Жизненно важный

Я проворочался в постели часов до трех ночи, не в силах уснуть. Поттер давно дрых, казалось, ничего в этом мире не могло нарушить его крепкий здоровый сон. Меня это немного раздражало, я хотел знать его мнение по поводу этой ситуации, но я не добился ничего, кроме: подумаем об этом завтра. Ну да. Только до этого «завтра» еще дожить надо. Мне было стыдно. Снова стыдно перед ним. Я знал, что мне предстоит принять метку Пожирателей, и не чувствовал особого восторга по этому поводу. Но это был долг перед семьей, перед отцом, поэтому я принял это. Но принимать метку, когда он внутри меня, видит все, чувствует… Это казалось чем-то крайне постыдным и мерзким. Именно сейчас мне почему-то было жизненно важно узнать его реакцию. Ему тоже будет противно? Поэтому он не стал обсуждать это сразу? Наверное, думает, что смерть была бы лучшим вариантом, чем сосуществовать со мной. Возможно, боится того, что ему предстоит увидеть Темного Лорда. Хотя, о чем это я, он же гриффиндорец, такие ничего не боятся. Хватит терзаться, давай спать. Я замер, поняв, что Поттер не спит. — Проснулся? — спросил я зачем-то, предварительно наложив на свой балдахин заглушающее заклинание, чтобы соседи по комнате случайно не услышали мой шепот. Ты слишком громко думаешь. — Ну уж извини, постараюсь думать потише, — огрызнулся я. Я иногда сам толком не понимал, зачем отвечаю ему вслух, если логичнее было бы общаться мысленно. Наверное, мне было так проще различать свои и чужие мысли. Когда в голове бардак, причем созданный не только тобой, но и кем-то другим, звук собственного голоса помогал не потерять собственное «я» и намечал хоть какую-то структуру в наших разговорах. Хотя я периодически задумывался о том, что надо перестать так делать. Я могу привыкнуть и начать отвечать ему так постоянно, на автомате, не замечая людей вокруг. В нашем положении это было весьма опасно, не хотелось рассекретить себя таким глупым способом. Малфой. — Что? Он помолчал, хотя я чувствовал, что он активно о чем-то думает. Мысли его текли с какой-то задержкой, будто он все еще наполовину спит. Я все понимаю. Ну, насчет метки. Знаю, что это не твой выбор. — Не мой, — задумчиво подтвердил я. Его слова звучали довольно искренне. Я все еще рекомендую тебе обратиться за помощью. Пока не поздно. Я не стал ему отвечать. Все, что я хотел сказать, уже говорил ему. Но меня немного успокоило то, что я не услышал негатива в его мыслях, он действительно не винил меня. Это было приятно. Настолько, что я, наконец, нашел удобную позу, устроившись на животе, и стал засыпать. Спокойной ночи, Драко. *** Утром я, разумеется, проспал. С трудом проснувшись, я бегом кинулся собираться, натягивая одежду и запихивая учебники в сумку. Поттер еще дремал внутри меня. Я едва не опоздал на завтрак и, когда пришел, большой зал уже был почти пустой. Я сел на свое место и начал невозмутимо, но быстро накладывать на тарелку то, что посчитал наиболее вкусным. Не успел я съесть и половину, как ко мне справа кто-то подсел. — Доброе утро, мальчики! Я недовольно глянул на счастливую Полумну. — И тебе того же, — хмуро поприветствовал я, возвращаясь к еде. Может, она сама уйдет отсюда, не получив должного внимания? — Как спалось? — не унималось ей. — За вами стоит дух делиума. Он наслаждается кошмарами. «Твои?» — безмолвно спросил я внутрь себя. Угу. — Поттеру снятся кошмары, — тут же без зазрения совести наябедничал я. — Это плохо, — нахмурилась девушка. — Но нормально. Учитывая, что он умер. — Да, наверное, — поддакнул я, не отрываясь от еды. Времени до урока оставалось совсем мало. Вдруг я почувствовал движение слева. Обернувшись, я мысленно чертыхнулся — рядом со мной села Гермиона, глядя на нас нахмурено и как-то удивленно. — О чем это вы тут