Часть 16. Нечто общее
19 декабря 2023 г., 19:12
Гарри с трудом приходил в себя. Голова безумно болела, а перед глазами расплывались смазанные тени. Сколько он себя помнил, еще ни разу не зарабатывал таких жутких последствий после квиддича. Возможно бывало и похуже, но мадам Помфри всегда с этим справлялась.
— Очнулся наконец. — радостный голос юноши больно ударил по барабанным перепонкам. Гарри поморщился и повернул голову к источнику звука. По белому расплывчатому пятну перед глазами, он понял, что это Малфой.
— Не кричи... Моя голова… — Поттер попытался сесть, и протянул руку к тумбочке рядом с кроватью. На ней легко обнаружились его очки.
— Я не кричал. — обиженно пробормотал Абраксас. — И я пойду?
— Иди. — милостиво разрешил другой голос. Гарри тут же подкинуло в кровати. Он надел очки на нос и повернулся к Реддлу. За такой трюк организм наградил его резкой головной болью и легкой тошнотой.
— Абраксас, останься. — скорее приказал, чем попросил Гарри.
— Ну… — Абраксас на мгновение замялся, потом решительно ответил. — Прости, но я обещал Вальбурге помочь с домашними заданием. Пока.
Гарри просверлил захлопнувшуюся за ним дверь раздраженным взглядом. Помочь Вальбурге? Как же. Она лучшая ученица на курсе, правда теперь ее опережает Джинни. Точно Джинни.
— Где Джинни, Реддл?
Вместо ответа Том молча указал куда-то за спину Гарри. Он обернулся. Соседнюю кровать закрывала ширма, но за ней можно было легко различить тихое сопение. Значит с ней все хорошо. Только вот где Гермиона. Даже странно, что её сейчас здесь нет.
— Значит у нас с тобой общие сердцевины у палочек, да? — задумчиво протянул Реддл. — Знаешь, это очень необычный феномен, как и парселтанг.
Гарри на мгновение напрягся. От куда Реддл вообще знает о родственных сердцевинах? Даже Волдеморт в будущем об этом не догадывался.
Головная боль мешала соображать быстро, и чтобы сосредоточится на проблеме и диалоге, ему нужна большая концентрация. А может быть и не нужна.
— Мадам, у меня голова болит. — закричал он медведьме, напрочь забыв о Джинни спящей на соседней кровати.
— Если бы болела, так бы не орал. — Из своего кабинета вышла темнокожая, пожилая женщина. У её в руках была склянка с каким-то явно мерзким зельем. Гарри не стал говорить, что едва снова не потерял сознание, чтобы позвать ее. — А ты почему не сказал, что больной очнулся? А ну марш отсюда. — напустилась женщина на Реддла.
— Простите, мадам Джонсон, уже ухожу. — Реддл легко поднялся со стула, стоящего рядом, и быстро вышел из больничного крыла, напоследок бросив на Гарри многообещающий взгляд. Ну конечно, он не за что не оставить без внимания ни связь волшебных палочек, ни парселтанг. О Джинни, ну нужно было тебе связываться с этим ослом?
