Глава 7. Не враг, не друг
7 ноября 2024 г., 21:20
Дженни не рискнула доставлять попутчиков прямиком к их домам. Вместо этого она, перечислив все свои более чем оправданные опасения, остановилась на некотором расстоянии от дома Эгериксов и высадила Моно с Эриком. Парни подобному варианту не возражали.
— Не теряйтесь, малышня, — сказала Дженни на прощание, приложив к виску два пальца и тут же отведя их в сторону. — И помните: вы не видели меня, я не видела вас. До завтра.
— До завтра, — кивнул Моно, соглашаясь и прощаясь в одном жесте. — Ещё раз спасибо за помощь.
— Сочтёшься при случае, — ответила девушка и, нажав на кнопку в правой двери, подняла боковое стекло.
Машина плавно тронулась и поехала в ночную тьму, навстречу следующей остановке маршрута — дому шерифа Гринса.
— Бр-р-р… — встрепенулся О’Райли, после чего с сомнением во взгляде посмотрел на друга. — Не нравится она мне. Никогда не нравилась. Ты всё ещё уверен, что доверять ей — хорошая идея?
— Отличный вопрос… — проговорил Эгерикс вполголоса, провожая взглядом скрывающуюся вдали машину. Когда джип скрылся за поворотом улицы, перевёл взгляд на друга. — Доверяю ли я ей? Скорее да, чем нет. Но при этом есть такое отчётливое чувство, что в любой момент стоит ожидать от неё какую-нибудь подлость. Поэтому, старик, не теряй бдительности.
— Не сомневайся в моей бдительности, старик! — ответил Эрик с высоким чувством уверенности. — Она бесперебойно работает двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, без перерывов и отпусков!
Сопоставив слова О’Райли с тем, как полчаса назад он почти в упор не заметил маньяка, Моно посмотрел на друга без эмоций, приподняв одну бровь в немом удивлении.
— Тогда пошли домой, — сказал он, переведя взгляд на своё жилище.
Ни в одном из окон не горел свет, а это значит, что мистер и миссис Эгерикс не заметили пропажу детей и крепко спали. Это было несколько странно, учитывая последние события, которые сотрясли город. Но поскольку из-за усталости Моно уже валился с ног, то он не стал придавать этому должного значения.
— Пойдём, — согласился Эрик кивком. И зевнул подстать ситуации. — Я уже с ног валюсь. Утомили эти ваши убийцы, сиротки и кошмары…
Оставшаяся часть ночи почти не отличалась от предыдущей — то есть прошла без как такового сна в принципе.
Тихо войдя в дом, подростки добрались до комнаты Моно, где на протяжении нескольких часов подряд пытались разобрать значение странных символов, оставленных Рут. Но, не добившись никакого успеха в этом деле, незадолго до рассвета оба юноши, вымотанные и обессиленные, решили взять перерыв и передохнуть…
* * *
Уперевшись локтями в кухонный стол, Инни подпёрла руками тяжёлую голову. Остаток ночи она провела в запертой на несколько замков комнате, не сводя напряжённых глаз с окна, перекрытого решёткой. Будто в тюрьме. Но отец сказал, что всё это ради её безопасности. Как и пара полицейских, которые патрулировали придворовую территорию, сменяясь каждые двенадцать часов с другими коллегами из департамента. — Почти готово. Голос отца, орудующего за плитой, отвлёк девушку от её монотонного дела — разглядывания гладкой поверхности стола. — Ещё пару минут, — добавил шериф Гринс, заканчивая процесс приготовления своего фирменного завтрака. — Сейчас… Инни едва заметно вздохнула. — Мы опоздаем, — сказала она, предупреждая. — Я знаю. На кухне вновь воцарилась гнетущая тишина, которую пытались нарушить лишь звуки шипящего масла на сковороде и мерное тиканье настенных часов. Но всё было тщетно… Как и любая попытка хоть на мгновение отвлечься от страшных снов и мыслей о маньяке, который выходит на охоту с наступлением темноты. Девушка провела руками по лицу, продолжая