Эпик фейл по-парижски

Короче, выбора мне особо не оставили. Когда на тебя смотрят двадцать одноклассников, у которых в глазах горит фанатичная вера в то, что они сейчас создают элитный спецотряд по поимке Бражника, то сказать «ребят, я пас» как-то неловко. Особенно когда этот спецотряд уже успел выдать тебе позывной. Я до сих пор не уверена, что это комплимент. Так что формально я теперь член сверхсекретного школьного общества по поимке суперзлодея. Основное оружие — коллективный энтузиазм и, видимо, презентации в PowerPoint. Звучит надёжно. Но честно? Меня сейчас волновало вообще не это. Потому что когда я выбежала из бойлерной — знаете, с благородной миссией проверить, куда опять свалила одна конкретная блондинка, — я увидела кое-что, что мне совсем не понравилось. У двери стояла Лайла и стояла слишком близко. Типа… не просто проходила мимо. Типа слушала. Мы встретились взглядами всего на секунду. Она улыбнулась своей фирменной улыбкой. А я… Ну. Я сделала единственное логичное в такой ситуации: запаниковала как последняя идиотка и рванула искать Хлою. Потому что если Лайла что-то услышала, а Лайла почти всегда что-то слышит, то нашему новоиспечённому клубу борцов с Бражником может быть очень и очень пизда. И я вдруг представила, как через неделю: директор орёт, родителей вызывают в школу, а где-нибудь в углу стоит Лайла и невинно хлопает ресницами. Нет уж. Спасибо. Надо найти Буржуа. Потому что оставлять Хлою без присмотра — это как оставлять коробок спичек рядом с канистрой бензина. Технически можно, но потом почему-то все очень удивляются, почему всё нахрен взорвалось. К счастью, конец света в этот день решил немного подождать, потому что, завернув за угол коридора, я увидела сцену, которая мгновенно снизила уровень моей паники. У окна Хлоя разговаривала с Адрианом. Я даже на секунду остановилась. Хлоя первой заметила меня. — О, наконец-то, — сказала она, сложив руки. — Я уже думала, тебя утянули в подвал на жертвоприношение. — Ты… в курсе? — Конечно, я в курсе, — фыркнула она и кивнула в сторону Адриана. — Он рассказал. Адриан выглядел совершенно спокойным. Даже слегка виноватым... — Это же тайное собрание, где главарь - твой лучший друг. — Я знаю. — Тогда почему ты рассказываешь о нём? Он пожал плечами так невозмутимо, что я на секунду усомнилась, кто из нас двоих тут вообще взрослый. — А почему нет? Потому что Хлоя тоже может помочь, - он пожал плечами невозмутимо, а блондинка из-за его спины скорчила мне рожу и показала язык. Я поморщилась, а Хлоя тем временем нетерпеливо постучала ногтем по подоконнику. — Кстати. Я вступлю в ваш этот… клуб. Но при одном условии: у меня будет нормальный позывной. Адриан прикрыл рот рукой, явно сдерживая смех, а я уже понимала, к чему клонит королева: — «Королева Пчёл» звучит неплохо, - Хлоя задумчиво наклонила голову. - Уж явно лучше Барбекю.  Адриан не выдержал и рассмеялся. Не «ха-ха», а нормально так, в голос. Я даже немного растерялась. Когда золотой мальчик смеётся как обычный человек — это слегка пугает.  Но затем я почувствовала, что мои щеки наливаются кровью от раздражения. Мне хотелось съязвить в ответ, но Адриан посмотрел на часы и опередил: — Ладно, мне пора. Отец опять решит, что меня похитили, если я не появлюсь дома вовремя. — Пока, Адрикинс, — радостно прощебетала эта вертихвостка. Адриан кивнул нам обеим и сделал пару шагов назад, собираясь уходить. Потом остановился и спокойно добавил: — Я правда думаю, что ты можешь помочь. Хлоя слегка приподняла бровь, её стандартная защита номер один. — Разумеется могу. Я вообще много чего могу. — Я знаю, — сказал он. — И потому я тебе верю. Еще раз пока, Хло. И тебе пока, шашлычок… После этого он просто махнул рукой и мгновенно испарился по коридору. Ах ты белобрысый засранец! Я тебе еще припомню «шашлычок». Ты ж у меня «инструктором по бикини» был бы, если б не твоя гребанная тайна. Хлоя поменялась в лице: почти незаметно, словно у нее из рук выбили щит. — Ну… — сказала она. — Разумеется он мне верит. Это логично. — Абсолютно. Мы помолчали. Я смотрела на её отражение в стекле и вдруг поймала себя на мысли, что очень хочу, чтобы она не отступила. Чтобы всё это — дружелюбный разговор, новый шанс, этот дурацкий тайный клуб — не закончилось как обычно. Чтобы Хлоя хотя бы раз выбрала правильную сторону. Ну давай, — подумала я. - Попробуй. Я тогда ещё не знала, что в этот момент уже сделала одну очень важную глупость, потому что на подоконник тихо звякнуло что-то маленькое и зелёное. Я посмотрела на свой кардиган и увидела, что у броши клевера отвалился один металлический листик.  