Деку, очнись!

      — Эй, Мидория!       Железный люк с небольшим скрипом откинулся наверх, позволив свету из бара проникнуть в подвал. Молодой человек, сидящий спиной ко входу, безразлично повернул голову. Его рабочий стол был завален различными бумагами и тетрадями, канцелярскими принадлежностями, распечатками и дисками. Всё это находилось в таком беспорядке, что только сам хозяин всего этого добра, пожалуй, мог выудить необходимую вещь из царящего хаоса. В центре возвышался ноутбук, транслирующий новости. Звук, впрочем, был совсем тихим, и оставался разве что для галочки. Тëмные залежи под глазами парня из-за скудного освещения казались совсем чëрными.       — Мы планируем переманить того героя на нашу сторону.       — Это бесполезно.       — Мне хватило одного раза, чтобы услышать твоë мнение, — Шигараки раздражённо провëл ногтями по вечно зудящей шее. — Решение я уже принял. Присматривай за ним, пока мы будем на заданиях. Ты единственный, кто остаëтся в штабе.       — Бесплатно я этим заниматься не буду.       — У нас не так хороши дела для твоих капризов.       — Ладно, — юноша повернул лицо обратно к своему рабочему месту. — Это всë?       — Да. Пушку возьмëшь у Курогири.       Люк снова заскрипел, и обладатель зелëных, словно хвоя, волос остался наедине с собой. На экране уже какое-то время непрерывно бежала красная строка, извещавшая о пропаже молодого героя.

