Истории академии Клинка

Кумико сидела за письменным столом, склонившись над тетрадью. Уже который раз она переписывала одну и ту же формулу, то и дело что-то тихо бормоча себе под нос. Чем дольше девушка смотрела на страницу, тем сильнее ей казалось, что цифры и буквы решили объединиться против неё. Тишину нарушил тихий скрип двери. Кумико даже не успела поднять голову, как дверь распахнулась шире, а на пороге появился Масару. Глядя сестре прямо в глаза, он с самым беззаботным видом что-то жевал, словно ничего не случилось. — Эй, не заходи без стука! — возмутилась девушка, наконец оторвавшись от тетради. Вместо ответа брат продолжил невозмутимо жевать, будто её недовольство было обычным фоновым шумом. Кумико подозрительно прищурилась. — Что ты ешь? — Мама печенье испекла, — спокойно ответил Масару, словно сообщал совершенно незначительную новость. Услышав слово «печенье», Кумико моментально забыла про математику. Она уже вскочила со стула в предвкушении вкусного перекуса, собираясь бежать на кухню, однако брат совершенно невозмутимо добил её одной-единственной фразой: — Это было последнее. Девушка замерла. Медленно превела взгляд на брата. Тот невозмутимо продолжал жевать, тем самым действуя сестре на нервы. Тяжело вздохнув, Кумико медленно опустилась обратно на стул и мрачно посмотрела на виновника своего испорченного настроения. — Выметайся из моей комнаты. Едва заметная ухмылка тронула лицо Масару. Сделав небольшой шаг назад, переступая за порог комнаты, он невозмутимо пожал плечами. — Я не в твоей комнате. Кумико недовольно нахмурилась. — Нет, ты всё ещё в моей комнате. — Нет, смотри. С самым серьёзным видом Масару переступил порог. — Теперь я в твоей комнате, — после этого тут же шагнул обратно, — А теперь уже не в комнате. Пару секунд Кумико просто смотрела на него, решая, что важнее: доделать сейчас домашку и не получить нагоняй от родителей за двойку по математике или плюнуть на всë и восстановить справедливость, так нагло нарушенную этим шпендиком, который по совместительству является её единоутробным братом? Пока терпение не до конца иссякло, выигрывает первый вариант. — Хватит! — раздражённо воскликнула она. — Ты переступил порог, значит, ты в моей комнате! Вон отсюда! — Ладно, ладно, — неожиданно легко согласился Масару. Закрыв за собой дверь, он ушёл. Кумико удовлетворённо фыркнула. Наконец-то можно было спокойно вернуться к формулам. Она снова взяла ручку, наивно приготовившись продолжить решение задачи, но не успела написать даже строчки. Дверь с грохотом распахнулась. — Чего?.. Закончить вопрос девушка не успела. Подушка, прилетевшая из коридора, с размаху впечаталась ей прямо в лицо. — Какого?! — взвизгнула Кумико, вскакивая на ноги. За дверью уже раздался стремительно удирающий топот ног. Забыв о возможной двойке, Кумико сорвалась с места. — А ну стоять, шлепок майонезный! — крикнула девушка и кинулась в погоню. Из коридора тут же донёсся довольный смех Масару. По дому разносились ругань и топот. Один убегал, злорадно хохоча, а вторая уже не думала ни о математике, ни о печенье. Сейчас у неё была всего одна цель — догнать этого вредителя. Впрочем, долго убегать Масару не удалось. Кумико всё-таки настигла брата и, воспользовавшись моментом, повалила его на пол. — Сдавайся, оглоед! — торжествующе объявила она, уверенная, что победа уже у неё в кармане. — Отвали, хухря помятая! — фыркнул Масару и резко дёрнул сестру на себя, тут же зажав в удушающий захват. — Экх… Как ты вообще можешь душить девушку?! — прохрипела она и, недолго думая со всей дури заехала локтем ему в бок. — Ай! — Масару тут же отпустил сестру и болезненно согнулся пополам. Кумико моментально вскочила на ноги, поправила растрепавшиеся волосы и с видом победителя посмотрела сверху вниз на брата. — Вот так-то. Знай своё место, твикс без палочки! Госпожа Судзуки появилась в дверном проёме так тихо и внезапно, что подростки не сразу её заметили. Она окинула взглядом картину: растрёпанная Кумико с довольным выражением лица и лежащий на полу Масару. Несколько секунд она просто молчала, мысленно возвращаясь к тем прекрасным дням своей юности, когда самой большой её заботой был выбор туфель под новое красивое платье, а не вот это вот всë. — Я, кажется, просила не устраивать дома бойцовский клуб, — недовольно произнесла она, но в голосе уже чувствовалась та самая усталость, от которой хочется сразу перестать существовать. Брат с сестрой тут