стараться не думать о происходящем. Совсем недавно ей казалось, что переезд в новый город поможет начать новую жизнь, в которой горечь об утрате матери сведётся к минимуму. Но суровая реальность оказалась совершенно другой. С заездом в этот дом её начали мучить пугающие сны, становящиеся всё страшнее и страшнее с каждой последующей ночью. Одновременно с этим у девушки появилась частая и порою нестерпимая зубная боль, локализовать которую не смогли даже самые опытные стоматологи города — они обессиленно разводили руками, говоря, что девушке стоит посетить не кабинет зубного врача, а психотерапевта. Всё это было странным и, между тем, связанным между собой… Затем, в одну из ночей, перед глазами Инни возник дом — высокий, кривой, тёмный и старый, окружённый ветхим забором и полем погибшей кукурузы. И тут же раздался голос — жуткий, тонкий и скрипучий. Он звал пройти в дверь, которая приоткрылась от порыва ветра, но за ней скрывалась лишь непроглядная темнота и фигура из обугленных человеческих костей… Девушка отчётливо помнит этот неприятный сон, словно он приснился ей буквально несколько минут назад. Кошмар, после которого в её сознании осталась лишь таинственная пустота. И лишь недавно Моно пролил свет на эту тайну, рассказав Инни о её роли безвольной куклы во власти могущественного существа. И вот, пробыв в Пэйлвилле меньше месяца, Инни волей злых — даже фантастических — обстоятельств была втянута в круговорот необъяснимых событий, где ей, кажется, придётся занять одну из ключевых ролей, хочет она того или нет… — Вот. Приятного аппетита, солнце. С этими словами шериф Гринс поставил на стол перед дочерью тарелку с завтраком. Пусть и нелепая, но сделанная с полной искренностью мордочка из жаренных яиц и колбасок мило улыбалась девушке, невольно навевая ей хоть какую-то радость. Однако, несмотря на доброе пожелание, взгляд отца оставался пустым, лишённым всяких эмоций и, самое главное, жизни. Инни не помнит столь удручающее состояние родителя со времён смерти матери. Но, тем не менее, всё понимала — на плечи отца легло непростое дело о пропаже детей и подростков, с которым не могут справиться вот уже долгие годы подряд. А с учётом новой волны исчезновений и смертей, градус ответственности возрастал с каждым днём. Видя состояние единственного родителя, девушке, вопреки данному Моно общению, хотелось рассказать всё, что ей удалось выяснить за минувшие дни, включая имя предполагаемого убийцы — Седрик… — Почему не ешь? — поинтересовался шериф Гринс, на время выведя дочь из глубоких размышлений. — Сама же сказала, что опаздываем. Взяв вилку, Инни приступила к завтраку, и вместе с тем продолжила думать. Седрик… Казалось бы, звучное и статное имя, которое отлично подойдёт какому-нибудь именитому графу, политическому деятелю или даже королю. Разве оно может подойти детскому душегубу? — Седрик… — тихо проговорила Инни себе под нос. — Седрик, Седрик… — Что? — не понял её слов отец, слегка озадачившись. — Какой ещё Седрик? — А?.. А. Да так… — тихо отозвалась девушка. — Просто парнишка из школы. Пытаюсь запомнить имена новых одноклассников, вот и повторяю их время от времени. — М. Понятно, — сказал шериф Гринс. — Уже присматриваешься к местным ребятам? Как вообще процесс вхождения в новый коллектив? Успешно? — Неплохо, скажем так, — ответила Инни с лёгкой, тоскливой улыбкой на лице. — Подружилась с Моно и его другом Эриком. Хорошие ребята. Немного пообщалась с Дженни Грэмс. А у тебя как дела на работе? — Напряжённо, — сухо ответил отец и отпил крепкого кофе из большой кружки с надписью «Heavy Weapons Co». Шериф Гринс редко делился с дочерью новостями о своей работе, опасаясь, что это