Вдохновение

      Статный и амбициозный художник Мин Юнги уже давно потерял вдохновение. Неделями и месяцами он скитается по горам, полям и озерам. Он ищет ту искру,что вновь зажжёт его сердце, как когда-то.       Профессор Юнги начинал свою карьеру живописца в лучшей академии Сеула. После того как он стал одним из самых популярных и востребованных художников, многие стали приглашать его на выставки, просили расписать их дома,а так же ему поступало куча заказов на портреты семейств и вельмож. Всё это, конечно, нравилось юноше.       Однако годы шли и Юнги терял ту нить, окутывающую его кисть. Словно в бреду, он штамповал одну работу за другой, в которых совершенно не было жизни. Это случилось с ним внезапно, он перестал чувствовать что-либо после той ночи в отеле...

***

      Проклятый Ким Тэхён... Эта нечисть!       Он совратил его, а затем.... Вы думали была страстная сцена поцелуя на фоне заката? Ха! Юнги тоже так думал! Но молодой и красивый аристократ оказался нечистью, что вонзила свои острые клыки прямо в пульсирующую шею Юнги. От боли он потерял дар речи. Всё его тело словно пронзали иглы, которые вскоре стало невыносимо терпеть и юноша потерял сознание, прощаясь со своей жизнью. Но умереть ему было не суждено. По крайней мере, не сегодня. Нечисть оставила его одного в комнате.       После пробуждения, у Мина страшно болела голова, а горло драло от жажды. Странно, он вроде не пил, но не помнит ничего из того, что было вчерашней ночью. А пить хотелось безумно. Он взял кувшин с водой и начал лакать прямо из него, но это не помогло, жажда не угасала. Ему хотелось чего-то иного...горячего...       Юнги не понимал, что происходит с его телом, но знал, что оно изменилось. Немного пошатываясь, он пошёл в свою студию. Ему нужно было закончить портрет одной милой дамы, сегодня последний раз, когда она посетит его. Этот заказ должен принести Юнги мировую славу.       Недолго думая Юнги расставил холсты и краски, подготовил стул для гостьи, а сам пошёл наводить порядок на своём лице. Надев свой шелковый халат поверх рубашки, он поднялся на второй этаж студии, где располагалось жилое помещение. Зайдя в туалетную комнату и ополоснув лицо водой, он застыл перед зеркалом. Там, в отражении, на него смотрели два алых как кровь глаза. Это были его глаза.       Испугавшись, Юнги поскользнулся и упал, зацепившись за ванную. "Что это со мной? Я болен?" Пронеслось в его голове. И верно, кожа его стала бледнее, чем у мертвеца, глаза были красны, словно он работал сутками на пролёт.       Солнце ещё не взошло, поэтому у Мина было время вздремнуть.       Он упал на свою кровать и закрыл лицо руками.       Как с ним это случилось? Неужели, этот драный засранец его чем-то заразил? Но как? Юнги ведь не спал с ним. Или спал?..       Он ничерта не помнит.       Веки смыкались, заставляя его погрузиться в глубокий сон.       Первые лучи солнца озарили комнату живописца, коснулись его кровати и медленно перетекали на бледное лицо.       Поежившись и закрыв лицо одеялом, Юнги вдруг вспомнил, что с минуты на минуту приедет модель и эта картина станет решающей в его карьере.       Вскочив на ноги, собираясь впопыхах и натягивая на себя сорочку, Юнги резко понял, что ужасно голоден.       Заскочив по пути на кухню, он закинул в рот кусок хлебца, щедро смазанного маслом. Однако, любимый ранее завтрак, показался Юнги омерзительным. Он будто ел кусок тряпки, смазанной смрадом.       К горлу тут же подступила только что съеденная еда.       Очистив свой желудок и поняв, что он всё таки болен, Юнги решил не есть сегодня, чтобы не ухудшать своё состояние. Он выпил стакан воды и пошёл вниз по лестнице, где его уже ожидала модель. Госпожа Пак Хиджи выглядела как всегда обворожительно. Фарфоровая кожа, элегантные движения, шляпка наискосок. Каждая мелочь выдавала в ней аристократку. Однако сегодня она была молчалива и грустна, словно Ива в холодный летний день. — Госпожа Пак, рад видеть вас в добром здравии! — поприветствовал художник юную особу. Но в ответ, не услышал ни слова. — Кхм-кхм, позвольте сегодня мне отвечать за госпожу. Она приболела и её голосовые связки не в силах выдавить и звука. — произнёс слуга девушки. Он не выглядел обманщиком, да и Хиджи часто болела, поэтому Юнги не стал переспрашивать и просто пригласил гостей в студию. — Хорошо, — сказал Мин — Тогда пожалуйста, леди, отвечайте мне кивками. Если вам что-то не нравится, просто подвигайте головой, чтобы я понял вас.       