец сместился так, что больше не держал его, он гладил его лицо короткими успокаивающими движениями. Это не помогло избавиться от боли в его теле, но, что удивительно, спасло от страха еще большей боли. Это облегчило его мучительную головную боль. Так было легче сосредоточиться на словах, которые ему все еще говорили. — Всё, просто дыши со мной. Ты знаешь как. Майки его держал, он мог слышать его дыхание, глубокие вдохи, медленные выдохи. Он оцепенело подражал им, пока тошнота не прошла и он снова не смог посмотреть на своих братьев. Майки стоял на коленях перед ним, Раф рядом с ним. — Лео, — голос Рафа заставил его внимательно посмотреть на него. — Эй. Ты с нами? Он был? Разве он не был все время? Нет, его здесь не было, он попал в хаос, который был в его собственной голове. Он был настолько измотан, что почувствовал слабую боль в груди. У него определенно была гипервентиляция. Он понял, что ему стыдно. Стыдно за то, что сейчас явно была своего рода паническая атака. Они были у него раньше, поэтому он уже умел их узнавать. Но прошли годы с последнего эпизода, но на самом деле неудивительно, что они вернулись, учитывая все, что произошло. Просто… он уже во многом подвел свою семью, был слабым, бесполезным и опасным для них, а теперь еще и это. Связанный, с панической атакой. Он достиг дна. Несмотря на унижение, которое он чувствовал, он медленно кивнул. Он был здесь. Руки Майки исчезли с его лица, и его обняли. Нет, захватили, прижали. К нему только что вернулась способность дышать, а теперь он снова ее терял. — Майки! — Раф оттаскивал Майки. — Тебе нужно перестать с этими неожиданными объятиями! Ты сделаешь ему больно! — Прости! — Майки отстранился, но его руки остались на плечах Лео. — Бро, Лео, это была ужасная паническая атака. Майки, очевидно, тоже это понял. Они у всех когда-то были, все знали, какие они. Знали панику, внутреннее давление, из-за которого становится трудно дышать и правильно думать. — Ты в порядке? — тихо спросил Раф. Лео закрыл глаза. Он просто чувствовал усталость – панические атаки никогда не давались организму легко, и было такое ощущение, будто он был усталым уже несколько дней, недель… Ему не хотелось делать ничего, кроме как опустить голову и просто… просто держать глаза закрытыми. Он вспомнил, как сделал это раньше, после того, как Раф ударил его. Майки был с ним, разговаривал с ним, пока он просто сосредоточился на своем существовании. Лео не смог ему ничего ответить, что напомнило ему, каким жалким он сейчас был. — Точно. Глупый вопрос, — пробормотал Раф. — Я ничего не могу понять, — наконец смог сказать Лео тихим голосом. — Я чувствую, что схожу с ума. В один момент столько крови, в следующий нет, вы умоляете меня остановиться, потом говорите мне, что все в порядке, но я не знаю, правда ли это, это не кажется нормальным, я не знаю, где реальность-- Воздух из легких снова покинул его. Он не привык к такому. Такой растерянности и потерянности. Он не привык к тому, что слова просто слетают с его языка, а привык думать, прежде чем говорить. Вести себя спокойно и собранно. Теперь он был чем угодно, кроме этого. По этой причине он ненавидел сильные обезболивающие, ненавидел неспособность ясно мыслить. Ему казалось, что он теряет себя в этом чувстве. Он был настолько беспомощен, что повернул меч против себя, настолько нестабилен, что его привязали к стулу. Теперь, когда он опустил голову и его зрение прояснилось, он мог видеть всю засохшую кровь, все еще покрывавшую пол. Ее было так много. И ее будет больше, как всегда было... Его лицо снова подняли. — Лео, ты не сходишь с ума. Ты помнишь, что сделал Мастер Сплинтер? Вынужденный отвести взгляд от крови, Лео сумел вспомнить, крепко зажмурив глаза, когда в его сознании пронеслись горячие вспышки боли. Да… он вспомнил. Вспомнил, как умолял своего сенсея попытаться выяснить причину этого. Вспомнил утешение, которого он не ощущал уже долгое время, затем боль-- почувствовал ее и теперь, когда сосредоточился на ней-- — Эй, эй. Все в порядке. Сейчас с тобой все в порядке. Майки снова потер большим пальцем щеку, и боль утихла. Такое небольшое поглаживание было лучше, чем любое обезболивающее, сбивавшее его с толку, но он не собирался жаловаться, а просто сосредоточился на успокаивающем ощущении. Но вместе с комфортом пришло и смущение. Вот он, позволял брату гладить свое лицо, как ребенок. Но он устал… слишком устал, чтобы беспокоиться настолько, чтобы отстраниться. Что-то все равно подсказывало ему это сделать, нашептывая ему ужасные вещи. Пыталось заставить его снова взглянуть на кровь, но это было легко проигнорировать, пока он сосредотачивался на том, как палец Майки вел по его лицу. — Я в порядке, — тихо пробормотал Лео, повторяя сказанное ему. Его глаза все еще были закрыты, ему хотелось тут же заснуть. — Я дам тебе отдохнуть через минутку, — сказал Майки, видимо, заметив его сонливость (что, вероятно, было не так уж трудно заметить, когда он держал глаза закрытыми и опирался на брата), — но Лео, тебе нужно знать, что причиной этого всего является демон. Сплинтеру удалось это раскрыть. Он заставлял тебя делать эти вещи, ни в чем ты не виноват, ты ни в чем не виноват. Понял, Лео? Полусонный Лео лишь промычал в ответ. — Ладно, ладно, ты устал, — усмехнулся Майки, но даже в этом состоянии Лео знал, что этот звук был нерешительным. — Но есть еще одна вещь, которую мне нужно, чтобы ты сделал. Он наклонился вперед, но его оттолкнули назад, так что его панцирь уперся в спинку стула. Руки Майки оторвались от его лица, и их исчезновение заставило его снова открыть глаза. — Ты давненько ничего не ел. Раф принес суп, думаешь, сможешь