Дарованный Морю

      Маленький черный зверек с облезлым хвостом прокрался в темные глубины корабля. Его уши подергивались, когда он улавливал сотни звуков сверху и снаружи необъятного деревянного корпуса. Голоса, шаги, шорох вещей, ветер, хлещущий паруса. Скрип корабля, как будто слегка покачивающегося на волнах. Он слышал приглушенные звуки снующих вокруг грызунов…       Он легко поднялся на ящик с тканью, свив себе уютненькое гнездышко из фиолетового шелка и свернувшись там теплым комочком.       Он сбежал, он наконец в безопасности, а скоро будет так далеко от своры, от которой насилу унес ноги.       Но уже скоро откуда-то из темноты послышалось недовольное рычание. Он только сильнее сжался и распахнул большие желтые глаза, его зрачки расширились, когда он увидел над собой крупного рыжего кота.       «Это мой трюм!!!»       Кот завыл, прежде чем зашипеть.       Черныш вскочил на ноги и распушил шерсть. Даже будучи меньше местного обитателя, он пытался хоть как-то отстоять свое право на этот маленький темный уголок.       Рыжий не дал ему такого шанса, набросившись на него, когти впились в шерсть незваного гостя, вырывая клочья. Тот издал крик и бросился наутек. Приступ паники захлестнул его, пока он пробирался вверх и прочь от запаха этого кота, прочь из его охотничьих угодий.       Запыхавшись, он оказался на палубе, забился под ступеньки, ведущие на мостик, и во все глаза наблюдал за двуногими, ходившими туда-сюда, двуногими, от которых пахло псиной.       Команда занималась своими делами. Они были в пути всего один день, но это был действительно особенный день. Это был второй рейс капитана, чье гильдейское имя было Йен Дарованный Морю, и первый полностью самостоятельный, без старшего офицера.       Молодой капитан стоял у руля, сбросив бушлат, одетый только в белую рубашку с закатанными рукавами, легкие штаны и ботфорты. Его непослушные, выгоревшие почти добела волосы были перевязаны пестрой лентой, а запястья украшали еще две дюжины подобных пестрых лент. Константин Йара, в отличие от большинства других капитанов Гильдии, владел своим кораблем «Серая стрела». Двухмачтовая бригантина досталась ему от отцов в наследство вместе с диковинной, но исключительно умелой, верной и крепко сбитой командой. Он слушал, как его морские волки поют во время работы, и подпевал им вполголоса.       Голубые глаза тщательно следили за морем. Где не хватало опыта или врожденных талантов, ему помогали многочисленные амулеты. В его пользу работало и то, что половина экипажа корабля не была обычными людьми, а представляла собой большую тайну, скрепленную кровью и обещаниями, привязанную к великолепной работы ятагану, висевшему у него на боку капитана в простых ножнах. Не меньшим количеством знаков, амулетов и странных тайн был наполнен и сам корабль, успевший получить очень и очень неоднозначную славу за те несколько лет, что был на плаву.       Неучтенного пассажира заметили ближе к вечеру, когда по лестнице спустился второй помощник — крупный, широкоплечий, с нечеловеческими фиолетовыми глазами и рыжими до красноты кудрями, стянутыми банданой, чтоб не мешали, эта же бандана прятала острые уши морского эльфа. Маата принюхался, как собака, и молниеносным жестом за шкирку вытащил плешивого котенка из укрытия. Поднял его перед собой, осмотрел с хищным интересом и хмыкнул.       — Кто это у нас здесь? — пробормотал старпом и понес свою находку к капитану. — Константин, ты должен это видеть.       Капитан посмотрел на находку своего помощника и задумчиво улыбнулся. Он не был суеверен, но жизнь научила его понимать, что с тех пор, как однажды он умер и его, обманув судьбу, вывели на свои тропы те, кого он признал отцами, с механикой мира он встал в совсем иные отношения. И этот малыш был знаком. Осталось только понять, каким.       Хотя навты всегда считали, что кошки это на счастье.       — Спасибо, Маата. Отнеси его на кухню, пусть вымоют и накормят, посмотрим, что он нам принесет.