может быть слишком тяжёлым грузом для её переходного возраста. Его дочь, в свою очередь, тоже не стремилась к близкому общению с ним, всё ещё веря в его причастность к утрате матери. — Ясно… — проговорила Инни, опустив взгляд на тарелку. Молчание продолжилось — теперь уже отец погрузился в мысли (очевидно, связанные с работой) и будто бы позабыл про то, что теряет очередную возможность поговорить по душам с дочерью, которую так редко стал видеть. Поэтому Инни решила взять инициативу в свои руки. Понимая, что им с отцом не помешало бы развеяться, девушка подняла на него глаза и предложила с лёгкой улыбкой на лице: — Может, сходим куда-нибудь на выходных? Мы с тобой давно никуда не выбирались. — Хм-м… — задумался мужчина, запустив руку в волосы и почесав макушку. — Было бы славно. Но, боюсь, сейчас и в ближайшее время это невозможно, — и, вздохнув, добавил: — Прости, солнце. Однако девушка даже не расстроилась, поскольку ожидала подобный, ставший уже «классикой» ответ. — Работа? — Работа, — кивнул отец. И нехотя пояснил: — После длительного затишья в городе опять стали пропадать дети. И я не в праве дышать полной грудью, пока не разберусь с этим. Всё. Остальных подробностей тебе лучше не знать, поверь мне. После слов родителя остатки аппетита окончательно пропали, из-за чего Инни доедала свой завтрак через силу. — Сегодня ты отвезёшь меня? — Нет. За тобой заедет патрульная машина, — сообщил шериф Гринс, на что дочь одарила его очередным вздохом. — Ясно…* * *
Раздавшийся механический звон будильника оторвал ребят от непродолжительного свидания с подушками. Не успели они толком вступить в новый день, как он тут же был омрачён сильной головной болью и тяжёлыми, будто налитыми свинцом, веками. — А-а-а-а… — тихо протянул Эрик, с трудом выползая из спального мешка, расстеленного на полу. — Ой-ой-ой… Моно чувствовал себя не на порядок лучше, если не ещё хуже. — Подъём… — проговорил Эгерикс, подобно другу, с недомоганием. И принялся зевать: — Школа… Дженнифер… О’Райли скривил лицо в недовольном выражении. Маньяки, пропажи, монстры и сумасшедшие девчонки — это всё, конечно, занимательно. Но лишь тогда, когда тебя не валит с ног обратно в постель. — Не хочу… — устало выдохнул Эрик, закрывая глаза и складывая руки на животе. — Брось меня, я их задержу… — Кого? — не понял Моно. — Чёрт его знает… — медленно пожал плечами О’Райли. — Просто брось… Моно подобный ответ на свой вопрос не устроил, за что он наградил друга смачным ударом подушкой по выпирающему вверх пузу. — АЙ! — встрепенулся Эрик, и тут же поднялся с места. — Ты чего?! — Я однозначно пойду, — сказал Эгерикс серьёзным тоном, даже не думая о прогуле. — Дженни — единственная, кто может нам помочь. Мы не можем пропустить эту встречу. И ты пойдёшь со мной. Хотя бы потому, что тебя нельзя оставлять одного без присмотра. — Как скажешь, как скажешь… — смирившись, затвердил себе под нос О’Райли, поняв, что сейчас ему друга никак не переубедить, не переспорить. И, воспользовавшись моментом, добавил с улыбкой: — Наш славный Моно ради девчонок готов на многое. Проверенная история, хех. Последовал второй удар подушкой. — Дело не в девчонках, старик, — резко сказал хозяин комнаты. — А в жизни пропавших ребят. В жизни тех, кого ещё можно спасти, кого можно уберечь! Ты понимаешь? Нас вчера чуть не убили, а скольким не повезло до нас?! Мы должны покончить с этим, пока тот тип не покончил с нами и другими! И уже было занёс подушку для ещё одного сокрушительного удара, благо Эрик успел его остановить. — Воу, воу, полегче! — торопливо забормотал он, выставив перед собой руки. — Я же пошутил! Минутка юмора, все дела, а ты уже весь нахмурился. Не