съесть хоть немного? Прошло много времени с тех пор, как он даже думал о еде. Тошнота, все еще жившая внизу живота, сопротивлялась этой мысли… но Майки взял тарелку, и теперь он мог чувствовать запах куриного супа. Пахло чудесно. Он был голоден. Возможно, отчасти тошнота была вызвана тем, что он совершенно забыл о еде… Он понятия не имел, когда ел в последний раз. Лео попытался пошевелить руками, чтобы взять тарелку, но вспомнил, что сейчас не может ими воспользоваться. Об этом ему напоминали и веревки, и боль в руках. Небольшой рывок его рук не остался незамеченным. — Да, извини, Лео, думаю, мне придется помочь тебе с этим, — сказал Майки, садясь рядом с Лео. Это был не первый раз, когда они помогали друг другу в чем-то подобном, потому что все они бывали настолько ранены, что не могли есть самостоятельно. Но даже если это им было знакомо, их гордости никогда не было легко. Теперь Лео пришлось проглотить то немногое, что осталось от его гордости. Он чувствовал себя уязвимым и каким-то незащищенным, ведь он был привязан к стулу и не мог ничего сделать. Но он примет это, он примет их спокойствие, утешающую близость, даже если за это придется заплатить его гордостью. Но как только его взгляд упал на еду, острая боль пронзила его голову, и он услышал ужасный свист, доносившийся из перерезанного горла, когда тело под ним все еще пыталось втянуть воздух, но безуспешно. Булькающее собственной кровью-- Лео отдернул голову, и звук затих. Осторожно вздохнув, он взглянул на еду, чувствуя ту же боль, и снова быстро отвернулся, прежде чем другой кровавый образ смог завладеть его разумом. — Лео? Голос Майки был таким тихим и обеспокоенным. Лео посмотрел на него, стараясь не смотреть на тарелку. — Ты сказал… это демон, — медленно говорил Лео. — Я думаю… думаю, он не хочет, чтобы я ел. — Что ты имеешь в виду? — спросил Майки, но он увидел боль на лице Лео. — Тебе… тебе больно, когда ты смотришь на еду? Лео смиренно кивнул. — Этот кусок де… — пробормотал Раф сбоку. — Все в порядке, — вздохнул Лео, откидываясь на спинку стула. Он был голоден, особенно теперь, когда прямо перед ним была еда… но после видения, хотя оно и было коротким, он не был уверен, что сможет удержать еду в желудке. — Я просто поем позже. — Это не в порядке! — Майки взорвался. — Эй, демон-засранец, ты забыл, что мы говорили о капельнице? Просто дай ему поесть. Теперь, когда он понял, насколько он голоден, это была более мягкая форма пытки — иметь еду прямо перед ним, но боль в животе его особо не волновала. Это было намного лучше, чем ужасные образы в его голове. Кроме того, это пройдет, если он просто поспит. Ему ничего не хотелось больше, кроме как снова закрыть глаза. Но Майки поднял тарелку, ожидая, что Лео посмотрит на нее так, словно был уверен, что демон послушается и сдастся. Глубоко вздохнув, Лео опустил глаза. И на этот раз он увидел только дымящийся суп и кусочки овощей, виднеющиеся в сливочном бульоне. — Итак, — улыбнулся Майки, когда Лео не отвернулся, и схватил ложку. Раф некоторое время молчал. Он был готов вмешаться, когда демон в очередной раз попытается помешать Лео есть, но в этом не было необходимости. Он просто стоял в стороне с тяжелой грудью, наблюдая за своими братьями. Лео сейчас был здесь, явно растерянный и страдающий, но он был здесь — он мог поговорить с ним. Мог бы еще раз сказать ему, как ему жаль. Но слова были похоронены где-то глубоко внутри него. Он хотел их сказать, ему нужно было их сказать, но он не знал, как сказать это так, чтобы это имело значение. Мне жаль, что было недостаточно, чтобы описать, что он чувствовал. Он хотел сказать еще очень многое. Но время было неподходящее. Похоже, Лео тратил всю свою энергию на то, чтобы просто держать глаза открытыми. Майки, казалось, был полон решимости заставить его поесть, так что дела шли лучше. Но Лео все еще был слаб, демон все еще был здесь, все еще причинял ему боль. Что, если... что, если у него не будет еще одного шанса извиниться... Прекрати, — сердито сказал он себе. С ним все будет в порядке. Он должен быть в порядке. Но не благодаря ему. Майки сейчас вел себя потрясающе: обращался с Лео с такой заботой и любовью, что Раф едва осмелился вмешаться. Да, он был там, когда Лео задыхался вместо того, чтобы нормально дышать, но именно Майки вывел Лео из состояния паники. Он просто… не осмелился подойти слишком близко. В любом случае, он был не нужен. Майки держал все под контролем и теперь следил за тем, чтобы Лео поел. Майки сделал все и даже больше, и это он осмелился усомниться в нем, задавался вопросом, следует ли оставить Майки одного присматривать за Лео. Стыд и ненависть к себе заставили его уйти. В любом случае, Лео не нуждался в публике во время еды. Он должен был знать, что нарушит обещание, данное Дону. Как, черт возьми, он мог отдохнуть, когда… когда дела обстояли вот так? Волна усталости захлестнула его, пока он шел, тело умоляло его просто отпустить ситуацию и найти место, где можно было бы прилечь, но у него не было никакой возможности сделать это. Его избили, но его проклятая голова была полна гнева, разочарования, боли… Раф направился в свою комнату и захлопнул дверь, не беспокоясь о свете, просто прислонившись к двери и взявшись руками за голову.

