Подснежник

      Пульсирующая боль отдавала в виски всё сильнее, отчаяние и страх пробирались под кожу и липкими щупальцами приближались к горлу. Если бы Тэхён выпил чуть больше, он бы подумал, что тошнота и горький привкус во рту вызваны интоксикацией, но разум уже был трезв. Омегу бил озноб от ужаса и абсурда ситуации, в которой он оказался. Телефон, как и кошелёк, у омеги отобрали еще в кабинете некого «Чона». Парень даже не представлял, как ему выбраться отсюда. — Чего сидишь? Мог бы и поспать, тебе же работать через пару часов.       В полупустую комнатку вошел мужчина, оказавшийся полицейским. Уже день? Тэхён сбился со счёта времени, находясь в так называемой прострации. — Вы ведь знаете, что я ничего не делал, никому ничего не продавал. Зачем вы это делаете? — появившаяся из неоткуда смелость поразила мужчину, который рассмеялся в ответ на слова мальчишки. — Я ничего не знаю. Всё, что я видел, это наркотики у тебя в кармане, и то, как ты по-блядски тёрся задницей обо всех подряд на танцполе. — Я просто танцевал! Разве это запрещено в клубе? — Да мне плевать, хоть соси посреди зала. Меня это не касается, пока в обход нас не продается запрещёнка, — с усмешкой ответил мужчина, подходя к мальчишке поближе. Двумя пальцами он поднял его подбородок, заглядывая в испуганные глаза. — Красивый, если не будешь брыкаться, сможешь много заработать с такими личиком. Всего ничего, пять тысяч долларов, и ты свободен, это не более чем неделя работы. Но я советовал бы тебе остаться.       Мужчина повернул голову Тэхёна к зеркалу и продолжил: — Посмотри. Ангельский взгляд и такое блядское личико, сумасшедшая смесь, — короткий смешок прозвучал как откровенное издевательство. — Хару, хватит, — грубый мужской голос оборвал эту «ласковую» пытку.       Вновь по спине Тэхёна пробежали мурашки от низкого, немного хриплого голоса. Он казался знакомым, но в то же время до ужаса пугающим. Этот голос обнажал все потайные страхи, один из которых сейчас стал реальностью. — Ложись спать, иначе будешь ночью, как тряпка на шесте. За такое не заплатят и доллара, — «Чон» пальцем подозвал к себе своего пса и начал тихо о чём-то переговариваться в дверях комнаты, периодически бросая пренебрежительные взгляды на мальчика, что комочком сжался в углу чёрного кожаного дивана.       На слова своего начальника мужчина ответил коротким кивком и скрылся с глаз Тэхёна. — Как ты в таком юном возрасте попал в этот «бизнес»? — с лёгкими нотками презрения спросил мужчина, входя в комнату и присаживаясь на корточки перед омегой. — В который раз повторяю, я ничего не делал, единственное что у вас есть — это какой-то пакетик. Я без понятия что в нём, может там просто снотворное или таблетки от головы. Его мог засунуть в карман кто угодно, даже ваш друг, — омега наконец поднял взгляд с пола, глядя в чёрные бездны напротив.       В комнате не горел свет. Единственное освещение поступало из короткого коридора через всё еще открытую дверь. Она была так близко, казалось бы, резкий рывок, два шага и он на свободе, чёрный ход явно где-то поблизости. — Даже не думай, — его мысли прервал всё тот же голос из преисподней, — Я не верю тебе. Мы уже не раз ловили таких как ты, все поют ту же песенку: "я не виноват, это не моё, мне подбросили". Что же теперь, всех отпускать безнаказанно? Проявить слабость, разрешить беспредел на своей территории? — Но я не виновен. — Это лишь твои слова. Так или иначе, я сильнее. — И это дает тебе право издеваться над слабым?       «Чон» громко рассмеялся, поднимаясь во весь рост и звонко хлопая себя по коленям. — Ты ужасно невоспитанный парень, может, стоит тебя воспитать?       