порядок. Моно не ответил. Шутить над тем делом, которым их вынудила заниматься злая судьба, может только тот, кто не до конца понимает всю серьёзность и опасность ситуации. — Тогда вставай и пошли, — фыркнул Эгерикс, постепенно смягчаясь. Закончив со всеми умывальными процедурами, друзья подхватили свои рюкзаки и спустились вниз. Мисс Кэролин вовсю накрывала на стол, за которым уже сидел глава семейства со свежей газетой в руках. — Доброе утро, мальчики! — улыбнулась хозяйка кухни, завидев ребят. — Садитесь завтракать. — Доброе, юноши, — кратко поприветствовал их мистер Кестер, на секунду отвлёкшись от свежей газеты. — Выглядит вялыми. Всю ночь в приставку играли, верно? — А как ты узнал? — слукавил Моно, наигранно, но очень натурально удивляясь. — Потому что когда-то и я был в твоём возрасте, — пояснил мужчина, переворачивая страницу. — Для меня все эти подростковые моменты не в новинку… Ого! Мистер Кестер преподнёс газету поближе к лицу, внимательнее вчитался в чёрные буквы заголовка очередной колонки из раздела криминалистики. — Что такое, дорогой? — поинтересовалась его супруга, ставя на стол перед детьми тарелки с кашей. — Ночью была стрельба в сиротском приюте, — сообщил Кестер, не отрывая взгляда от страницы. — Вскрыта одна из комнат, ранен охранник. Предполагаемый стрелок выкрал записи с камер видеонаблюдения и скрылся с места преступления. Вот так новости… После произнесённых отцом слов в горле Моно встал комок. Сидящий рядом Эрик, активно жующий кашу, стал делать это гораздо медленнее. — Кошмар какой… — ужаснулась миссис Кэролин. — Никто из детей не пострадал? Моно заметил, что отец о чём-то долго и напряжённо думал. Учитывая тот факт, что он работает в институте, о котором рассказывал дядя Вилли, то, кажется, глава семейства переживал отнюдь не из-за ранения какого-то там охранника… С улицы донёсся гудок прибывшего школьного автобуса. — Нам пора, — поднялся Моно с места, и обратился к О’Райли: — Пошли, старик. — Но мы же не доели! — спохватился Эрик, указывая обеими руками на тарелку с полусъеденным содержимым. Моно, уже было направившийся к двери, развернулся и ухватил своего друга за предплечье. — В кафетерии поедим, — настойчиво сказал Эгерикс, добавив в тон голоса нотку строгости. — Всё, идём.* * *
— Сегодня рядом со школой дежурим. Если что случится — один звонок и мы на месте. — Поняла. Спасибо. — Тогда до встречи. И удачи. Негромко хлопнув дверью, Инни надела свой рюкзак и посмотрела на офицера Бёрна и его напарника Барни. Доставив дочь начальника в школу и распрощавшись с ней, сотрудники департамента поехали дальше по улице и повернули на ближайшем повороте, скрывшись из виду. — И вам того же… — проговорила девушка, вздыхая. Третий день в новой школе обещал быть насыщенным и вряд ли менее спокойным. Она перевела взгляд на учебное заведение. Как и прежде, людей вокруг было предостаточно, особенно учителей, собравшихся возле памятника, где был стихийно организован мемориал в память об Эне Майерсе. Хватало и полицейских, что патрулировали внешнюю территорию старшей школы Пэйллвиля. Инни неторопливо шагала по длинной аллее, держась за лямки рюкзака и с тоскою поглядывая на окружающих. Несмотря на страшные события, которые потрясли их маленький городок, люди в нём продолжали жить, словно не замечая происходящего. Особенно её ровесники, которые вели оживлённые разговоры друг с другом, шутили и дурачились. А кое-где, скрываясь от посторонних глаз, обнимались и даже целовались влюблённые парочки. Всего этого у дочери окружного шерифа не было ни в прошлой школе, ни здесь. Ни настоящей дружбы, ни настоящей любви. Всё её окружение — двое ребят, слегка странноватых, что с