же выпрямились, будто их поймали за чем-то криминальным, а не за обычной семейной дракой. — Это он начал… — Она первая… Они заговорили одновременно и тут же замолчали, переглянувшись с одинаковым раздражением, потому что даже оправдания у них, как всегда, совпадали только по времени, но не по смыслу. — Мне всё равно, кто начал, — отрезала Судзуки-сан. — Раз вы оба полны энергии, пойдёте в магазин. Продукты заканчиваются. И не спорить. Последняя фраза прозвучала особенно жёстко, но именно она и ставила точку в любом возможном протесте. Кумико уже открыла рот, чтобы возмутиться, но быстро закрыла обратно, поймав взгляд матери. Он не оставлял возможности для переговоров, так же как и для надежды. Масару просто пожал плечами — он уже давно понял, что сопротивление в этой ситуации бессмысленно. Через несколько минут они уже шли по улице. Каждый — в своём темпе и с одинаково недовольным выражением лица, будто их не в магазин отправили, а на стройку кирпичи таскать. Автоматические двери магазина разъехались в стороны, впуская их внутрь. Кумико сразу взяла тележку для покупок и, даже не посмотрев на брата, недовольно пробормотала: — Если бы не ты, я бы сейчас спокойно сидела дома и наконец закончила домашку, — девушка бросила на брата выразительный взгляд. Вот, что ему не сиделось на попе ровно? Обязательно надо было нарываться на драку?! — Не ври хотя бы самой себе, — Масару усмехнулся, засунув руки в карманы. — Ты бы всё равно каждые пять минут отвлекалась. Кумико недовольно посмотрела на него. — Очень смешно, — она уже хотела отвернуться, но всё-таки не удержалась, — Между прочим, это ты кинул в меня подушкой. — А ты мне чуть ребро не сломала, — совершенно спокойно напомнил Масару, будто речь шла о каком-то незначительном бытовом происшествии. — Ты меня чуть не задушил! — конечно он бы этого не сделал, но аргумент привести надо было. И он сработал, потому что Масару открыл было рот, собираясь возразить, но быстро закрыл его обратно. Возразить было нечего. Вместо этого он демонстративно отвернулся и, перехватив тележку у сестры, покатил её дальше. Кумико едва заметно улыбнулась. Каждый раз, когда брат понимал, что она права, он начинал молчать с таким видом, будто это он добровольно решил прекратить разговор. Они подошли к овощному отделу. Кумико достала из кармана список, который им вручила мама. — Картошка… морковь… лук… — она тихо читала пункты, внимательно сверяя написанное с полками. Масару же, наоборот, сразу потерял к происходящему всякий интерес. Он лениво осматривал витрины, разглядывал упаковки с незнакомыми продуктами и выглядел человеком, который случайно оказался здесь по ошибке. — Возьми картошку, — не поднимая головы, попросила Кумико. — Какую? Она наконец посмотрела на него. — Обычную. — Их тут штук десять разных, — Масару специально обвёл рукой целую полку, — Молодая. Мытая. Немытая. Для жарки. Для варки. Маленькая. Большая. Какая именно? Кумико перевела взгляд на ценники. Действительно. Она никогда не обращала внимания, что обычной картошки существует столько разновидностей. Несколько секунд девушка молча изучала упаковки, будто надеялась, что ответ сам появится перед глазами. — …Круглую, — наконец неуверенно произнесла она. Масару не выдержал и тихо усмехнулся. — Гениально. — Не умничай! — Кумико недовольно ткнула его локтем в плечо. — Возьми ту, которая выглядит… круглее. — Очень подробное описание. Он всё-таки достал первую попавшуюся упаковку. Кумико внимательно осмотрела её со всех сторон. — Нет. — Почему? — Не знаю. — Тогда зачем сказала «нет»? — Потому что чувствую. Масару несколько секунд смотрел на сестру. — Ты сейчас овощи по интуиции выбираешь? — Да! — Это самая странная способность, которую я видел. Он вернул пакет обратно и взял другой. Кумико снова задумчиво посмотрела на картошку. — Вот эта. — А разница? — Она… правильнее выглядит. Масару тяжело вздохнул. Спорить дальше было бессмысленно. Иногда Кумико принимала решения, руководствуясь исключительно внутренним ощущением, и переубедить её в такие моменты не смог бы никто, даже дедушка. Следующим пунктом оказался лук. — Возьми три штуки, — сказала Кумико, сверяясь со списком. Масару молча положил в пакет четыре. — Их должно быть три, — девушка вопросительно посмотрела на пакет, потом — на брата. — Один лук запасной. — Зачем? — Вдруг один окажется испорчен. Кумико нахмурилась. Вроде бы логично. Но почему-то именно эта логика её и раздражала. — Ладно