Картины Ужаса (Новелла)

Кэ Сюнь присел и написал пальцами на земле слово "бык". К счастью, в этом иероглифе было не так уж много штрихов: в любом другом случае ему пришлось бы сложнее. Однако из-за изменений в его теле иероглиф, который он написал в грязи, получился кривым и выглядел не так, как должен был. К счастью, Вэй Дун всё понял и поспешил в резиденцию Ма Ляна, чтобы вывести быка. Он ударил быка по спине кнутом, желая, чтобы он показал путь в скрытый мир. Однако бык совершенно не обратил внимания на Вэй Дуна и опустил голову в поисках травы. Вэй Дун спешил. Он снова ударил быка кнутом и ногой, но вместо того, чтобы сдвинуться с места, тот повалил его на землю. — Не работает! — Вэй Дун в панике посмотрел на Кэ Сюня. — Не оставайся больше в этом мире, возвращайся в начальную комнату! Кэ Сюнь не обратил на него внимания и нахмурился. Вэй Дун наблюдал, как из уголков рта Кэ Сюня выскочило несколько кошачьих усов. Он так разволновался, что был на грани слёз. Затем поспешно вспомнил об уловках Му Йирана и шагнул вперёд, чтобы ущипнуть Кэ Сюня за шею. Но Кэ Сюнь отпрыгнул в сторону, уклоняясь от него. Уставившись на него, он сказал:  — Думаешь, мяу-мяу-мяу-мяу-мяу-мяу-мяу-мяу-мяу-мяу-мяу? Хотя из уст Кэ Сюня вырывалось лишь мяуканье, Вэй Дун знал его достаточно, чтобы догадаться, о чём он говорит. В любом случае, он ругал его за то, что тот пытается обращаться с ним, как со своим парнем. Вэй Дун судорожно дёргал себя за волосы.  — Уходи скорее. Я умоляю тебя. Я помогу тебе найти скрытый мир "Хайлибу"! Даже если Кэ Сюнь не говорил об этом, Вэй Дун знал, для кого и зачем он пришёл в этот мир. Кэ Сюнь слегка покачал своей кошачьей мордочкой, выражение его лица было решительным. Затем он снова побежал к окружному суду. Вэй Дун отчаянно следовал за ним. Когда они бежали к входу в деревню, то услышали детский крик:  — Моя овечка, моя овечка, моя овечка, моя овечка... Это была история о том, как правительственный чиновник украл у ребенка овцу. Позже Ма Лян нарисовал для ребенка овечку, и тот снова был счастлив. Услышав этот крик, Кэ Сюнь застыл на месте. Его кошачьи уши навострились, когда он вдруг что-то вспомнил. Он указал в сторону крика и позвал Вэй Дуна. Вэй Дуну даже не нужно было раздумывать над его просьбами. Он тут же бросился к нему с кистью. Офицер только что выхватил у ребёнка овечку, но Вэй Дун не обратил на него внимания. Кистью он сразу нарисовал на стене новую. Овечка отскочила от стены, и ребёнок радостно обнял её. Вэй Дун повернул голову и в замешательстве посмотрел на Кэ Сюня.  — Неужели не сработало? Кошачьи уши Кэ Сюня снова навострились, а его круглые глаза уставились на ребёнка и овцу. Он внезапно повернулся и бросился к офицеру, укравшему предыдущую овцу. Вэй Дун наблюдал за тем, как он, словно кошка, подпрыгнул в воздух, вытянув лапы. Взмахнув лапой, он оцарапал офицера до крови. Офицер закричал от боли и неосознанно отпустил овцу, которую держал в руках. Овца спрыгнула на землю и со всей силы помчалась вперёд. Кэ Сюнь погнался за ней и увидел, как овца превратилась в полосу света. Перед ними внезапно возникла круглая дверь. — Мяу, мяу, мяу! — сказал Кэ Сюнь. Когда он смотрел этот мультфильм в детстве, то до смерти ненавидел офицера. Более того, NPC на этой картине очень явно напоминал им: "Моя овца, моя овца, моя овца", указывая на то, что это задание. Так что, естественно, это была важная овца. Когда он вбежал в круглую дверь, перед ним предстало пастбище, усеянное белыми овцами. Вдалеке танцевала и пела группа мужчин, одетых как монголы. — Мяу-мяу, расскажи! Мяу-мяу-мяу-ха! Мяу нашёл! — Кошачьи глаза Кэ Сюня выгнулись полумесяцем. Когда Вэй Дун притащил его обратно в начальную комнату, Му Йиран тоже был там. Кэ Сюнь бросился сжимать его руки и ноги и обнаружил, что он