***

На столе Леонардо стояли две тарелки, обе почти пустые. Они были отложены туда некоторое время назад, и Леонардо теперь дремал по-настоящему. Микеланджело тоже хотелось закрыть глаза, хотелось насладиться тишиной и забыть весь ужас, который теперь был в их жизни, хотя бы на мгновение, но он упрямо держал глаза открытыми, чтобы не спускать глаз с Леонардо. Хотя присматривать было особо не за чем. Демон не появился после того, как они с Рафом дали понять, что морить Лео голодом не вариант. Майки не мог не задаться вопросом, хороший или плохой это знак. Если они дадут Лео отдохнуть и позаботятся о том, чтобы он что-нибудь съел, укрепит ли это и его, и демона? Или только одного из них? Он надеялся, что это вернет часть сил Лео, и только ему, и поможет отогнать демона… почему еще демон сопротивлялся идее, что Лео поест? Он не мог не задаться вопросом, что задумал демон. Когда он спросил, оно ответило, что это только причинит им еще большую боль. Причинение им вреда сделало его сильнее, так что, вероятно, это и было его целью. Но для чего оно становилось сильнее? Просто чтобы более эффективно вредить людям? Он нападет на людей, если они его не остановят. Он нападет на людей, если… если ему удастся истощить Лео, а затем и всех остальных. Майки вздрогнул. Этого не произойдет, потому что они это остановят. Итак, если он не хотел, чтобы Лео ел, означало ли это, что он не хотел, чтобы Лео становился сильнее? Тогда почему он был так молчалив, позволяя Лео отдохнуть, позволяя ему восстановиться? Демону тоже нужен отдых? Он что, не был так силен, как утверждал? Они привязали его к стулу. Это не было похоже на то, что можно сделать с сильным демоном. Оно говорило с такой уверенностью, ну, конечно, оно так и делало. Он хотел, чтобы они поверили, что он теперь силен, и чтобы они продолжали его бояться. Страх питал его. И Майки пришлось признать, что он его боялся, но теперь с этим покончено. Он взглянул через плечо на дверь комнаты. Раф ушел, ничего не сказав, и Майки знал, что ему больно. Было трудно слышать невнятные извинения Лео, но так же трудно было наблюдать, как Раф становится на колени перед Лео после того, как ударил его, слабо извиняясь перед ним. Он не мог вспомнить, когда в последний раз видел Рафа таким отчаявшимся и уязвимым. Просто опустил все стены и извинился. Лео не должен оставаться один, но и Раф тоже. Зная его, он вынашивал довольно тяжелые мысли и не мог отпустить их так легко. Майки встал. Он не мог усидеть на месте с таким количеством мыслей в голове. Он хотел пойти за Рафом, возможно, затащить его обратно сюда, чтобы составить компанию и себе, и Лео. Но, возможно, Рафу нужно было побыть в одиночестве. Майки вздохнул и начал расхаживать, не в силах принять решение. Однако он быстро пожалел об этом — его движения, казалось, разбудили Лео. Но если Лео проснулся – и не заснул сразу же – Майки мог бы поговорить с ним. Лео мало что сказал, когда они ели ранее, и Майки позволил ему отдохнуть после этого, поэтому он с нетерпением ждал возможности поговорить с ним. Возможно, Лео уже чувствует себя лучше! Когда Лео поднял голову, Майки встретили черные глаза. К его разочарованию, он не разбудил Лео — он разбудил демона. Было ли это же самое? Проснулся ли Лео, когда демон не спал? Видел ли Лео и испытывал ли он то, что делал демон? Или демон выбирал, что Лео видел? Это объяснило бы, почему Лео был так сбит с толку. Лео моргнул, и чернота исчезла. Майки тут же бросился ближе к Лео, который медленно оглядывался по сторонам. — Лео! — Майки радостно приветствовал его. Глаза Лео не казались такими стеклянными, как минуту назад. Еда и отдых, похоже, пошли ему на пользу. — Эй, как ты себя чувствуешь? Взгляд Лео сосредоточился на нем, но он тут же вздрогнул, крепко зажмурив глаза. Когда они снова открылись, знакомая чернота взяла верх. Майки нахмурился от досады – демон сделал это намеренно? Дать Лео всего несколько секунд, чтобы побыть здесь, просто чтобы немедленно отнять контроль? Или Лео украл контроль на этот короткий момент? — Лео? — осторожно спросил Майки, на случай, если брат все еще его слышит. Демон только нахмурился на его вопрос. — Ты тупой или слепой? — резкий вопрос прозвучал неправильно исходя от Лео. Его голос снова был странным. — Черные глаза означают, что его здесь нет, помнишь? — Эй, это ты тот, кто сидит тут связанный, — фыркнул Майки, решив попытаться немного запугать его, показать, что он ни на что не способен. Он решил больше его не бояться и собирался это показать. — Может, стоит подумать, как ты с нами разговариваешь. Демон коротко рассмеялся. — Ну точно. Как будто ты бы сделал со мной что угодно. Ты не можешь, не тогда, когда я здесь. Взгляд Майки помрачнел. — Ты — трус, прячешься там. Почему бы тебе не выйти? Ты вообще можешь это сделать? Наклонив голову, демон ответил. — Я мог бы. Черные глаза внимательно наблюдали за ним, и внезапно Майки почувствовал себя некомфортно под его взглядом, как будто демон всматривался в каждую его деталь, как будто он читал его, просто глядя на него. — Хотел бы ты поменяться местами со своим братом? Вопрос был внезапным и неожиданным. Демон мог просто выйти из Лео? Ну, это был демон, так что, наверное, да. Но это означало… это означало, что он мог просто завладеть любым из них, не так ли? Майки встал со стула. Это было очень, очень опасно. Но если бы он мог, то уже сделал бы это. Он не получал никакой пользы от пребывания в Лео, пока он был связан. Майки был в комнате один. Если бы демон мог овладеть им, он бы уже это сделал. — Представь, от каких страданий ты мог бы его спасти, — продолжил демон. — Не нужно было бы его связывать, если бы он был свободен от меня. Ты видел, что он сделал со своими руками-- — Что ты заставил его сделать, — сердито перебил Майки. Демон не обратил на него внимания, продолжая твердым голосом. — --судя по вашим шрамам, вы все знаете, каково это — иметь глубокие раны. Представь себе, что твои руки вот так разрезаны, а затем связаны за спиной. Ты как будто хочешь, чтобы он