головой ушли в собственное расследование, и не менее странная девушка, которую и знакомой-то назвать нельзя. Может, спустя время всё изменится, всё наладится? Или, может, стоит получше присмотреться к другим ребятам, а эта троица сама занимается своими кошмарами?.. Как же это всё не просто… Чтобы окончательно не уйти в уныние, Инни вложила в уши наушники и включила плейер. Заигравшая приятная мелодия помогла отвлечься, и девушка продолжила свой путь к главному корпусу. Войдя внутрь и поприветствовав охранника, Инни сразу же встретила управляющего школой. — А! Доброе утро, мисс Гринс! — улыбнулся директор, отвлёкшись от разговора с преподавателем психологии. — Как добрались? — Здравствуйте, господин Салливан, — от столь резкого внимания в свою сторону девушка несколько опешила. — Всё хорошо. Что-то случилось? — Полный порядок, мисс Гринс, — продолжил сохранять свою улыбку директор. — Я просто хочу, чтобы вы быстрее освоились, привыкли к ребятам и влились в новый коллектив. Это не только обязанность преподавателей, но и моя тоже. Могу ли я проводить вас до вашего класса? Несмотря на более чем обоснованные слова господина Салливана, Инни быстро догадалась о том, что за доброделанием директора скрывается серьёзный разговор с отцом, который, как и в случае с прошлой её школой, настоятельно рекомендовал, чтобы у его дочери не было никаких проблем, иначе таковые могут случиться у обучающего персонала. И как тогда, так и сейчас этот факт разозлил девушку, которая не терпела подобных незаслуженных «привилегий». — Позвольте отказаться, — ответила Инни. — Хочу подготовиться к уроку. — Как скажите, — не стал спорить директор Салливан. — Однако если вам будет что-то нужно, не стесняйтесь обратиться ко мне за помощью. — Благодарю вас. Девушка поспешила углубиться в холл. Там, осмотревшись по сторонам, она принялась за поиски своих товарищей, с которыми у них заранее была намечена встреча.* * *
Неизменно неприветливое серое небо можно было сравнить с выражением на лицах полицейских, патрулировавших территорию школы. — Полиция на взводе, — проговорил Эрик, то ли собираясь начать долгий разговор, то ли просто-напросто не желая продолжать путь от остановки до учебного корпуса в тишине. — Не люблю, когда полиция на взводе. Аппетит пропадает… — Готов поспорить, окажись ты в том сне, то непременно бы встретил голодную смерть… — тоскливо усмехнулся про себя Моно, шагающий рядом с О’Райли. — Что? — Говорю, прав ты, — сказал Эгерикс, кашлянув в кулак. — После вчерашней стрельбы никто из полицейских счастливо улыбаться не станет. Но я не удивлюсь, если дело снова замнут. Иначе бы город уже давно наводнили федералы и навели здесь порядок. — Потише ты!.. — вполголоса шикнул О’Райли, поскольку в этот самый момент они проходили мимо очередной патрульной «двойки». — Услышат же! Моно не ответил, лишь лениво кивнул. Общая усталость от последних злоключений и плохой сон давали о себе знать. Если он не заправится кофе или энергетиком, то через несколько часов ему придётся искать место для сна в дальнем углу спортивной площадки, где были установлены гамаки. Прецеденты уже случались… В холле главного корпуса было оживлённее, чем в минувшие дни. Вдоль шкафчиков толпились ученики старшей школы и бурно обсуждали последние события, в том числе и стрельбу в приюте. От всех этих перешёптываний про грядущую волну детских исчезновений у Моно по спине пробежали мурашки. Настроиться на учёбу в подобной обстановке казалось чем-то нереальным, как таинственное Небытие из кошмарных сновидений. Думая обо всём насущном, Эгерикс невольно улыбнулся от доли маразма сложившейся ситуации. Ведь с одной стороны, ему необходимо принять