пошли дальше, — девушка раздражённо подошла к полкам с морковкой, — Так нам надо купить морковь. — Сколько, — уточнил Масару, беря прозрачный пакет. — Тут не написано, — Кумико перевернула лист со списком в надежде на то, что с обратной стороны будет написано уточнение, но в место количества она прочла следующее, — «Морковь берите для сеюдзуке». — И сколько? — Масару вздернул бровь. Нельзя было точнее написать «кого?», «чего?» и «сколько?» покупать? — Так… — девушка подняла задумчивый взгляд к потолку, пытаясь вспомнить рецепт, — Я помню, что там в рецепте было двести шестьдесят грамм. — А в штуках сколько? — Штуки три? — Кумико сперва чуть сомневалась, но потом, всë же, увереннее добавила, — бери три. — Какие? Тут есть большие, средние, маленькие, чищенные, не… — парень опять, было, начал перечислять, но не успел закончить, потому что сестра прервала его на полуслове. — Бери среднюю, — Кумико раздражённо кивнула на ящик с мытой морковкой на нижней полке стеллажа с овощами. — Для человека, который пять минут назад выбирал картошку «по ощущениям», ты слишком уверенно раздаёшь указания, — Масару усмехнулся, но всё же наклонился к ящику и принялся перебирать морковь. Чем дольше он рассматривал овощи, тем сильнее убеждался, что никакой «средней» здесь не существует. — Вот эта? — Нет, — Кумико покачала головой, бросив на морковь быстрый взгляд. — Эта толстая. — Морковь не толстая. — Эта толстая. — Она просто… широкая, — Масару недовольно повертел её в руках, словно надеялся, что от смены угла обзора она «похудеет». — Положи обратно, — девушка уже сама присела возле ящика и начала перебирать овощи. — Для сеюдзуке лучше ровная. — Почему? — Потому что её потом удобнее резать. — А если эта тоже нормально режется? — Не спорь с морковью, — Кумико раздражённо посмотрела на брата, вытаскивая другую. — Вот. Видишь? Она почти одинаковая по толщине. Масару наклонился поближе и несколько секунд сравнивал две моркови так серьёзно, будто от этого зависела судьба семейного ужина. — Они одинаковые. — Нет. — Почему ты так решила? — Потому что я так сказала. Масару только тихо хмыкнул. Каждый раз, когда у сестры заканчивались аргументы, появлялась эта универсальная фраза. Самое обидное заключалось в том, что иногда она действительно работала. — Ладно, — он бросил выбранную морковь в пакет. — Тогда выбирай сама. Если мама скажет, что не подходит, виновата будешь ты. — Она ничего не скажет, — Кумико завязала пакет и довольно кивнула самой себе. — Я умею выбирать овощи. — Конечно, — парень сперва согласился с сестрой, но потом спокойно добавил, — Особенно картошку. Девушка молча ткнула брата локтем в бок. — Ай, — Масару недовольно поморщился, потирая место удара. — За что? — За картошку. — Мы до сих пор это обсуждаем? — Это ты до сих пор её вспоминаешь. Они одновременно взялись за тележку и направились дальше. Следующим в списке значился дайкон. — Вот теперь начинается самое интересное, — Масару остановился возле длинных белых корнеплодов и развёл руками. — Какой из них «правильный»? Кумико смерила брата недовольным взглядом, но невольно задумалась. С дайконом всё оказалось сложнее. Она помнила, что мама всегда что-то внимательно рассматривала перед покупкой, но что именно… — Кажется… надо, чтобы он был тяжёлым, — неуверенно произнесла девушка, взяв первый попавшийся дайкон обеими руками. — «Кажется»? — Масару скептически посмотрел на сестру. — Очень обнадёживающее начало. — Не мешай. Она нахмурилась и слегка сжала овощ, будто это могло помочь определить его качество. — Ты сейчас что делаешь? — брат с нескрываемым любопытством наблюдал за происходящим, подойдя ближе и рассматривая дайкон в руках сестры. — Проверяю. — Что? Кумико честно задумалась. — …Не знаю. Масару не выдержал и усмехнулся. — Великолепно. Проверка чего-то неизвестного дала какие-нибудь результаты? — Да, — девушка с самым серьёзным видом положила дайкон обратно и потянулась за соседним. — Этот мне нравится больше. — По ощущениям? — По ощущениям. — Всё-таки вернулись к картошке. Кумико закатила глаза, но спорить уже не стала. Иногда легче было сделать вид, что не услышала очередную колкость брата. Если они сейчас снова начнут спорить, то точно провозятся до вечера, а ей ещё домашку делать надо. Положив дайкон в корзину, они сверились со списком ещё раз. — Мисо, — вслух прочитала Кумико, направляясь к следующему отделу. — Потом тофу, абураагэ… и ещё конняку. — Наконец-то