страдал, держа его в таком состоянии. — Это временно, — сказал Майки, но не в силах игнорировать укол, который он почувствовал в груди. Он мог представить, что чувствует Лео. Уже ранен, и его посадили на стул, чтобы причинить еще большую боль. Была ли это последняя капля, или веревки вызвали приступ паники? Майки чувствовал себя ужасно, осознавая, что это возможно, но он знал, что демон просто пытался проникнуть ему под панцирь. Он не мог позволить словам иметь над ним власть. — Ты говоришь только для того, чтобы меня расстроить, заставить сделать что-нибудь глупое. Ну, я не глупый. Конечно, я знаю, что ему больно. Конечно, я не хочу, чтобы ему было больно. И как бы я не хотел прекратить это делать, заставлять его так страдать, я знаю, что это единственный способ уберечь нас от тебя. — Что ж, возможно, ты и в безопасности, — сказал демон, и на лице Лео медленно появилась улыбка. — Но что насчет него? Глаза Лео закрылись, его голова наклонилась вперед. Выглядело так, будто он потерял сознание, но Майки почувствовал резкий укол беспокойства — он сделал шаг вперед, стремясь проверить, все ли с ним в порядке… Голова Лео взлетела вверх, глаза широко открылись, чернота исчезла. Это был Лео, но он задыхался, все его тело было напряжено. Он слабо застонал и покачал головой, словно пытаясь от чего-то избавиться. — Прекрати-- прекрати- Голос Лео был пронизан болью. Что-то явно причиняло ему боль, и Майки не нужно было дважды гадать, что это было за что-то. — Хватит! — Майки положил руки по обе стороны от лица Лео, пытаясь удержать его, чтобы он не поранился, мечась на веревках. — Прекрати, пожалуйста, не причиняй ему вреда, я сделаю то, что ты хочешь… Он понял, что, несмотря на резкие движения Лео, верёвка не впилась ему в кожу. Совсем наоборот — начала расслабляться вокруг его груди и рук. Встревоженный, Майки откинулся назад, чтобы лучше увидеть, где она начала провисать. Рука Лео появилась из ниоткуда и схватила его прежде, чем он успел дотянуться до веревки. Теперь он мог заметить, насколько ослабли веревки, и демон смог пошевелить и второй рукой. Он еще не освободился, но тянул за ослабевшие веревки. Свободной рукой Майки схватил Лео за плечо, прижимая его к спинке стула, чтобы он не мог двигаться, но веревки уже были слишком слабы. Майки открыл рот, чтобы крикнуть своим братьям, но слова не успели сойти с губ, когда демон отпустил его руку, чтобы нанести сильный удар в живот. Он согнулся пополам, и все, что вырвалось из его рта, было тихое кряхтение от боли. — Слабак, — прошипел на него демон. Согнувшись, голова Майки оказалась достаточно близко, чтобы Лео мог дотянуться и схватить его за хвосты маски. Резким рывком он потянул голову Майки вниз, ударив его головой об пол. Дезориентированный Майки ничего не мог сделать, поскольку Лео схватил его за плечо и использовал его, чтобы подтянуться, веревки упали на пол, полностью освободив старшего. Быстрый удар по ногам Майки заставил его потерять равновесие, и он упал на панцирь, а Лео оказался на нем. Майки ахнул от ощущения веса Лео на себе — он уже запыхался из-за удара в живот. И что еще хуже, рука Лео внезапно закрыла ему рот, не давая ему закричать. — Я не хочу тебя убивать, нет, ты мне очень пригодишься, — сказал Лео, жадно глядя на него черными глазами. — Ты все еще нужен. Но если ты закричишь, я принесу эту жертву и избавлюсь от тебя. Майки почувствовал что-то теплое и липкое на своих губах — рука Лео кровоточила через повязку после того, как оно так небрежно пользовалось руками. Так близко к его ноздрям стоял сильный запах меди. Майки с отвращением закрыл глаза, почти ощущая вкус крови. У Лео не должно было быть возможности сделать это, использовать свои раненые руки, но похоже, что демон мог игнорировать боль, которую, должно быть, чувствовал Лео. Но даже если боль не затронула демона, ладони Лео были разрезаны и скреплены швами Дона. Эти швы теперь явно были порваны, и все же демону удавалось работать руками, которые должны были быть бесполезными. Ему следовало быть более осторожным. Надо было уделять больше внимания-- Майки снова открыл глаза и попытался потрясти головой, чтобы высвободиться от руки Лео, но демон лишь надавил еще сильнее, пуская кровь по его лицу. Майки зарычал от отчаяния, попытался оттолкнуть Лео от себя, но колени Лео оказались на его руках, болезненно прижав их к полу. — Это должно быть так ужасно для тебя, ты так уважаешь своего брата, — говорил демон, наблюдая за его борьбой. — Но знаешь, почему я выбрал его? Я почувствовал в нем тьму. Она была достаточно сильна и у твоего брата в красном, но этот... Думаю, это неудивительно, учитывая, какую жизнь вы ведете. Несчастную жизнь. Ничего, кроме насилия, пряток, выживания, день за днем. И именно он должен вести вас через все это. ...Он должен быть уверен, что вы выживете. Но теперь... ваше падение лежит на нем. Я уверен, ты понимаешь, насколько это сокрушительно для него. Как больно осознавать глубину своей неудачи. Рука, закрывавшая рот Майки, была немного передвинута, демон заставил Лео наклониться вперед, чтобы сильнее переместить на него свой вес. — На самом деле я делаю ему одолжение, освобождаю его от боли, удаляя его из этого мира. Глаза Майки сузились, он попытался покачать головой, чтобы показать свое несогласие. Может быть, он мог бы попытаться укусить его... — Нет? Ты не согласен? — Лео наклонил голову. — Я мог бы дать ему покой, но ты этого не хочешь? Конечно, ты не хочешь. Нет, не так, ты все еще думаешь, что есть надежда. Майки попытался отдернуть голову в сторону, но хватка Лео была неумолимой, его пальцы впились ему в щеки. — Я мог бы дать тебе то, что ты