Сними с себя уже это старье, - недовольно проворчала Буржуа, крутя в пальцах обломок. - Завтра я принесу тебе что-нибудь трендовое и со вкусом. Следующим уроком была химия у мадам Менделеевой. И, как человек, который стабильно опаздывает везде, где не платят за пунктуальность, в класс я ввалилась одной из последних. Это, конечно, означало, что нормальные места уже разобрали. Я сразу нацелилась на свободный стул рядом с Хлоей, но в последний момент туда как-то подозрительно быстро приземлилась Сабрина. Не то чтобы она меня прям оттолкнула. Просто она подвинула стул ровно на пару сантиметров так, чтобы мне уже было неудобно протиснуться, и при этом улыбнулась. О-о. Кажется, мне здесь не очень рады?  Но время на подумать не дали. К счастью, сегодня у нас была лабораторная, поэтому мадам Менделеева начала рассаживать всех по парам, как шахматные фигуры перед очень странной партией. А так как в классе нас нечетное количество, в итоге меня отправили за соседний стол к Киму и Максу. Они уже раскладывал пробирки с энтузиазмом, а Макс аккуратно выстраивал оборудование в идеальную линию.  — Так, — сказал Макс, — согласно инструкции нам нужно нагреть образец до… — Смотри, че могу, — перебил его Ким. Он достал из рюкзака шпажку. А потом — маршмеллоу. Я даже не стала спрашивать, почему у него в портфеле лежит набор для пикника. С Кимом это просто ещё один вторник. Через секунду он уже держал маршмеллоу над горелкой Бунзена, как будто мы сидим у костра, а не в школьной лаборатории. — Ким, — сказала я. — Ты сейчас жаришь зефир на оборудовании стоимостью как половина моей жизни. — Наука требует жертв, — философски ответил он. Маршмеллоу начал медленно подрумяниваться. — Обычно не таких липких, — пробормотал Макс. Я уже собиралась сказать что-то умное про естественный отбор среди учеников, когда поймала любопытный взгляд Розы и Джулеки, Альи и Нино, а также Хлои. И все они направлены в наши сторону. — Хлоя видит, она может сейчас нас сдать. — Какая Хлоя? — автоматически спросил Ким, не отрывая маршмеллоу от огня. — Ходячая катастрофа в дизайнерской упаковке. — Я не уверен, что понимаю, о ком ты, - Макс нахмурился. Я закатила глаза — Очень смешно. В этот момент дверь класса открылась и внутрь заглянула мадам Бюстье. — Простите, мадам Менделеева, — мягко сказала она, заходя в кабинет. — Можно на минуту? — Урок уже начался, - Мадам Менделеева недовольно подняла взгляд от стола. — Я знаю, простите, — кивнула мадам Бюстье. — Мне нужно поговорить с Кейшей. В классе автоматически включился режим коллективного любопытства. Мадам Менделеева посмотрела на меня поверх очков. — Хорошо, иди. Я вздохнула и поднялась из-за стула. — Если Ким сейчас взорвёт лабораторию, — сказала я, — я тут ни при чём. — Это не входит в мой план, — сказал Макс. — Пока, — добавил Ким, переворачивая маршмеллоу. Я хмыкнула и направилась к двери вслед за мадам Бюстье, даже не подозревая, зачем меня опять вызвали. Мы вышли в коридор, и дверь кабинета химии тихо закрылась за нашими спинами. Мадам Бюстье остановилась нашего классного кабинета и впустила меня внутрь первую. Чувствую, что разговор будто будет слишком важным, я села за первую парту, а классная руководительница осталась стоять, опершись о собственный стол. Она на секунду замолчала, будто подбирала слова. Это уже было странно. — Кейша… — мягко начала она. — Я хотела поговорить с тобой о твоём сочинении. Я удивилась, так как прошёл практически месяц с того момента, как мы его сдавали, поэтому я уточнила: — О том, кем я хочу стать? — Да. Она держала папку с работами и чуть