Маленький лотос

      Прошел уже год с начала глубокого затворничества Лань Сичэня и по правде он уже задумывался о том, чтобы вернуться в мир, но каждый раз новая волна самобичевания, ночных кошмаров, горя, вины и бесконечной усталости накрывала его с головой. Сичэня не волновало собственное здоровье: он мало питался, плохо спал, забыл что такое тренировки и медитации. Загонял себя в бесконечный круг страданий из которого трудно вырваться и не то чтобы порой не хотелось, просто не было сил, ни на что. Но в периоды затишься Хуань задумывался, что вечность так продолжаться не может.       Не так давно Лань Сичэнь начал понемногу выходить из своего цзинши на свежий воздух. Скорее ради дяди и брата не же ли для себя самого, но даже этой мотивации не хватало, чтобы вернуться к полноценной жизни. Возможно он научится подавлять свои эмоции, как будто он не делал этого на протяжении всей своей жизни, или найдет новую мотивацию. На крайний случай у него всегда останется вариант - навсегда покинуть своих близких, но это не сегодня, может быть позже.       Погода стояла солнечная, тепло последнего летнего месяца явно ощущалось даже в вечно прохладном Гусу. Укрываясь в тени цзинши, Сичэнь играл на Лебин, совсем как в былые времена. Вот только мелодия утратила свою красоту, была полна горечи и тоски, которые переполняли самого Ланя.       Привыкший к желанному одиночеству Хуань никак не ожидал посторонних. Взгляд заклинателя зацепился за фиолетовый цветок, скрывающийся за деревом неподалеку. Сичэнь бы даже не заметил, если бы не ветер играющий с шелковыми лентами. Лань завершил мелодию до конца для своего единственного слушателя и отложил Лебин в сторону. - Подойди, - с легкой улыбкой позвал Лань Сичэнь.       Маленькая девочка вышла из своего укрытия и робкими шагами прошла по каменной дорожке прямиком к цзинши. - Простите, что помешала, - серые глаза с большим интересом рассматривали заклинателя. Сичэнь уже видел пару похожих, но те были более глубокими и завораживающими как грозовые облака. - Как зовут юную госпожу? - Лиань, - тихо ответила девочка и чуть неуклюже поклонилась. - Меня зовут Лань Сичэнь, - мужчина встал и ответил на приветствие. Глаза малышки тут же восхищенно засияли от того, что к ней относились как к взрослой. - Подслушивать не хорошо. В следующий раз можешь не прятаться. - Простите, - Лиань не чувствовала себя пристыженно и не спешила уходить. Детское любопытство очевидно читалось на ее лице. - Вам грустно? Мелодия была грустной. - Пожалуй что так, - Сичэнь посмотрел вдаль на туманные горы и думал растворится ли он сам среди них словно облако. Чужая маленькая ручка не дала окунуться в очередной приступ саморазрушения, вернув сознание к реальности. - А-Лиань может посидеть с гэгэ пока вам не станет лучше.       Подобная участливость впервые за долгое время не раздражала Сичэня, напротив вызвала более искреннюю улыбку. - Должно быть тебя уже ищут родители. - Папа сейчас на собрании, А-Лиань туда нельзя. Я играла в прятки, но потерялась.       Судя по одеждам девочка была из клана Юньмэн Цзян. Неужели кто-то из адептов привез с собой ребенка на собрание кланов? Сичэнь сомневался, что глава Цзян, с его то характером, позволил бы подобное. Если только не... - А-Лиань, как зовут твоего папу? - Цзян Ваньинь, - вздернув подбородок гордо ответила девочка. Ну точно дочь своего отца.       Нет, стоп! Что?       Сколько времени Лань Сичэнь провел в уединении? Точно год прошел? По ощущениям все десять, раз у грозного Саньду Шэншоу появился ребенок. Может быть даже жена имеется? Отчего то эта мысль неприятно отозвалась в сердце. - Гэгэ знает моего папу? - Да, мы старые знакомые - Хуань погладил девочку по голове, задумываясь был ли Цзян Чэн таким же милым в детстве. Хотя конечно был. - Давай сообщим твоему папе где ты и после собрания он сможет тебя забрать. - Хорошо! Лиань хочет еще послушать флейту. Можно? - девочка была очень взволнована и уже села рядом с Сичэнем на крыльцо. Как тут откажешь? Хуань послушно взял Лебин в руки и новая мелодия разлилась по округе, чуть менее грустная, чем предыдущая.