***

      Тяжëлые железные кандалы, до сих пор прибывавшие в недвижимом состоянии, вдруг загремели. Изуку хоть и заметил звук, но решил никак на него не реагировать и продолжить работать. Из-за поручения Шигараки юноша этим вечером сидел не в подвале, а за барной стойкой. Для любого другого члена Лиги побывать на месте Курогири без его надзора было бы лучшим подарком за все когда-либо совершëнные труды и пережитые мучения, но у обладателя веснушек напрочь отсутствовал хотя бы крохотный интерес к алкоголю.       — Что за… чертовщина… — прохрипел блондин, наконец очнувшись. Он постарался оглядеться по сторонам, но из-за отзывающейся болью головы это получалось медленно. Похищенный хотел использовать причуду и подорвать тут всë к чертям собачьим, чтобы забыть эту нелепость, как страшный сон, но его руки были крепко скованы. Ищущие глаза наткнулись на барную стойку и человека, сидящего за ней. Немного погодя, пленник прочистил горло, и обратился к фигуре. — Эй, ты! Ты кто такой? Где я? Какого хрена вы, ублюдки, творите???       Спустя несколько секунд герой полностью осознал, что происходит, и начал предпринимать попытки выбраться. Словно пойманный тигр, что мечется в клетке, парень гремел цепями и старался расшатать стул, к которому был прикован. Чем дольше у него ничего не выходило, тем сильнее он заводился, и тем яростнее, но в это же время бесполезнее, становились его действия. Неожиданно выпускник UA услышал, как кто-то взводит пистолет. Тут он вспомнил об ещё одном присутствующем и теперь рассматривал его гораздо внимательнее. Перед взглядом красных глаз предстал молодой человек, едва ли старше двадцати лет. Простые, чёрного цвета джинсы и свитер на нëм, казалось, сильнее обычных поглощали и так скудный свет, падавший на незнакомца. Злодей сидел не то что бы очень прямо, но и не скрючивался над столом. Его зелëные волосы завивались в беспорядочные кудри, а уставшее лицо с немного впавшими скулами и полуприкрытыми глазами беспристрастно рассматривало какие-то тетрадные записи.       После нескольких минут молчания и тяжëлой отдышки, блондин наконец узнал того, кто находился перед ним. Весь пыл вдруг разом утих, оставляя за собой лишь ворох вопросов и недоумений. Действительность лавиной обвалилась на героя, страх и непонимание мешали сформулировать хоть какую-то мысль. Ошарашенный голос был способен выдать только одно:       — Деку?..       Зелёные глаза перевели взгляд с бумаги на пленного, встретились с поражёнными ярко-красными, словно кровь, радужками, и безразлично вернулись к рабочим заметкам.       — Деку, чёрт тебя дери, что происходит? Что ты в этой помойке забыл, а???       Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Вдох. И выдох. Ещё вдох. И ещё один выдох. Простая и всем известная техника помогла Мидории подавить возникающее раздражение. Он знал, что когда Бакуго проснётся и увидит его, начнётся какая-нибудь драматическая сцена. Абсолютно абсурдная, бесполезная, с глупыми и никому не нужными вопросами. Если бы похищенный мог хоть на крупицу оказаться полезным для Лиги, Изуку готов был бы с ним контактировать и вести какой-никакой диалог. Однако сейчас же вся ситуация не меняла положение дел абсолютно ни коим образом, кроме того факта, что веснушчатый не мог поработать в тишине и покое.        Неделю назад предводитель Лиги Злодеев попросил нелюдимого коллегу сделать очередной анализ героя, каких Деку итак штопал десятками. Его работа заключалась именно в том, чтобы искать слабости и выгоду из них извлекаемую у тех, кого общество считает непобедимыми. Зеленоглазый не занимался ничем, кроме этого. Но, поскольку никто лучше Изуку не расскажет о «жертвах» для нападения, Томура обязал присутствовать его на всех собраниях, чтобы тот мог давать оценку планам для миссий и корректировать их. Мидорию очень ценили в Лиге все её члены за отменные аналитические способности, надёжную память и неиссякаемое трудолюбие. Уже три года он жил в подвале таинственного бара, в который редко мог зайти обычный человек без каких-либо незаконных намерений. За неимением других помещений и невозможностью жить отдельно, для веснушчатого выделили матрас с постельным бельём на первое время, деревянные стол и стул, лампу, тетрадь, пару ручек и старый ноутбук. Юноша и не просил чего-то большего: все условия для работы даны, а остальное уже не имело в его глазах никакого значения. Спустя некоторое время, когда благодаря Изуку Лига стала расширять своё влияние, Курогири и Шигараки дали зеленоволосому неплохую кровать и новый рабочий стол, отличавшийся от старого и размерами, и наличиями тумбы с ящиками для хранения бумаг. Работать стало удобнее, безусловно, но чрезмерного внимания парень этому не придавал. С «коллегами» он был вежлив, однако никогда не вёл светских бесед. Все разговоры, продолжавшиеся дольше, чем приветствие, всегда касались работы. Из-за отстранëнности личность и мотивы зеленоглазого среди многих членов Лиги окутывались тайнами и загадками. Одни предполагали, что он полностью проникся идеологией Томуры, поэтому так усердно на него работает. Другие считали, что он в бегах от закона и использует Лигу как надёжное укрытие. Третьи думали, что он здесь просто из-за денег или ради собственного выживания. Конечно, ничего из этого и рядом не стояло с правдой.       Изуку перевёл взгляд на лежащий рядом пистолет. Шигараки разрешил припугнуть им блондина в случае слишком сильного шума или ярых попыток сбежать. Но пока в нём не было необходимости, а крики, в принципе, можно было и потерпеть. Мидория быстро адаптировался к непривычным условиям, и вскоре голос пленника стал бы для него просто фоновым звуком. Однако Катсуки так легко сдаваться не собирался.       — Эй, Деку, отвечай мне!!! Что ты тут делаешь??? Ты заодно с этими полудурками, которые спёрли меня в каком-то переулке??? — Бакуго заводился всё сильнее и сильнее. Он не понимал, что происходит. И злился из-за того, что не понимал. Как и когда тот слабовольный паренёк по соседству, мечтающий стать ровней Герою Номер Один, превратился в это? Почему? — Что происходит??? Очнись, Деку, ты мечтал стать героем!!!       Ого, вот оно что. Какая жалость, целый мир потерял в его лице офицера полиции. Мечты ведь не должны выходить за грани реальности, верно?       — Не трать силы зря. Будь добр — помолчи, и не мешай мне работать.       Он даже не удосужился поднять к собеседнику глаза. Весь его голос сквозил усталостью и абсолютным безразличием. Мало того, что веснушчатому приходилось выполнять роль сиделки, так ещё и чужая болтовня мешала сосредоточиться. В обычных условиях Изуку уже закончил бы всё, что планировал. Но сейчас от него постоянно что-то ускользало. Эта обстановка, как надоедливый комар, жужжащий прямо над ухом, начинала постепенно досаждать.       — Это я трачу силы зря? Посмотри, что ты творишь!!! — блондин перешёл не просто на крик, а на самый настоящий ор, будто пытался вдолбить свои мысли в чужую голову. Сказанное зеленоглазым казалось просто театром нелепого шапито, и совершенно отказывалось укладываться в голове. — Ты помогаешь злодеям!!! Ты пошёл против закона, против людей!!! Что бы сказала твоя мать, узнай она, чем ты сейчас занимаешься??? Ты об этом хоть раз поду…       Что-то быстро просвистело в миллиметре от его щеки, опалив кожу жаром. Позади послышался треск, и комнату наполнил запах горелого дерева. Зрачки красных глаз расширились, а лицо застыло, словно камень, под воздействием страха и непонимания.       — Заткнись.