the language of love: bittersweet memories

— Я принесу ещё выпивки, — бросает друзьям Нари и встаёт из-за стола, протискиваясь сквозь танцующую толпу к бару. В клубе как всегда людно — пятница как-никак. У Фифс Элемент завтра тренировка, но во второй половине дня, так что сегодня можно расслабиться. В конце концов, первое сольное дэнс-видео Нари прогремело с большим успехом. Она очень волновалась, ведь ей доверили самостоятельно поставить танец, продумать концепцию, костюм и декорации — незабываемый опыт. Она заслужила отдых. У барной стойки, как обычно, куча народу — парень-бармен показывает свой фирменный коктейль. И именно что показывает: шейкер и бутылки то и дело взлетают в воздух, а он ловко подхватывает их то за горлышко, то отбивает локтем. И вся эта феерия заканчивается настоящим огненным фонтаном, что толпа не может сдержать радостных возгласов и оваций. — Четыре виски с колой, — Нари перевешивается через барную стойку, привлекая внимание девушки-бармена. — И одну голубую лагуну. — Конечно, — улыбается та, наполняя шейкер льдом. Нари кажется этот голос знакомым — музыкальный слух не подводит. Они уже виделись несколько месяцев назад, и имя девушки за стойкой Нари вспоминает практически за секунду. — Ты ведь Чон Сетбёль? — она пытается заглянуть ей в лицо, и девушка смущённо улыбается, поднимая на Нари светло-карие глаза. — Ты запомнила меня? — Ну ещё бы, — довольно хмыкает Нари, опираясь локтями о край высокой столешницы. — Ты мне тогда здорово помогла. С момента, как произошла заварушка между Сынмином и Майком, прошло два месяца. Чон Тэён — подруга Нари — тогда стала невинной жертвой обстоятельств. Если бы не помощь Сетбёль, то они бы ещё долго искали гараж Майка и Тэён, прикованную к батарее. Тогда у Нари полжизни перед глазами пронеслись. Но всё уже позади: Сынмин и Тэён счастливы вместе и ждут её сейчас за столиком вместе с Минхо и Джисоном. — Так ты работаешь здесь? — интересуется Нари, наблюдая, как Бёль наполняет шейкер ингредиентами для голубой лагуны. — Да, уже почти год, — улыбается она, встряхивая содержимое шейкера. — Серьёзно? Я не помню тебя, — задумывается Нари и действительно не может припомнить. Возможно, смены Сетбёль не совпадают с их заходами в клуб? Хотя айдолы частенько захаживают сюда, ведь здание Джи-Вай-Пи совсем рядом. — Прости, не могу вспомнить, — с грустью опускает взгляд на бокал, куда Сетбёль наливает лазурную жидкость. — А я тебя частенько здесь вижу, — улыбается Сетбёль, изящно надрезая колечко апельсина и надевая его на край фигурного бокала. — Ты ещё с парнями из Стрей Кидс обычно приходишь. — Да, мы дружим с ними, — кивает Нари, принимая свой коктейль и тут же припадая губами к трубочке. Сетбёль тянет уголки губ подведённые красной помадой вверх и дополняет напиток салатовым зонтиком прямо в руках Нари. Волосы Бёль всё такие же светлые и убраны в высокий пучок крабом, а корни чуть отросли, хотя, скорее всего, месяца два назад она обновляла цвет. На Сетбёль простая белая рубашка, завязанная на поясе, все пуговицы расстёгнуты и из-под шёлковой ткани выглядывает чёрный топ на тонких лямках. На всех барменах и официантах надеты белые рубашки в разных вариациях, но каждый из работников сам решает, как обходиться с ними. Кто-то застёгивает прямо