еда, которая не растёт в земле, — облегчённо вздохнул Масару, заходя вслед за сестрой в отдел с охлаждёнными продуктами. — Может, здесь ты перестанешь разговаривать с овощами? — Я с ними не разговаривала, — Кумико недовольно посмотрела на брата, открывая холодильник с упаковками мисо. — И вообще, хватит припоминать. — Тогда не давай поводов. Перед ними выстроилось не меньше десятка упаковок. Белое мисо. Красное. Смешанное. С пониженным содержанием соли. С добавками. Кумико несколько секунд молча переводила взгляд с одной упаковки на другую. — Ну? — Масару скрестил руки на груди, с интересом наблюдая за сестрой. — Какое из них выглядит… правильнее? Кумико медленно повернулась к нему. — Ты можешь, хоть пять минут не действовать мне на нервы? — Не-а, — по ехидной улыбке было понятно, что Масару явно веселило происходящее. Кумико с шумом выдохнула, считая мысленно до десяти, и представляя, как лупит брата этим замороженным мисо по голове. Чуть успокоившись она повернулась обратно к холодильнику. — Белое… красное… смешанное… — девушка тихо бормотала себе под нос, пытаясь вспомнить, какую пасту обычно покупала мама. — Она ведь говорила… Масару терпеливо стоял рядом, но постепенно начинал скучать. — Может, взять любую? — он пожал плечами, мельком взглянув на десяток почти одинаковых упаковок. — Не думаю, что мисо сильно обидится. — Мама обидится, — Кумико покосилась на брата и тут же снова уткнулась в ветрину. — Она всегда говорит, что вкус зависит от пасты. — Тогда бери ту, которую она обычно покупает. — Если бы я помнила какую, мы бы уже давно ушли отсюда, — раздражение так и сквозило у неё в голосе. Девушка и так раздражена, а этот троглодит, только подливает масла в огонь её исчерпывающегося терпения. Сейчас она изо всех сил пыталась вспомнить хотя бы цвет упаковки, но память, как назло, решила взять выходной. Вдруг взгляд Кумико остановился на знакомом логотипе. — Вспомнила! — девушка оживилась и быстро взяла упаковку с полки. — У нас дома такая же. — Ты уверена? — Масару с сомнением посмотрел на неё. — Или тебе просто очень хочется наконец закончить с мисо? — Уверена, — Кумико уверенно положила упаковку в корзину. — У этой крышка была… вот такого цвета. — Очень надёжный способ запоминать продукты. — Работает же. — Иногда мне кажется, что ты всё запоминаешь какими-то очень странными способами. — Зато запоминаю, — Кумико довольно улыбнулась и снова посмотрела в список. — Так… теперь тофу. До холодильника с тофу идти было всего несколько шагов. Кумико сразу открыла стеклянную дверцу и принялась искать нужную упаковку. — Здесь тоже выбор огромный… — пробормотала она, переводя взгляд с одной полки на другую. — Мягкий… плотный… шёлковый… — А нам какой? — Масару заглянул через её плечо. — Сейчас… Девушка снова уткнулась в список. — Просто написано «тофу». — Очень информативно. Кумико недовольно вздохнула. — Иногда мне кажется, что мама специально так пишет. — Проверяет, выросли мы уже или нет? — Похоже на то. Несколько секунд она молча разглядывала упаковки, после чего уверенно потянулась к плотному тофу. — Этот. — Почему именно этот? — Масару с любопытством посмотрел на сестру. — Потому что мягкий развалится. — Откуда знаешь? — Потому что… он мягкий. Масару на секунду задумался. Возразить было сложно. Логика, конечно, была предельно простая, но в ней определённо что-то было. — Убедила, — он кивнул и положил упаковку в корзину. Кумико довольно хмыкнула. Ей всегда нравилось, когда брат наконец переставал спорить. Правда, обычно это длилось совсем недолго. — Следующее… абураагэ, — девушка снова опустила взгляд в список. — Это которое жареное? — Да. Они подошли к соседней полке. Масару первым взял упаковку и уже собирался бросить её в корзину. — Подожди, — Кумико остановила его, слегка коснувшись рукава. — Посмотри на срок годности. — Он же не заканчивается сегодня, — в голосе сквозил скепсис и непонимание. Зачем так замарачиваться? Всë равно просроченных продуктов в магазине не продают. — Всё равно посмотри. Масару нехотя перевернул упаковку. — Через четыре дня. — А вот эта? — Кумико протянула ему соседнюю. — Через неделю. — Тогда её и бери. Масару перевёл взгляд с одной упаковки на другую. — Разница всего три дня. — Всё равно бери эту. — Мы же съедим её сегодня. — Всё равно. Парень несколько секунд молча смотрел на сестру. Потом без лишних слов вернул первую упаковку обратно. Ему тоже уже порядком надоело торчать в