хочешь. Я мог бы позволить ему жить, я мог бы позволить тебе облегчить его страдания. Ты можешь получить это, если будешь молчать и поменяешься с ним местами, — демон улыбнулся. — Твой брат долго не продержится, как я уже говорил. Он устал. Очень, очень устал. Истекает на тебя кровью. Майки пытался закричать, все еще пытался пошевелить головой, но Лео теперь нажимал ему на лоб другой рукой, чтобы удержать его на месте. Он знал, что сдаваться было бы глупо, он только что сказал, что он не глуп, но что еще он мог сделать? Он чувствовал, как дрожит тело Лео, знал, что, если он подождет еще немного, у него появится шанс сбросить с себя демона, но если он не сделает то, что тот хочет, демон будет продолжать причинять Лео боль, будет продолжать изматывать его. Разве не это они искали – способ изгнать демона из Лео? Но если он не сможет его контролировать, оно будет использовать его, чтобы причинить вред Мастеру Сплинтеру, Дону, Рафу, а если они не смогут остановить его, кто знает, кому еще. Демон сосредоточился на том, чтобы держать голову черепахи неподвижно, и Майки сумел высвободить свою руку из-под колена Лео. Он схватил руку, которая прижималась к его рту, его пальцы обвились вокруг запястья Лео и сжали. Его большой палец скользнул вверх и прижался к краю распоротой ладони Лео, и теперь боль, казалось, застала демона врасплох. Видимо, его не так уж и не волновало то, в каком теле он находится. Глаза Лео расширились, и, как бы Майки ни ненавидел этот взгляд, подозревая, что его брат тоже чувствует боль, он продолжал извиваться. Все тело Лео скрючилось от боли, давая Майки возможность сбросить его с себя. Лео приземлился на бок на пол, не сумев как следует удержаться на поврежденных руках. Он мог бы попытаться, но демон, казалось, не решался использовать их сейчас, когда им было так больно. Вместо того, чтобы встать и снова напасть на него, Лео откатился от него и встал на колени. Продолжая смотреть Майки в глаза, демон колебался, но поднял кровоточащие руки Лео. Он прижал большой палец левой руки к ладони правой руки, примерно так же, как Майки только что сделал. Но в отличие от Майки, он ткнул большим пальцем прямо в центр раны и сильно надавил на повязки. Мгновенно хриплый крик вырвался из горла Лео, чернота в его глазах промелькнула, боль была достаточно сильной, чтобы почти сломить контроль демона. — Нет! — закричал Майки, оттолкнулся от пола и поспешил к Лео, стремясь схватить его за руки и остановить демона. Майки почувствовал тошноту, представляя боль от того, что что-то вонзается в такую рану. Тем более, что это происходило с упомянутой раной не в первый раз. — С-стой смирно, и я остановлюсь, — прошипел демон, впервые немного запинаясь. Казалось, на него повлияли его собственные действия и ущерб, который они причинили. Майки остановился, сжимая и разжимая кулаки, не зная, что делать. — Впусти меня, и это прекратится, — продолжил демон, оставив руку Лео в покое, трясущуюся на полу. — Если ты этого не сделаешь, я продолжу. — Это касается и тебя, — сказал Майки, его сердце бешено колотилось в груди. — Ты не можешь так продолжать. Ты чувствуешь боль так же, как и он. — Эта боль для меня ничего не значит, — прошипел демон. — Это уничтожит его задолго до того, как она сможет что-нибудь сделать со мной. — Мы снова тебя свяжем, — сказал Майки, не в силах сдержать отчаяние в голосе. Ему нужно было продолжать говорить, нужно было заставить демона сдаться. — Мы позаботимся о том, чтобы ты ничего не смог ему сделать… — Ты видел, что я делал, даже когда вы меня связали, — прорычал демон, теперь в его голосе звучало разочарование. Неужели его беспокоила причиненная боль? Почему он сейчас так отчаянно хотел выбраться из Лео? Мгновение назад Майки был бы удовлетворен тем, что загнал демона так далеко, услышав, как безумно он звучит, это было бы похоже на маленькую победу, но теперь он боялся его разочарования, боялся того, почему он в отчаянии и что он может сделать с Лео из-за этого. — Вот напоминание, — произнесло оно с новым шипением, и тело Лео тут же напряглось, он упал на бок, стиснул зубы, явно борясь с криком боли… — Ладно, ладно! — закричал Майки, закрывая глаза в поражении. Он не мог, просто не мог больше видеть своего брата, испытывающего такую боль. Он бы поменялся местами. Он... он возьмет демона к себе и будет с ним бороться. Он не позволил бы ему получить контроль над ним. И даже если бы это произошло — Мастер Сплинтер был с Рафом и Доном, Отец знал бы, как с ним бороться. Это того стоило, просто чтобы остановить боль, которую испытывал Лео. Демон больше не убивал Лео пассивно. Майки и сам видел, что тело Лео больше не выдержит такого рода издевательств, Лео умрет от истощения или шока, или… он не знал, просто знал, что это нужно прекратить. В комнате воцарилась тишина, и Майки открыл глаза. Черные глаза смотрели на него, грудь Лео вздымалась, оправляясь от боли, причиненной демоном. — Иди сюда, — сказал он, не пытаясь встать с пола. — Что, слишком устал, чтобы встать? Иссякло демоническое колдовство? — сухо и горько спросил Майки, не в силах сдержать насмешливый тон в голосе. Демон сузил глаза Лео. — Если ты хочешь, чтобы он так сильно страдал-- — Нет, — тут же выдохнул Майки, убрав яд из своего голоса. — Нет. Просто… просто оставь его в покое. — Иди сюда, — сказал демон, — и не заставляй меня снова повторять. Майки прикусил язык, чтобы больше ничего не сказать. Чувствуя себя опустошенным и разбитым, он подошел ближе и опустился на колени рядом с Лео. Его сердце все еще бешено билось. Будет ли это больно? Не то чтобы это имело значение, он возьмет это, он возьмет это, чтобы