Картины Ужаса (Новелла)

Лаошаньский даос - бог, книга, луна, Чанъэ[1], собака. [1] - Чанъэ (кит. 嫦娥) - это персонаж китайской мифологии, богиня Луны, почитаемая в даосизме. Разобравшись с ними, Цинь Си попросил каждого сделать себе копию и сказал:  — Вэй Дун, Вэй Мяо и я войдём каждый в свой мир. Мы попытаемся использовать каждый предмет, указанный на бумаге рядом с нашим миром, и посмотрим, получится ли попасть в скрытый мир. Те, кому нужен скрытый мир, если вы готовы войти в эти первичные миры, чтобы попытаться вызвать свой, тоже могут попробовать. Не забудьте, что необходимо вернуться до 11 часов вечера. Последнее предложение было адресовано новичкам. После его слов больше не было никаких задержек, и он и остальные вошли в свои миры. Кэ Сюнь смотрел на содержимое листа, который держал в руке, и внимательно изучал вереницу слов после Хайлибу. В "Хайлибу" было слишком много животных. Поскольку в центре сюжета было то, что Хайлибу мог понимать животных, он предположил, что именно животное должно активировать этот скрытый мир. Но при таком количестве животных какое из них было ключевым? Времени на то, чтобы проверять каждого по отдельности, не было. Движения Му Йирана сегодня утром уже не были такими свободными, значит, аномальные изменения в его теле продолжались. Поэтому Кэ Сюнь должен был как можно скорее найти критическую точку запуска скрытого мира Му Йирана, причем одним махом. Успокоиться, успокоиться и тщательно обдумать детали истории Хайлибу. Он вспомнил, что в начале мультфильма Хайлибу спас белку из волчьей пасти, а потом выяснил, что белка - дочь бога. Чтобы отблагодарить Хайлибу за спасение дочери, бог решил сделать ему подарок. Так окажется ли белка ключом? В каком мультфильме из известных миров были белки? После размышлений о мирах за этими шестью дверями оказалось, что белки есть только в мире "Тигр осваивает навыки", но он уже вызвал мир "Хорошей Кошечки". Может ли один мир вести в несколько скрытых? Кэ Сюнь подумал и без колебаний вошёл в мир "Тигр осваивает навыки". — Здравствуйте, Тётя Кошка! - в унисон позвала его группа больших и маленьких животных. Кэ Сюнь: ...  Мяу, он ненавидел жестких NPC. Не могли бы они проявить гибкость и переименовать его в Дядю Кота? Кэ Сюнь посмотрел на белку. Он уже собирался окликнуть её, как вдруг увидел в группе огромного тигра. В чём дело? Разве этот тигр не упал в реку? Почему он снова здесь? И, судя по всему, он не вступал в конфликт с кошкой, а просто наблюдал за ней. Сюжет был перезапущен? Кэ Сюнь на мгновение задумался, а потом понял, что предыстория этого мира будет перезагружаться каждую ночь. По сути, это было равносильно тому, чтобы позволить игроку несколько раз пролистывать копию в игре, и с каждым пролистыванием можно было обнаружить новое снаряжение или новых скрытых боссов. Так что даже если он дойдет до конца, он может не получить уровень, но в процессе многократного просмотра истории может получить ключевую информацию. Концовка была не важна, важен был сам процесс. Поняв это, Кэ Сюнь проигнорировал большого тигра. Поскольку на конец было всё равно, не было необходимости снова затаскивать его в реку. Кэ Сюнь указал на белку.  — Мяу, позволь спросить, можешь ли ты отвести мяу к двери нового мира? Белка была ошарашена и растерянно смотрела на него. Кэ Сюнь не сдавался и допросил всех присутствующих животных, но ничего не нашёл. Он решительно вышел и вернулся в начальную комнату. Поскольку этот путь был временно недоступен, он должен перейти на другой и больше не тратить время на смертельную схватку. Сейчас в комнате оставался только Хуан Пи. Кэ Сюнь удивлённо посмотрел на него и сказал:  — Мяу, куда делись остальные? Почему бы тебе не отправиться в свой мир, мяу? Хуан Пи не обратил на него внимания и продолжал сидеть у стены. Казалось, он вообще не собирался ничего предпринимать, словно прекратил борьбу и смирился со своей участью. Однако на его лице