Девушка один раз кивнула, в знак согласия. Когда всё было готово, и Хиджи села на место, где обычно сидят модели, а слуга девушки пока покинул зал,чтобы не мешать художнику, Юнги начал писать.       Медленно, слегка педантично, он вырисовывал каждый миллиметр лица барышни. Однако художник заметил, что что-то не так. Это было слегка уловимое чувство, которое нарастало, как тревога.       Юнги хотелось облизать её шею, сорвать платье и насладиться её прекрасной, нежной...кровью.       Что?! Какой ещё кровью?!       Юнги начал бить себя ладонями по лицу, чтобы привести в чувства. Нечего сейчас думать о таких вещах, что за бред вообще пришёл ему на ум. По мере того, как он писал картину, он все чаще и больше использовал красный цвет. Он заполнял все пространство картины. Юнги, как обезумевший, писал мазок за мазком, пока холст не стал походить на багровое месиво.       Он пришёл в себя лишь тогда, когда его плеча коснулась тонкая рука госпожи Хиджи. Слегка хриплым и необычно низким для девушки голосом, она спросила все ли хорошо и может ли она чем-нибудь помочь.       Кровь пульсировала в руке девушки. И Юнги слышал её,ощущал её зов. Его было уже не остановить.       Набросившись на девушку, он начал срывать с неё платье, оголяя её тело. После чего стало ясно, что Хиджи на самом деле вовсе не девушка. — Что вы себе позволяете?! Я сейчас же позову своего слугу! — взмолился, как оказалось, молодой юноша — Живо опусти меня, извращенец! Юнги опешил от такого открытия, но все равно нависал сверху над столь чудесной плотью. Держа руки парня над его головой, Юнги сел сверху и страстно поцеловал его. Он ещё никогда не видел столь потрясающего человека. Его запах манил Юнги, сводил его сума. Он то целовал его, то зарывался в волосы,чтобы почувствовать такой сладкий, манящий аромат. — Чимин, неужели это ты? — шёпотом произнёс Юнги. Парень, что даже не старался отбиваться все это время вдруг покраснел. Он уже давно был влюблён в художника, но тот никогда не хотел его рисовать. Юнги находил Чимина слишком привлекательным, чтобы порочить его картиной. — Да...это я... Но, послушайте, господин Юнги! Неужели, вы влюблены в мою сестру настолько, что готовы её изнасиловать?!       Юнги закрыл рукой рот Чимина и начал сладко шептать на ушко то, что давно было в его сердце. — Вы не представляете, как сильно я вас желаю. С нашей первой встречи я понял, что вы — моя судьба. Все ваши попытки сблизиться со мной я пресекал лишь по той причине, что не хотел порочить столь чистое и невинное существо. Поглаживая Чимина по волосам, вдыхая его запах, Юнги спускался к уху, а затем стал нежно целовать горячую и пульсирующую шею. — Ах!! Господин Юнги.. — слегка покусывая губы стонал от наслаждения Чимин- Аа-х... АААААААА!!       Чимин вцепился в спину Юнги от боли, что пронзила его шею.       Художник, забывшись и предавшись искушению, начал пить кровь юноши. Она была столь сладка, что Юнги никак не мог остановиться. Лишь когда руки возлюбленного стали ослабевать, Мин понял,что пора остановиться, иначе он просто убьёт его.       Обмякший Чимин лежал на полу, весь в собственной крови. Юнги омыл его и снова одел в платье. Он не мог его убить. Нет, нет нет, это просто невозможно.       Усадив еле живого Чимина на стул модели, Юнги понял, как сильно он накосячил.       В эту же минуту в студию зашёл слуга семьи Пак, что отходил по своим делам. — Боже правый, госпожа! Что с вами! Он подбежал к Чимину, но тот уже потерял сознание. — Художник, что ты сделал с госпожой?! — слуга подхватил Чимина на руки и удалился из студии, покрывая художника проклятиями.       Юнги не смог выдавить из себя ни единого слова. Ему было безгранично жаль. Вскоре, об этом инциденте стало известно всем вельможам. "Извращенец художник, довел Пак Хиджи до обморока!" "Художник высасывает жизнь из моделей через свои рисунки" "Ведьмак художник живёт с помощью других" и т.д У Юнги больше не брали заказы. Его больше не приглашали на встречи, не звали добрым другом. Он стал всеми отвергнутым, нечистью. Стал таким же, как и тот, кто его обратил.       