Мне холодно

— Сейчас, я позову на помощь — сказал Константин Владимирович, доставая рацию — Приём, Витя. — Приём. — Я нашёл их. Мы выйдем к дороге будем ждать вас там. — Хорошо. — Конец связи. Милиционер подошёл к нам. — Вы в порядке, ребята? — спросил он нас. — Как вид-д-дите н-н-ет — говорю я дрожащим голосом — К-к-кажется я подвернула н-н-огу. — Я отнесу тебя — он подошёл ко мне — Мальчики отойдите, а то мы так долго плестись будем. Он присел и протянул руки вперёд. Ребята отпустили меня. В этот миг я думала, что упаду. Но мне не дали. Константин Владимирович подхватил меня и медленно встал. Теперь же я была в его руках. Левой рукой обхватила его шею, а правой схватилась за куртку. Он посмотрел на меня. Моё сердце. Оно билось так быстро, будто хотело выпрыгнуть из моей груди. Я отвернула голову, чтобы не смотреть ему в глаза. Мне было стыдно. — Ну что, пошли мальчики — сказал он. Мы пошли. — Из-з-звините меня, что не дождалась вас. М-м-не нужно было дождаться вас с братом — сказала я дрожащим голосом. Слёзы покатились по моим щекам. Милиционер сильнее сжал мою талию. — Кто-ж знал, что так будет. Не вини себя, Валерия. — Н-н-ет, это я во всём виновата. — Валерия послушай. Вы хотели уйти раньше до того, как Солнце сядет. Вы сделали это правильно, но иногда случаются непредвиденные ситуации, которые мы люди не можем предвидеть. — Константин Владимирович, это вы меня т-т-ак успокаиваете, но ведь я могла пред-д-двидеть такую ситуацию. Я не проследила за братом, и сама же потерялась. — Валерия, прошу не вини себя. Здесь нет виноватых. — Я хотела в-вам кое-что рассказать, но это под-д-дождёт. Я хочу с-спать — мои глаза слеплялись, и я никак не могла это контролировать. Мои глаза закрылись. — Валерия, нельзя не спи! — он потряс меня — Ускоряемся ребята! — Мне холодно — прошептала я. — Сейчас всё будет хорошо. Мы отогреем тебя, чаем напоим. Только не спи! Кажется, он бежал. Я не чувствовала своё тело. Мои варежки уже не защищали руки. Ноги онемели. Видимо я долго была в отключке. Наши родители интересно ищут нас? — Лера, не спи! — кричал Антон. Мои глаза открылись, и я увидела отца с молодым милиционером. — Её нужно отвезти в ФАП — сказал Константин Владимирович. — Лерочка — проговорил отец. Глаза вновь закрылись. — Я отвезу её. Вы можете поехать со мной так как вы её отец. А вам мальчики придётся ехать в участок с Виталием Сергеевичем, расскажите, что случилось.

***

Я открыла глаза. Тепло. — Лера, ты очнулась — отец гладил меня по волосам. Моя голова лежала на его коленях. Мы ехали на машине. — А где Тоша? — спрашиваю я и пытаюсь подняться. — Не поднимайся, лежи. С ним всё хорошо. — А куда мы едем? — В акушерский пункт. Тебя должны осмотреть. Ты вся белая, а губы синие. Надеюсь, это не обморожение. — А Константин Владимирович? Он нёс меня на руках… — Он ведёт машину. Кстати, мы скоро приедем? — спросил папа. — Минуты две — ответил милиционер. Глаза снова закрылись.

