Миссия провалена

Уёну скучно. Уёну откровенно скучно третий час смотреть в запотевшее окно фургончика, ожидая Ёсана с доставкой. Сан, кажется, давно заснул, наплевав на то, что они на дежурстве, на улице из освещения остались лишь неоновые вывески, а из занятий на выбор были просмотр гонок бегущих по стеклу капелек воды, и отслушивание радиоэфира, которое на них бессовестно скинул Хонджун. И то и другое было максимально скучным: из динамиков лился лишь белый шум, изредка прерываемый сообщениями о поиске какого-то мальчика, и пропагандистскими речами. Впрочем, как и всегда. -Скуууучно…-протянул Уён, откидываясь на спинку кресла и заводя руки за голову. Из-за кресла показалась взъерошенная голова Сана. -Ты что, не спишь? Твою мать, а я сижу тише воды ниже травы, думал, ты уснул давно… -Уснёшь тут,-пробубнил Уён, обиженно подпирая подбородок ладонью и отворачиваясь обратно к окну, делая вид, что ему очень интересно смотреть на стекающие по стеклу капельки-Я занимаюсь делом общественной важности вообще-то. -Тупишь в окно? -Радио слушаю. -И много ты из эфира за последний час запомнил? -Да что там запоминать, мямлят одно и то же. Говоришь так, как будто ты каждую фразу записывал. -Не записывал.-Сан вздохнул.-Ну, тогда… Недосказанная фраза утонула в саркастичном вздохе, которым парень буквально заткнул растерянного Сана. Повисла напряжённая пауза. Барабаня пальцами по рулю, Уён принципиально не оборачивался, а Сан в замешательстве смотрел на чёрный затылок, размышляя, в чём он опять успел провиниться. Уделил мало внимания? Заставил нервничать? Просто сказал что-то в неподходящий момент? Пожалуй, всё сразу. Уён вообще в последнее время стал слишком раздражительным. -Ну Ёна…-расстроенный Сан подался вперёд, притираясь щекой к его плечу.-Я же всего три дня не… -Пять дней. И два последних часа, которые мы просто тупим в ожидании этого мальтезе, тоже. Сан поник и поджал губы, соображая, как правильно извиниться. -Твои бои это замечательно, но мне кажется, что иногда борец всё же должен уделять должное внимание своему промоутеру.-процедил Уён, откидывая голову назад и глядя на Сана боковым зрением. Всё стало ясно и без дальнейших пояснений. Сан нащупал под сиденьем рычаг, опускающий спинку кресла, и дернул за него, заставляя Уёна непроизвольно оказаться в лежачем положении. До того, как он успел хоть что-то понять, его губы были требовательно накрыты губами Сана. Кажется, Уён пытался что-то возражать, но Сан сжал его запястья, мягко, но сильно стягивая ладонью. Грубости в его действиях не было совсем: скорее, это была некая настойчивость от неудовлетворения, которым он страдал не меньше Уёна. Бои отнимают много сил, обычно после них он засыпал как только голова касалась подушки, наплевав даже на обработку ран, варварски оставляя всё на утро. Но сегодня он не пойдёт на бой. Сегодня все его силы будут направлены на то, чтобы заставить Уёна перестать обижаться. Проходит буквально секунда, и Сан меняет положение, подхватывая обескураженного Уёна на руки и перекладывая его на раскладушку, тут же нависая сверху. Тот требовательно тянется к парню сверху, зарываясь руками в его волосы и целуя, не давая Сану нормально перехватить инициативу. Для напора, который выплёскивается из Уёна, Сан-и слишком осторожный. Сан целует медленно и нежно, напористо, но совсем не требовательно. Он превращает поцелуй во что-то возвышенное, сплетает их языки в одно целое, создавая причудливые узоры, и выводит на спине какие-то одному ему известные словечки. Уён же словно пытается сожрать своего партнёра, кусает его губы и превращает поцелуй в хаотичный танец, делая резкие выпады и грубо хватаясь за его шею и руки. Просто у Сана власти гораздо больше, а Уён прекрасно осознаёт, что брыкаться ему позволят недолго. Хаос заканчивается ровно в момент, когда Сан одним движением стягивает с парня бельё и штаны, и припадает губами к шее, развязно блуждая руками по податливому телу. В этом, пожалуй, заключается его особый талант: по