Чертов Ким Тэхён! Он поплатится за то, что испортил жизнь Мин Юнги. Тот найдёт гада и растерзает его в клочья...       Но шли дни, месяцы, вскоре прошёл год, а Юнги так и не нашёл Тэхена. Он как сквозь землю провалился. Из-за этого художник впал в депрессию. Он дал слово, что больше никогда в жизни он не будет причинять вред людям, а особенно Чимину. Слава богу, Чимин жив. Но он не видел его с того самого момента, как выпил достаточно много его крови.       Она растекалась в Юнги, как напоминание о том, что он - чудовище. Юнги стал пить кровь животных,что находил в лесу. Одного - двух оленей ему хватало на месяц, а то и два. Иногда приходилось перебиваться крысами. Сначала Юнги сильно брезговал, но есть хотелось сильнее и сильнее,а людей он поклялся больше не трогать.       И вот, спустя долгих три года, Юнги так и не смог оправится. Он потерял всё, что у него было. Его картины больше не продавались.       Юнги снова лежал на полу своей пыльной студии и думал о том, как же ему умереть. Он придумывал новые и новые идеи как лучше расстаться с жизнью. Он бил себя ножом в грудь, ел чеснок и пытался сгореть на солнце, но всё было тщетно. Все эти страшилки про вампиров что ему рассказывали в детстве были бесполезны. Он не знал как ещё убить себя поэтому решил голодать. Месяц он лежал неподвижно, а его тело начало покрываться пылью. Всё это время он размышлял о том как сильно хочет увидеть вновь Чимина.       Юнги пытался связаться с ним, посылал письма с извинениями, приходил к ним в особняк, но всё тщетно. Слуги прогоняли его прочь, не давая даже взглянуть на него. Проклятие.

***

      Теперь, Юнги живёт в лесу. Он купил дом на отшибе который более никто не хотел покупать. Сутками напролёт Юнги писал свои картины, и на всех них было изображение Чимина. Так, художник мог извиниться. Он сильно сожалел о том что когда была возможность он не писал Чимина. Отказывал ему и отстранялся от него...       Теперь, прогуливаясь в одиночестве по лесу, он заметил что-то странное. На земле лежали мёртвые животные, которые были явно обескровлены. Это не на шутку испугало Юнги. Неужели помимо него и Тэхена есть ещё такие же нечисти? Мин шёл по следу из трупиков различных животных и в итоге набрел на юношу, что лежал на поляне.       Медленно покачивая ногами, он наслаждался лучами солнца, что освещали его белоснежную кожу. Юнги решил не подходить ближе, но случайно наступил на ветку. Она предательски хрустнула, выдав наблюдателя.       Юноша, что лежал на траве, вмиг очутился напротив Юнги и смотрел ему прямо в глаза.       То был Чимин. Всё такой же прекрасный, как и раньше... У художника защемило в груди, он и слова не успел произнести, как ему в лицо прилетел мощный удар. Настолько сильный, что отбросил ничего не понимающего Юнги в соседнее дерево. — Мистер художник!— закричал Чимин — Я ждал вас! Ох как же долго я вас ждал! И вот, наконец. Стоило мне самому выйти в свет, а вы тут как тут!       Чимин снова нанёс Юнги удар, тот никак не мог ответить, так как чувствовал сильнейшую вину перед юношей, бьющим его со всей силы. — Три! Чертовых! Года! — каждое слово сопровождалось ударом — Я три года ждал, что ты хотя бы извинишься, мразь! Но ты! Ты не соизволил даже письма мне прислать!       Последние слова эхом раздались в голове Юнги, после чего последовал ещё один удар. Чимин снова стал замахиваться, но Юнги поймал его руку. С кровавой пеной у рта и заплывшим глазом, Юнги медленно спросил нападавшего: — Неужели, ты не получил ни одного моего письма? Немного замешкавшись, Чимин выхватил свою руку из хватки и Юнги и продолжил кричать. — Не веди себя так, будто хотя бы пытался извинится! Я каждый день спрашивал слуг не приходил ли художник! Я каждый день смотрел в окно и ждал тебя! Ты хоть знал, что все это время,моя семья держала меня в заточении в собственном доме? Я стал юродивым! Семья отреклась от меня! Решила, что я проклят! Всё,что я мог делать, это бесконечно винить тебя во всём.       После этих слов Чимин упал на землю и начал реветь. — Я ведь, — всхлипывая произнес Чимин — Я ведь ждал тебя... урод паршивый... Юнги медленно опёрся руками на ноги, и не без усилий поднял голову на Чимина. — Прости меня, Чимми... Я знаю, что ты вряд-ли поверишь сейчас мне.. Но может быть, ты а последний раз пустишь меня в своё сердце? Я хочу тебе кое-что показать. С большим недоверием Чимин проследовал в дом Юнги, где он теперь жил. Открыв настежь окна, Юнги открыл шторы и в пыльном, ранее могильном зале, начало светить солнце.       