Мухоловка

      Луису требуется очень, очень, очень много времени, чтобы успокоиться.       Большие руки Легоси не отходят от его спины, но когда Луис начинает контролировать дыхание, Легоси отходит в сторону и возвращается с удобно расположенной коробкой салфеток. Луис улучает момент, вытирая грязь с лица, но он не может сказать, что ему стало легче после слёз.       Всё ещё слишком больно.       — Что тебе нужно? — Спросил Легоси, обхватив руками его ноги. Луис сидит на диване, а Легоси стоит перед ним на коленях на полу.       Луис фыркает.       — Ты можешь сходить и поменять вывеску на магазине на «закрыто» и запереть входную дверь? — Прохрипел Луис.       Легоси быстро кивает и на мгновение отстраняется.       Луис слышит, как он перепрыгивает обратно через прилавок, и почти улыбается, несмотря на своё состояние.       Мгновение спустя Легоси снова стоит на коленях, нежно касаясь коленей Луиса.       — Хочешь поговорить об этом? — Предлагает Легоси.       — Мой папа умирает. — Слабо фыркает Луис, снова потирая лицо.       Легоси моргает, сочувствие отражается на его лице.       — Это дерьмо. — Откровенно шепчет Легоси.       Луис смеётся, не в силах сдержаться.       — Да. — Кивает он. — Я чувствую себя таким беспомощным…       — Ну, да. — Соглашается Легоси. — Я могу это понять.       — Там ведь только ты и твой дедушка, верно? — Вспоминает Луис.       — Да. — Кивает Легоси.       — А твои родители…?       — Папы не было, а мама умерла, когда мне было двенадцать лет. — Признаётся Легоси. — Самоубийство, но мы давно знали, что это проигранная битва. Она была нездорова. Это было похоже на жизнь с призраком, даже когда она была жива.       — Как ты…? — Луис нервно пожал плечами. — Что мне делать, чтобы справиться?       — Не думаю, что я когда-либо действительно понимал это. — Пробормотал Легоси. — Но я не думаю, что горе это решение. Речь идёт о времени и расстановке приоритетов.       — Расстановка приоритетов? — Луис фыркает, теребя в руках скомканную салфетку.       — Сначала ты достигаешь точки, когда другие вещи должны быть приоритетнее твоего горя. Поесть, поспать, а потом пойти в школу или встретиться с друзьями… — Объясняет Легоси. — Но потом, в конце концов, ты начинаешь определять приоритеты того, что ты собираешься хранить. Хорошие воспоминания, плохие воспоминания… то, что ты сохранишь, становится решением, которое ты должен принять.       — А как насчёт прямо сейчас? — Шепчет Луис. — Потому что сейчас я не готов к его смерти.       — Я не уверен. — Вздыхает Легоси. — Я не был готов, когда это случилось, даже зная, что это, вероятно, произойдёт, так что… — Он пожимает плечами. — Кажется, разговоры помогают во многих вещах…?       Луис делает глубокий вдох.       — Прости. — Горько смеётся он. — Я просто взорвался на тебя.       — Я не возражаю. — Заверяет Легоси, поглаживая большим пальцем его коленную чашечку. — Ты выглядишь так, как будто тебе нужно хорошенько выплакаться.       — Мне не легче. — Признаётся Луис.       — Может быть, какое-то время и не станет. — Кивает Легоси. — Но в долгосрочной перспективе это помогает. Я просто рад, что ты почувствовал себя в безопасности и показал мне, что ты расстроен.       — Хех… — Вздохнул Луис — …тебе нравится, когда травоядные выходят из себя?       — Мне нравится, когда люди, которые мне дороги, чувствуют себя комфортно, опираясь на меня. — Пробормотал Легоси, слабо отводя глаза.       — Ты очень добрый, ты знаешь об этом? — Луис улыбается, хотя сейчас ему как-то странно больно быть счастливым.       — Пока ты не считаешь меня жутким. — Фыркнул Легоси, глядя на колени Луиса. — Такой большой хищник, как я, пытается влезть в твою жизнь, я бы понял, если бы это было странно.       — Мне нравится, что ты есть в моей жизни. — Признаётся Луис.       Легоси улыбается ему, ослепляя своим простым искренним счастьем.       — Я, наверное, сегодня не очень хорош. — Говорит Луис. — Но мы должны скоро снова встретиться, как ты думаешь?       — Я бы очень этого хотел. — С энтузиазмом кивает Легоси. — Когда ты будешь готов.       Луис ненавидит то, как сильно ему нравится этот волк, но в данный момент он очень рад, что Легоси тоже он нравится, даже если всё это происходит под ложным предлогом. Он не знает, как бы он сейчас себя чувствовал, если бы Легоси не сидел с ним вот так.       — Ты…? — Легоси колеблется, доставая свой телефон. — Просто, если ты захочешь поговорить или тебе что-нибудь понадобится…       — Могу я получить твой номер? — Луис заканчивает, кивая.       Легоси тепло кивает.