освободить Лео. Но все равно было страшно. Но… но Майки мог с этим бороться. Лео боролся, даже когда не знал, что в его голове обитает демон. У Майки было гораздо больше шансов, и он будет бороться с этим. Он не дал бы ему контроля. Он-- Было такое ощущение, будто что-то вонзилось в его мозг. Было такое ощущение, будто горячий кофе Дона пролился на его пальцы, когда он случайно опрокинул кружку, но только как будто он разлился по всей его голове. Он попытался закричать, но крик замер на пути к горлу, он согнулся пополам и сжал голову руками... И так же внезапно, как боль началась, она и прекратилась. Его руки упали с головы. У него осталась лишь слабая боль и ощущение тяжести. Как будто что-то давило на него со всех сторон. Его глаза открылись сами по себе, и внезапно появилось ощущение силы. Его прежнее утомление было отодвинуто — не устранено, он чувствовал это в затылке, но внезапная сила, которую он почувствовал, отвлекла его от этого. Неужели именно так Лео удавалось продолжать функционировать, несмотря на недостаток сна? Эта сила должна была исходить от демона. Демон был причиной того, что Лео смог так долго продолжать, причиной того, что ему удалось использовать свои поврежденные руки. Демон. Майки запаниковал, когда понял, что оно теперь внутри него, запаниковал еще больше, когда не смог как следует чувствовать свое тело. Он попытался пошевелить рукой, но ничего не произошло. Когда он пытался говорить, не было слышно ни звука. Он чувствовал клаустрофобию, находясь в ловушке собственного разума и тела. Он уже ненавидел это. И не было даже возможности бороться с ним. Он больше не контролировал собственное тело. В конце концов, демон стал сильнее. Он скорее увидел, чем почувствовал, как его рука поднялась, и, не отдавая команды, посмотрел на свои пальцы. Это было сюрреалистично, как странный сон. Его тело действует совершенно самостоятельно. — Так… так намного лучше. Я почти забыл, каково это — находиться в правильно функционирующем теле. Если было странно видеть, как движется рука, когда ты не отдавал ей команды, то определенно было странно слышать, как он говорит, не собираясь этого делать. Раф, вероятно, отпустил бы по этому поводу шутку, и мысль о нем вызвала сильную боль в груди Майки. Что бы он отдал, чтобы Дон или Раф – желательно оба – вошли в комнату прямо сейчас? Может быть, они уже что-то выяснили, может, они бы вытянули из него эту штуку и они бы наконец смогли оставить все это позади. По крайней мере, они смогли бы связать его и как следует позаботиться о Лео. Думаешь, это будет так легко? Это был первый раз, когда он услышал собственный голос демона, а не искаженную версию своего голоса или голоса Лео. Он было глубоким, напоминал рычание, и оно было у него в голове. Способен ли он читать его мысли так же, как читал мысли Лео? Конечно. Это было просто безумие. Как Лео смог с этим справиться? Не слишком хорошо, как ты видел. Майки не мог прочитать мысли демона, но он почувствовал его веселье, когда они думали об истощенном состоянии Лео. Майки почувствовал его удовлетворение от того, что он сделал такое с его братом. И почувствовал свой гнев на демона. — Я более уравновешенный чувак, но я очень, очень надеюсь, что Дон готовит для тебя что-то очень плохое, — подумал Майки. Да, обычный день, угрозы демону в своей голове. Демон не ответил ему, вместо этого переключив свое внимание на Лео. Сердце Майки упало, когда он увидел своего брата, все еще лежащего на полу, запачканного кровью из своих рук. Он пытался подняться, но без силы демона не выходило, он трясся и был слишком бледен. Сожаление наполнило его. Может быть, для Лео было бы лучше иметь в себе демона, который давал бы ему хоть какую-то силу? Нет… нет, демон только продолжал бы причинять ему боль. Его единственным выбором спасти их обоих было получить контроль над своим телом на время, достаточное для того, чтобы предупредить Рафа или Дон-- — Почему, Лео? — Микеланджело снова мог слышать свою речь, не имея возможности контролировать то, что вылетало из его рта. — Почему ты причинил мне такую боль? Майки чувствовал себя сбитым с толку, пока не увидел, как Лео смотрит на него. Боль в груди нарастала. Взгляд Лео был расфокусирован, но он выглядел напуганным. Даже когда демон покинул его голову, он, очевидно, не полностью пришел в себя. Майки знал, что демон заставил Лео увидеть ужасные вещи, заставил его думать, что он действительно причинил вред своей семье. Судя по тому, как Лео смотрел на него, он все еще либо видел, либо верил в эти вещи. Майки почувствовал, как демон указал руками на грудь, и увидел, как глаза Лео следят за этим движением. — Видишь всю эту кровь? Ты сделал это со мной, Лео. Почему? Он видел глубокую боль в глазах Лео и знал, что все, что демон делал с ним раньше, все еще действовало, заставляя его видеть или представлять кровь, которой на самом деле не было. — Прекрати! Хватит с ним разговаривать! — закричал Майки. — Это причина, по которой ты хотел поменяться местами? Просто чтобы продолжать мучить его по-другому? Разве ты недостаточно сделал с ним? Демон проигнорировал его. — Ты чувствуешь это, верно? Демон ушел. На этот раз это действительно сделал ты. Тебе понравилось? — он продолжал говорить голосом Майки. — Делать мне больно? Убивать меня? Майки хотелось кричать на Лео, чтобы тот не слушал и ничему не верил. Лео не должен так на него смотреть, он должен понять, что это не он, что это демон! Теперь Лео знал, что за всем, что произошло, стоит демон, так почему же он выглядел таким расстроенным? Из-за всей боли и манипуляций, которые перенес Лео. Он все еще был не в себе, что позволяло демону продолжать