болтаете? — вопросила девушка таким тоном, будто обвиняла нас во всемирном заговоре. Полумна улыбнулась и ей. — Здравствуй, Гермиона. Хорошо сегодня выглядишь. Девушка чуть смутилась, заправляя за ухо выбившуюся кудрявую прядь. — Спасибо, Луна. Ты тоже, — она тряхнула головой и взяла себя в руки. — Так, что между вами двумя происходит? Я уже не первый раз вижу, что вы подаете друг другу какие-то странные сигналы. Лавгуд коснулась моего плеча, слегка потерев, как бы ободряя и подталкивая к действиям. — Ну же, расскажи ей, Драко, — мягко произнесла она. — Гермиона имеет право знать. Да и вам станет легче. — Вам? — удивилась Грейнджер. Я раздраженно передернул плечами, сбрасывая руку Лавгуд. И чего они ко мне пристали, и, главное, сегодня, когда у меня и так нервы ни к черту в ожидании вечера? Еще и эта болтливая Полумна. Обещала же держать все в секрете! Так она же ничего и не рассказывает. Поттер, кажется, только недавно окончательно проснулся. А предоставляет эту возможность тебе. «Как мило. Лучше бы она предоставила мне возможность спокойно позавтракать». — Так, что случилось? — уже строже спросила гриффиндорка, становясь похожей на недовольного преподавателя. — Рассказывайте, быстро! — Мне пора на занятия, — я встал, собираясь по-простому сбежать, но Гермиона удержала меня, схватив за рукав белой рубашки. — Не трогай меня, Грейнджер! Не кричи на нее! «Отстань». — Драко, она сможет помочь вам, — успокаивающе произнесла Лавгуд. — Не нужна нам помощь! — прошипел я, пытаясь выдернуть рукав из захвата грязнокровки, но она вцепилась сильно, сминая отглаженную ткань. Еще как нужна! Расскажи им, ну! Они придумают способ нам помочь. «Оставь меня в покое!». От эмоционального напряжения и ситуации в целом голова уже начинала раскалываться пополам. — Не горячись, — Гермиона усадила меня обратно на скамейку. — Расскажи, если у тебя какие-то проблемы. Что Луна имела ввиду? — Вот у нее и спроси! — мое терпение подходило к концу. Прекрати злиться. — Я обещала не рассказывать, — чуть обижено отозвалась Лавгуд. — Да о чем же?! Возьми себя в руки, Малфой! Никто не умрет, если ты им расскажешь. Никто не посчитает тебя слабым, пойми же. Просить помощи — не слабость. — Заткнись, Поттер! Внезапно внутри меня что-то произошло. То есть, я не сразу понял, что это именно внутри меня. Я обхватил руками вспыхнувшие болью виски и сложился пополам. В глазах мелькнуло яркое пятно, будто ударили огненным заклинанием или молнией. Настолько сильно, что, даже зажмурив глаза, я все равно ее видел. Почему-то сразу подумалось, что именно так и ощущается Круциатус. Но это длилось недолго, наверное, несколько секунд. Почти так же резко, как и пришла, боль отступила. Я несмело открыл глаза. Вспышка еще стояла перед глазами, но уже не мешала видеть. Что это было? — Я не знаю. Отлепив руки от головы, я недоуменно посмотрел на свои ладони, постепенно возвращаясь в реальность. — Драко? Ты в порядке? — Гермиона коснулась моего плеча, пытаясь развернуть к себе и осмотреть. — Д-да, кажется, — я дал ей развернуть себя в ее сторону. Боль адская. Может, сходить в больничное крыло? Что-то мне это не нравится. «Мне тоже». Я окончательно пришел в себя и выдохнул. Но тут же возникла другая проблема — Грейнджер уставилась на что-то, лежащее около меня на столе. Я повернулся и увидел тарелку со своим недоеденным завтраком. Впопыхах я даже не задумывался о том, что кладу себе, но сейчас понял, что набор был странноватым — на одной тарелке умещались картошка фри, политая сырным соусом, и большой кусок пирога с патокой. Рядом стоял стакан с тыквенным соком. Хмм, а мне казалось все очень даже вкусным. Потому что… — Гарри любил такое сочетание, — задумчиво протянула Гермиона, глядя на картошку. — Малфой. Что. Происходит.