Writober 2023

Интересно, как часто о нас задумываются там, внизу? Я замечаю, что очень часто люди просто смотрят вперёд или вниз, но никак не над своими головами. Зато мы можем смотреть за ними почти когда угодно. Стоит только подлететь к иллюминатору и посмотреть на голубой шарик, который для нас стал первым домом. Здесь мы выросли, получили лучшие мгновения, набили шишки. Но теперь я и ещё двое человек здесь. Всего-то три из восьми миллиардов находятся на МКС. Я оттолкнулась от иллюминатора и начала плыть в невесомости. Кажется, это никогда мне не надоест. Мы управились с работой достаточно оперативно, поэтому, если ничего неожиданного не случится, то можно отдохнуть спокойно денёк-другой, пока на Земле занимаются обработкой данных с нескольких космических булыжников. А мне казалось, что я буду заниматься открытием новых горизонтов в другом ключе… О, вот и карта созвездий. Я повернула себя так, чтобы можно было её хорошо разглядеть. Вот стрелец, рак, кувшин, козерог, медведицы… А ведь кто-то в космосе также смотрит на эти звёзды и гадает по ним, строит структурную карту вселенной или просто пытается увидеть в них то, чего мы даже вообразить не можем. Из-за угла я услышала уже знакомый голос: – Кристина, лети сюда! – заговорщически сказал Глеб, даже не пытаясь что-то скрыть. – Дай минутку, – я ещё раз взглянула на карту звёздного неба, как будто я увижу её в последний раз и оттолкнулась в направлении голоса Глеба. Вылетев из угла, я заметила только Карла, американца, с которым мы уже давно сдружились за полгода нахождения на станции. Карл доброжелательно улыбнулся, держа руки за спиной. Следом за ним вылетел Глеб, держа тортик с одной свечкой. И внезапно оба одухотворенно начали громко петь: “Happy birthday to you! Happy birthday to you! Happy birthday, dear Christine! Happy birthday to you!” – Как, что? Уже? – не веря своим глазам, я произнесла с улыбкой на лице. – Да, уже, Кристина. Спасибо Карлу, что связался с Землёй и попросил взять на борт этот тортик, – сказал Глеб, протягивая, собственно, торт. – И ещё. Карл, давай! Карл вздохнул и почти смущённо отдал мне в руки три медвежонка разных размеров. Самый большой был синим и имел на животе вышитую букву “И”, другой медвежонок был розовато-белым и имел на животе уже букву “К”, а другой, меньше двух в два раза, уже полностью розовый и имел на своём животе букву “Т”. Я заметила, что они держались за руки. – О боже, спасибо вам! – я крепко обняла их, и невольно на моих глазах появились слёзы. – Поджалайуста. Всекда поджалуйста, – отозвался Карл. Мы зажгли свечку на торте, и я загадала желание. Всё-таки не зря я чувствовала себя ребёнком в этот день. Под конец нашего недолгого празднования я осмотрела медвежат. Они должны напоминать мне о моей семье. Ваня и Таня, уже через две недели я буду на Земле. Может, мне стоит… Я подлетела к звёздной карте, свернула её и положила в футляр. Карандаш здесь не подойдёт, поэтому я взяла маркер и подписала футляр: “Кристина Пастухова, 20.10.198Х”. И положила эту карту в свою комнату, сопроводив запиской на всех трёх языках, которые я знала: “Привет! Здесь находится то, ради чего мы рвёмся и мечем. Находясь здесь и найдя этот контейнер, запиши своё имя и дату рождения, а после и дату смерти. Так, подобно звёздам, эта карта когда-нибудь станет путеводителем по нашим жизням. И также, как звёзды, светящиеся далеко от нас на протяжении миллионов лет, мы оставим для людей внизу наши имена и станем для них новыми звёздами!”