меры, чтобы остановить Седрика и спасти Рут, а с другой — он должен продолжать заниматься своими обычными делами, чтобы не вызвать подозрений и, что более важно, не провалить предстоящие экзамены. Тяжело… Продолжая свои размышления, в какой-то момент пути Моно краем глаза заметил справа от себя знакомое лицо. Повернув голову, он не увидел ничего примечательного, кроме, разве что, того, как несколько школьных рабочих демонтировали один из вещевых шкафчиков, чья дверца была исцарапана десятком обидных словечек, среди которых самым безобидным было лишь единственное «Никто»… — Моно. Услышав своё имя, юноша обернулся. Пробившись сквозь плотную толпу старшеклассников, к ребятам вышла Инни. Сегодня без своего фирменного берета, но зато с кучей книжек и тетрадей в руках. Кроме того, выглядела она не менее уставшей и сонливей парней, о чём Моно и сказал вместо приветствия. — Уснёшь тут после всего случившегося, — пояснила с едва уловимой тоской в голосе после такого, как вытащила из ушей. — А вы как? Вижу, на пределе. — О нас не переживай, — сказал Моно. — С тобой что? — Порядок, — отмахнулась девушка. — Только почти не спала всю ночь, боялась визита Седрика. Но, как видите, обошлось… — Так продолжаться не может, — вдумчиво проговорил Эгерикс, понимая, что вечно избегать преследователя у них не получится, и если не разрешить проблему собственными силами, то неминуемо придётся прибегнуть к помощи старших. — Надо что-то делать. — Поэтому мы здесь, если вы не забыли, — напомнила им Инни, смотря то на Моно, то на Эрика. — Дженни говорила, что поможет нам. Знаете, где её сейчас искать? Эгерикс почесал затылок, перебирая мысли. — Мест хватает: от библиотеки до парковки. Зависит от того, кто сейчас «стоит у штурвала», — наконец сказал он. — Займёмся этим после урока, скоро звонок. — Привет, Инни! — бодро помахал рукой Эрик. — Что слушаешь? Девушка протянула ему наушник, надев который, юноша, прикрыв от наслаждения глаза, стал тихо напевать себе под нос: «Ту олл оф ю-ю, пэйллвильс гёрлз…» — Нашли время, — скривился Моно. И вернул взгляд обратно на ряд стальных прямоугольников синего цвета. — А где… Как оказалось, за тот короткий промежуток времени, пока вся троица собралась, поприветствовала друг друга и обменялась парой фраз, рабочие уже успели демонтировать интересующий Эгерикса шкафчик и увезти его в неизвестном направлении… Или известном. — Скоро вернусь! — кратко бросил Моно друзьям и помчался вперёд по коридору. Пробежав весь первый этаж, юноша вышел обратно на свежий воздух. Здесь, стоя на высоком крыльце, он увидел, как по ту сторону большого спортивного поля, где уже шла тренировка старших классов, у ряда технических построек двое рабочих закатывали снятый шкафчик в помещение склада. Огибая поле, Моно пролетел возле зрительских трибун, где отсиживалась большая группа ребят, по самым разным причинам не участвующих в тренировках или игре в баскетбол. И вдруг запнулся и рухнул грудью в искусственный газон. — Какого?.. Ответом ему был раздавшийся позади раскатистый смех. Моно перевернулся на спину и с прищуром посмотрел на первый ряд трибун, который занимала шайка местных хулиганов во главе с небезызвестным Джимми Хопкинсом по прозвищу «Бутч». Солидного роста и телосложения, коротко стриженный юноша с вечно закатанными рукавами, обнажавшими его главный аргумент в любой ситуации — мощные руки, покрытые ссадинами и ушибами от частых драк. — Эгерикс! — с довольной улыбкой воскликнул «Бутч». — Ты чего превышаешь? Здесь легавые кругом, оштрафуют ещё! И продолжил довольно гоготать. Моно посмотрел на вытянутые вперёд ноги хулигана и понял, что стало причиной его внезапного падения. Ещё недавно