сбивать его с толку. Конечно, Лео не поправился бы внезапно, даже когда демон покинул его голову. Сколько раз Лео уже слышал эти обвинения? Сколько раз он видел своих братьев разбитыми и истекающими кровью, обвиняющих во всем его? — Нет, — пробормотал Лео, его голос был едва слышен. — Нет, не…снова… Сломанный голос был слишком. Майки было достаточно. Ему нужно было взять контроль, нужно было хотя бы иметь возможность говорить, чтобы остановить эмоциональное разложение и манипуляции, которые все еще совершал демон. Но как только он попытался дать отпор, демон почувствовал это и оттолкнул его назад, заставляя глубже погрузиться в себя. Эта сила застала его врасплох — ее присутствие было похоже на тяжелое одеяло, падающее на него, истощающее его силы, пока он не почувствовал, что исчезает из собственного разума. Это было ужасное чувство – как будто он падал, его чувство собственного ''я'' исчезало. Он терял связь со своим телом, отдаляясь от своих чувств. Его зрение угасало, но он не мог выкинуть из головы поверженную фигуру Лео. Его глаза горели эмоциями. Он чувствовал себя таким дураком, он думал, что сможет избавить Лео от боли, согласившись на это. Он думал, что будет достаточно силен, чтобы противостоять демону, но сейчас он оказался полностью в его власти. В ловушке. Бесполезный. Только позволяя ему продолжать мучить Лео. — Майки, в-все в порядке. Голос Лео заставил демона сосредоточиться на нем, и Майки снова смог видеть, ощущение угасания исчезло. Выражение лица Лео не было таким разбитым, как минуту назад — он выглядел плохо, бледно и трясся, но был более сосредоточен. И Майки понял, что, возможно, теперь когда демон полностью контролировал ситуацию, его глаза стали черными. После того, что Сплинтер сделал с Лео, они смогли видеть глаза демона, когда он говорил. По крайней мере, Майки надеялся, что так оно и есть. Были ли это черные глаза или что-то еще, Лео, должно быть, понял, что что-то не складывается. — Я знаю, что т-ты борешься... с этим, — Лео больше не пытался встать, и теперь положил голову на пол. — Это... это всегда... помогало мне. К-когда ты говорил это… что все будет… хорошо. Глаза Лео были наполовину закрыты. Его дыхание начало выравниваться, и это было нехорошим знаком. Лео собирался потерять сознание, или… или того хуже. В панике Майки хотел подойти к нему, помочь ему, но его тело не двигалось. Посмотри на него, думает, что несколько слов помогут. Играет такого послушного теперь, когда он слаб. Ты помнишь, как он ранил тебя и твоих братьев. Я говорил тебе, что в нем была тьма, все, что я сделал, это вытащил эту тьму... — Мы с тобой оба знаем, что это… — Майки сделал паузу, когда понял, что говорит своим настоящим голосом, а не у себя в голове. — ...бред сивой кобылы… Он ухмыльнулся и действительно почувствовал это на своем лице. Он имел контроль! Он контролировал себя! Но это было не совсем так. К нему вернулся голос, но ноги не двигались. Внезапная волна боли внутри его головы ударила его — демон снова боролся с ним, пытаясь вернуть утраченный контроль. Майки застонал от боли, как он мог с этим бороться? Было так больно. — Майки… оно… оно не имеет над тобой власти, — слабо выговорил Лео, лежа на полу. — П-потому что. Ты сильный. Достаточно сильный, чтобы… бороться с этим… Медленно-медленно боль утихла. Майки сумел оттолкнуть демона назад, сумел пошевелить руками, а в конечном итоге и ногами. В тот момент, когда он смог, он бросился к Лео, упав на колени рядом с ним. Его руки дрожали от волнения, а боль все еще сохранялась в голове, когда он нежно обхватил лицо Лео. Его глаза были закрыты, но когда он почувствовал прикосновение Майки, они медленно открылись, ему было трудно сосредоточиться на нем. — Лео! О боже, Лео, — Майки почувствовал, как горят его глаза. Лео лежал неподвижно, кожа холодная. — Демон. Он у меня в голове, да, ты это понял, но, но у меня есть контроль, по крайней мере на данный момент. Не верь ничему, что он - или я - скажем, ни слову, я не могу тебе поверить, что ты во все это верил… Ну, могу поверить, учитывая, что оно с тобой сделало, но все же, Лео, я бы никогда… ох, боже. Он говорил слишком быстро и слишком много, понимая, что, вероятно, просто сбивает Лео с толку. Его брат ничего не делал, просто оставался неподвижным. — Так это… действительно демон… — успел прошептать Лео. Майки энергично кивнул. — Да, то, что заставляет тебя видеть всякие гадости и что-то делать — это демон, — сказал Майки. — Все это не ты. Неважно, что оно пытается тебе сказать. Ты… ты даже знал, как заставить меня бороться с этим. Взгляд Лео стал отстраненным. Он почти мог слышать, как крутятся шестеренки в его голове. Очевидно, пытаясь пережить все, что произошло, но это также его беспокоило. Глаза Лео уже были такими стеклянными, ему не нравилось, насколько неподвижен был сейчас его брат, как казалось, будто он ускользает. Это напомнило Майки, что Лео нужна помощь прямо сейчас. Майки подложил одну руку под Лео и начал поднимать его с пола. Лео особо не помогал, только наклонился к нему и положил голову на плечо Майки. — Он д-дела'т 'бе больно? — спросил Лео, его голос стал еще более невнятным. Он был опасно близок к тому, чтобы потерять сознание. — Нет, — Майки покачал головой. Голова болела, но это был пустяк. — Найди Дона, Рафа и… и сенсея, — пробормотал Лео. — Они… они вытащат его. Не… не впускай его обратно. Если он… если он придет за мной, просто… просто позвольте ему, если ему будет некуда идти, он у-умрет со мной. Т-только не дайте ему заставить меня причинить вам боль, п-пожалуйста… Майки хотелось обнять Лео, обнять его и утешить, но его разум снова