Глава 7. Укус
26 октября 2025 г., 03:44
Весь следующий день они простояли на якоре. Эта задержка была заложена в план плавания, Йен давал своей команде хорошо выспаться после долгой праздничной ночи и они были ему за это благодарны.
Донельзя довольная Руи появилась уже ближе к ночи, после того как помогла с уборкой после празднования, посудой и приготовлением ужина и уборкой уже после него. Йен же, очнувшись от медитации на рассвете, вернулся в свою каюту, поймал несколько часов сна и сел за рабочий стол — надо было еще заполнить журналы и проверить накладные заранее, однако сейчас его мысли больше занимала миниатюрная хрупкая фигурка, что только что юркнула за дверь.
Заглянув в спальню, капитан посмотрел на закрытую дверь спальни. С той стороны послышался тихий шум воды, наполняющей ванну. Йен вздохнул и вернулся за стол, пытаясь настроиться на рабочий лад. Он бесконечно жалел, что пропустил вчерашний праздник, пусть и понимал, что расставил приоритеты верно, однако… Он только вздохнул, посмотрел на семейный портрет и вернулся к документам.
Константин подмахнул журналы, проверил накладные, которые заполнил Тай, прилежно исполнявший работу квартирмейстера. Стоило заметить, что грамотность его письма стала гораздо лучше, особенно если учесть, что изучать письмо, да и сам язык этих мест, он начал всего лет семь назад.
Йен задумался, постукивая пальцами по столу. Надо было передать его пассажирку Адмиралу, но почему-то вовсе не хотелось этого делать. На контрасте с Солой, она казалась чем-то… чем-то слишком похожим на его названых отцов, в ней было что-то, по чему он скучал и к чему тянулось сердце.
Он блуждал глазами по каюте, чувствуя пряные запахи из спальни, и пытался не отвлекаться, но потом его взгляд упал на несколько иероглифов, вырезанных на столешнице, их вырезал Кай во время одного из уроков по использованию чар.
— Хм… — капитан вскочил и быстрым шагом прошелся вдоль полок с книгами, нашел ту, что описывала дары благословения Морем, и открыл оглавление.
При приеме в Гильдию Кая записали погонщиком ветров под именем Соль, и она стала талисманом корабля. Если у странницы есть способности, которые можно подтянуть под какой-нибудь навский дар, то он может попробовать провернуть тот же трюк, и тогда она сможет остаться.
Искупавшись и завернувшись в полотенце, Руи вышла в спальню. У нее и впрямь почти не было вещей, а вот шкаф капитана ими изобиловал. К тому же, раз тут была и женская одежда, которая явно была ему ни к чему, девушка предположила, что вполне может позаимствовать что-нибудь.
Поиски не заняли много времени. Странница выудила из выдвижного ящика в шкафу бриджи и графитового цвета рубашку. Заправив ее в бриджи только впереди и поправив широкий ворот, Руи отыскала женские сапоги из очень тонкой кожи и вышла в кабинет.
— Я похозяйничала в твоем шкафу, — тут же объявила она. — Это ничего?
— Да, конечно, — ответил Йен не глядя, увлеченно изучая содержимое книги. — Комод с латунными ручками забит одеждой, которой я не пользуюсь, а комод с черными вставками пустой, можешь им пользоваться и отложить, что тебе подойдет.
Девушка подошла ближе, заглядывая в разворот без картинок.
— Иногда местное море одаривает тех, кто рожден в его водах, причем дошло до того, что навты буквально строят плавучие родильные дома, чтобы таких детей появлялось больше, — пояснил голубоглазый. — Таких подарков очень много, и если ты не навт, но у тебя есть такой дар, то тебя берут в Гильдию без разговоров, потому что это великая ценность. — и перелистнул страницу.
Руи нахмурилась и села в кресло.
— Это море живое, неудивительно, что оно выбирает себе любимчиков.
— Да… — неопределенно ответил Йен и наконец поднял взгляд.
Он только сейчас разглядел, как она одета, и проследил взглядом, как ткань очерчивает фигуру, брови сами собой поползли вверх, когда Руи повела плечом и широкий ворот съехал на бок, обнажая его.
— Тебе идет этот цвет…
— Да. — Руи горячими пальцами сжала его ладонь.
Парень поддался сиюминутному желанию, отложил книгу и текучим движением, положив ей руку на талию, закружил девушку в простом вальсовом па. Она расхохоталась от неожиданности, но даже не подумала отстраняться.
— Что на тебя вдруг нашло? Ты вроде был занят чем-то серьезным.
— Я могу продолжить, если хочешь, а могу и не продолжать, — он продолжал кружить ее, лишь чуть замедлившись.
Девушка опустила глаза.