магазине, нужно хотя бы сменить локацию и уже там можно будет спокойно продолжить спорить с сестрой. — Теперь довольна? — спросил он, укладывая вторую упаковку в корзину. — Да, — девушка кивнула так, будто только что предотвратила небольшую семейную катастрофу. — Иногда ты слишком ответственная. — Иногда? — Кумико усмехнулась и вопросительно посмотрела на брата. — Почти всегда. Она уже открыла рот, чтобы съязвить в ответ, но вовремя заметила следующий пункт. — Осталось конняку. — Наконец-то последнее. — Не последнее, — Кумико ткнула пальцем в список. — После него ещё панировочные сухари, мирин, соевый соус и кацуобуси. Масару обречённо запрокинул голову. — Я рано обрадовался. Возле холодильника с конняку они остановились почти одновременно. — Они опять разные, — Масару посмотрел на прямоугольные серые бруски в упаковках. — И какой теперь? Кумико наклонилась ближе к полке. — Вот этот, — она указала в центр на упаковку, что лежала по середине, между другими такими же, но других фирм. По крайней мере Масару казалось именно так. — Почему? — Потому что обычный. — А остальные? — Остальные… — девушка задержала взгляд на ассортименте, думая как доходчивее объяснить, — не совсем обычные. — Очень исчерпывающий ответ, — Масару покачал головой, но всё-таки взял именно ту упаковку, на которую указала сестра. — Ты даже не споришь? — Кумико удивлённо посмотрела на него. — Не вижу смысла, — парень пожал плечами, закрывая дверцу холодильника. — Я всё равно не отличу один конняку от другого. Кумико довольно улыбнулась. — Вот видишь. Иногда можно просто довериться человеку, который разбирается в вопросе. — Не обольщайся, — Масару усмехнулся, подхватывая корзину. — Я доверился не твоим знаниям. — А чему тогда? — Тому, что если я выберу не тот, ты потом пожалуешься на меня маме. Кумико хотела возразить, но на секунду задумалась. Потом честно кивнула. — Вообще-то… да. — Вот поэтому и не спорю. Кумико ещё раз пробежалась глазами по списку. — Осталось немного, — девушка загнула уголок листа, чтобы не потерять нужную строчку. — Наконец-то, — Масару с облегчением выдохнул — Я уже начал думать, что мама решила скупить половину магазина. — Она просто любит, когда дома всё есть, — Кумико пожала плечами и направилась к стеллажу с приправами. — Зато потом неделю можно ничего не покупать. — Кроме того, что она внезапно вспомнит. — Это тоже правда. Возле полки с панировочными сухарями Кумико сразу остановилась. — Вот эти. Масару уже потянулся за упаковкой, но в последний момент задержал руку. — Подожди… — он прищурился, разглядывая соседние пачки. — Здесь написано «крупные», а здесь «мелкие». Какие нужны? Кумико подошла ближе. — Хм… Она несколько секунд молча читала упаковки. — Наверное… мелкие. — Почему «наверное»? — Потому что котлеты с ними красивее получаются. — Ты уверена? — Нет. — Тогда откуда знаешь? Кумико на секунду задумалась. — По телевизору в рекламе видела. Масару тихо рассмеялся. — Очень достоверный источник. — Не умничай, — девушка легонько толкнула его плечом, забирая упаковку. — Всё равно берём мелкие. — Есть, шеф, — прозвучало устало и со смирением, лишь бы уже пойти домой. Следующей в списке была бутылка мирина. Полка оказалась заставлена десятками одинаковых бутылок разного объёма. — Почему они всегда делают такие похожие этикетки? — недовольно пробормотала Кумико, наклоняясь ближе и щурясь в попытке прочитать название. — Пока найдёшь нужную, уже забудешь, зачем пришёл. — Может, проверяют зрение покупателей? — Масару тоже начал рассматривать полки. — Или терпение. — Скорее второе. Внезапно он взял одну из бутылок. — Нашёл. Кумико внимательно посмотрела на неё. Потом на брата, пытаясь понять шутит ли он. Судя по беззаботному взгляду — не шутит. — Это сакэ. Масару молча перевёл взгляд на этикетку. Вчитался. Потом обратно на сестру. — Ну… они действительно похожи. Кумико прыснула со смеху. — Представляю лицо мамы, если бы мы принесли это вместо мирина. — Она бы сказала: «Молодцы, дети…», — Масару пытался спорадировать смирившийся тон матери, потому что сам голос спорадировать у него не выйдет, — «…но читать всё-таки иногда полезно.» Они переглянулись и одновременно усмехнулись. Масару всё-таки поставил бутылку обратно. — Ладно, виноват. — Запомню этот день, — Кумико довольно улыбнулась, снимая с полки нужную бутылку. — Ты добровольно признал ошибку. — Не привыкай, это одноразовая акция. --- Возле соевого соуса они задержались ненадолго. — Большую