стал ещё жестче, чем вчера. Издав жалобное мяуканье, он сразу же взвалил его на спину и побежал в мир Ма Ляна. Му Йиран на этот раз не отказал Кэ Сюню. Он тихонько прислонился к его спине и негромко сказал: — Гэ Лэй так испугался, что сошёл с ума. Я вырубил его у двери Шерифа Черного Кота, приведу в комнату до 11 часов. — Мяу, — сказал Кэ Сюнь. — После того как я попаду в мир "Хайлибу", ты должен вернуться в начальную комнату, — сказал Му Йиран глубоким голосом, глядя на его бакенбарды, которые превратились в кошачью шерсть. — Мяу-мяу. — Не волнуйся, я помню о безопасности. — Мяу-мяу, мяу-мяу, мяу? — Да, я хочу попробовать запустить скрытый мир. Может быть, когда все скрытые миры будут открыты, появится подпись художника. Так что мне необходимо туда пойти. Я вернусь до 11. Даже если по каким-то причинам я не смогу вернуться вовремя, не иди сюда, чтобы найти меня, ты понял? — Ао. — Не упрямься. — Уууу... — Будь послушным. — Миу. Когда Кэ Сюнь вернулся в начальную комнату, Цинь Си и остальные уже были там. Увидев получеловека-полукота Кэ Сюня, они были потрясены. — Этот говнюк убежал! — пожаловался Вэй Дун, глядя на всех красными глазами. — Сяо Кэ, ты не можешь продолжать ходить в другие миры, — нахмурившись, сказал Цинь Си. — Если нужно что-то сделать, поручи мне. Моё тело никак не изменилось. Даже если я буду время от времени отправляться в другие миры, моя трансформация займет больше времени, чем твоя. — Мяу. — Уши Кэ Сюня упостились. — Давайте поторопимся. — Чжу Хаовэнь оторвал взгляд от пушистых кошачьих ушей и сказал глубоким голосом: — Сначала расскажу о своём открытии. В "Хорошей Кошечке" я выследил одну из мышей, которая открыла скрытый мир. Эта мышь с одним ухом оказалась той же самой мышью, что и в "Чёрном Коте Шерифе". — Мяу? — Кэ Сюнь удивлённо посмотрел на него. Чжу Хаовэнь посмотрел в ответ. — Значит, я не открыл новый скрытый мир. Активировал то, что было уже существующим миром - "Хорошей Кошечкой". Цинь Си добавил:  — Я думал обо всех важных сюжетах и вещах в истории о мальчике рыбаке и в конце концов обнаружил, что один из главных героев этой истории - беловолосый старик - взял хорошую лодку, чтобы поймать больше рыбы. Я последовал за ним и активировал скрытый мир. К несчастью, открылся другой существующий мир - тот, в котором умерла Чжао Хайцуй. К этому времени Ло Вэй и Ли Яцин вернулись из мира Нежи вместе с Вэй Мяо. В "Огненном мальчике" Ло Вэя и "Легендах о Книге Небес" Ли Яцин были скрытые миры. Ло Вэй считал, что "Легенды о Книге Небес" похожи на "Нежа волует море", и поэтому решил сначала помочь своей девушке найти её скрытый мир. К тому же Вэй Мяо не решилась отправиться в свой мир одна, поэтому они втроём вошли в 'Нежа волнует Море". — История "Нежа волнует море" очень длинная, — слегка нахмурился Ло Вэй. — Нам удалось продвинуться на короткий промежуток времени. Но по сюжету Нежа вытягивает сухожилия кронпринца драконов, а реквизит Вэй Мяо - ободок с рогом дракона. Мы опасались, что её роль - это роль принца-дракона, поэтому не стали продолжать развивать сюжет. Пришлось временно вернуться. В результате мы не смогли попасть в скрытый мир. — Это действительно проблема... — размышлял Цинь Си. — Мы не можем продвигать сюжет, жертвуя одной из наших жизней. Может, есть что-то ещё, о чем мы не догадались? — Ао вувуву мяу-мяу тоже может сделать это мяу! — быстро сказал Кэ Сюнь. Все смотрели на него со слегка напряженным выражением лица. Кэ Сюнь был ошеломлён.  — Мяу, вувуву, не понимаете, ао ао мяу? — Мы не понимаем... — Все дружно покачали головами. — Мяу-мяу! — Кэ Сюнь завёлся. — ...