факту Сан ещё не сделал ничего особенного, но Уёна уже развезло. Он плавится как молочный шоколад от простых прикосновений и взглядов, его ведёт от того, насколько умело с ним управляются. Он упивается осознанием того, что на него, всего из себя такого вредного и непокладистого, нашёлся укротитель, и от одной этой мысли он готов забыться и расслабиться, позволив Сану делать всё, чего он захочет. Но это идёт вразрез с его принципами. В конце концов, это просто скучно, не так ли? Мысли мгновенно путаются, сбиваются и сталкиваются друг с другом, когда Сан на пробу проводит рукой по напряжённому члену. Изо рта Уёна тут же вырывается несдержанный вздох, а сам он закусывает нижнюю губу, жмуря глаза. Через пару секунд давление и тепло в районе груди пропадают, потому что Сан сползает ниже, влажно проводя по члену языком, одновременно шаря рукой в кармане дверцы в поисках флакончика со смазкой. Когда бутылочка наконец обнаруживается среди кучи смятых бумажек, алюминиевых банок и прочего мусора, Сан обильно выдавливает жидкость на пальцы и подставляет их к проходу, выжидающе глядя Уёну в глаза. Уён взглядом даёт понять, что можно. Можно и нужно. Средний и безымянный пальцы аккуратно входят по вторую фалангу, но Сан не спешит двигаться. Он всё ещё выжидает пока Уён привыкнет, пока его дыхание успокоится. Наконец решив для себя, что можно продолжать, тот аккуратно вставляет пальцы дальше, раздвигая их на манер ножниц. Изо рта младшего вылетает первый стон, из-за которого тот стыдливо отворачивается. Сан же только тихо усмехается, добавляя третий палец. Когда тремя пальцами удается двигать без затруднений, тот вынимает их и наконец взбирается обратно на раскладушку, вновь открывая флакончик со смазкой. На этот раз, выдавив жидкость на пальцы, он размазывает ее по уже возбужденному члену, подставляя головку к проходу. Уён двигает ногами, создавая более удобную позу, и ловит на себе взгляд Сана, кивая на его немое «можно?» со смущенной улыбкой. Сан медленно входит, выбивая из Уёна первый протяжный и громкий стон. Стараясь удостовериться, что всё в порядке, он каждую секунду поглядывает младшему в лицо, приобнимая его за талию и шепча какие-то тихие нежности. Войдя целиком он останавливается, позволяя Уёну перевести дыхание. -Я вижу, ты действительно соскучился по этому.-по лицу Сана расползлась азартная улыбка, когда Уён тихо простонал и дернулся от простого прикосновения к разгоряченной коже шеи.-Ты стал таким чувствительным… Я могу начать двигаться? Уён на это лишь кивнул. Слов не требовалось. Первые толчки были совсем мягкими. Затем стали чуть грубее и чаще, после ускорились ещё, и ещё… Сан наращивал темп так, что в моменте этого не ощущалось, но Уён периодически ловил себя на мысли, что его собственные стоны становятся громче, а шлепки кожи о кожу-звонче и чаще. В какой-то момент Сан подался вперед и напористо поцеловал его, уничтожив последние остатки здравого смысла в голове Уёна. Остались лишь белая пелена наслаждения, и ощущения, отдающиеся буквально в каждой клеточке тела. Подобная внезапная близость могла дорого им обойтись. Наверное, заниматься таким громким сексом в автофургончике, находясь в государстве с запретом на любое проявление эмоций-не самая лучшая идея, но сдавать назад было уже слишком поздно. Сдавать назад надо было тогда, когда ещё семнадцатилетний Уён не выдержал происходящего вокруг и поцеловал обескураженного Сана прямо в поле, во время перестрелки с патрульными, будучи уверенным, что это их последний день. Но тогда всё обошлось. Пожалуй, как раз после этого и стало поздно поворачивать назад. Жестокий мир был близок к тому, чтобы сломать двух запутавшихся в себе подростков, но тяжелые обстоятельства, жизнь в бункере, струящаяся ото всюду ложь, и одна пачка сухой лапши быстрого приготовления на двоих лишь укрепили их любовь друг к другу. И пусть над ними висела реальная опасность, Уён вообще не сдерживал себя в стонах и криках. Да и Сан, утонувший в ощущениях и абсолютно