***

      На следующий день Луис всё ещё чувствует себя вытесненным. Он всё время набирает номер Легоси в телефоне, но не знает, что сказать, стоит ли вообще что-то говорить. Он лжёт Легоси. Он может причинить Легоси вред. Легоси любит травоядных, а Луис, несмотря на внешность, совершенно не травоядный. Он мимик.       — Луис! — Кричит Фри у входной двери.       — Используй ключ! — Кричит Луис, его голос напряжён от непривычного для него отчаяния.       Может быть, это просто то как маскируется его боль?       — Доброе утро, босс! — Входит Фри, за ним Агата и Дольф.       — Что на завтрак? — Спрашивает Луис, поднимая глаза от телефона, держа в другой руке кружку с кровью.       — Итальянская колбаса. — Фри ворчит, снова осматривая пакет.       — Свинина или говядина? — Луис убирает телефон.       — Э-э… — Фри показывает пакет Агате, и они на мгновение задумываются.       Агата недоуменно пожимает плечами.       — Свинина. — Объявляет Фри, ни на чём не основываясь.       Луис фыркает. — Запеканка для завтрака подойдёт?       — Да! — Львы ликуют.       Луис никогда не бывает очень разговорчивым по утрам, поэтому львы не возражают против его молчания, но они замечают, что он не так охотно вскакивает и бегает по комнате, как обычно. Луис видит любопытство, почти беспокойство, на суровом лице Дольфа.       — Ты в порядке, босс? — Ворчит Дольф в свой кофе.       — Дерьмовая неделя. — Устало вздыхает Луис, уходя от темы разговора.       — Нужно, чтобы мы кому-нибудь врезали за вас, босс? — Предположил Фри.       — Пока нет. — Фыркнул Луис, поджаривая сосиски. — Но я дам вам знать.       — Мы вас прикроем, босс. — Обещает Агата.       Луис не сомневается, что остальные по-прежнему будут стоять рядом с ним, Ибуки или не Ибуки, но это не значит, что он готов или хочет взять на себя роль главы Гуми.       По дороге на работу он делает снимок своего плотоядного растения, чтобы сообщить Мелону, насколько лучше оно выглядит, и ещё раз обдумывает номер Легоси, но…       Что он вообще скажет…?       «Спасибо, что позволил мне выплакать все свои кишки на тебя, давай сделаем это снова, когда у меня случится следующий нервный срыв?»       По крайней мере, Эрлкинг до утра гудит без перерыва. Мадарагуми нужны специи для какого-то мероприятия, Савон посылает Даичи за покупками для него лично, поставщики ресторана приходят и уходят, три туриста проходят мимо…       Луис занимается расчётами, когда раздаётся звон, привлекающий его внимание.       Луис замирает.       С каких это пор здесь появились травоядные?       Олень, вошедший в магазин, судя по чертам лица, старше Луиса, старше даже Ибуки. Его костюм хорошо сшит, дорогой, а выражение лица такое строгое, что Луис ожидает, что ему сейчас вручат ордер или судебный иск.       И тут он замечает, что за дверью на улицу наблюдают люди в чёрных костюмах.       Его глаза резко вспыхивают.       Он думает о том, чтобы позвонить Фри или Дольфу, оставив телефон в кармане, но, переместив свой вес, убеждается, что вместо этого он держит в кобуре пистолет.       — Я могу вам помочь? — Спрашивает Луис, отведя плечи назад.       Старший олень на мгновение оценивает его полки, подходит к прилавку и достает визитную карточку.       — Меня зовут Огума, я генеральный директор конгломерата «Хорнс». — Объявляет он.       Луис рассматривает визитку, но не берёт её.       Огума замечает его нежелание и кладёт визитку на стойку, поправляя очки.       — Вы? — Продолжает Огума.       — Луис. — Отвечает он, переводя взгляд на охрану на улице.       Что здесь делает генеральный директор?       