Глаза мужчины грозно сверкнули в темноте, в комнате повисла давящая тишина. Оба молчали, глядя друг на друга со своих ракурсов — альфа сверху вниз, Тэхён подняв голову. — Попробуй, — продолжил огрызаться омега, после отводя взгляд куда-то в стену, за спину мужчины.       Это явно не понравилось альфе, он услышал пренебрежение в голосе парня, который по-видимому забыл, в каком положении находится. Мужчина рывком дёрнулся в его сторону, схватил за лицо, сжав пальцами щеки, и повернув голову парнишки на себя. — Маленькая, маленькая ядовитая змея. Из-за тебя и твоих таблеток в моём клубе ночью умер человек, и благодари все высшие силы, в которые ты веришь, что я не отдал тебя на самосуд его родителям. Падай в ноги Хару и благодари его за то, что ты все ещё не под следствием. Мужчина резко отстранился, откинул голову омеги от себя. — Ты здесь не долг отрабатываешь, а свою жизнь. Ты мне всё отработаешь, либо я сам у тебя эту жизнь отберу. — Неужели вам есть от этого выгода?       Тэхен мог бы снова начать причитать, доказывать свою невиновность, но его совершенно не слышат. Больше всего ему бы хотелось узнать, кто так с ним поступил, кто уничтожил его жизнь, почему жертвой выбрали именно его? Омега уже не слышал, как ушёл мужчина, оставив его без ответа. Пустой взгляд, направленный в стену, больше не улавливал движения. Тэхен выглядел, как выключенный робот, игрушка.       Его глаза медленно закрылись, и разум поглотило долгожданное небытие. Сны. Разноцветные детские сны были пределом мечтания Тэхёна, всё, что он видел в своих — это чёрные глаза с зелёным ободком, теплые руки и запах кашемирового пальто. Этот сон. Раньше он был успокаивающим, дарил прекрасное настроение на весь день. Сейчас же Тэхён проснулся будто от кошмара. Ему хотелось вновь оказаться одиннадцатимесячным малышом, которого согревают тёплые руки. Хотелось вновь почувствовать тот запах, что уже много лет назад выветрился с кашемирового пальто.       В дверь каморки тихо постучали. Это явно были не его надзиратели — они входили без стука.       Не дождавшись ответа, в комнату протиснулась светлая макушка. — Эй, мне сказали разбудить тебя, дать костюм и научить нашей программе. Пойдём со мной, иначе меня накажут, — тихо и стеснительно говорил омега, сминая в руках край белой футболки. Тэхен открыл глаза, слегка потирая их. — Чёрт, я надеялся, что мне это приснилось.       Тэхён поднялся с неудобного дивана и молча пошел следом за низенькими омегой с красивыми формами. Вчера он танцевал на барной стойке, казался ярким, смелым, раскрепощённым, а сейчас выглядел как сама невинность. — Ты попал сюда так же, как и я? — Тэхёну сразу было понятно, что этот парень ему хён, но разбрасываться формальностями в таком месте он не собирался. — Нет, ты что, я таким как ты никогда бы не стал заниматься. Торговать смертью это… низко и противно, — с заметным отвращением ответил парень, ведя Тэхена по извилистым коридорам. — Я не виноват. Это были не мои таблетки, мне подбросили их. — Можешь доказать? — Нет. — Тогда твои.       Незнакомый омега лишь пожал плечами, пропуская парня перед собой в очередную небольшую комнатку. Это была и гримёрная, совмещённая с гардеробом. — Расскажешь, как попал сюда? — Тэхен не знал, зачем интересовался жизнью этого парня, просто хотелось услышать что-то, что подтвердило бы его догадки о мошенничестве хозяина клуба. — Всё просто. Мать выгнала из дома, когда снова замуж вышла. Образования нет, денег нет, жилья нет. Вот и пришёл сюда три года назад. Сначала работал уборщиком, потом друг директора Чона заметил меня. Он предложил пойти в танцовщики, разрешил в той комнате, где ты спал, пожить, ну, пока не заработаю. А потом я на