Странный

Солнышко светит, птички поют. А на берегу у реки сидит до невозможности хмурый подросток. Сегодня он в кой-то веки решил выбраться на рыбалку. Но за час его пребывания здесь, поплавок так ни разу и не дернулся. Только мальчишка в очередной раз подумал о жестокости злодейки судьбы по отношению к нему, как заметил, что поплавок слегка сместился вправо. Парнишка немедля, тут же резко вытащил удочку на сушу. Увы добычи не было. Удручающе вздохнув, мальчишка недовольно пробубнил. - То ли палка, то ли удочка. Ну какая в таких условиях рыбалка? Эх, сюда бы мой спиннинг. Его постоянный телохранитель Сандор Клиган уже даже не обращал внимания на бурчание принца Семи Королевств. В пять лет Джоффри стукнулся головой, после чего у многих придворных сложилось мнение, что наследник Баратеонов дурачок. И было отчего так подумать. Принц часто разговаривал сам с собой, порой неся откровенную чушь. Про отсутствие какого-то там интернета, электричества и глупых аборигенов, застрявших в некоем Средневековье. Еще иногда поминал некую Грету Тунберг, мол это она должна была оказаться на его месте, так как Вестерос – мечта экоактивиста. Странным принц считался и за многое другое. Он абсолютно не показывал никаких способностей в обучении. Старый хрыч Пицель пытался обучить Джоффри многим наукам, полезным для будущего короля. Программу обучения лично утвердил Джон Аррен. Но принц не проявлял никакого интереса. Он исправно посещал все лекции, слушая монотонные лекции Мейстера, но не более. Пицель старался всячески растормошить Джоффри, но парнишка был глух. Принц как-то заинтересовался изучением языков, но старик в этом деле оказался бесполезным. Что окончательно предопределило отношение Джоффри. А насчет языков, так с этим он обратился к своей матери, которая быстро нашла подходящих учителей. Львица ни в чем и никогда не отказывала своему отпрыску, души в нем не чаяла. Особенно это начало проявляться как раз после того удара головой. До него мальчишка восхищался своим отцом, всячески стараясь тому подражать. Видимо, удар что-то сместил в голове принца, после него отношение к родителю у него стало крайне прохладное. Один раз он даже не сдержался и отчитал Роберта, за что был, естественно, бит. Серсею же очень радовало отношение сына к отцу. Порой принц любил шокировать столичную аристократию. Он запросто мог заявиться к поварам, и начать готовить нечто несуразное, доселе неизвестное, но очень вкусное. Например, борщ. Сандору посчастливилось попробовать творение принца. И очень ему пришлось по душе это блюдо, он даже позже выпытал у повара рецепт. А вот в случае с грибочками ему явно не повезло, попробовал всего ложечку, а весь день провел на горшке. Скорее всего, принц по незнанию набрал поганок. Однажды Джоффри улизнул из дворца и позже обнаружился в одном из борделей Мизинца, спокойно попивая с ним чай. Выяснилось, что мальчишка побеседовал с сотрудницами заведения Бейлиша, подробно интересовался условиями труда. И как поговаривают объявил мастеру над монетой выговор за отсутствие социального пакета у работниц. Что за пакет такой неизвестно, но теорий с тех пор ходит много. А шлюхам пообещал, что, когда станет королем, ни в коем случае их не оставит без помощи. Не прибавило принцу репутации и отношение к вере. В одно из посещений творения Бейлора, Джоффри заявил Верховному Септону, что верует он только в какого-то там Христа, умершего за грехи человеческие. Септон мягко заявил, что доказательств существования такого божества доказать невозможно. Принц парировал аналогичным аргументом. Только Семерым известно сколько приплатила королевская чета Септону, дабы тот закрыл свою пасть. Помогло это лишь отчасти. Простолюдины, естественно, не узнали о выходке их принца, но вот столичный бомонд смаковал эту новость долго. Еще больший разлад между отцом и сыном случился, когда Джоффри начал постигать военное дело. Сир Барристан Селми по просьбе Короля лично стал учить принца искусству владения мечом. Но сын «Демона Трезубца» оказался абсолютно не способным к этому делу. Владение мечом он отказывался осваивать, утверждая, что только дурак будет подпускать врага так близко к себе. Другие виды оружия убийства ближнего своего тоже абсолютно ему не нравились. Единственное, что пришлось по душе принцу – это арбалет. Обычный лук также вызвал недовольное бухтение. Конечно же, об этом стало известно Королю. Он был откровенно не доволен, что его наследник слаб и труслив. Тогда случилась вторая и самая тяжелая ссора коронованного семейства. Принц абсолютно не сдерживался в выражениях. Король грозился лишить его права наследования, чему к удивлению всех придворных, Джоффри несказанно был рад и даже попросил не затягивать с этим. После этого Роберт ушел в недельный беспросветный запой. Позже Принц был освобожден от всех неугодных ему занятий, но наследования его не решили. Джоффри ненавидел турниры, считая пустой тратой золота, и бубня что-то про олимпийские игры. Никогда не присутствовал на пирах, часто устраиваемых Робертом. Он плохо относился и к своим дядям. Ренли он называл мажорчиком. Впрочем, никогда не поясняя, что сие слово значит. Станниса называл ретроградом, просравшим такой потенциал своих владений. Вообще Клиган неоднократно слышал, что Джоффри променял бы железный трон на титул лорда Драконьего камня. Созерцание одной из двух вечных вещей, на которые можно смотреть вечно, было прервано раздавшимся звуком колоколов с центра столицы. Джоффри в очередной раз грустно вздохнул, безразлично проговаривая. - Десница помер. Да здравствует новый Десница! Как думаешь, кто им будет? - Ваш дед? - Если бы. Ладно, почапали выражать соболезнования. Если есть кому, конечно. Принц как в воду глядел, Лиза Аррен, прихватив своего чахлого сынишку, свалила из столицы так быстро, что даже тело ее мужа еще толком не успело остыть. Король тоже резко активизировался, быстренько назначив похороны своего наставника, и приказал собираться в путь на Север. Все споры о том, кто же станет новым Десницей тут же рассеялись. На Старка ставили лишь настоящие маэстро в игры престолов, большинство придворных склонялись к Станнису. Да и сам он уже примерял знак десницы. А потому, когда Роберт озвучил свое решение, скрежет его зубов слышала чуть ли не вся Королевская Гавань. Джоффри был отнюдь не рад путешествию в далекий, холодный и культурно бедный Север. Все его аргументы были моментально разбиты об упрямство Роберта. Тот к тому же еще больше испортил настроение сыну, заявив, что хочет породниться со своим другом. Джоффри тут же смекнул, что вряд ли отец собрался заключить брак со Старком. Гаремы в Вестеросе запрещены, он узнавал. А значит на Севере ему предстоит познакомиться со своей будущей супругой. Весь путь до Севера принц был в не настроении и всячески старался это самое настроение испортить другим. В особенности своему любимому родителю. Джоффри порой крайне громка высказывался о качестве дорог, отсутствии каких-то хостелов по пути и отвратительной дорожной кухне. Лордов, встреченных по пути, он также поливал помоями, указывая на уровень жизни простых крестьян и отсутствии хоть каких-нибудь нормальных мануфактур. Что это Джоффри, как всегда, объяснить не потрудился.