***
Джинни выписали тем же вечером пока Гарри спал под действием зелья сна без сновидений. После квиддича были традиционные два дня выходных. И все эти два дня Гарри провалялся в больничном крыле. Как объяснила Гермиона, приходившая навестить его, медицина в будущем куда легче справлялась с подобными травмами, нежели сейчас. Сама девушка отчего-то выглядела подавленной и даже немного нездоровой. Глаза и нос были красными, а вид такой словно она вот-вот расплачется. И как-бы Гарри не пытался вытянуть из неё информацию, о том, что случилось, она ни в какую не рассказывала, и говорила, что с ней все нормально. И что она просто устала. — Гермиона, хватит надрываться из-за Джинни. — Придя в итоге к собственным выводам попросил Гарри. — О чем ты? — В глазах девушки появилась надежда. Неужели она и правда так расстраивается из-за своей успеваемости? Вполне похоже на неё. — Хватит помогать ей с домашними заданиями и уроками. Пусть сама все решает. — Хорошо. — Гермиона грустно вздохнула и отвернулась к окну. — Джинни и так со мной не хочет общаться. Она сказала, что не хочет больше знать, ни тебя ни меня. — Ты знаешь, что Реддл ей сделал? Почему она плакала? — нахмурился Гарри. — Не знаю. Но он не сделал ей ничего плохого. Джинни просто устала стараться быть идеальной и сорвалась на нем. Он хотел ее привести в чувство, когда ворвались мы. — девушка задумалась и вдруг произнесла ни с того ни с сего. — Это сказала мне сама Джинни. Никто больше. Гарри удивленно поднял брови. Он бы и без этого уточнения прекрасно бы понял кто источник информации. Кто же ещё, кроме Джинни, расскажет ей, что там случилось? Не Реддл же. — Ладно, Гарри. — Гермиона поднялась на ноги. — Я обещала помочь Мериде Джейн с домашними заданием. — Хорошо. — уныло согласился Гарри. Почему все стремиться избавиться от него ссылаясь на домашние задания? Гермиона сделала пару шагов в сторону выхода, но вдруг остановилась и повернувшись к Гарри попросила: — Будь осторожен с Реддлом. Даже если вдруг начнёшь ему доверять, всегда помни кто он такой, ладно? — Чтобы я начал доверять Реддлу? — Гарри засмеялся. — Какой армагеддон для этого должен случиться? Я ни на секунду не забываю, кто он. — Хорошо, Гарри. — и девушка быстро выбежала из коридора. Гарри вдруг понял, что ему становится трудно дышать. Это было слишком резкое и слишком неправильное изменение в поведении подруги. Тогда она осталась наедине с Реддлом, он мог ей сделать все что угодно. А ещё Гермиона ни за что не признается в этом, потому что побоится, что Гарри пойдет с этим разбираться. А Гарри пойдет, потому что не может просто пропустить сквозь пальцы то, что кто-то обижает его близких друзей. На следующий день, утром, Гарри наконец отпустили из больничного крыла. Он не стал спускаться в гостиную и сразу же отправился в большой зал на завтрак. Учебники и школьную форму ему оперативно доставили эльфы. Гарри словно вернулся в начало учебного года. Реддл не обращал на него внимания, остальные слизеринцы же наоборот крутилась возле него, поздравляли с победой над гриффиндором, восхищались его игрой и планировали дальнейшие тренировки. Джинни была мрачной и сидела в сторонке ото всех, даже не разговаривала со своими подругами со слизерина. А ещё слизеринцы снова не подпускали его ни к Джинни, ни к Гермионе. Когда пятикурсники закончили завтрак, и вышли из большого зала, Гарри тут же подорвался с места. — Алексия, подожди пожалуйста. — крикнул он. Девушка удивленно остановилась и отошла в сторону, чтобы они могли поговорить наедине. Ну хоть какой-то плюс. — Ты случайно не знаешь, как себя чувствует Джинни? — сразу же спросил он. Алексия понимающие улыбнулась. Но в этой улыбке была непонятная грусть. — Почему ты сам у нее не спросишь? — Ну... я... — Гарри запнулся не зная