до горла, дополняя красным галстуком. Кто-то предпочитает атласную алую бабочку, а кто-то, как бармен, показывающий шоу с бутылками, и вовсе надевает поверх строгую чёрную жилетку, словно заглянул в этот клуб после игры на бирже. У Бёль же завязан изящный тонкий красный шнурок, подчёркивающий лебединую шею и острые ключицы. В клубе всегда царит непередаваемая атмосфера лёгкости, веселья, но без доли пошлости. Хотя, если Феликс напьётся и влезет на барную стойку, как он обожает это делать… Но у Феликса с Хёнджином на сегодня какие-то планы, поэтому этим вечером разврата точно не будет. — Не устаёшь от шумной музыки? — интересуется Нари, желая продолжить разговор с новой знакомой. — Иногда, — пожимает плечами Сетбёль, промывая шейкер в небольшой раковине под стойкой. — Но я редко отрабатываю смены целиком. Чаще либо до начала вечеринки, либо уже после часа ночи. Может, поэтому ты меня не замечала, — неловко усмехается Бёль, хотя понимает, что, скорее всего, никто из присутствующих в клубе айдолов — а здесь сегодня не только Стрей Кидс — не запоминает обслуживающий персонал. Даже несмотря на плавающий график, Бёль пересекалась с Нари здесь. Но ведь Нари айдол, а Бёль неровно дышит к Фифс Элемент. Конечно, её сердце всегда ёкает при виде этих девушек. — На этой неделе новенькая вышла, вот приходится страховать. — А мы отмечаем моё дебютное дэнс-видео, показать? — Нари поспешно ставит коктейль на барную стойку, вытаскивая из заднего кармана джинсов мобильник в розово-чёрном чехле с брелком в виде мордашки розового зайчика. — Я видела, — улыбается Сетбёль, наполняя четыре стакана кубиками льда. — Забыла? — чуть наклоняется ближе к Нари, подмигивая: — Я ведь ваша фанатка. — Точно, — усмехается Нари, но она так довольна своим видеороликом, что хочется пересматривать его снова и снова. — Давай ещё разочек посмотрим? — она уже открывает вкладку Ютюба, поворачивая экран к Бёль. — Я сама всё придумала, — комментирует она, тыкая пальцем в мобильник. — Вот эта связка моя любимая. Мне Минхо помог её придумать… Она всё говорит и говорит о том, как трудилась над номером, что вдохновило на подбор костюма и как круто всё смонтировали в итоге. А Сетбёль стоит и улыбается как дурочка, ведь вчера утром уже слушала эфир по радио, где Ким Нари рассказывала подробности о своём дебютном дэнс-видео. У Сетбёль до сих пор хранится их фотография с Нари, которую они сделали на стоянке гонщиков за городом, когда Бёль помогла узнать путь к гаражу Майка. Чертовски приятно осознавать, что айдол-Нари помнит о такой мелочи, как существование какой-то там Чон Сетбёль — даже имя запомнила. Бёль на секунду отрывает взгляд от экрана, осматривая пространство за барной стойкой. То, как на её голову свалилась новенькая бармен — Юн Данá — совсем некстати. Сетбёль лучше бы лишний раз на работе не задерживаться, а тут ещё и в ночную смену. Но, похоже, что Дана нашла себе какое-то занятие поинтереснее, чем учиться работать с клиентами. В клубе «Шугар Раш» айдолы — обычное дело. Здание Джи-Вай-Пи рядом, вот они и приходят сюда отдохнуть и отвлечься, когда выкрадывается свободный вечер. И никогда не знаешь, перед тобой случайно зашедший сюда парень или новенький трейни, лицо которого через год будет на всех баннерах Сеула. Работать