Мухоловка

      Луис не получает от Мелона ясности в том, как лучше поступить. Даже если Мелон старше, он не кажется намного мудрее. К тому же у него не так уж много материала, который мог бы помочь в подобных вопросах. Кормление и охота запретные темы, не говоря уже о мимиках. Луис мог бы спросить Гоухина, но он только излишне обостряет ситуацию, и даже если Гоухин спас ему жизнь, Луис никогда не нравилось, как доктор смотрит на него. Это вызывает неприязнь.       Он должен избегать Легоси.       Он должен держаться на безопасном, чопорном расстоянии.       Так будет безопаснее для него, да и Легоси, скорее всего, тоже не хочет быть съеденным заживо.       Он просто останется профессионалом. Да, профессионалом.       Он повторяет про себя эту мантру, когда над головой раздаётся звон в магазине. Луис поднимает глаза от книги рецептов, чтобы посмотреть на тигра. Он выглядит молодо, но только просто молодо, а не незаконно молодо. Он пробирается в магазин, заглядывается на травяные плантации Луиса и, перебирая лапами, повернулся к прилавку, где…       — Ни хрена себе! — Он отшатывается.       Луис смотрит на него, почти как рептилия в вялости, своих ошеломлённых морганий.       — Я могу вам помочь? — Он полагает, что так будет проще.       — Т-ты… — Тигр заикается, набирая обороты. — Ты мимик?       Он делает предположение, основанное на очень скудных данных. Он прав, но у него нет логического способа узнать это наверняка. Нет смысла беспокоиться. Даже если бы этот парень хотел доставить неприятности, что бы он сделал? Луис просто занимается своим делом. Он даже не продаёт мясо. Он продаёт специи.       — Я продавец в магазине. — Он говорит ровным голосом.       — Да, но, например, если вы здесь, на Чёрном рынке… — Молодой тигр делает ударение на этом слове, как будто под горшком с базиликом спрятаны полицейские, которые вот-вот выскочат наружу.       — Ты собираешься что-нибудь купить? — Требует Луис, выражение его лица портится. — Потому что, если ты хочешь просто стоять и строить нелепые предположения, то в ста метрах отсюда есть бар. — Луис показывает указательный палец влево.       — Я… — Тигр снова вздрагивает, кажется, понимая, как грубо он звучит. — Извини, чувак, я просто… Это мой первый раз и…       — Я не просил тебя рассказывать о своей жизни. — Луис сурово поджимает губы, повторяя: — Ты собираешься что-нибудь купить?       — Мой друг сказал, что вы продаёте хорошие вещи. — Справившись с нервами начал тигр. — Но я не знаю, что это значит на практике. Я просто хочу хорошо поесть.       — А что у вас в меню? — Вздохнул Луис.       — А? — Тигр выглядит так, словно его снова застали за чем-то незаконным. Это действительно его первый раз, да?       — Какое мясо вы купили? — Повторил Луис, указывая на бумажный пакет в руке тигра.       — Ооо! — Он рывком поднимает его. — Я купил курицу.       — Полагаю, ваши кулинарные способности эквивалентны способностям любого другого тупоголового студента? — Предположил Луис.       — Я… Эй! То есть… Ну, да. — Тигр смущённо хмыкнул.       Луис тяжело вздыхает и тянется под стойку за распечаткой.       — Поздравляю. — Он протягивает бумагу тигру. — Вы будете учиться готовить жареную курицу.       — А? — Тигр моргает.       — Возьмите это. — Луис размахивает бумагой.       Тигр делает несколько шагов к нему и слабо берёт бумагу.       — Стойте смирно. — Приказал Луис, выходя из-за прилавка с небольшой стеклянной банкой.       Он берёт сорок пять граммов смеси каджунских специй и возвращается за прилавок, а тигр тупо смотрит на рецепт.       — Вы должны добавить это в панировочные сухари. — Луис даёт указания, наклеивает этикетку на бутылку и говорит ему. — С вас девять долларов.       — Я могу это сделать. — Тигр кивает сам себе, перечитывая рецепт. — Да! Я справлюсь!       — Девять долларов. — Повторяет Луис.       — А? О! — Тигр нащупывает бумажник.       — Тщательно вымойте разделочную доску и посуду. Готовая курица должна быть белой по всей длине. — Луис продолжает, говорить ему. — Не заразите себя сальмонеллой.       — Хорошо, точно. — Кивает тигр, складывая рецепт в сумку. — Спасибо. — Ухмыляется он, как бы неловко ему ни было теперь, когда он вспомнил о своих манерах.       — Заходите как-нибудь ещё. — Луис протягивает ему сумку. — У меня есть и другие рецепты.       — Ещё раз спасибо. — Повторяет тигр. — Извините… Я немного нервничаю.       — Я вам не психотерапевт. — Сказал Луис. — Идите.       — Т-точно! — Тигр смеётся и торопится выйти из магазина.       Луис ждёт, пока он скроется из виду, чтобы закатить глаза и в отчаянии застонать в потолок. Грёбаные туристы. Проведя руками по лицу, он изображает на нём действительно искажённое, гротескное выражение.       Он снова вздрагивает от звона колокольчика.       — Легоси! — Он чувствует, как резко вздрагивает.       Чёрт возьми, он не в том состоянии духа, чтобы встретиться с Легоси.       — Привет. — Приветливо поздоровался Легоси, подходя к прилавку. — Сейчас неподходящее время?       — Нет, нет. — Настаивает Луис. — Всё в порядке. Я как раз собирался закрываться. Бамбуковый чай?       — Э-э, вообще-то… — Легоси слабо потирает челюсть. — Я хотел у тебя кое-что спросить…?       Гоухин что-то сказал?       Ведь он был бы в своём праве предупредить Легоси о Луисе, верно?       — Давай. — Приглашает он, готовясь к удару.       — Может…? Ты…? — Легоси делает глубокий вдох и собирается с силами.       Луис ждёт, тупо напряжённый.       Будет проще, если Легоси будет знать.       — Если речь идёт о… — Начал Луис.       — Не хочешь ли поужинать? — Легоси говорит резко, всё сразу.       Луис моргает.       — Прости. — Легоси опускает голову. — Наверное, это звучит довольно глупо. Я просто хотел спросить…       — Да, конечно. — Быстро отвечает Луис, прежде чем Легоси успевает отговориться.       Блять.       — Правда? — Легоси вскидывает голову, глаза возбуждённо вспыхивают.       — Да. — Кивает Луис. — Я бы с удовольствием поужинал с тобой.       Что ты делаешь? Ты рехнулся?!       Хвост Легоси начинает оживлённо вилять за его спиной, задевая сетку его брюк.       — Сейчас нормально? — Предполагает Легоси.       — Только дай мне закрыться. — Бесстрастно улыбается Луис.       — Тебе нужна помощь? — Предлагает Легоси.       — Нет, всё в порядке. — Качает головой Луис. — Просто подожди снаружи, а я закрою всё здесь. Реши, куда мы пойдём, хорошо?       — Конечно! — Легоси с радостью выбегает из магазина.       Луис - идиот.       Он такой чертовски глупый.       Он не может этого сделать.       Каков наилучший сценарий? Они невинно поужинают, а что потом? Легоси не привлёк бы Луис, если бы он знал правду, а Луис не может скрывать этот факт вечно. Кроме того, привлекает ли вообще Луиса сам Легоси? Ведь в худшем случае он поддастся грызущей яме в желудке и съест Легоси живьём. Тогда он на долгие месяцы окажется в одной из камер с мягкой обивкой Гоухина, и кто знает, что ещё.       Луис ругается про себя все десять минут, которые уходят на то, чтобы запереть магазин.       Он должен передумать. Он должен отказать Легоси. Он может сделать это ласково, нежно, но ради Легоси он должен отказать ему. Это полное безумие, и кто-то может погибнуть. Ему нужно…       Он на улице.       Легоси широко улыбается ему. — Готов?       — Да. — Говорит Луис.       — Ты любишь удон? — Спрашивает Легоси.       — Я люблю поесть. — Отвечает Луис, только наполовину шутя.       Легоси тихонько смеётся, смущённо, но с явным удовольствием. — Есть одно хорошее место недалеко от рынка. Оно не очень шикарное, но там приятная атмосфера и очень вкусная еда.       — Тогда веди. — Кивает Луис.