брать? — спросил Масару, уже держа в руках литровую бутылку. Кумико невольно посмотрела сначала на неё, потом на тележку. — Нет… мама обычно маленькую покупает. — Маленькая дороже. — Зато её удобнее хранить. — А большую покупать выгоднее. Кумико ненадолго задумалась. Она любила экономить, но при этом прекрасно знала, что мама терпеть не могла, когда огромные бутылки занимали половину холодильника. — Всё равно маленькую, — наконец решила девушка. — Мама потом скажет, что большая ей мешает. Масару без споров поменял бутылки местами. Он и сам понимал, что спор здесь бесполезен. Если речь заходила о привычках матери, Кумико редко ошибалась. Последним пунктом оказалась упаковка кацуобуси. — Вот уж чего я никогда не пойму… — Масару задумчиво покрутил в руках прозрачный пакет с тончайшей стружкой. — Почему она постоянно шевелится? Кумико посмотрела на хлопья сушёного тунца и невольно улыбнулась. — Потому что они очень тонкие. — Нет, я серьёзно, — он слегка встряхнул упаковку, — Каждый раз кажется, будто она живая. — Если сейчас начнёшь с ней разговаривать, я сделаю вид, что мы не родственники, — Кумико усмехнулась, забирая пакет из его рук и укладывая в корзину. — А кто недавно общался с картошкой? — Я у неё не спрашивала, как дела. — Но мысленно вы явно поняли друг друга. Кумико закатила глаза. — Всё. Закончил? — Пока да. Кумико внимательно пересчитала продукты в корзине, проводя пальцем по каждому пункту. Картошка. Лук. Морковь. Дайкон. Мисо. Тофу. Абураагэ. Конняку. Панировочные сухари. Мирин. Соевый соус. Кацуобуси. Она ещё раз перечитала список, после чего удовлетворённо кивнула. — Всё. — Наконец-то, — Масару с облегчением выдохнул, перехватывая тележку двумя руками. — Если сейчас выяснится, что мама что-то забыла написать… — Не говори даже, — Кумико нервно, содрогнулась, быстро сложила список и убрала его в карман. От одной только мысли о том, что придётся снова обходить весь магазин, ей стало не по себе. — Пока она не позвонила, быстро идём на кассу. Масару молча кивнул. В этот раз они были на удивление единодушны. — Мороженое, — внезапно сказала Кумико, останавливаясь у морозильника рядом с кассой. — Ты же только что говорила, что надо быстрее уходить, — скептически заметил Масару. — Это необходимость для восстановления морального здоровья, — уверенно ответила она и уже через секунду держала в руках упаковку с двумя палочками внутри. Уже на улице, не доходя до дома, они вскрыли упаковку. Тихий стук — и две половинки разошлись. Вот только одна из них получилась ровной и аккуратной в форме буквы «Г», а вторая — короткой и кривой, как будто её ломали с личной обидой на мир. Пару секунд они просто смотрели на результат, и в этой тишине явно происходил какой-то невидимый внутренний диалог. Кумико, словно ничего необычного не произошло, спокойно протянула брату меньшую половину. На долю секунды Масару замер. Поднял взгляд на сестру. Перевёл его на мороженое. Потом он резко схватил Кумико за запястья, не давая даже шанса отвести руку, и без всяких лишних размышлений откусил сразу большой кусок большей половины мороженного. — ЭЙ! Девушка дернулась так, будто её не обманули, а совершили личное предательство государственного масштаба. — Ты сама виновата, — спокойно пробормотал Масару с набитым ртом, будто это всё объясняло. — Я тебе честно отдала меньшую половину! — А я честно взял большую. На мгновение повисла пауза. И в следующую секунду они уже снова сцепились прямо посреди улицы, как будто вся предыдущая прогулка была лишь разминкой перед настоящей битвой за справедливость сладкого распределения. И где-то в глубине этой абсолютно нелогичной войны каждый из них был искренне уверен, что прав именно он. В какой именно момент спор перестал быть спором и снова превратился в драку, не понял бы даже тот, кто стоял рядом. — Отдай! — Кумико со всей силы потянула руку на себя, пытаясь вырвать остатки мороженого. — Даже не думай! — Масару тут же дёрнул свой корпус в сторону и, воспользовавшись тем, что сестра потеряла равновесие, развернул её боком к себе. — Ах ты… Не договорив, Кумико резко вскинула ногу и заехала брату по голени. — Ай! Масару не удержался и пошатнулся. Этого ей оказалось достаточно. Девушка мгновенно навалилась на брата всем весом, повалив его на асфальт. — Попался! — победно заявила Кумико, прижимая его плечи к земле. — Не дождёшься! — Масару фыркнул, после чего резко дёрнулся всем корпусом. Кумико едва