наполнила острая боль. Теперь, когда он знал, что чувствует присутствие демона, он, по крайней мере, был к этому готов, мог бороться с ним, но оно было настолько сильным, наполняло его разум своими мерзкими мыслями, заставляя все гореть и причиняло боль так быстро, что он мог только задыхаться… — О, тебе удалось прочитать мои мысли? — голос демона был полон отвращения, когда он говорил с Лео. — Мне следовало избавиться от тебя раньше. Ты вызываешь у меня отвращение за то, что думаешь, что сможешь забрать меня с собой. Твоя команда не позволит тебе этого сделать. У меня есть три сосуда, готовых впустить меня, чтобы я не смог тебя добить, даже если это все равно произойдет! Лео все еще прислонялся к Майки, и демон оттолкнул его. У Лео не было сил удержаться, его панцирь стукнулся об пол. Но на этот раз он не остался лежать, ему удалось перевернуться на бок и приподняться на локтях, начиная отползать, как будто он знал, что, если он этого не сделает, последует боль. Но он был медленным, мучительно медленным. Он ничего не добьется таким образом, он просто был слишком слаб. Демон встал, с удовольствием наблюдая за попытками Лео. У лидера не было возможности уйти, и это знание заставило Майки замереть от страха. Вместо того, чтобы преследовать Лео, демон заставил Майки отвернуться от него. И заставил его подойти к тумбочке. Как только один из ящиков открылся, Майки снова сопротивлялся, изо всех сил стараясь вернуть свое тело, кричал, проклиная демона. Все, что ему удалось сделать, это заставить его руку слегка дрожать, но, несмотря на все усилия, его пальцы приблизились к кунаю внутри, обхватив рукоять оружия. Кунай в руке Микеланджело повернулся так, чтобы Леонардо мог его видеть. Микеланджело еще раз почувствовал удовлетворение демона, когда глаза Леонардо расширились, когда он оглянулся и приложил больше усилий в своих попытках уйти. Все, что Леонардо удалось сделать, это быстрее истощить себя и, наконец, рухнуть на пол. Сердце Микеланджело болело, словно его кто-то царапал. Двигайся, Лео! Пожалуйста, встань и позови на помощь! — в конце концов, Майки не мог поверить, насколько он глуп. Когда у него был момент контроля, он должен был позвать их братьев, он мог бы поговорить с Лео позже, но он обрек его, удерживая его и разговаривая с ним. Он обрек своего брата на краткий миг утешения. Он пытался заставить брата пошевелиться, продолжал кричать на него, но ничего не вышло. Это даже не имело бы значения, Лео, казалось, был на грани. Он почти не двигался, и всего через несколько шагов Майки оказался рядом с ним. Нет! Не трогай его! Майки направил свои крики на демона, пытаясь привлечь его внимание. Пожалуйста. Порань меня вместо этого. Он больше не может. Он больше не вынесет! Удар ногой в бок Лео отправил его на панцирь, и демон опустился на колени рядом с ним. Сильный удар отбросил голову Лео в сторону, но Майки схватил его за челюсть и запрокинул голову назад, только чтобы ударить его еще раз. После этого Лео лежал неподвижно, тяжело дыша. Кровь текла из уголка его рта. Демон тоже не шевелился, чего-то ожидая, игнорируя то, как Майки все еще умолял его остановиться. — Майки, — выдохнул Лео, отдышавшись, слегка кашляя. Он медленно повернул голову и посмотрел на Майки, его лицо еще больше в синяках, чем раньше. — Все в порядке, ты можешь бороться с этим… — Как мило, использовать приятные слова, чтобы избавиться от меня, — Майки почти нежным движением положил свою руку на руку Лео. Затем он обхватил ее пальцами и сжал, заставив Лео вскрикнуть, когда рана на его ладони подверглась жестокому обращению. — Глупо полагать, что это снова сработает. Демон ослабил хватку, позволив Лео тяжело дышать и прийти в себя. Оно снова выжидало. Выжидало, пока Лео очухается, прежде чем делать что-нибудь еще, понял Майки. Он не хотел причинять Лео боль, если он не был в себе и не не мог прочувствовать этого. Новая ярость захлестнула Майки, и он боролся с большей энергией, пытаясь заставить себя отступить от Лео. Однако ничего не произошло. Когда Лео снова моргнул и открыл глаза, Майки поднял кунай. С некоторым трудом взгляд Лео сфокусировался на нем, следя за ним, пока он медленно опускался вниз, пока кончик не прижался к его пластрону прямо над сердцем. Майки снова закричал, но это эхом отдалось только в его голове. Этого не могло быть. Это была его рука, держащая этот нож, собиравшаяся сделать что-то настолько ужасное, что ему стало плохо и отвратительно… — Ты знаешь, мы никогда не сможем простить тебя за то, что ты причинил нам такую боль, — Майки услышал свой собственный голос, и это убило его внутри. Теперь Лео знал, что это говорит демон, но он знал, что это может заставить Лео видеть вещи, которые не были реальными, и, поскольку Лео был так слаб, едва находился в сознании, он знал, как это повлияет на него. Не слушай, Лео, — просил Майки, не будучи услышанным. Помни, что это демон. Пожалуйста, не слушай. Лео медленно выдохнул, и Майки увидел смесь эмоций на его лице. — Ты… ты победишь его, — сказал Лео едва слышным и немного неуверенным голосом. Майки застыл, увидев смиренное выражение его глаз. Но было там и что-то еще — что-то мягкое, ласковое. Что-то, что казалось неуместным на его сильно избитом лице. — Майки, я люблю теб-- Кунай прижался и погрузился в грудь Лео, лезвие исчезло из поля зрения, вонзившись в плоть. Глубокий багровый цвет сразу же начал покрывать пластрон Лео и руку Майки. Было приятно наконец заткнуть ему рот, смотреть, как тускнеют его глаза, почувствовать, как остатки жизни выливаются из-под его руки. Смотреть, как кровь заливает все вокруг. Знать, что для Лео все кончено. Майки закричал.