не было и следа пессимистического отчаяния или краха. Кэ Сюнь хотел выбрать другой мир, чтобы найти в нём подсказки, как попасть в "Хайлибу". Он уже сделал шаг вперёд, как его осенила внезапная мысль, и он отступил назад. Кэ Сюнь подошёл к Хуан Пи и присел на корточки. Посмотрев на него, он сказал:   — Брат Пи, поскольку мы вместе прошли через две картины, нас можно считать приятелями. Хотя мы всё ещё не друзья, но если мы не умрём в картине, то вполне возможно, что станем компаньонами в этой битве, возможно, даже на всю оставшуюся жизнь. — Мяу, в такой ситуации, как эта, невозможно сражаться в одиночку. Даже пробираясь по грязной тропе, у тебя всё равно есть братья, с которыми ты дружишь, я прав, мяу? — В конце концов, все когда-нибудь умирают. Есть только сегодня и нет завтра, поэтому всё равно важно проявлять заботу, независимо от того, ладим мы или нет. Если у тебя есть какие-то мысли, не держи их в себе, а лучше выскажи. Если будешь и дальше молчать, то станет неловко. Согласен, мяу? Хуан Пи наконец взглянул на него и сказал приглушённым голосом:  — Я слышал, что у тебя очень сильная интуиция. — Это не всегда так. Ты же видел, мяу, что вчера я не смог помочь Ци Цяню правильно ответить, — сказал Кэ Сюнь. — Тогда угадай, чем я зарабатываю на жизнь? — Хуан Пи бросил на Кэ Сюня мрачный взгляд. — Я думаю, что то, что ты делаешь, связано с деньгами, и деньги, которые ты получаешь, тоже не маленькие. Дела, которые ты делаешь, не тривиальны. В твоих руках должно быть, мяу, хотя бы несколько жизней. — Кэ Сюнь слабо скривил губы, глядя на него спокойно и уверенно. Не сумев напугать Кэ Сюня, мускулы на лице Хуан Пи подергивались, и было непонятно, смеётся он или это какая-то другая эмоция. — Почему ты говоришь со мной ни о чём? — спросил Хуан Пи. — Мяу, я думаю, что у тебя могут быть некоторые подсказки, которые не известны нам, — прямо сказал Кэ Сюнь. — Почему ты так думаешь? — Хуан Пи говорил уклончиво. — Просто полагаясь на две очень смутные подсказки - шарф древнего ученого и превращение тела в марионетку, - догадался, что мир, который тебе нужен, - "Лаошаньский даос", мяу. Это наводит мяу на мысль о том, что у тебя, возможно, неплохая интуиция, — сказал Кэ Сюнь. На его лице появилось озорное выражение, и он добавил: — Брат Пи, ты, наверное, в детстве был любителем мультиков, да, мяу? — Да пошёл ты нахуй со своим мяу, — хриплым голосом выругался Хуан Пи. Несмотря на свирепое выражение лица, он не собирался убивать Кэ Сюня сразу. — Раз уж ты догадался, какому миру ты соответствуете, почему бы тебе не придумать, как его найти? — спросил Кэ Сюнь. Мир "Лаошаньского даоса", который соответствовал Хуан Пи, был скрытым миром, в который нужно было попасть через один из миров за шестью дверями. — Это не твое дело, — жёстко сказал Хуан Пи. — Я думаю, что ты не хочешь возвращаться в реальный мир, а желаешь умереть здесь. — Кэ Сюнь посмотрел ему в глаза. — Забей, придурок. Не говори при мне ерунды. — Хуан Пи был без выражения, но смотрел на него холодным взглядом. Однако Кэ Сюнь не отступил. Вместо этого он присел перед Хуан Пи, плавно обхватив его хвостом. — Мне очень знакомо такое состояние, так что не притворяйся, — сказал Кэ Сюнь. — Мяу, в первые месяцы, когда я стал сиротой, мой образ жизни был таким же, как у тебя сейчас. У меня не было желания ни есть, ни пить. Внешне не было изменений, но в сердце постоянно повторялась одна фраза: "Нужно просто умереть. Что толку жить? Лучше будет умереть". — Мяу, в те первые месяцы я больше всего времени уделял просмотру старых фотографий. Всех фотографий, сделанных моей семьёй с самого детства. Я изучал каждую из них, мяу, или просто смотрел старые мультфильмы и телепередачи в интернете, потому что... — Я притворялся, что снова стал маленьким ребёнком, мяу. Старые фотографии, старые мультфильмы, старые телепередачи - все они представляли самые беззаботные и лучшие воспоминания, которые были у меня с семьёй в детстве, мяу. — Мяу, когда я больше всего страдал, когда я был в отчаянии, в самой большой депрессии, мяу, я всегда думал, что в детстве было лучше. Каждый день, когда я с удовольствием смотрел мультфильмы, вся моя семья была рядом. Как это было здорово. — Твоё состояние сейчас такое же, как и у меня в то время, мяу. Я думаю, что тебе надоела жизнь, мяу. Легко ли заскучать, проведя столько времени в пути, которым ты идёшь? — Значит, нет ничего плохого в том, чтобы умереть в окружении лучших воспоминаний детства, верно, мяу?  