квартиру съехал, — омега рассказывал это с таким равнодушным лицом, будто бы эта история была из разряда «купил вчера новую сумочку». Параллельно с рассказом парень перебирал ловкими пальчиками вешалки с разнообразной открытой одеждой. — А как тебя зовут? — Пак Чимин, — коротко представился парень, протягивая одну из вешалок омеге, — а тебя? — Ким… Ким Вивиан, — Тэхён чуть не выдал свою тайну, почти забыв, что представился «директору Чону» совсем другим именем. — Чудной ты, очень чудной, — рассмеялся вдруг омега, — и на шлюху-наркоторговца совсем не похож, хороший актёр. — Еще раз повторяю, я не… — Да ладно, забей. Мне всё равно, — Чимин присел на столик с зеркалом и, достав тонкую сигарету из пачки, закурил. — Будешь? — Нет, спасибо, я не курю.       Чимин рассмеялся и, достав из пачки еще одну сигарету, протянул её омеге. — Кому ты чешешь? На.       И Тэхён взял, взял и сразу же подкурил. Да, он не курит, но всё же пробовал, ещё в школе. — Врушка, — глаза омеги от смеха превратились в щёлочки, — покурим и переодевайся. — А этот ваш директор Чон слишком уверен в себе. У них кроме того пакетика ничего нет, я уверен, что на нём и отпечатков моих не найдут — я его не трогал даже, —внезапная мысль осенила Тэхёна. — Всё намного серьёзнее, это не просто наркотики. Такое происходит не в первый раз, в других клубах бывали подобные случаи, — Чимин прищурил глаза, борясь с жжёнием от сигаретного дыма. — У нас же такое впервые. Ловили наркоманов, да и чего греха таить, здесь можно купить дурь или качественные колеса. Чон этим не брезгует, но товар проверенный, относительно безопасный, а твои таблетки, концентрат мгновенной смерти.       Чимин слез со стола, протягивая омеге выбранный наряд. — Ты танцевал когда-то? — Ты слишком быстро перескакиваешь с одной темы на другую. — Должен ведь лучше меня всё знать, пытаешься запутать? — Когда-то правда всплывет, и придется извиниться.       Тэхён тушит сигарету и бросает в пепельницу. Зайдя за небольшую ширму, он начал стягивать свою одежду, которую с трепетом выбирал прошлым вечером. Он думал обо всём, что только можно представить, но даже не догадывался, где и в каком положении окажется буквально через сутки. — Я не умею прямо профессионально танцевать, я никогда не учился, но в детстве занимался художественной гимнастикой, это поможет? — Неужели омега смирился со своей участью? Либо выбрал наиболее безопасный путь? Тэхён не мог дать сам себе ответа. Ему казалось, что всё это закончится так же резко, как началось. — Думаю, да. Если занимался, то пластика и растяжка хорошая. Я, когда начал танцевать, и сам толком ничего не умел. Главное слушай музыку, будь грациозным и мáнким, — Чимин осмотрел Тэхёна, стоящего в полупрозрачной чёрной рубашке и достаточно тесных чёрных джинсах. — Вау, ноги потрясные, — присвистнул омега, усадив Тэхёна перед зеркалом. — сейчас сделаем из серой мышки королеву пилона.       Пренебрежительный тон Чимина куда-то исчез, как и его напускная скромность. Теперь Тэхён видел перед собой того самого мальчишку с барной стойки. Чимин, как фея крестная, порхал над своей Золушкой, легкими движениями наносил макияж, укладывал растрепанные волосы, что-то щебетал, явно наслаждаясь процессом. — Тебе так нравится наводить марафет, ты бы не хотел стать стилистом? — вдруг спросил Тэхён, до этого молча слушавший рассказы Чимина. — Знаешь… — омега замялся, замирая с кисточкой у щеки Тэхёна, — я очень хочу стать визажистом, — сказал он, прикусив губу до красноты, и продолжил красить омегу.       Взгляд Чимина сразу же опустел: было заметно, что ему тяжело говорить на эту тему. — Так почему ты не пойдёшь на курсы визажиста, прилично зарабатываешь же... не так ли? — Ты не поймёшь. Я не могу, просто не могу, давай не будем говорить об этом.       