— Не продолжай и, может быть, я удивлю тебя сегодня. У меня были планы, но вчера я не смогла их воплотить.
— Хм… интересно…
***
В эту ночь Константину не спалось, он просто смотрел в потолок и перебирал мысли в голове. Впервые за долгое время он вспомнил свою жизнь до, хотя эти мысли проносились быстро. Потом он вспомнил, как очнулся после пещеры Хранителя острова: дрожащий и бледный, голый под белой простыней, и первое, что увидел, были глаза Соль, которая вытащила его с того света. Он вспомнил, как наблюдал за ремонтом «Серой стрелы» и медленно привыкал к обилию странных существ вокруг. И что теперь он такой же. Так же привечает странных, так же живет другим. Есть отличия, но сути это не меняет.***
Уже привычную темноту сна без сновидений, такую спокойную и надежную, прогоняло просыпавшееся с наступлением утра ощущение теплоты и объятий. Руи пришла к нему ночью, но не стала будить, а просто устроилась рядом, а Йен затащил ее себе на грудь, словно она и должна быть там. И в принципе, девушка была очень даже не против. Странница открыла глаза и стала разглядывать капитана, пока он спал, пока не смотрел на нее, не говорил и вообще не шевелился. Глаза медленно ощупывали каждый сантиметр на лице. Почему-то хотелось рассмотреть всё, и больше всего привлекали линии татуировок, спускавшихся, как оказалось, не только на шею. Они тянулись дальше по груди и плечам, спускались на грудь… Кончиком пальца Руи дотронулась до одной из линий на щеке и медленно прочертила им по гладкой, точно по ней, свою, вниз до самой груди. Хотелось повторить такое с каждой из них, чем, собственно, она и занялась, вернувшись опять-таки к лицу и проводя уже по второй. Светлые ресницы задрожали, но блондин не проснулся под невесомыми прикосновениями. Тяжелая рука легла ей на спину и прошлась от пояса к лопаткам, поглаживая и снова прижимая к груди. Пальчик Руи дрогнул, но руку девушка не убрала, только поджала губы и хитро прищурилась. Её пальчик прошелся от груди к животу и наткнулся на шрам, который пересекала татуировка. Шрам в районе печени, эта рана обязана была быть смертельной. Девушка чуть нахмурилась. Стало не по себе от такой находки, пальцы водили по шраму, желая стереть его совсем. Чтобы не осталось ни следа, ни прошлого, которое наверняка причиняло боль этому голубоглазому здоровяку. Тот беззвучно проснулся, даже дыханье не сбилось. Йен приоткрыл глаза, но не пошевелился, боясь спугнуть такой нежный момент. Руи повернула голову и, поддавшись порыву, коснулась губами широкой груди. — Ох, Йен, — еле слышно прошептала она. — Как было бы здорово, если бы с нами никогда больше не случилось подобного. Парень понял, что притворяться спящим будет нехорошо. Он приобнял ее за плечо. — Это вряд ли, — произнес он шепотом, — но важнее не то, что на нас свалится, а то, что мы с этим справимся, не ожесточившись. Девушка встрепенулась, услышав его голос, и посмотрела на капитана. — Иногда это бывает очень сложно… — задумчиво ответила она. — Прости, что тебя разбудила. Просто подумалось о плохом. Вот я и… Ляпнула. — Все в порядке, — Йен мягко улыбнулся, потянулся и поцеловал ее в лоб, тут же откидываясь обратно на подушки. — Папа говорил, что нельзя обещать, что пиздеца не будет. Будет. Но что он обещает — не будет такого пиздеца, который мы не преодолеем. — Он поймал ее взгляд. Ее внимание как будто переключилось, мысли начали уплывать совсем в другое русло, туда, где было бездонное небо цвета этих глаз… Капитан обнял ее обеими руками и притянул ближе, почти лицом к лицу. — Это тот план, что у тебя был на праздник? Встретить утро в моей постели? Руи улыбнулась, коварно щурясь, подтянулась навстречу и коротко, но уверенно поцеловала капитана в губы. Он положил руку ей на затылок, запустив пальцы в волосы, и продлил поцелуй. Второй рукой он продолжал держать ее в объятиях, даже не думая отпускать, наслаждаясь тем, как тела касается ее живое тепло. Голова странницы почти опустела. С каждым разом хотелось все большего, хотелось чувствовать, касаться, вдыхать, пробовать. Ладонь с нажимом провела вдоль обнажённого торса вверх, уже и не обращая внимания на темные линии татуировок. Руи прижалась теснее, поцелуй стал чуть настойчивее. Йен коснулся кончиком языка ее губ, прося разрешения проникнуть глубже. И Руи разрешила, раскрывая губы. Пальцы провели по щеке, коснулись мочки уха и зарылись в светлые волосы в районе