***

Я проснулась от солнечного света и поняла, что лежу на больничной койке. — О, очнулась — передо мной стоял мужчина в возрасте с седыми волосами. — Лера! — крикнул Антон и схватил мою руку, сжимая её. — Тоша…прости меня. — Не извиняйся, это ведь я убежал от тебя он опустил голову. — В следующий раз мы будем умнее — сказала я. — Да. — Ладно мальчик. Ей надо отдохнуть — сказал врач. — Поправляйся, Лера — он вышел из палаты. — Ну что-же Валерия. Могу вам сказать, что вы чудом избежали обморожения. А что по ноге, у вас растяжение связок стопы. Заживёт за две недели, если не будете напрягать свою ногу. — Значит, я здесь надолго? — спрашиваю я. — Вы полежите тут два денёчка, а потом мы вас отпустим — он вышел из палаты. Ну вот Валерия, вся твоя практика коню под хвост. — Кхе-кхе — кто-то покашлял. Я повернула голову налево. В палате находился седой дедушка, с длинной бородой. Его взгляд маленьких глаз был хитёр и при этом задумчив. Он сидел в инвалидной коляске, наблюдая за мной. — Здравствуйте — сказала я. — Здравствуй — он улыбнулся мне, показывая свои зубы — Белочка? — Что… — Твоя маска. Она на тумбочке — он показал мне рукой. Я привстала на постели и посмотрела на тумбочку. Маска белки. Как она здесь оказалась? Неужели мальчики взяли её? — Он слезами обливался, тихо в двери постучался: Приходи к нам, белочка. Белочка-умелочка! Плохо бедному волчонку, он лежит и плачет тонко — сказал старик. — К чему вы это? — Я просто вспомнил одно стихотворение, которое читал своей внученьке. — Можете продолжать — сказала я. — А волчонок-то не плачет. Он поет и резво скачет… Ну какой же он больной. Твой волчонок озорной? Старый волк расхохотался: Он болеть не собирался! Просто мы поесть хотим и сейчас тебя съедим! — Они съели белку? — спрашиваю я. — Обманули белочку. Белочку-умелочку. Белка волку отвечала: Испеки меня сначала. Я сырая невкусна, потому что не жирна. Старый волк мигнул волчонку, и открыл в печи заслонку: Ну-ка, белка, в печь садись, да скорее испекись! Белка прыгнула вперед, заскочила в дымоход, по трубе полезла выше. Вот она уже на крыше. Как завыл тут волк со зла: Ай, держи! Ушла, ушла! Он, кряхтя, полез за нею и в трубе застрял по шею. Вот и домик расписной, под зеленою сосной. Снова дома белочка, Белочка-умелочка. Но в полете, где-то в тучах. Уронила белка ключик, что ей делать, как ей быть? Нечем двери отворить и пошла она к соседям, позвала она медведя. Толстый ключ принес медведь, стал пыхтеть, замок вертеть. Прибежала к ним лисичка. Принесла свою отмычку. Зайка даже грыз замок, но разгрызть его не смог — дед прокашлялся — И пришел к ним серый волк, Серый волк — зубами щелк: Я, друзья, иду на помощь: Без меня замок не сломишь. Нет, сказала белочка, Белочка-умелочка. Ты ко мне в друзья не лезь. Ты меня задумал съесть! Звери тут как рассердились, как на волка напустились и давай его кусать. — Они его прогнали? — Битый волк, визжа и воя, убежал от них стрелою. Суматоха улеглась… Только дверь не отперлась. Вдруг веселый журавленок. Прилетел с лугов зеленых. Он принес не червяка, а Белкин ключик от замка. На лугу, в кустах колючих, отыскался этот ключик. И хозяйка ключ взяла. Сразу двери отперла. Тут все стали танцевать, стали белку в гости звать: Приходи к нам, белочка, Белочка-умелочка! — дед хлопнул себя по ногам — А вот и сказки конец, а кто слушал мо-ло-дец! Я похлопала ему. — Леонид Иванович Куликов написал это стихотворение. А меня же зовут Харитон, а тебя как я понял Валерия. — Приятно познакомиться с вами Харитон. — И мне приятно. К слову — он прочистил горло — Я знаю происхождение твоего имени, хочешь расскажу. Ну выбор у меня был не велик. Всё-таки скучно просто сидеть и смотреть на стену. — Давайте — сказала я. — Имя Валерия по происхождению латинское. Значение — «сильная» или «крепкая здоровьем». Образовано от латинского слова «valere». — А ваше? — Моё же имя греческого происхождения. Означает благосклонный. И тут в палату зашёл, Константин Владимирович. Он был в той же милиционерской форме, только поверх неё был одет халат. Он держал сетку с мандаринами. — Здравствуйте — говорю я. — Здравствуй, ну как ты? — спрашивает милиционер, проходя вглубь палаты, останавливаясь возле моей тумбочки. — Всё хорошо — я улыбнулась ему — Спасибо вам. — Это мой долг, спасать от беды. Он положил сетку с мандаринами на тумбочку и сел на стул возле моей койки. — По правде говоря, тогда я очень сильно испугался. Ты была такой белой. Думал, что ты там… — он замолк, складывая руки в замок — Не хочу говорить это слово. — Но ведь всё обошлось — я положила свою руку поверх его рук. — Обошлось, но осадок остался. Дети пропадают и как будто исчезают навсегда, в этом чёртовом лесу. Я боялся, что и вы с Антоном исчезните — он смотрел на мою руку. — Константин Владимирович, всё хорошо закончилось. Мы живы. — Валерия, ты хотела мне что-то рассказать, когда я тебя нёс. — Я не помню. — Хм — он поднял свои глаза на меня. Как же трудно говорить, когда он так смотрит! Его взгляд был грустным. — Может и помню кое-что, но это я вам расскажу не здесь — мой взгляд устремился на Харитона, читающего книгу. — Хорошо, я понял. — И кстати… Константин Владимирович вы сжали мои пальцы. Мне слегка больно. Он резко отпустил мои пальцы. Свои же руки он убрал в карманы халата. — Прости. — Ничего — мои щёки пылали. — Ладно, мне пора. Кушай мандарины — он сделал паузу, вставая со стула — Они сладкие. — Вы принесли так много мандаринов. Они наверняка очень дорогие. — Дорогие, но мне дороже твоя жизнь. Выздоравливай — сказал он и вышел из палаты.