Джимми и его крошечная банда дворовых забияк были вынуждены соблюдать строгие рамки приличия. Но после смерти Эна хулиганы и прочие сомнительные личности подросткового возраста со всего города, включая Хопкинса, кажется, почувствовали свободу. И теперь ничто не мешало им вершить свои противоправные дела — ни распавшаяся группа Майерса, ни полиция, брошенная искать вернувшегося маньяка. Однако Моно не стал терпеть подобного отношения к себе. И, несмотря как на численное, так и силовое преимущество шайки хулиганья, он без колебаний подошёл к Джимми, что деловито сложил руки на груди и всем своим видом говорил: «Только дай повод». — Ну и для чего ты это сделал? — спокойно спросил Моно. — Ты о чём, Эгерикс? — наигранно удивился Хопкинс. — Не придуривайся, иначе за умного не сойдёшь, — проигнорировал его слова подошедший. — Я спрашиваю, для чего ты ноги свои раскидываешь где попало? — Чего-о-о? Двухметровый шкаф мгновенно поднялся с места и, встав практически вплотную к Моно, пристально посмотрел в его глаза. — Ты нарываешься? — процедил Джимми сквозь стиснутые зубы. — Я лишь хочу узнать, что тебе дало моё падение, — Моно продолжал сохранять завидное спокойствие, а в душе обдумывать свои дальнейшие действия. Оказавшись в подобной ситуации, важно действовать, как при встрече со злой собакой: не провоцировать агрессию и постараться успокоить. Если же этого не выйдет сделать, а со стороны не пришла помощь, то придётся прибегнуть к более сомнительной, но всё же рабочей тактике «бей или беги». Поэтому Эгерикс старался оттянуть неизбежное, чтобы понять, куда лучше ударить своего обидчика и где после этого скрыться. Ведь договориться с кучкой придурков, которым чужды понятия морали и чести, но зато родна грубая сила, очевидно, не выйдет. И лучшим решением сейчас будет нанести один точный и мощный удар первым, чем ждать, пока такой применять по отношению к тебе… — Узнать? Да просто так, — хмыкнул Джимми и распался в самодовольной улыбке. После этого он полуобернулся к стоящей позади него верной своре и спросил: — Чуваки, вы всё видели. Скажите, этот тип специально нарывается? Как и ожидалось, со стороны язвительно лыбящихся шестёрок не последовало ни одного отрицательного ответа, а сплошь положительные. — Ты всё слышал, Эгерикс, — сказал Хопкинс, вернув раззадоренный взгляд обратно на Моно. — У тебя, походу, кулаки чешутся? Приключений на задницу захотелось? Так вот, я тебя поздравляю — ты их нашёл. Или сейчас же извиняешься за дерзость, целуя мой кроссовок, или я за себя не отвечаю — проведёшь Хэллоуин в больнице. Разумеется, спонтанный конфликт не остался незамеченным для находившихся поблизости учеников. Однако вместо того, чтобы прийти на помощь тому, кто оказался в трудной ситуации, все они молча наблюдали за происходящим, не решаясь вмешаться. Конечно, можно попробовать вступиться за юношу, если не физически, то хотя бы простым вызовом охраны, благо полиции на территории школы сейчас хватало. Но как потом защитить себя в будущем? Ведь, как показывает практика, люди с таким характером, как у Джимми, могут быть очень злопамятными и мстительными… В этот момент у трибун появились Эрик с Инни, которые сразу поняли всё происходящее без разъяснений. Счёт шёл на секунды. С трудом преодолев чувство страха получить добрую порцию пинков, а затем быть подвешенным за трусы на ближайший флагшток, Эрик решил не оставлять близкого друга и вмешаться. — Воу-воу, Джимми! Полегче! — сказал О’Райли, встав сбоку от обоих участников конфликта. Его жесты руками были энергичны, как у современных «гангстеров», которым он часто подражал (даже носил соответствующую кепку козырьком назад). — Не знаю, чо тут у вас