Я понимаю, — сказал Вэй Дун, а затем с тревогой посмотрел на него: — Что же нам делать?! Может, попробуешь записать? Кэ Сюнь взял ручку и бумагу, которые передал ему Ло Вэй, и с большим старанием нарисовал на бумаге. Чжу Хаовэнь взял бумагу и увидел, что на ней остались лишь беспорядочные каракули. — Наверное, только Му Йиран может понять, о чем ты говоришь. — Чжу Хаовэнь смотрел на него безучастно. — Я верну его обратно. Кэ Сюнь схватил его за рукав и покачал головой.  — Мяу! — Ты хочешь сказать, что это слишком опасно? — Цинь Си догадался, что он имел в виду. — Действительно, это не мир Хаовэня, поэтому изменения в его теле ускорятся. Давайте я. Я, наверное, самый нормальный из всех, кто здесь есть, больше всех похож на обычного человека, что позволит мне отправиться в другие миры, если хочу. Сказав это, он не стал медлить и сразу же шагнул в мир Волшебной кисти Ма Ляна. Видя, что Кэ Сюнь так расстроен, что кусает свой кошачий хвост, Вэй Дун быстро нашёл другую тему, чтобы отвлечь его.  — Ребята, вам не кажется удивительным, что мы не ели почти два дня, но при этом ни капельки не голодны? — Наверное, потому что это мир мультфильмов, — сказал Чжу Хаовэнь. — Во многих мультфильмах намеренно уделяют крайне мало времени еде, потому что будет задействована пищевая цепочка животных. Например, в мультфильме "Тигр осваивает навыки" тигрёнка учила лазать кошка. Тигр также собирается с группой обезьян и белок, чтобы поговорить. В таком случае, если в дело вмешивается еда, этот мир становится очень противоречивым и хаотичным. — ...Да, тигр ест мелких животных или он вегетарианец? Никто не знает. — Вэй Дун кивнул. — Значит, в мультфильме об этом не думают, поэтому и нам нет необходимости питаться. Более того, Вэй Дун подумал, при виде трупов в этой комнате ни у кого не появится аппетита. Он невольно посмотрел в сторону разделенного трупа Ци Цяня. Когда его взгляд встретился с отрубленной головой Ци Цяня, он вздрогнул всем телом, а затем волна тошноты хлынула из желудка, пугая его. Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох, но лицо Ци Цяня, которое больше не выглядело человеческим, было впечатано в его сознание. ...А-а-а? Вэй Дун почувствовал, что что-то показалось ему немного странным. Он хотел открыть глаза и посмотреть ещё раз, но почувствовал, что это слишком отвратительно. Подумав, он открыл глаза и посмотрел на Кэ Сюня.  — Кэ'эр, ты всё ещё понимаешь человеческую речь? — ... — Кэ Сюнь выплюнул хвост изо рта. — Мяу. — Тогда посмотри на лицо Ци Цяня. Было ли оно таким до его смерти? — Вэй Дун без колебаний бросил своего лучшего друга в яму. Кэ Сюнь взглянул на Ци Цяня и почувствовал такое отвращение, что волосы на его теле встали дыбом. Он раздраженно посмотрел на Вэй Дуна: — Ао-ао, мяу-мяу, мать твою! Мяу-мяу не понимаю мяу-мяу, что за бред? Вэй Дун догадался, что тот говорит, что-то вроде. "Блять, как отвратительно. Зачем ты хотел, чтобы я на это смотрел? Даже если я посмотрю, ты ж нихрена не поймёшь, о чём я говорю. Но ты всё равно хочешь, чтобы я на это посмотрел, что за бред". Он показал пальцем на свое лицо и сказал ему:  — Не говори. Просто кивни. Ты видел, что у Ци Цяня особенно странные брови? Я помню, что его брови были очень близко друг к другу, из-за чего он выглядел очень злым, но я только что взглянул на него, и его брови, кажется, раздвинулись. Услышав это, Кэ Сюнь снова посмотрел на лицо Ци Цяня. Затем он кивнул и отметил расстояние обеими руками. — Мяу-мяу, далеко друг от друга. — Верно, — сказал Вэй Дун. — Я заметил, что в первую ночь его брови были другими. Теперь, когда он умер, это стало ещё очевиднее. У него слишком широко брови. Даже для мультфильмов это слишком, не думаешь? — Мяу?! — Кэ Сюнь вдруг словно вспомнил о чём-то. Его глаза расширились, и он надолго задумался. Затем он закричал на всех: — Мяу-мяу! Ао мяу, мяу! Все: ... — ...И о чём ты? — сказал Вэй Дун. Кэ Сюнь закричал:  — Мяу-мяу-мяу! Вэй Дун: — Название мультфильма тебя уже не спасёт...