Тэхён замолчал, и в комнате воцарилась напряженная тишина.       Через некоторое время Чимин щёлкнул крышечкой пудры и удовлетворенно посмотрел на свою работу. — Тебя достаточно легко красить, у тебя хорошая кожа и правильные черты лица. Ты идеальная модель, — Чимин широко улыбнулся, откладывая косметику на столик. — Что-то ты совсем подобрел, — Тэхён криво улыбнулся и поднялся со стула.       Омега ничего не ответил, лишь указал рукой на дверь. Через сорок минут начнётся шоу-программа, им нужно обговорить всё с остальными танцовщиками и отправиться в зал.       Своеобразная летучка быстро закончилась, остальные отнеслись к Тэ с ещё большим пренебрежением и осторожностью. Почти не разговаривали, лишь объявили, что в ВИП программе их «новенький» точно не будет участвовать. В какой-то степени Тэхёну стало обидно, что его недооценивают, но здравый смысл ликовал — у богатых жирдяев не будет возможности коснуться его своими грязными руками. Он будет лишь куклой, к которой нельзя подойти ближе, чем на три метра.       «Кто еще из нас ВИП», подумал про себя Тэхён, направляясь за старшими омегами в зал, уже наполненным беснующейся толпой.       Яркий свет и музыка раздражали, вчера это казалось чем-то новым и притягательным — сейчас же чем-то грязным и порочным. Люди не замечали ничего, безмолвная серая масса, приправленная блестками и залитая алкоголем. Дальше всё выглядело бессвязно и пошло, как в самых грешных фантазиях Тэхёна. Откинув своё стеснение, он отдался музыке: его плавные движения были размеренными, в некоторых местах ломаными, что соответствовало той или иной песне. Он не чувствовал усталости, в течение нескольких часов развлекая публику; почти все пуговки на его рубашке расстегнулись, омега вошёл во вкус, своё же тело пьянило его.       Помутнения рассудка прервал взгляд, прожигающий Тэхёна на сквозь. Те самые глаза, с зелёным ободком пристально следили за парнем, не пропуская ни одного движения. Это ещё больше раззадорило Тэхёна, заставив выкладываться на полную.       Омега не заметил, как пролетело время, до закрытия клуба оставалось ещё три часа, но людей стало значительно больше, чем в начале вечера. Это не мешало Тэхену спуститься со сцены, на которой он находился без перерыва. Только теперь он почувствовал боль в натруженных мышцах, а самое главное — дикую жажду.       Парень направился к уборным, на ходу разминая уставшую шею. Завернув за угол, к неприметному коридорчику, омега выдохнул с облегчением: здесь музыка была потише. Он облокотился о стену, прикрыв глаза. Неужели ему предстоит такая тяжелая работа на протяжении еще нескольких дней?       Резкая сильная хватка отрезвила парня, он быстро открыл глаза, попытался закричать, но его рот закрыли ладонью и утянули омегу подальше вглубь коридора. Его мычание было таким тихим на фоне музыки из зала, что помощи ждать было неоткуда. Крепкие руки прижали его к стене, рот отпустили, сразу же раскрыв челюсти парня пальцами. Юноша догадался, что с ним пытаются сделать. Он начал отчаянно брыкаться, не мог кричать. Из глаз брызнули слёзы, его губы приоткрылись, а челюсти разжали крепкие руки. Неужели он умрет вот так? — Вивиан, — Тэхен услышал писк Чимина, который сразу же бросился за помощью.       Неизвестный мужчина оттолкнул омегу и поспешил к чёрному ходу, так как в конце коридора уже появился Чимин с директором Чоном.       