сильнее сжала её пальцами. — Ты очень хорошо пишешь. У тебя сильный язык, интересные мысли. Но в твоём тексте была одна часть, которая меня немного обеспокоила. Я невольно насторожилась, а она тихо вздохнула. — Я просто хочу понять, что ты имела в виду, - мадам открыла папку и нашла страницу. — Ты написала вот это. Она прочитала вслух: — «Иногда мне кажется, что я не совсем часть этой истории. Как будто я случайно попала в чужую книгу и просто наблюдаю, чем всё закончится.» — Ох. Эта фраза. — Кейша, — осторожно сказала она. — Ты правда так себя чувствуешь? Я пожала плечами. — Иногда. Лучше бы обратили внимание на Маринетт, которая уже несколько дней ходит подавленная и в депрессии, иногда даже плачет по углам. Мадам внимательно смотрела на меня. — В сочинении дальше ты написала ещё одну вещь. Она перевернула страницу. — «Поэтому мне трудно писать о будущем. Я не уверена, что должна быть в нём.» Солнечные лучи в классной комнате резко похолодели. — Звучит хуже, когда вы читаете это вслух. — Потому что это серьёзные слова, — мягко сказала она, на секунду опустила взгляд на свой живот и снова посмотрела на меня. — Когда подросток пишет, что не уверен, что должен быть в будущем, это может означать, что ему очень тяжело. Я поймала себя на мысли, что взрослые иногда очень серьёзно относятся к вещам, которые ты написал в одиннадцать вечера между чаем и прокрастинацией. Я подняла руки.  — Я не имела в виду ничего драматичного. — Тогда что ты имела в виду? Я на секунду задумалась. — Знаете это чувство, когда вокруг у всех есть какой-то сюжет? Она чуть нахмурилась. — Сюжет? — Ну да. У кого-то спортивная карьера. У кого-то трагическая любовная линия. У кого-то героическое будущее. А ты просто стоишь рядом и смотришь, как всё происходит. Она внимательно слушала. — Иногда кажется, что ты просто зритель. — Кейша, ты не зритель. Ты участник своей жизни, - мадам Бюстье тихо сказала. - Ты же на собеседовании при приеме говорила, что мечтаешь стать информационным дизайнером… Я криво усмехнулась. — Я стараюсь. Просто иногда складывается ощущение, что сценарий уже написан без меня. Она покачала головой. — Ты понимаешь, почему это меня тревожит? — Потому что звучит так, будто я планирую драматично раствориться в тумане? — Потому что звучит так, будто ты не видишь себя в будущем. Я на секунду замолчала. — Я вижу. Просто… очень расплывчато. Она смягчилась. — Это нормально. Не все в твоём возрасте знают, кем хотят стать. — Отлично, — сказала я. — Потому что мой лучший план на будущее пока выглядит как «дожить до пятницы». Она тихо рассмеялась, но тревога в её взгляде никуда не делась. — Я просто хотела убедиться, что с тобой всё в порядке. — Со мной всё нормально, — сказала я. — У меня просто странные метафоры. Она закрыла папку. — Если тебе когда-нибудь покажется, что мир вокруг слишком… чужой, ты можешь прийти поговорить со мной. Хорошо? Я кивнула. — Хорошо. Она ещё секунду смотрела на меня, будто пыталась понять, где заканчивается шутка и начинается правда. Потом мягко сказала: — Ладно. Возвращайся на урок. Я уже собиралась открыть дверь, но она вдруг добавила: — И, Кейша… Но мадам Бюстье перебил звук, когда школьные динамики вдруг захрипели. — Внимание, ученики и преподаватели, — спокойным голосом сказала секретарь директора. Слишком спокойным. Как будто она объявляла скидку на круассаны. — Пожалуйста сохраняйте спокойствие. В городе зафиксирована новая мега-акума. Коридор дружно застонал, когда туда вывалили такие же любопытные студенты.  — Опять? — сказал кто-то. — Я только что сделал домашку! — простонал другой голос. — Чёрт! Я тоже мысленно сказала чёрт. Только с большим количеством букв. Динамик продолжил: — Повторяю. В городе зафиксирована мега-акума. Ученикам рекомендуется оставаться в классах, не подходить к окнам и не паниковать. Также напоминаем, что бег по коридорам во время нападения всё ещё запрещён. Школа взорвалась движением, а половина учеников побежала к окнам. Вторая половина побежала к выходу, а учителя побежали ловить обе половины. Где-то за окном уже раздавались далёкие взрывы.