здесь достаточно интересно — всегда можно случайно познакомиться со знаменитостью. Так и с Сетбёль случилось. Только они с Нари познакомились при несколько других обстоятельствах, но это не суть важно. Сейчас же Ким Нари стоит рядом с ней, хвастаясь успехом своего видео, а Бёль всё ещё чувствует себя глупой фанаткой рядом с ней. — Ты решила выпить всё в одиночку? — Джисон хлопает Нари по плечу, и она резко оборачивается от неожиданности, но тут же расплывается в улыбке. — Опять хвастаешься всем? — заглядывает в экран телефона, что Нари держит в руках. — Не могу остановиться, — приторно улыбается она и блокирует мобильник, кладя на барную стойку. — Ты уже в одиночку пьёшь? — он бросает взгляд на полупустую голубую лагуну, а Бёль теперь не смотрит на айдолов, в спешке доделывая оставшиеся напитки. — Да нет, — отмахивается Нари, разворачиваясь обратно в сторону барной стойки. — Сонбэ, познакомься, — указывает рукой на Бёль. — Это Чон Сетбёль. Сетбёль, это сонбэ, — представляет не совсем официально, ведь уже достаточно успела опьянеть. Сетбёль нерешительно смотрит на айдолов исподлобья, продолжая разливать виски по бокалам. Похоже, что Нари вошла в кураж, ведь пытаясь подхватить губами трубочку, промахивается несколько раз. — О-о-о, пошли красотка, — тянет Хан, не без труда отбирая у Нари бокал с лагуной, который она до последнего не хочет отпускать, присосавшись к соломинке, будто это кислородная трубка. — И как Минхо не доглядел, — он подхватывает Нари под локоть, увлекая обратно к столику. — Простите, — обращается уже к Сетбёль, которая ставит на стойку поднос с новыми коктейлями. — Сейчас кто-то их заберёт. А я пока передам эту пьяницу в надёжные руки. — Конечно, — мягко улыбается Бёль, упираясь локтями в столешницу и глядя, как Хан ведёт пошатывающуюся Нари в другой конец клуба. — Я не пьяница! — возмущается Нари, но из груди Джисона вырывается лишь смешок: — Ты кого обмануть пытаешься? — это последнее, что долетает до ушей Бёль, и голоса айдолов теряются в звуках техно-музыки, а их фигуры смешиваются с танцующими телами, заполняющими весь клуб. Нари уже совсем не видно, а профиль улыбающегося ей Хана ещё какое-то время привлекает к себе внимание Сетбёль. Стрей Кидс здесь частые гости, но из айдолов Бёль лично знает только Нари. — Дана там в кладовке, просит, чтобы ты подошла, — Чонхо возникает из ниоткуда, выбивая Бёль из собственных мыслей. — Она меня уже достала, — он закатывает глаза, опираясь рукой о столешницу рядом с девичьим локтем. — Это её первая неделя, не будь таким строгим, — выпрямляется она, укоризненно глядя на старшего коллегу. — За коктейлями сейчас подойдут, — кивает на поднос. — Окей. Только иди скорее, пока она там всё не разнесла, — Чонхо буквально выталкивает Бёль из-за стойки, направляя в сторону кладовой, где хранятся запасы алкоголя и стоят холодильники с фруктами для коктейлей. — Я ставлю на тебя, — шепчет практически на ухо сзади, хлопая её по плечу, будто Бёль сейчас выйдет на ринг. — Ой, да прекрати, — она скидывает чужие руки с себя, недовольно оборачиваясь на Чонхо. — Вспомни себя в первые дни. — У меня руки не из… — но Бёль его больше не слушает. Лишь цокает языком, театрально закатывая глаза, и уже идёт в кладовку, где Юн Дана, похоже, устроила бардак.