как оправдаться, но это было и не нужно. — Гарри, я не знаю, как себя чувствует Джинни. — вздохнула девушка. — Хотела бы узнать, но Том не разрешает нам с ней говорить. — А вы во всем слушаетесь Реддла, да? — Гарри нахмурился. Вот так и дружи со слизеринцами. Одно слово этого ублюдка и все от тебя отворачиваются, даже если сами этого не хотят. — Конечно. — Алексия кивнула. Она посмотрела по сторонам и, понизив голос, добавила. — За неповиновением всегда следует наказание. Так что ты тоже будь осторожен. — Тут она кинула быстрый взгляд Гарри за спину и произнесла так тихо, что Гарри едва услышал её. — Реддл опасен. Гарри обернулся как раз вовремя, чтобы заметить приближающегося к ним Долохова. — Алексия, хватит с ним разговаривать. — Юноша обнял Гринграсс за плечи и повёл в сторону коридоров, за которым уже скрылись пятикурсники. — Я тебя провожу. Голос девушки вновь стал веселым и беззаботным. — Он просто хотел узнать насчет Джинни. Не ревнуй, Тоша. — Она обхватила Долохова вокруг талии одной рукой и захихикала. — Ты такой милый когда злишься. Может быть мне чаще выводить тебя на ревность. — Кто здесь ревнует? Я не ревную. — недовольно пробурчал Долохов, но в его голосе слышались намек на нежность. Гарри в полном ступоре проводил их взглядом. Его поразило и то, что Алексия считает Реддла опасный и то, что он уже во всю дрессирует своих будущих пожирателей, и даже мягкость Долохова. Это все... слишком неправильно. Он считал, что Реддл святой даже для слизеринцев, но на деле... Гарри вздрогнул, когда кто-то схватил его за локоть. Он обернулся ожидая увидеть Реддла, но это всего навсего хмурый Абраксас. — Я кажется тебе говорил, не трогать Алексию? — мрачно спросил он. — Я просто хотел узнать о Джинни. Не бесись, Абра... — тут до Гарри дошло, что его слова почти точь-в-точь зеркалят слова Гринграсс обращенные к Долохову и замолк, прикусив язык. — Ну раз так. — Абраксас окинул Гарри подозрительным взглядом и подтолкнул к противоположному коридору. — Идем, иначе опоздаем на зельеварение. На уроке зельеварения Гарри надеялся сесть с Гермионой и поговорить, но не тут то было. Его подруга уже заняла место рядом с Филиусом Флитвиком. Он с возмущением посмотрел на девушку, на что она ответила виноватой улыбкой и вновь отвернулась. Свободного места в классе оставалось только два, рядом с Реддлом и Малфоем. Гарри хотел сесть рядом с Абраксасом, но тот бесцеремонно заявил, что это место Долохова. Гарри хотел было поспорить, но тут в класс вошёл профессор Слизнорт и Гарри был вынужден занять место рядом с Реддлом. Пока Реддл находился рядом, Гарри не мог думать не о чем другом. Он абсолютно пропустил мимо ушей объяснения Слизнорта очередного закона зельеварения и очнулся только тогда, когда получил задание. — Как ты себя чувствуешь? — вежливо спросил Реддл, одним движением волшебной палочки, он наложил на их парту заглушающие чары, потом поджег под своим котлом огонь. Немного подумав зажёг и огонь для Гарри. — Если бы не пришлось сидеть с тобой, было бы лучше. — Буркнул Гарри. — Я бы сам мог это сделать. И зачем заглушающее? — Для предосторожности. — Том улыбнулся. — А я ведь ради того, чтобы сесть с тобой уговорил Слизнорта убрать одну парту. Гарри на мгновение замер борясь с подступающей к сердцу злости. Этот... это... — Так ты это специально сделал? — прошипел он. — Ты... ты просто... — Я просто хотел поговорить, но ты же от меня убегаешь. Здесь ты никуда не уйдешь. — спокойно произнес Том, потом весело улыбнулся. — И раз уж ты так меня боишься, я тоже не смогу тебе ничего сделать. — Почему ты просто не оставишь меня в покое? — хмуро спросил Гарри. — Раньше бы я мог. — неожиданно голос Реддла стал каким-то печальным, хотя лицо не утратило обыкновенной невозмутимости. — Было бы сложно, но