Тэхён осел на пол, пытаясь отдышаться и вытирая руками лицо. Слёзы текли обильными солеными ручьями, омегу охватила истерика: он задыхался от пульсирующих спазмов в горле, он только что мог умереть. — Чонгук, сделай что-то, слышишь, он не же задыхается! Может, ему успели затолкать в рот таблетку, нужно срочно прочистить желудок, — Тэхен резко мотнул головой, показывая, что всё в порядке. Ну, относительно. — Так, тише, — Альфа опустился на колени рядом с ним, аккуратно обеими руками поднимая голову омеги, — Слышишь? Он ушёл, мы его спугнули.       Чонгук вытер слёзы с лица омеги, заметив наконец невинность ребенка, что мелкой дрожью бился в его руках. — Ты сможешь встать?       Получив отрицательный ответ, он поднял парня на руки и направился в свой кабинет.       Слишком часто Тэхен стал проваливаться в себя, истерика закончилась так же резко, как и началась. Он прикрыл глаза, цепляясь дрожащими пальцами за рубашку директора Чона. Запах напоминал что-то родное, успокаивающее, будто из детства. — Как ты? — Чонгук усадил парнишку на мягкий диван, присел перед ним и погладил трясущиеся колени.       Омега помотал головой из стороны в сторону и ответил с задержкой: — Страшно. — Здесь тебе ничего не грозит, за дверью стоит Хару, клуб закрывают раньше, — альфа замялся. — Ты знаешь, кто это был? Знаешь того человека?       Тэхён вновь отрицательно покачал головой, всхлипнув. Даже тот факт, что его пытались убить, не снял с него подозрений. — Всё, успокойся, слышишь? Мы найдём того, кто попытался тебя подставить и убить. К тебе больше не приблизятся. — Почему я? Я никогда не обижал никого, почему жертвой выбрали меня? — Ты безобидный, Вивиан, беззащитный. Видимо, тебя посчитали лучшей мишенью, чтобы толкнуть в яму и закопать, — Чонгук наконец поднялся и отошёл к столу, чтобы обзвонить каких-то людей.       Омега не прислушивался к разговорам. Он отстранённым взглядом следил за мужчиной, который раздражённо раздавал указания и разъярённым зверем метался по кабинету. — Они вновь попытались убить человека в моём клубе. Они подставили невиновного и попытались избавиться от него, — голос Чонгука был похож на рык устрашающего тигра, резкий и бескомпромиссный.       Закончив разговор мужчина вернулся взглядом к юноше, забившемуся в уголок дивана. — Я могу сесть?       Тэхён кивнул, опустив голову на быльце. Мужчина присел рядом и откинулся на спинку. — Я попрошу Хару отвезти тебя домой, и он проследит до утра под твоим домом. Ты же не один живёшь? — Нет, я сам живу, — хрипло ответил омега. — А родители? Тебе только восемнадцать исполнилось. Так быстро успел съехать? — Я детдомовский, — Тэ шморгнул носом. — Извини, я не знал.       Мужчина пристально рассматривал омегу, задержавшись взглядом на родинке, что трогательно украшала кончик носа. Кроме родинки на нём красовалась одинокая слезинка, что никак не хотела падать. Чонгук протянул руку и мягко вытер её. — Прости. Нужно было все проверить еще раз, прежде чем выставлять тебя напоказ в клубе. — Прости? Меня чуть не убили из-за того, что вы просто не захотели мне поверить! Вы даже не пытались мне поверить, просто воспользовались подвернувшимся случаем! — Что ещё мы могли подумать, найдя у тебя в кармане синтетику? — Да что угодно! Сколько таких случаев происходит ежедневно, вы даже не стали проверять! — Успокойся, твои перепады настроения понятны в такой ситуации, но не настолько же резкие, — директор Чон немного повысил голос, — секунду назад ты плакал, а теперь готов наброситься на меня с кулаками. — Да пошел ты нахуй.       Тэхен поднялся с дивана, быстрыми шагами направился к двери. Никто не остановил его. Как Чонгук и обещал, до дома омегу довез Хару, а после остался караулить у подъезда.       Парню было откровенно всё равно. Он, не смыв косметики и не переодевшись, уснул тряпичной куклой прямо на диване — главное, что дома.