***

На часах шесть утра. Последние посетители клуба покинули его лишь несколько минут назад. Бёль уверена, что среди них, скорее всего, были и трейни, которым осталось всего пара часов сна перед репетициями. Она, как и все любители кей-попа, в курсе, какой порой у айдолов тяжёлый график. Интересно, Нари благополучно добралась до общежития? Похоже, что с Ханом они хорошие друзья — она даже назвала его «сонбэ». — Угадай, кто ушёл раньше всех, — рядом возникает Чонхо со вторым веником и совком с высокой ручкой, присоединяясь к занятию Бёль — подметать конфетти с танцпола. Но, естественно, одним конфетти тут не обходится: смятые салфетки, зонтики от коктейлей, пластиковые трубочки и даже чьё-то нижнее бельё. После тусовок здесь всегда так. — Она вольётся, вот увидишь, — вступается за новенькую Сетбёль, загребая веником очередную салфетку. — Да у меня ощущение, что она сюда только тусоваться приходит, — возмущается он, отходя к соседнему столику, попутно сметая мусор. — Слушай, ну не все же становятся работниками месяца в первую неделю, — Бёль складывает ладони на высокую ручку метёлки, упираясь подбородком в костяшки. — А у нас выбирают работника месяца? — ломает густую бровь Чонхо, зыркая в сторону Бёль. — Нет, — усмехается она. — Но если бы выбирали — ты бы точно взял гран-при. До её ушей доносится смешок: — Не подлизывайся, — натянуто серьёзно отвечает Чонхо, глядя себе под ноги, будто ему нет дела до похвалы. Ан Чонхо работает в «Шугар Раш» дольше всех. И на правах старшего коллеги имеет привычку придираться ко всем новичкам, что приходят сюда, а потом уходят. Сетбёль вот на год задержалась, но она и так изначально была его любимицей, если так можно выражаться о коллегах — никакого пошлого подтекста. Бёль хороший сотрудник, и Чонхо очень рад, что она в их команде и, вроде, увольняться пока не планирует. — Даже не пыталась, — сдерживает глупый смешок Бёль, возвращаясь к работе. — Иди домой, — окликает её Чонхо. — Ты сегодня работала за двоих. Бёль невольно растекается в довольной улыбке. Единственное, о чём она сейчас мечтает — сон, хотя бы пару часов. Глаза сухие, словно песка в них насыпали, макияж чуть подсмылся, и когда Бёль была в туалете, то видела, что тушь почти полностью осыпалась. Но в клубе царил полумрак, поэтому — какая разница. Сейчас же всё верхнее освещение включено, стробоскопы остывают после долгой ночи, и все последствия почти суток без сна, в буквальном смысле, видны на лице Сетбёль. — Когда ты уже станешь нашим менеджером? — она каждый раз об этом спрашивает и каждый раз получает один и тот же ответ: — Ты же знаешь, что никогда. — Ты был бы лучшим руководителем, — она опускает грустный взгляд на мусорный пакет, вытряхивая в него содержимое совка. — Менеджер Чхве — отличный руководитель. — Ну, я бы поспорила, — в голосе мелькают нотки раздражения, но Бёль подавляет их. — Ладно, пошла переоденусь, — устало улыбается она, глядя на коллегу. — До встречи через… — театрально поднимает пустое запястье, глядя на стрелку невидимых часов. — Шесть часов? — Приходи, когда отдохнёшь. Я прикрою тебя перед начальством. — Ты святой, тебе говорили? — лукаво улыбается Бёль и продолжает, не дожидаясь ответа: — Всё, пошла переодеваться, а то с ног валюсь. Давненько она так не уставала. Ещё и завтра — формально уже сегодня — тоже её смена, которую она не успела перенести. И всё-таки, как бы Сетбёль не старалась быть лояльной к новенькой Юн Дане, конкретно в этот момент она тоже вспоминает её недобрым словом. Переодевшись в обычные джинсы и футболку, Бёль набрасывает на плечи кожаную косуху из мятой кожи. Она совсем ей не по размеру, но очень дорога сердцу. Снимает крабик с