не слетела с него. В следующую секунду Масару уже перекатился вместе с ней, оказавшись сверху. — Кто теперь попался? — Слезь с меня! — Не-а. Кумико сердито нахмурилась. Она попыталась столкнуть брата локтем, но тот успел перехватить её руку. Девушка тут же вцепилась второй рукой ему в плечо. Масару машинально попытался убрать её ладонь. Они уже совершенно перестали замечать прохожих, машины, разговоры вокруг. Сейчас существовала только одна задача — любой ценой доказать другому, что именно он победил. Узуй Тенген спокойным шагом шёл по улице, когда вдруг услышал подозрительно знакомый голос и завернул за угол чисто из любопытства. — Отпусти! — Сначала ты! — Это ты первый вцепился! — Потому что ты первая полезла! Тенген несколько секунд молча наблюдал за этой картиной. Потом наигранно громко вздохнул и закатил глаза. — Ну вот… Ни чувства прекрасного, ни зрелищности. Просто клубок из двух очень шумных людей. Тускло! Не дожидаясь, пока кто-нибудь из них вообще обратит на него внимание, он спокойно подошёл ближе. — Ладно, представление окончено. В следующую секунду сильные руки одновременно ухватили обоих за воротники. — А?.. — Чего?.. Не успев даже понять, что произошло, Кумико и Масару одновременно оторвались от земли. — Эй! — Какого… Ноги беспомощно зависли в воздухе. Кумико машинально попыталась достать брата ногой. Не получилось. Масару тоже дёрнулся, пытаясь освободиться, но хватка оказалась неожиданно крепкой. Только теперь оба одновременно подняли головы. Перед ними с совершенно довольным выражением лица стоял здоровенный парень. Вернее он был гораздо выше, но из-за того, что поднял их над землёй их глаза оказались примерно на одном уровне. — Ну наконец-то, — Тенген осмотрел сперва одну, потом второго и, убедившись, что они внимательно слушают продолжил, — Теперь можно и поговорить. А то вы были слишком заняты. — Поставь меня! — Кумико сердито посмотрела на одноклассника, дёрнувшись ещё раз. — Ты вообще на чьей стороне?! — На стороне здравого смысла, — невозмутимо ответил Тенген. — Хотя, судя по увиденному, здесь ему делать нечего. — Хороший друг не разнимает драку, — Кумико недовольно фыркнула, перестав сопротивляться. — Хороший друг залетает в драку с ноги. Тенген застыл. — Судзуки… — он посмотрел на неё так, будто услышал самое странное в своей жизни. — Ты сейчас серьёзно отчитываешь меня за то, что я не присоединился к этой мини-потасовке? — Конечно. — То есть я должен был с разбега влететь в эту… композицию? — Именно. — Какая же у тебя своеобразная концепция дружбы… — Зато правильная. — Нет, — Тенген сокрушённо покачал головой. — Она очень… очень яркая. Но точно неправильная. Масару всё это время молча смотрел на парня, удерживавшего их обоих на весу. Сначала на его руки. Потом на широкие плечи. Потом снова на руки. — Ты вообще кто такой? — наконец спросил он, перестав дёргаться. Тенген перевёл взгляд на Кумико. — А это кто? — с любопытством поинтересовался он. — Очень шумный экземпляр. Кумико тяжело вздохнула. — Этот человек… — она на секунду замолчала, явно подбирая слова, — записан со мной в одном семейном реестре. Тенген несколько секунд смотрел на неё, ожидая продолжения. — Это должно мне что-то объяснить? — К сожалению, да, — Кумико поморщилась так, словно ей самой было неприятно это признавать. — Это мой единокровный брат. — А-а… — протянул Тенген, понимающе кивнув. — Теперь многое стало понятно. — Мне вот ничего не понятно, — Масару нахмурился ещё сильнее, переводя взгляд с сестры на её знакомого. — Может, вы сначала объясните, кто ты вообще такой? Тенген наконец поставил их обоих на землю. — Узуй Тенген, — он с широкой улыбкой протянул руку. — Одноклассник твоей сестры. Масару автоматически пожал её. И только через секунду до него дошли последние слова. — Подожди… — он недоверчиво посмотрел сначала на Кумико, потом снова на Тенгена. — Одноклассник? — Именно. — То есть… школьник? — Самый настоящий. Масару несколько секунд молча смотрел на него. — Сколько тебе лет? Тенген спокойно назвал свой возраст. Повисла тишина. — Да ладно… — только и смог выдавить Масару, ещё раз окинув взглядом здоровенную фигуру собеседника. — Ты младше меня? — Ага, — Тенген расплылся в самодовольной улыбке и картинно развёл руками. — Впечатляет, правда? Всё должно быть эффектно. — Не то слово… — честно признался Масару. Ладно, еслиб только на пол-головы, но тут головы полторы разница в росте, да ещё и в качалку парень явно