Хуан Пи ничего не ответил, лишь опустил веки, обнажив неглубокий шрам. Он уставился на свои руки, покрытые самыми грязными в мире вещами. Много лет назад он был маленьким мальчиком, который сидел на своем стуле и смотрел мультфильмы по телевизору, счастливо и беззаботно. Он и представить себе не мог, что, повзрослев, превратится в подонка, похожего на раковую опухоль. Но кто бы мог представить себе такое? Все счастливые детские годы были похожи, а сложные и тяжёлые жизни - разные. Неудивительно, что автор этой картины выбрал такую тему. Может быть, у него тоже была неудачная жизнь, и поэтому он скучал по своему беззаботному детству. — Брат Пи, как ты считаешь, какой мультфильм за этими шестью дверями с большей вероятностью приведет в скрытый мир "Хайлибу"? Мужчина, стоявший перед Хуан Пи, нагло спрашивал его об этом, как будто он вовсе не был посторонним. Как он мог подумать, что тот ему скажет? — Иди в "Волшебная кисть Ма Ляна", — нахмурившись, с отвращением произнёс Хуан Пи. Да, он должен был ненавидеть этого парня. Как мужчина, он хотел вступить в отношения с другим мужчиной, так чертовски противно. — Мяу? Почему "Волшебная кисть Ма Ляна?" — продолжал беззастенчиво спрашивать отвратительный ребёнок. С хуя ли я должен тебе говорить?! — Ты что, совсем тупой? — Хуан Пи бросил на него свирепый взгляд. — "Черный Кот Шериф", "Тигр осваивает навыки" и "Снежное дитя" - это всё миры животных, а Нежа и Мальчик рыбак - даже не простые смертные. Волшебная кисть Ма Ляна была дана богами, и фрукт, который съел Хайлибу, чтобы научиться понимать животных, тоже был дан богами. Эти два мультфильма похожи! ...  Хвост Кэ Сюня слегка качнулся.  — Старший брат, ты так яростно анализировал эти мультфильмы. Ты, должно быть, хорошо ладишь со своими подчиненными, мяу?  ...  — Ты, блять, хочешь умереть, — жёстко сказал Хуан Пи, стиснув зубы, и начал вставать. Кэ Сюнь вскочил с земли, махнув хвостом, и бросился к двери в мир Ма Ляна. Он мяукнул и, не оглядываясь, сказал:  — Спасибо! Я сохраню в тайне твое милое выступление! — ...Сука, — выругался Хуан Пи, на его шее выступили вены. Кэ Сюнь вошёл в мир Ма Ляна и подумал о сходстве этого мира с миром Хайлибу. В мультфильме Ма Ляна были крупный рогатый скот, овцы, куры и кролики, которые выглядели так, словно были нарисованы на камне. Может быть, это бык? Ма Лян был скотником, и разве старый хозяин не сказал Ма Ляну, который наблюдал за ним из окна, идти домой и пасти скот? Кэ Сюнь поспешил к месту расположения окружного суда и увидел, как над Вэй Дуном издевается старый мастер. Поскольку сюжет перезапускался каждую ночь, Вэй Дуну приходилось начинать сценарий заново. — Донцзы, не беспокойся о нем! — Кэ Сюнь шагнул вперед и потянул Вэй Дуна бежать. Вэй Дун был потрясён.  — Что ты здесь делаешь?! Неужели ты не боишься измениться ещё больше?! Кэ Сюнь потащил его в сторону дома Ма Ляна и сказал:  — Поторопись! Нам нужно вернуться и обыскать твой дом, мяу! — Что искать? — поспешно спросил Вэй Дун. — За мяу-мяу! — сердито крикнул Кэ Сюнь. — Какого хрена ты повторяешь "мяу"? Я понятия не имею, что ты вообще говоришь! — Вэй Дун тоже был напуган и встревожен. Кэ Сюнь хотел сымитировать звук быка, но получился звук кошки. "Чёрт", — подумал про себя Кэ Сюнь. Из-за того, что он попал в чужой мир, его тело продолжило меняться, и теперь он почти... не мог говорить.