волос, пытаясь переделать причёску — был бы телепорт, Сетбёль бы им с радостью воспользовалась. А так придётся пугать своим внешним видом работяг в раннем автобусе. Чонхо уже закончил с уборкой и теперь копошится где-то в кладовке. Без людей этот клуб сейчас не кажется таким большим, как ночью. — Простите, мы уже закрыты, — раздаётся голос Чонхо, выходящего из кладовой, и Бёль отрывает взгляд от недописанного сообщения на телефоне. — Да, извините, — поспешно кланяется парень у входа, но всё же проходит внутрь. — Я потерял мобильник, вы не находили? — Забытые вещи в сейфе, — устало вздыхает Чонхо. — Вроде был сегодня чей-то смартфон, — он оценивающе окидывает взглядом парня, а Сетбёль узнаёт в нём Хан Джисона. — Бёль, покажешь ему? Она еле держит веки открытыми, но всё равно кивает, убирая свой телефон обратно в карман джинсов, кивая Джисону. В сейфе под барной стойкой стоит пластиковый контейнер, куда всегда убирают потерянные вещи. Телефоны, наушники, кредитные карточки, штанги для пирсинга с бриллиантами — чего там только не было за год работы Сетбёль. Сегодня улов скромный: очки Гуччи, порванная серебряная цепочка, связка ключей и мобильник. Сетбёль не нужно много времени, чтобы догадаться — телефон Хан Джисону не принадлежит. Это Нари, видать, забыла его на стойке, когда Хан уводил её. И как Бёль это проглядела — обычно она более внимательная. Не стоило так долго смотреть им вслед. — Я сделаю вид, что поверила, будто телефон твой, — достаёт гаджет из контейнера, кладя на стойку перед Джисоном. — Передашь привет Нари? — О, — на секунду теряется он. — Ты ведь та бармен, которая напоила эту дурёху, — усмехается, но совсем не зло. — Я Хан Джисон, — прикладывает руку к груди. — Нас так и не представили по-человечески. — Чон Сетбёль, — слегка улыбается Бёль и садится на корточки, чтобы убрать контейнер обратно в хранилище. — Давно тут работаешь? — интересуется он и забирает мобильник в розово-чёрном чехле со стола. — Почти год, — она захлопывает сейф и поднимается на ноги, обходя барную стойку и направляясь к выходу. И Хан тоже отталкивается руками от высокой столешницы, поспевая следом. — Не знал, что всё это время у Нари здесь подруга работает, — он с досадой пожимает плечами, как будто если бы знал, это бы что-то глобально изменило. — Мы только недавно случайно познакомились, — Бёль чуть покусывает нижнюю губу, не зная, говорить Джисону, где именно они в первый раз встретились с Нари или лучше умолчать. Ли Минхо и Ким Сынмин частые гости на гонках — второй так точно. Но вдруг Хан не знает об этой забаве своих коллег по группе. — Она подругу искала, и я смогла помочь, — решает ответить более расплывчато — так безопаснее. Джисон неоднозначно изучает Сетбёль с ног до головы, задерживая внимание на байкерской косухе: — Ты тоже из этих? Любителей скорости? — ломает одну бровь, поднимая взгляд к глазам Бёль. — А, так ты в курсе? — аж гора с плеч. — Я не особо люблю гонять. Но приезжаю туда часто. Мой парень гоняет. — Жертва обстоятельств? — усмехается он. — Типа того, — кивает Бёль, оборачиваясь назад: — Чонхо, я ушла! — кричит она, и до их ушей доносится: «До встречи». — Раз, ты уже дважды выручила Нари, могу подкинуть до дома, — предлагает Джисон, открывая дверь и пропуская Бёль вперёд. — Если что, я давно трезвый. В любой другой день Бёль бы отказалась от такого предложения: они с Джисоном совсем не знакомы, пусть он и знаменитый айдол, да и дома её ждёт Сухо. Но она так устала, что сил сейчас дожидаться автобуса, а потом плестись от остановки до дома — совсем нет. — Если тебе не сложно, то я буду очень признательна, — честно отвечает она, неловко улыбаясь и получая мягкую улыбку в ответ.