я смог бы. А теперь... Ты говоришь на парселтанге, так же как и я. А еще наши палочки схожи. И ещё... меня тянет к тебе, Гарри. Я знаю, что ты чувствуешь тоже самое, но твой упертый гриффиндорский мозг не хочет этого признавать. — Меня? Тянет к тебе? — Гарри едва сдержал истерический смех. Он раздраженно кинул сушеных жуков скарабеев в ступку и начал с ненавистью их толочь. — Рассмеши кого-то другого. — Я тоже вначале не хотел этого признавать. — Риддл кивнул словно такой реакции он и ожидал от Гарри. — Но, чем больше времени проходило, тем сильнее я начал в этом убеждаться. Ты хоть представляешь, что я чувствовал когда ты упал с метлы на матче? — Радость я полагаю. — Фыркнул Гарри. Реддл ничего не ответил. Он отвернулся к своему котлу, чтобы налить туда воду с помощью заклинания. Потом налил в воду и в котёл Гарри. — Может быть ты дашь мне самому делать задание? — Возмутился Гарри, такой наглости. — Сказал тот, кто толчет жуков, которых даже в рецепте нет. — хмыкнул Реддл. Гарри мрачно посмотрел на измельченных в пыль скарабеев у себя в ступке, затем перевёл взгляд на книгу и подавил желание хлопнуть себя ладонью по лбу. В рецепте и правда были указаны жуки, только не скарабеи, а майские. — Это ты во всем виноват. — буркнул Гарри и почти демонстративно отвернулся в котлу. — Отвлекает он меня тут. Казалось урок длится целые сутки. Зелье в котле вяло кипело и вместо нужного темно фиолетового цвета, было сиреневым. Гарри был настолько раздражен и напряжения, что даже не стал ничего исправлять. Просто оставил зелье договариваться. — Ты когда нибудь слышал о родственных душах? — Вдруг спросил Реддл, заметив мрачный взгляд Гарри он улыбнулся. — Ты уже ничего не делаешь, так что я тебя не отвлекаю. Так слышал? — Родственные души? Впервые. — Гарри поджал губы всем своим видом демонстрируя пренебрежение и нежелание общаться. — Родственные души — это люди которые чувствуют друг к другу беспричинную симпатию и влечение. Находят слабые стороны друг друга и дополняют их. Вместе они могут быть в разы сильнее. А ещё они очень похожи по интересам, силе и талантам. — Хочешь сказать, что мы с тобой родственные души? — поинтересовался Гарри не скрывая скептического настроя. — Мы с тобой совсем не похожи Реддл. У нас общие палочки и мы оба говорим на парселтанге, но это не значит, что мы с тобой похожи. Я не такой как ты. — Это ты так думаешь. — больше Реддл не произнес ни слова и Гарри был искренне этому рад. Если бы Реддл продолжил до него докапываться, Гарри бы не сдержался и взорвался. Урок подошёл к концу. Ученики сдали колбы с зельем и стали расходиться. Гарри хотел сбежать в числе первых но его остановил голос Слизнорт. — Том, Гарри, мальчики мои, останьтесь пожалуйста. — когда дверь закрылась за последним учеником, Слизнорт некоторое время молчал, но потом заговорил. — Профессор Дамблдор доложил мне о вашей дуэли. Я не стал вас тревожить, чтобы вы могли прийти в себя после матча и, конечно, отпраздновать победу. Однако наказание все равно должно быть. — Конечно, профессор. — Кивнул Риддл. — Это будет справедливо. — Рад, что ты это понимаешь, Том, дорогой. — Слизнорт слегка расслабился улыбнувшись. — Итак, наказание. Я снимаю с каждого из вас по двадцать очков. Конечно за такое, вопиющее происшествие, стоит снять и больше, но я... — Слизнорта поправил галстук. — Слишком эгоистичен. Наш факультет вырывается далеко вперед и все благодаря вам ребята. — Слизнорт мягко улыбнулся Реддлу. Гарри закатил глаза. — Но для вас будет дополнительно наказание. Я дам вам совместный проект по зельеварению. Вы будете работать вместе и заодно подружились. Я не хочу смотреть как два моих ученика, с несомненно блестящим будущим, постоянно ссорятся. — Отлично! — натянуто улыбнулся Гарри. — Просто замечательно!
