Любовь долбоеба

Ветер ласково трепал его, вдали орала болотная птица. А потом ебучий ветер, сука, внезапно усилился. Андро схватился за колпак, чтобы его не сорвало с головы, но не помогло. Ураган подхватил и унес. Болотная птица перестала орать и вместо этого издевательски закекала. Андро проснулся и рывком сел, скинув с себя Миху. — Охуел бля? — сонно спросил Миха. Андро не ответил. Его потряхивало. То ли от холода, то ли от испытанного экзистенциального ужаса. Миха, видимо, телепатически почувствовал, что этому долбоебу нужна моральная поддержка, поэтому могучим усилием воли разлепил глаза, подполз поближе, обнял за пояс и уронил обратно. — Кошмар, да? — сочувственно зевнул он. Андро завозился, устраиваясь поудобнее. Миха поцеловал его в лоб, ласково погладил по спине и прижал к себе. Андро все еще потряхивало, но уже чуть меньше. Он прерывисто дышал Михе в шею и вцепился в него с той же силой, с которой во сне пытался удержать на голове ебучий колпак. Миха вздохнул. — Что бы ни случилось там у тебя во сне, — уверенно сказал он, — помни о том, что я бы обязательно проебался еще больше. П фор Поддержка, гыгыкнул Андро про себя. Немного расслабился, и его постепенно перестало пидорасить. Миха гладил его по спине и тихо мычал какой-то незнакомый мотив. Надо будет запомнить и написать под него колыбельную про яйца, подумал Андро и вырубился. — Мих, — задумчиво сказал Андро. Раз ему приснился кошмар и ему было хуевее, чем Михе, сегодня была его очередь быть страдающим средневековьем и чтобы Миха о нем заботился. Ну, в меру своих всратых способностей. Он с неохотой выпутался из плаща, сел и потер заспанные глаза. — Че? — Миха отвлекся от костра, над которым бурлил котелок с чем-то (с чем-то съедобным, понадеялся Андро) и поднял на него взгляд. — А что если нам переквалифицироваться в скоморохи? Развить мысль не успел, потому что Миха занес над котелком какие-то грибочки. Андро заорал “Неееееет” и бросился к нему, чтобы остановить. Зато окончательно проснулся. Грибочки после пристального изучения были все-таки признаны съедобными, но жрать их Андро все равно не позволил. Миху, конечно, жизнь ничему не учила, но у Андро память была получше и он не хотел полдня сидеть и ждать, пока тот просрется в кустах. — Так вот, — сказал он, когда они топали по пыльной дороге. Город был уже недалеко, поэтому топать можно было в расслабленном темпе. — Что если нам в скоморохи податься? Миха посмотрел на него как на дебила и пожал плечами. — Нахуя? Мы и так с тобой клоуны ебучие. Андро вздохнул. Против правды не попрешь. А потом подумал и сообразил: — Знаешь, чего нам не хватает? Колпаков. Миха заржал как скакун блядь Апокалипсиса. Андро сначала обиженно не заржал, но потом не выдержал и присоединился. Но судьба в этот месяц была к Андро относительно благосклонна. Они шли по рыночной площади, и тут один торговец заорал им вслед: — Только сегодня! Невиданная акция — клоунские колпаки и носы за полцены! Андро схватил Миху за руку. — Да ну не, — недоверчиво буркнул Миха в попытке отстраниться. Но Андро держал крепко. Произошел поединок на бездонных взглядах, бездонный взгляд синих глаз победил. Миха обреченно вздохнул и неохотно отсчитал деньги из семейного бюджета. Андро радовался колпаку как дите малое. Ходил в нем везде. Выступал в кабаках. Горделиво гулял по улицам. Даже спать в нем пытался, но потом сообразил, что жалко. Помнется. Но потом месяц невероятной удачи закончился. Брели по дороге, а дальше как в том самом кошмарном сне — поднялся ебический ветер, сорвал с Андро любимый колпак и унес в неведомые дали. Проводили взглядом, вздохнули. Андро с горечью, Миха с некоторым облегчением. Экзистенциального ужаса, как во сне, к счастью, не было, но Андро пиздец расстроился. Да так, что аж всхлипнул и грустно ткнулся Михе в плечо лбом. — Не расстраивайся ты так, — сказал Миха. — Ты для меня и без колпака самый ебнутый в мире. Наклонился к нему, с любовью посмотрел на него своими охуенными глазами. И засосал.