переставший отдавать себе отчет в действиях, против не был. Нужно жить моментом… а дальше разберемся. Не впервой, в конце концов. Сквозь пелену ощущений Сан вдруг услышал приглушённый рык, и только через пару секунд осознал, что издал его сам. Он приближался к разрядке, пока Уён то выстанывал его имя, то срывался на странный хриплый крик, беспорядочно двигая дрожащими ногами. Похоже, Сан здесь не единственный, кто почти дошёл до пика. Хватило Уёна ненадолго. Через несколько особенно сильных толчков он надрывно выкрикнул имя Сана, феерично кончив и запачкав свой живот, задравшуюся футболку, и постельное бельё. Ещё через пару толчков кончил и Сан, упершись в постель по обе стороны от головы Уёна, стараясь отдышаться. Ещё несколько секунд парням понадобилось для того, чтобы прийти в себя. Затем Уён поднял голову, и улыбнулся в своей привычной манере, сделав самый невинный взгляд из всех возможных, а после захихикал, заставив Сана умиленно рассмеяться и плюхнуться на раскладушку. Завязалась шутливая потасовка, в ходе которой Сан-таки одержал победу, заключив вяло сопротивляющегося Уёна в объятия, и чмокнув его в макушку. Через какое-то время такого лежания Сан шепнул почти уснувшему Уёну на ухо что-то вроде «я скоро вернусь», и поднялся с раскладушки, дабы взять с переднего сидения бумажные полотенца и вытереть всё, что оказалось выпачкано. Однако помимо полотенец на сидении обнаружился пакет с двумя упаковками лапши, и та самая секретная посылка, которую они ждали. Уён приподнялся на локтях, слегка шокировано глядя на эту картину. Когда в голове наконец сложилось осознание, тот вспыхнул, представив лицо и реакцию Ёсана. Пока Сан умирал от хохота, согнувшись возле сидения пополам, Уён уткнулся абсолютно красным лицом в подушку, сгорая от стыда. Просмеявшись, Сан схватил рацию, переводя её на нужную волну. -YS, я S, приём. Получили твою посылку, всё на месте. Спасибо за доставку. Приём. -Я YS. Всегда пожалуйста, ребятки, но в следующий раз давайте поскромнее. Ваше счастье, что в этот район почти не заглядывают патрульные. Приём. -Поняли тебя. С какого момента ты был возле нашего штаба? Приём. -Примерно с «Ааах, да, вот так, чёрт возьми…» Голос Ёсана, пусть и искаженный помехами, звучал максимально шутливо. Кажется, отчитать ребят для него было просто делом принципа, и некой негласной обязанностью как хёна, но на самом деле он совсем не злился. -Поняли тебя. В следующий раз закроем окно. Приём. -В следующий раз лучше выполняйте данную вам задачу, пока находитесь на дежурстве. Вы пропустили сообщение об объекте, и ваше счастье, что у HJ в этот момент был включён приёмник. Сегодня ему на глаза попадаться не советую, потому что передачи от вас он так и не дождался. Приём. Сан круглыми глазами посмотрел на Уёна. -Там реально было про того пацана?.. -А, ну… возможно… Поборов желание сделать фейспалм, Сан повернулся обратно к рации, включая передачу. -Приносим извинения. Каемся, и готовы принять заслуженное наказание. Приём. -Да какое вам наказание? Потолок Хон… в смысле, HJ- это отправить вас на разные задания, но вас же друг от друга не отлепить. В штабе, разве что, домашние дела на вас в ближайшее время будут… В общем, связывайтесь со свободными дежурными, передавайте вахту и дуйте в убежище, пока на камеры не попали. HJ и SH уехали искать парнишку по горячим следам. Приём. -Спасибо. Скоро будем на месте. Конец связи. Отложив рацию, Сан повернулся лицом к Уёну, усмехаясь. -Нам влетит, да? -Я бы сказал пожестче, но в целом суть верна. Уён лениво потянулся к Сану, мягко тыкаясь ему в шею. -Ну и пусть. Оно стоило того. -Я люблю тебя.-Сан нежно провёл рукой по волосам возлюбленного, прижимаясь к его губам своими. Они обязательно свяжутся со свободными дежурными, передадут вахту и поедут в убежище. Но чуть позже. А сейчас… -Я тоже тебя люблю.-Уён обвил шею Сана, мокро целуя его за ухом и тихо хихикая. …а сейчас нужно насладиться друг другом сполна. Кто знает, куда жизнь заведет их в будущем?…