***

      Легоси мужчина со множеством сложностей. Талантливый боец, милосердная душа, мерзкий трахальщик травоядных и, похоже, разборчивый гурман. Удонский ресторан работает на вынос и с доставкой, так что это не совсем ресторан высокой кухни, но атмосфера здесь приятная. Здесь много посетителей, что позволяет с уверенностью сказать, что у них стабильная торговля, но место не настолько забито, что невозможно вести приятную беседу, а еда, которая проходит мимо них по пути к другим столикам, выглядит аппетитно.       Луис рад. Он не уверен, что смог бы встречаться с кем-то, чьё представление о сытной еде состояло в батончике мюсли и протеиновом коктейле.       Подождите.       "Визг шин."       Подожди.       Встречаться?!       Луис тяжело сглатывает.       Не забегай вперёд, гений.       — Ты хотел о чём-то поговорить? — Луис старается говорить спокойно, перелистывая меню, хотя он уже решил, что хочет.       — Да, но… — Легоси смущённо поглаживает свою шею. — Честно говоря, я не думал, что ты согласишься на это.       Это отвратительно мило.       Луису приходится бороться за то, чтобы спрятать ухмылку за меню.       У него всё внутри переворачивается, и какая-то злая часть его сознания задаётся вопросом, какова на вкус кровь Легоси, но не менее злобная часть его лобной доли озабочена тем, как выглядит чистый мех Легоси и насколько большие у него руки.       Луис влип по уши.       Это опасно.       — Ну… — Пробормотал Луис. — Теперь я у тебя в руках. Так что тебе лучше решить, что со мной делать, раз уж ты меня поймал.       Легоси покраснел и напряжённо закашлялся.       Да, это было жестоко, но если бы Легоси не был таким чертовски милым, Луис не стал бы так ужасно его дразнить.       — Не знаю, как у тебя… — Вздохнул Луис. — Но у меня была довольно дерьмовая неделя.       Легоси моргает, но в течение следующих нескольких секунд выражение его лица постепенно смягчается.       — Точно. — Соглашается он.       — А тебя на этой неделе били? — Интересуется Луис.       — Какой-то придурок сломал мне одно ребро. — Поморщился Легоси.       — И часто такое случается? — Вздрагивает Луис.       — Мне просто нужно лучше драться. — Пожимает плечами Легоси. — Меня бы меньше били, если бы я лучше дрался.       — Я уверен, что у тебя это неплохо получается.       — Нет, но я мог бы быть лучше. — Уверяет Легоси.       — Что ж, будем надеяться, что на следующей неделе ты не сломаешь ничего ценного, находящегося под твоим мехом. — Луис фыркнул, откладывая меню, когда к ним подошёл официант.       Легоси кажется рассеянным, пока он делает заказ, но персонал, очевидно, знает его и его обычный заказ, что, кажется, возвращает его к уровню неловкого смущения, который на секунду очищает его мысли.       Луис не может перестать смотреть на него.       Он чувствует на себе взгляд Легоси, но ему больно представлять, что он думает, когда смотрит на него. Луис кажется таким хрупким, таким уязвимым, почти всё его оружие спрятано за губами и под одеждой. Всё тело Легоси так откровенно говорит о своей силе. Он такой большой и широкий. Луис испытывает острое желание сломать ему руку и одновременно поцеловать в щёку, просто ради острых ощущений власти.       Когда официант оставляет им палочки для еды, Луис снимает с плеч пиджак, а Легоси засучивает рукава, чтобы через несколько мгновений они могли приступить к еде.       — Это когда-нибудь было трудно? — Неожиданно спрашивает Легоси.       — Хм? — Луис бросает взгляд.       — Похоже, ты действительно хорошо умеешь читать других животных и понимать, что они чувствуют. — Заметил Легоси. — Думаю, если бы это был я, было бы приятнее не знать.       В глазах Легоси столько обезоруживающей искренности.       Луис не знает, как на это реагировать.       Очевидно, Луис не единственный, кто может видеть людей насквозь.       — Да. — Слабо признаётся он, разламывая палочки на две части, пока официант подносит им еду.       — Извини, если это будет навязчиво. — Начинает Легоси. — Но Гоухин, похоже, знает тебя уже некоторое время. Он ничего не говорит, но… Вы, ребята, друзья…?       Колебания Луиса, должно быть, читаются на его лице.       — Извини. — Пробормотал Легоси. — Это, наверное, не моё…       — Нет, всё в порядке. — Настаивает Луис, пытаясь рассмеяться. — Мы с Гоухином давно работаем на рынке. Он хороший зверь, но мы не во всём с ним согласны, поэтому в последнее время не часто видимся. Просто…       — Сложно? — Предлагает Легоси.       — Да, это. — Луис кивает. — Друзья, семья, всё это сложно, верно?       — Наверное, да. — Кивает Легоси. — Моя семья это нечто из ряда вон выходящее, это точно.       Луис слышит сочувствие и усталость в собственном голосе, когда смеётся.       — Я знаю, что плотоядные не очень-то ориентированы на семью. — Предположил Легоси. — А твоя семья…?       Луис снова колеблется.       Верно, Легоси, вероятно, полагает, что у него где-то есть семья нуждающихся, привязчивых травоядных. Луис долго размышляет над тем, сколько ему стоит сказать или не стоит? Что безопасно признать? Что даст Легоси достаточно кусочков головоломки, чтобы он смог собрать её сам, а что будет надёжно держать его в неведении…?       — Я никогда не знал своих родителей. — Признаётся Луис. — Собственно, так я и познакомился с Гоухином. Я был частью продажи скота, а Гоухин уничтожил это и забрал меня, так что…       Легоси моргает, переваривая сказанное. — В твоей приёмной семье нет травоядных?       — Кольца для скота позорят рынок и подвергают всех опасности, потому что приглашают сюда полицию. — Луис пытается объяснить. — Поэтому это становятся работой Гуми. Многое можно объяснить за ужином, но, скажем так, моя приёмная семья - львы.       Легоси, кажется, вздрагивает от двадцати реакций на это заявление.       — Так ты, должно быть, привык быть большим, тупыми, плотоядными, как я? — Слабо шутит он.       — Что-то в этом роде. — Усмехается Луис.       Улыбка Легоси становится тёплой.       — А твоя семья знает о твоих особых вкусах? — Интересуется Луис. — О том, что тебя привлекают травоядные, я имею в виду…?       — Ну… — Легоси рассеянно помешивает свою еду. — В моей семье это довольно щекотливая тема, но это не то, с чем мы не знакомы. Есть ли в этом смысл?       Нет, это не так.       Что это значит? Разве это плохо?       Луис проглатывает напряжение в животе.       — Сейчас мы с дедушкой вдвоём. — Признаётся Легоси. — И мне неловко говорить с ним о таких вещах.       Луис не знает, что сказать, но…       Легоси, кажется, ругает себя за всё сразу.       — Извини. — Пробормотал он. — Ты, наверное, не хочешь говорить обо всём этом.       — Всё в порядке. — Пожимает плечами Луис. — Просто после целого дня многовато, понимаешь?       — Какие фильмы ты любишь? — Выпаливает Легоси, движимый внезапным желанием изменить атмосферу за столом.       — А? — Луис наклоняет голову в замешательстве. — А какое это имеет значение?       — Если мы собираемся общаться, то должны иметь возможность говорить и о приятных вещах. — Поясняет Легоси. — Я знаю, что ты гораздо сложнее, чем я думаю, но единственный способ понять это узнать тебя поближе. Всех вас.       Луис моргает и пытается бороться с тем, что его желудок начинает подпрыгивать.       К чёрту этого волка.       Что ты делаешь со мной, идиот?       Луис смеётся, слабо потирая лицо. Что он чувствует? Облегчение? Счастье? Благодарность? Он не совсем уверен. Что бы это ни было, это так приятно.       — Мне нравятся самые разные фильмы. Я просто люблю кино. — Луис отвечает с большим энтузиазмом.       — А какой твой любимый? — Спрашивает Легоси, но затем поправляется. — Ну, я ненавижу этот вопрос, какой твой любимый фильм сегодня? Прямо сейчас?       — Хех. — Усмехается Луис. — Есть один старый чёрно-белый фильм с мрачным жнецом по имени…       — Адлер. — Легоси кивает. — Я люблю этот фильм.       — Я думал, что ты больше любишь счастливые концы. — Предположил Луис. — Ты, похож, на таких.       — Я легче понимаю грустные концовки. — Пожимает плечами Легоси.       — Я тоже, честно говоря. — Сокрушается Луис.       — Может…? — Легоси колеблется, но настаивает на продолжении разговора с непреодолимой искренностью, просачивающейся сквозь его позу. — О чём мне спросить? Романтика, работа или хобби?       — Думаю, о работе или хобби. — Решает Луис. — Давайте оставим семейные и романтические подробности на следующий раз, хорошо?       — Да, справедливо. — Кивает Легоси. — А как ты вообще попал в такой бизнес, как Эрлкинг?       — В кулинарии очень ценятся травы и специи. — Пожимает плечами Луис. — Но я вырос в семье хищников, которые едят много мяса. Поскольку потребление мяса это открытый секрет, то о многих вещах трудно найти хорошую информацию. Приправа и обработка мяса в некотором смысле стали утраченным искусством. Я просто… Я нахожу это очень интересным. Мне нравится быть хранителем тайных, специальных знаний.       Луис чувствует, как с его плеч снимается какая-то тяжесть.       Так вот каково это, быть честным с кем-то другим?       Это не то же самое, что быть честным с Мелоном.       Это пугает.       — Я не очень хорошо готовлю, но я ценю еду. — Признаётся Легоси. — Всегда кажется, что сделать это правильно так сложно, как будто это химия. В этом есть настоящее мастерство, и в какой-то степени мне кажется, что вкус животных продуктов действительно меняется в зависимости от человека и его чувств.       Луис моргает.       — Я имею в виду только молоко и яйца. — Отступает Легоси. — Я не… ну…       Луис так сильно хочет сказать Легоси, что он прав.       Он хочет сказать Легоси, что может отличить Шишигуми по вкусу их крови, ясно как день, но он не может этого сказать. Он не может признаться в этом.       — Тогда в чём же заключается твоё искусство? — Вместо этого Луис меняет касательные. — Ты любишь еду, но не умеешь готовить. Куда подевались все твои навыки?       — Ну… — Легоси фыркнул. — Думаю, единственные вещи, в которых я действительно, действительно хорош, это драки и жуки.       — Жуки? — Повторил Луис, наклонив голову.       — Я люблю жуков. — Отвечает Легоси. — В детстве я хотел открыть инсектарий. И до сих пор хочу когда-нибудь. Если не стану психиатром, как Гоухин.       В этом есть смысл. Если кто-то и может стать преемником Гоухина, то это кто-то вроде Легоси. Честно говоря, Легоси, возможно, даже лучше справится с этой задачей благодаря своей тесной связи с предметом исследования. Гоухин всегда чувствуется немного отстранённым, когда говорит, во всяком случае, по мнению Луиса.       Но Луис не хочет говорить о Гоухине.       — Почему жуки? — Спрашивает Луис.       — Наверное, то же самое, что и травоядные. — Пожимает плечами Легоси. — Я нахожу незнакомые вещи захватывающими, а странные красивыми. Мне нравится, когда они позволяют мне приблизиться.       — Ты когда-нибудь беспокоился, что фетишизируешь других? — Пробормотал Луис, глядя на него острым, любопытным, испытующим взглядом.       — Наверное, в какой-то степени да. — Признаёт Легоси. — Если тебе нравятся только мужчины или женщины, разве это не фетиш? Наверное, моё влечение всегда будет таким… Я знаю, что в животных есть гораздо больше, чем их вид. Я не могу ничего поделать с тем, что меня привлекает, но даже если это и приводит меня к кому-то, есть много других вещей, которые заставляют двух зверей влюбиться.       Луис старается не думать об этом слишком сильно.       Его нутро бурлит.       — Так вот как ты оказался с Гоухином? — Предположил Луис. — Твоя тяга к травоядным?       — Из-за моей гордости плотоядного, который не ест травоядных, я часто дрался в школе. — Вздохнул Легоси. — Мне нужен был кто-то, кто помог бы мне справиться со всем, что я чувствовал, особенно чтобы я никому не причинил вреда.       — Гоухин был бы хорош в этом. — Пробормотал Луис.       — Я знаю, что иногда я всё ещё слишком идеалистичен. — Признаётся Легоси. — Но я не хочу думать, что это обязательно плохо.       Луис тихонько фыркнул.       — О чём ты думаешь? — Честно спрашивает Легоси, наклоняя голову.       — Ты хороший парень, Легоси. — Пробормотал Луис. — Что ты делаешь в таком мире, как этот?       Легоси пожимает плечами, потирая затылок, не зная, что ответить.       Луис настаивает на том, чтобы после ужина самому пойти домой. Он не уверен, что сможет удержаться от приглашения Легоси в свою квартиру, если волк проводит его до дома, и не уверен, что произойдёт после этого.       Его желудок бурлит, скручивается.       Это бабочки…?       Что за дурацкие чувства к животному, которого он хочет съесть.