Пред Чимином открылся небывалый вид. Везде было его лицо. Разные портреты, разные холсты, техники, образы, везде было лишь его лицо. — Я хотел извинится все это время, — шепотом произнес Юнги — Вот, возьми пожалуйста.       Он протянул стопку пожелтевших от пыли писем.       Во всех них художник раскаивался в содеянном. Он рассказывал, как сам заболел и что не хотел причинять зла самому дорогому в его жизни человеку. Чимин сжал письма в руках. — Почему, ты не отправил мне их?— спросил он, сглатывая слёзы. — Я отправлял. Но они всегда возвращались обратно...я думал...Думал, ты не хочешь видеть меня. Думал, ты ненавидишь меня за то, что я сделал с тобой. Ведь я ... Не успел Юнги договорить, как его рот заткнули пухлые губы Чимина. Он страстно начал целовать художника, снимая с него одежду. — П-подожди, Чимин!! — еле еле сопротивляясь молил Юнги - Я думал ты убить меня хочешь? — Да, — рыдая рявкнул юноша — Я хотел уничтожить тебя, потому что думал, что ты посмел забыть о том, что я есть! Чимин плакал и нежно обнимал Юнги за шею. Тот, обхватив юношу за ягодицы, встал и отнёс его на кровать. — Я буду нежен, хорошо? — спросил художник у заплаканного зверька. Он лишь кивнул головой, и съёжившись, схватился руками за простынь. Юнги медленно сел сверху и начал аккуратно развязывать рубашку Чимина. Оголяя шею от платка, он провёл руками по шраму, что оставил ему когда-то. — Прости... — прошептал он и нежно покрыл шею поцелуями. Спускаясь все ниже и ниже, Юнги стал чувствовать, как Чимин стал твёрже. — Сейчас, потерпи ещё немного. — бархатным голосом успокаивал он плаксу. — Я же обещал, что буду нежен. Я как следует извинюсь.       Расстегнув штаны и спустив всё нижнее бельё, взору Юнги предстал обнаженный, уже истекающий смазкой член. От него пахло феромонами, что излучает Чимин.       Художник нежно прижался к нему, на что в ответ услышал лишь тихое смущённое "Ой" и продолжил.       Сначала он покрывал всё поцелуями, от яичек до ствола и головки. Ему хотелось как можно дольше травить Чимина, чтобы тот весь изнемогал от предвкушения. Вдоволь наиздевавшись, Юнги взял член в рот и начал его сосать. Сначала медленно, обволакивая каждый сантиметр языком. Затем с нарастающим темпом, он начал пихать член дальше в глотку, принося лежачему неимоверное удовольствие.       После столь яростных прелюдий, Юнги заметил, как его член упирается в кровать. Он перевернул Чимина на живот. — Ах, подожди, я!!! Это мой первый раз!! — взмолился Чимин, закрывая все непристойности руками.       Юнги опешил от такой информации, однако это подстегнуло его ещё больше. — Получается, этот приз только для меня? — с ухмылкой произнес Мин. Он убрал руки Чимми и раздвинул его бедра. — Доверься мне. — сказал он уверенно. Облизав один палец он медленно стал проталкивать его все глубже внутрь. — А-ах! Нет, не там!! — начал стонать Чимин.       Однако, Юнги прекрасно знал, что именно там ему будет приятнее всего. Он продолжил двигаться внутри пальцами, затем добавляя по одному, медленно дойдя до трёх. — Теперь, когда твоя попка может вместить мои пальцы, я думаю она впустит так же и мой член. — Стой, подожди, не думаю, что он..ААХ! — не успел Чимин договорить, как Юнги вставил свой член до самого конца. Он достал до всех нужных точек так вовремя, что Чимин кончил на простыню. — Охх, не думал, что ты так быстро. Но ты же не думаешь, что мы закончили?       Юнги подхватил Чимина за бедра, заставляя его встать на колени и начал двигаться.       Сначала он медленно водил внутри своим членом, после чего начал жёстко трахать Чимина.       Так сильно, что всё внутри пульсировало от наслаждения. Весь мокрый, Юнги не мог больше сдерживаться и кончил внутрь Чимина. — Фухх.. блин, я не думал, что секс с таким как ты может быть настолько ахуенным- запыхавшись произнёс Чимин. — Я не понял, — еле волоча языком начал ныть Юнги — Всмысле с таким как я? — Хахаха, я шучу, шучу. Чимин нежно укрыл засыпающего Юнги одеялом. — Получается, нас ждёт вечная совместная жизнь. — прошептал Чимин, нежно чмокнув Юнги в висок.       Он нашёл своё вдохновение вновь.