Впрочем, любой может сказать, что он генеральный директор, и распечатать несколько визиток.       — Значит, вы и есть тот самый Луис, который владеет и управляет этим заведением? — Уточняет Огума.       — Мне нужно больше информации, прежде чем отвечать на вопросы. — Луис сохраняет спокойствие.       — Вы осторожны. — Замечает Огума. — Полагаю, я бы тоже был исключительно осторожен, если бы жил на Чёрном рынке.       Луис не стал уточнять, о чём идёт речь.       Он ничего не скажет этому парню, пока не узнает побольше о том, с чем имеет дело.       Ибуки всегда предупреждал его, что не надо говорить ерунду, а надо требовать адвоката, и Луис не дурак.       — Я надеялся, что смогу поговорить с вами наедине. — Продолжает Огума в своей чопорной манере. — Если сейчас не самое подходящее время, поскольку вы работаете, могу ли я назначить время?       — Это связано с текущим полицейским расследованием? — Прямолинейно отвечает Луис.       — Нет, это личное дело, касающееся меня как личности. — Огума отвечает, всё ещё оставаясь совершенно деловым, несмотря на обещание.       Луис задумался.       Если это генеральный директор «Хорнс», то о чём он может хотеть поговорить с Луисом? Тем более по личному вопросу? Если это лжец или полицейский, то почему они пришли за Луисом, а не за более непосредственными членами Шишигуми? Это попытка загнать Ибуки в угол, чтобы он признал свою вину, или какая-то сложная схема? Этот парень собирается похитить его? Актёр он, конечно, никудышный, так что, может быть, он и честен, но…       У Луиса недостаточно информации, чтобы принять правильное решение, но продолжать рискованно, и он не хочет рисковать тем, что Ибуки проведёт свои последние месяцы в тюрьме. Он этого не допустит.       — Вы здесь, с парнями с оружием. — Отвечает Луис. — Мне от этого не по себе. Тем более что я вас не знаю. Я не заинтересован в личной встрече. Я вынужден попросить вас уйти.       Огума моргает.       Очевидно, кем бы он ни был, он не привык, чтобы люди говорили ему «нет».       — Охрана нужна исключительно для моей защиты. — Объясняет Огума.       — Пожалуйста, уходите. — Повторяет Луис. — Прежде чем я позову свою подмогу.       Похоже, Огума не готовился к этому и, не имея сценария, явно дрогнул на месте.       Луис достает свой телефон.       — Пожалуйста. — Неожиданно просит Огума.       Луис колеблется.       — Я не очень хорош в таких делах. — Признаётся Огума. — Я прежде всего бизнесмен. Цифры, статистика, денежные потоки, управление рисками. Я не занимаюсь людьми. Вы должны простить мне отсутствие…       Социальных навыков? Луис прикидывает в уме.       — О чём это? — Предположил Луис.       — У меня есть основания полагать, что ты можешь быть моим биологическим сыном.       Луис крепче сжимает телефон.       Блять.       Сегодня ему это не нужно.       Но тут же по Луису прокатывается волна, и он обнаруживает, что глупо смеётся.       Огума снова моргает.       — Простите. — Быстро извиняется Луис. — Я не хотел сказать… Мне очень жаль, что ты ищешь своего ребёнка, я надеюсь, что ты его найдёшь, но уверяю тебя, это, скорее всего, не я. Я имею в виду… — Луис слабо смеётся.       — У меня есть доказательства того, что ты мой сын. — Огума повторяет, сжимая костяшки пальцев.       — Что? Ты и какая-то милая лань отдали ребёнка торговцам скотом двадцать лет назад? — Луис насмехается, измученный своей жизнью в данный момент.       — Я встречался с женщиной, с которой не должен был вступать в близкие отношения. — Признаётся Огума, сдвигая очки на нос, видимо, пытаясь справиться с неловкостью. — И она не была ланью.       