затылка. По спине от прикосновений Йена пошла мелкая дрожь, превращаясь в истому. Он углубил поцелуй, пробуя ее на вкус, стараясь держать рамки и только нежно поглаживая ее по спине и прижимая за затылок, пропустив пряди темных волос сквозь пальцы. Тело отозвалось мгновенно и туманило голову. Горячий влажный язык проник в рот, нежно касаясь другого. Руи запоминала эти ощущения, исследовала и позволяла капитану исследовать ее. Прервав поцелуй, она сделала резкий глубокий вдох, и они встретились глазами. Он зачарованно смотрел на нее, как будто в его объятьях было что-то сокровенное, его собственное чудо. Он дал ей нару раз вдохнуть и снова потянулся губами, но поцелуй коснулся скулы и мягко спустился на шею. От этих ласк по телу расползались мурашки, забирались под кожу. Она зажмурилась, прикусив губу. — А вообще, разве тебе не пора вставать? — проворчала она и подняла голову, стараясь изобразить недовольство. — Почему ты все еще тут? Капитан скосил взгляд, оценив время. — К сожалению или к счастью, но у меня есть еще час или около того, — он погладил ее по спине и хитро ухмыльнулся. — Так что, если ты не сбежишь прямо сейчас, я буду тискать тебя как котенка все оставшееся время. — Капитан… А ты, оказывается, тот ещё… нахалюга. И куда делись твои манеры, когда они так нужны? — Постель не место для манер, тут надо быть открытым и настоящим. Руи резко дернулась и вцепилась зубами Йену в плечо. Сильно. Сожми она челюсть сильнее — пустит ему кровь. Реакция его была неожиданной, во всяком случае для девушки. Он выгнулся, зажмурился и томно эротично застонал, даже не пытаясь оторвать ее от себя. Даже наоборот, обнял и прижал, как будто хотел, чтобы она продолжала. Странница тут же его отпустила и, отпихнув от себя, села, пораженно на него уставившись: — Тебе… правда это нравится? Он расслабленно закинул руки за голову, облизнул и закусил губу и трижды коротко кивнул. Голубые глаза смотрели немного пьяно. — Безумно… Это… Надеюсь, не оттолкнет тебя? — Нет. Не оттолкнет… Скорее, наоборот. — Сделай это еще раз… — попросил он шепотом. Подстегиваемая любопытством, она снова приблизилась. И теперь не стала делать это резко. Сначала просто коснулась губами кожи у основания шеи. И вот почти неощутимый укус начал медленно усиливаться, плавно и незаметно. Он выгнул шею, подставляясь укусу, и задышал тяжелее. Чем сильнее она сжимала зубы, тем сильнее он подавался к ней. Руи все правильно рассчитала. Остановилась ровно в тот момент, когда под кожей выступила кровь, и она чуть не лопнула. А после так же плавно начала его отпускать. Реакция нравилась, словно капитан добровольно стал ее добычей. И от этого язык девушки начал поглаживать захваченную плоть, чтобы распробовать. Он снова застонал, прикрыв глаза. Одна рука легла ей на спину, поглаживая между лопаток. — Еще… Руи улыбнулась и спустилась чуть ниже. И вновь укус с нарастающей и отступающей болью. И Йен снова поддавался ей. Это будоражило воображение, и в голове появились картинки искусанного во всех местах тела. Но такого удовольствия, решила Руи, капитан не получит. Слишком уж щедро с ее стороны. Во всяком случае, сейчас. То, что он чувствовал, не было настоящей болью, это было нарастающее тянущее чувство, которое будоражило все существо, от которого в паху сворачивался горячий узел, а в голове мутилось. Боли там было лишь немного на пике, и она обостряла остальные ощущения. — Мх… — Йен облизнул пересохшие губы и расслабился. Когда она его отпустила, тяжело дыша через раскрытый рот, он даже не думал, что будет так хорошо. Руи отстранилась, изучая парня. — С ума сойти, — выдохнула девушка. — Никогда не видела того, кто получает от подобного наслаждение. Йен, дарованный морю, ты меня удивил. — Зови меня Константином, — он приоткрыл глаза, глядя на нее, и положил руку под голову. — Что ж, я рад, что ты так благосклонно отнеслась к моим наклонностям. — Да… — странница выбралась из постели, решив, что хочет немного оттянуть то, что сейчас буквально напрашивалось, — Хватит с тебя пока. Йен потер место укуса на шее, прикусив губу клыком, провожая Руи взглядом.***
Константин просидел еще несколько минут, остывая и приходя в себя, прежде чем подняться с постели. Он подошел к раковине, побрился, привел себя в порядок, рассматривая оставшиеся следы на коже. В конце концов он собрался с мыслями и вышел на палубу, окидывая корабль хозяйским взглядом.