стряслось, но давайте мирно разойдёмся. Ни нам, ни тебе щас проблемки не нужны. — Чего-о? — протянул Хопкинс. — Если твой дружок ослеп, то ты припух, жирный? Пшёл в сторону и занял очередь! Тобой я тоже займусь, чтобы впредь не тявкал, пока взрослые разговаривают! — Ладно, как скажешь, — приподнял руки Эрик и сделал шаг назад. А затем добавил вполголоса: — Тебе же хуже… Джимми уже было занёс руку для удара по Моно, но услышав последние слова О’Райли, замер и на короткий миг задумался. — Почему это мне должно быть хуже? — закатив глаза, поинтересовался он. — Ну, мы тут на днях законнектились с дочкой нового шерифа, — рассказал Эрик, чем вызвал на лице Инни немое удивление. — Очень так хорошо законнектились. Я так мыслю, что её отец не заценит, если с новыми друзьями дочери произойдёт какие-то непонятки. А поэтому предлагаю тебе принять наши извинения и мирно разойтись краями, пока всех нас не запалили легавые и не увезли с мигалками. Пока О’Райли пытался наладить контакт с задирами, а Моно готовился исподтишка вмазать своему обидчику в горло, вдруг с верхних рядов трибун «Бутчу» аккурат точно в голову прилетела пластиковая бутылка с водой. — Заканчивай этот дешёвый спектакль и оставь их в покое, придурок, — донёсся следом спокойный женский голос. Получив не сильно болезненный, но сильно обидный удар, Хопкинс пришёл в бешенство. Потеряв к Моно всякий интерес, задира обернулся к трибунам и посмотрел на верхний ряд. Там в полном одиночестве сидела бледная девушка с каштановыми волосами, одетая в белую футболку, короткие чёрные шорты и спортивные кроссовки. Стоящая позади хулигана троица ребят тут же узнала в ней Дженни Грэмс. — Ты! — воскликнул Джимми, тыкнув пальцем в сторону метательницы бутылок. — Быстро подошла сюда! — Как скажешь, — согласилась девушка. Спустившись вниз, она, заложив руки в карманы, посмотрела на Хопкинса чересчур спокойным взглядом. Затем, надув розовый шарик из жевательной резинки и лопнув его, спросила: — Что-то хотел? Сердитый Джимми с пристальным вниманием заглянул в голубые глаза… А после дал девушке пощёчину. Моно тут же сдвинулся с места, чтобы заступиться за Грэмс — уже не словами, а кулаками. Но Дженни опередила его, вскинув вбок левую руку, тем самым не давая Эгериксу вмешаться, одновременно с этим наградив своего обидчика ударом правой ноги в пах. Увидев происходящее, толпившиеся в отдалении зеваки тут же разошлись по своим делам — быть свидетелем того, что может сделать дочь влиятельного бизнесмена, себе же дороже. Прецеденты уже были. Тем временем от сокрушительного попадания в центр своей маленькой вселенной Хопкинс упал на сжатые вместе колени, скрючился и взвыл сквозь стиснутые зубы. Воспользовавшись смятением противника, Грэмс прижала к его горлу остриё стилета, который ловко вытащила из кармана шорт. — Это и есть твоё «спасибо», — проговорила девушка тихим тоном, лишённого всяких эмоций, — за то, что благодаря мне вернулся из места, откуда ты и тебе подобные возвращаться не должны? Я правильно это понимаю? Моно заинтересовали эти слова — неужели Дженни, как и тот человек в чёрной шляпе, способна вытаскивать людей из Небытия?.. — П… П-прости… — с трудом промямлил Джимми, зажмурив глаза от боли. Дженни щёлкнула стилетом, скрыв клинок в рукояти, после чего убрала его обратно в карман. — Выдохни, ковбой. Но если ещё раз ты докопаешься до меня или этих ребятишек, то закончишь так же, как закончил Майерс, — предупредила она. И перевела взгляд на застывшую в шоке троицу: — Чего замерли? Или идите за мной, или оставайтесь в компании этого придурка. Дважды повторять не буду.
Примечания:
Название главы такое: «Бу! Испугался? Бойся меня! Я не друг!»