Луис делает паузу.       Огума прочищает горло. — Если ты тот самый Луис, который управляет этим заведением, то ты понимаешь, почему это может быть важно.       Луис сглатывает.       Двойное блять.       В мозгу Луиса одновременно прозвучал голос Мелона: Этот извращенец трахнул хищника? Ни за что!       — Если это так. — Вздрогнул Луис. — То ты знаешь, что я не типичный олень.       — Да. — Кивает Огума.       — Тогда я не понимаю, зачем тебе это… — Промямлил Луис.       — Если ты мой сын. — Перебивает Огума. — То я вообще не понимаю, почему это должно иметь значение.       Это поразительно искренние слова, но сейчас они звучат странно из уст такого человека, как Огума. Луис не знает, что ответить. Он уже давно смирился с мыслью, что, скорее всего, никогда не встретит своих родителей, да и долгое время, честно говоря, не хотел этого делать, считая, что они, скорее всего, продали его торговцам скотом. Но…       — Я хочу спросить. — Начал Луис. — Ты знал, что меня отдали на откуп торговцам скота?       — Нет. — Сурово отвечает Огума. — Для меня это было бы неприемлемым решением.       — Эта женщина, с которой ты спал. — Луис не может придумать, как сказать «моя мать». — У тебя есть доказательства, что она продала меня?       — Нет. — Покачал головой Огума. — Когда она забеременела, я сказал ей, что мы не можем выходить в свет, но что я буду поддерживать вас обоих. Она была недовольна этим, и я потерял с ней связь. Теперь у меня есть основания полагать, что она мертва, и, учитывая то, что нашли мои следователи, я думаю, что правильнее будет сказать, что тебя украли, а не продали.       Он говорит обо всём с такой сухостью, даже когда речь идёт о незаконной связи и украденном младенце. Этот парень либо действительно холоден, либо ему очень-очень-очень трудно выразить свои эмоции, и Луис не уверен, что это именно так.       Более того, Луис не знает, как переварить эту информацию.       Это был несчастный случай? Его родители хотели, чтобы он…?       Это звучит слишком банально, чтобы быть правдой.       — Что именно ты от меня хочешь? — Задаётся вопросом Луис.       — Я хочу иметь с тобой отношения. — Огума отвечает сразу. — Моя жена умерла в последние годы, и ты единственная семья, которая у меня есть. У меня есть много вещей, которые я хочу преподнести тебе в будущем. Конгломерат «Хорнс» прошёл через семь поколений моей семьи и…       — Помедленнее. — Луис слабо поднял руки. — Хорошо, ты хочешь отношений. Мне нужно подумать об этом, но прежде чем я приму решение, мне нужно кое-что узнать.       Огума выпрямляется.       — Мне нужен тест ДНК. — Отсчитывает Луис по пальцам. — И мне нужна копия расследования, которое ты провёл. Договорились?       — Это приемлемо. — Огума кивает, делая успокаивающий вдох.       Кажется, ему лучше работается, когда Луис говорит с ним по деловому.       — Мой номер телефона указан на визитке. — Уточняет Огума, возвращая внимание к визитке. — Пожалуйста, напиши на этот номер, и я перешлю тебе информацию, а также назначу время для теста ДНК.       — Хорошо. — Луис берёт визитку, всё ещё несколько скептически настроенный.       — Боюсь, что сегодня у меня есть другие встречи, которые я должен посетить. — Продолжает Огума. — И я подозреваю, что тебе нужно вернуться к управлению своим бизнесом.       — А? Да. — Кивает Луис. — Я напишу. Спасибо.       Огума коротко кивает и, поправляя галстук, выходит за дверь, как будто они только что обсуждали акции и инвестиционные кредиты.       Что за чудак…       Вот откуда Луис это берёт…?       К чёрту эту неделю.