давно ходит. Сколько он интересно поднимает? — Он это часто слышит, — совершенно спокойно вставила Кумико. — И каждый раз с удовольствием, — довольно кивнул Тенген. — Потому что эффектность — это талант. Тенген ещё несколько секунд довольно наблюдал за тем, как Масару пытается осмыслить реальность, в которой его только что удерживал за воротник школьник младше него, но быстро переключился, словно вспомнил, зачем вообще остановился. — Ладно, эффектная парочка, — он хлопнул в ладони, привлекая к себе внимание. — Теперь главный вопрос: из-за чего вы устроили этот уличный спектакль? Он произнёс это так, будто речь шла не о драке, а о театральной постановке, в которой ему по ошибке забыли выдать сценарий. Кумико тут же выпрямилась, всё ещё немного раздражённая. — Он украл мою половину мороженого, — она ткнула пальцем в брата, даже не пытаясь смягчить формулировку. — Я её не крал, — мгновенно отозвался Масару, тоже выпрямляясь. — Она сама отдала меньшую. — Потому что ты начал тянуть на себя большую! — Потому что ты хотела меня обмануть! — Я тебя не обманывала! — Ты всегда так говоришь! Голос постепенно начал повышаться, и ещё шаг — и они снова оказались бы друг напротив друга слишком близко. Тенген глубоко вздохнул. — Стоп. Одно слово прозвучало спокойно, но с такой интонацией, что оба автоматически замолчали на полуслове. Кумико недовольно фыркнула, но всё же осталась стоять на месте. — Я же говорю, — она уже тише, но всё ещё с упрямством посмотрела на брата, — это была нормальная честная половина. — Она была не честная, — тут же ответил Масару. — Она была меньше и кривая. — Это вообще ничего не значит! — Ещё как значит! Тенген медленно закрыл глаза. — Вы сейчас опять начинаете… Он не договорил. Потому что уже по одному наклону их тел было понятно — спор снова переходит в фазу, где слова перестают быть основным инструментом. — Так, — Тенген шагнул между ними и, не особо церемонясь, положил свои лодони каждому на лоб и раздвинул их в стороны, удерживая дистанцию, — Ещё раз. Он посмотрел сначала на одного, потом на другую. — Объясняете нормально. Без атак. — Он первый… — Она первая… Одновременно начали они, пока чужие руки всë ещё распологались у них на лбах, не давая сдвинуться с места. Тенген устало поднял взгляд к небу. — Потрясающе. Даже синхронизация есть. Он снова повернулся к ним, уже более решительно. — Всё. Перерыв. Не дожидаясь возражений, он резко развернулся и направился к ближайшему киоску. — Стоять здесь. — Эй, ты куда? — Кумико дёрнулась вперёд, но Тенген даже не обернулся. — За спасательным инвентарём, — бросил он через плечо. Через пару минут он вернулся с тремя упаковками мороженого. — Держите, — он протянул каждому по одному. — Это что? — подозрительно прищурилась Кумико. — Это дипломатия, — с абсолютно серьёзным видом ответил Тенген. — И она работает лучше ваших переговоров. На этот раз они действительно замолчали. Даже Масару, который уже открыл рот для очередного комментария, остановился, глядя на мороженое. Несколько секунд было тихо. — Ладно, — наконец выдохнула Кумико, отворачиваясь. — Пошли уже домой. — Наконец-то разумное предложение, — удовлетворённо кивнул Тенген. — Я почти горжусь вами. Он сделал шаг назад, уже собираясь уходить, но остановился. — И ещё, — добавил он, посмотрев на них через плечо. — В следующий раз деритесь менее… художественно. Люди пугаются. — Мы не… — Не начинай, — в тот же момент сказал он и, не дав им повода снова сцепиться друг с другом, развернулся и ушёл. Дальше брат и сестра шли уже молча. Слишком подозрительно молча. Масару, крепко держа пакет с продуктами, время от времени косился на сестру, как будто всё ещё проверял, не собирается ли она снова атаковать. Кумико шла чуть впереди, периодически поглядывая на мороженое так, словно оно было последним аргументом в споре, который пока решили отложить. Дом встретил их привычным спокойствием. Госпожа Судзуки стояла на кухне и даже не обернулась сразу, услышав звук входной двери. — Вернулись, — спокойно произнесла она, продолжая перебирать специи. — Да, — осторожно ответила Кумико. — Целые? Пауза. — Почти, — добавил Масару. Тишина на кухне стала подозрительно долгой. Мать медленно повернулась. Её взгляд прошёлся по ним обоим, затем по пакету, затем снова по ним. — Что значит «почти»? Кумико и Масару одновременно переглянулись. И в этот момент оба, впервые за весь день, синхронно решили: рассказывать подробности — плохая идея.