Punkt der Nicht-Rückkehr

***

.

.

      " 25 нб. 1942 г.       Россиюшка на заводе.       Я хачу играть в куклы.       Украина занят делами.       Солнышко болеет. "

.

.

      " 1 дек. 1942 г.       Папа привёз шубу и еду.       Дома очень холадна.       Россиюшка отдал мне сваю             порцию. Я валнуюсь за брата.       Он долга не ел. "

.

.

             " 4 дек. 1942 г.       Брат ушёл. Украина плачит.       Я валнуюсь. "

.

.

25 НОЯБРЯ      ||      1942 ГОД

———• произведено в СССР

« Россиюшка на заводе.

Я хочу играть в куклы »

_

СТР. 10

...

..Хруст хруст хруст хруст..

Под ногами хрустит декабрьский снег. За эти несколько дней его выпало столько, что можно было бы построить целых пять снеговиков высотой под два метра. Правда, это было бы сложно. Пришлось бы использовать стремянку, чтобы суметь закинуть ещё один снежный ком поверх другого. Но если постараться и собраться с дворовыми мальчишками.. Скажем, набрать команду в пять человек, тогда они бы точно сумели построить хотя бы одного огромного снеговика. Он обязательно бы позвал с собой брата, хоть он и хиляк. А ещё нытик. И сестру, чтобы она воткнула веточки-руки в их огромного снеговика. Это было бы так замечательно! Жаль не получилось бы взять с собой солнышко, т.к. он болеет. Ему нужно на растопленной печке лежать, чтобы дурацкая болезнь отступила. Дом. Место, где тебе всегда рады. Место, где живут самые родные и любимые. "Дом там, где семья" - так всегда учил отец. Он покидал свой дом. Деревянная толстая дверь захлопнулась, обрывая плач сестрёнки и громкие крики брата "Предатель! Ты бросаешь нас! Бросаешь! Я ненавижу тебя!". Обрывая последнюю нить, связующую прошлое и настоящее. В прошлом оставалась семья. Дом. Дни на заводе, сбор бутылок на продажу, ожидание провизии, огород, начало зимы, холод и голод. Настоящее неизбежно толкало его вперёд по засыпанной тропинке к забору. К военному УАЗику. К отцу. На фронт. Он всё для себя решил. Ещё месяц назад, начав копить побольше денег, работая усерднее, дабы на первое время своего отсутствия у семьи были хоть какие-нибудь сбережения. Он любил их. Очень. Но война не терпела. Стране нужна была помощь. Месяц назад он узнал о наборе юношей и девушек в партизаны. Развозили по разным точкам, в зависимости от того куда требовались люди. Парню было уже четырнадцать, а в конце декабря должно было исполнится пятнадцать. Он подходил. Он мог помочь. Он был спортивен и силён, знал превосходно английский, неплохо понимал немецкую письменность и речь, а ещё умел на нём говорить. Он хорошо учился в школе. И память у него была отличная. В конце концов, пионер он или трус проклятый! Он знал, что должен помочь. Тропинка кончается быстрее, чем того ожидает юноша. Последний шаг и всё будет решено. Последний шаг и он отправится на фронт. Парню отчего-то страшно и горько. В голове всё ещё звенели слова брата и тихий вопрос сестры "ты же вернёшься?". Конечно.. Конечно, он вернётся. Разве могло быть иначе? Он обязательно вернётся к ним. Вместе с победой. Толчок и калитка открывается, выпуская его на улицу. Парень выходит со двора, выдыхает клубок пара, поправляет ушанку на голове и пояс кителя, а затем устремляется к фигурам, стоящим у машины. Взгляд тут же цепляется за знакомый высокий силуэт с широкими плечами. Отец. Он стоял к нему спиной и курил, что-то обсуждая с другими военными. Стоит парню подойти, как на него тут же обращают внимание. Тимофея военного водителя, того кто привозил им привозию, юноша знал. Хороший мужик, добрый, но не особо болтливый. Некогда ему было болтать. По долгу службы надобно было развести еды и поезжать обратно. Ещё мальчика знал Семёна, военного врача, что приезжал к ним в деревню, лечить местных и в особенности солнышко, что вечно хворал. Так жалко его было, весь исхудавший, с впалыми глазами, он последнее время даже с печки не вставал. Ему всё было плохо, тошно, больно и жарко. Температура не хотела спадать. Остальных мужчин парень не знал, лица их ему были незнакомы. Пожав всем ладони, поздоровавшись, юноша взглянул на своего отца, что как обычно был и хмур, и строг, и невесел. Усталость на его постаревшем лице было видно невооружённым глазом. Отцу, разумеется, не нравилась его идея. Он считал, что парень слишком юн для фронта. Как же! Разве это имело значение, когда на кону стояла страна? Жизни людей! Разве он не патриот? Разве он мог оставить Родину в беде? Не мог! И сколько бы отец с ним не спорил, сколько бы не утверждал, что это глупая идея, что он против, парню было всё равно. Он так решил. Он будет там полезнее. — уверен, что не хочешь вернуться в дом? Пойми, это не шутки. Это война. Ты можешь не вернуться. Можешь умереть. Можешь стать инвалидом, можешь- — а могу помочь Родине. Найти нацистов и переубивать каждого. Защитить свою страну. Парень поднимает голову и смотрит отцу в глаза, хмурясь от того, что его вновь пытались переубедить. Будь он немного старше, может быть заметил бы за холодным, хмурым станом отца страх. Абсолютный родительский страх за своего ребёнка, что шёл в адское пекло с гордо поднятой головой и серьёзным намерением совершить невозможное. Он ведь ребёнок. Ребёнок, что никогда не должен был видеть жестокость и насильственную смерть. Ребёнок, что так отчаянно рвался туда, где была эта смерть. Отец смотрит на него долгие десять секунд, словно пытаясь найти новые слова, что-нибудь, что остановит сына, но не находит. Ему приходится сдаться, смириться и позволить юноше пойти. — грузитесь. Короткая команда и военные тут же устремляются в машину. Тимофей за руль, докуривая сигарету и растаптывая её в снегу, остальные военные в кузов буханки. На улице остались только Семён и отец. Парень уже было тоже полез в машину, когда его остановила ладонь папы. — пиши письма мне. Как ты, чего ты. И про сестру с братьями не забывай. Им тоже пиши. — понял, отец. Мужчина смотрит в последний раз на сына, поджимает губы и чуть крепче сжимает в руке юношеское плечо. А после отпускает и отходит, прощаясь с сыном. — в добрый путь, Россия. — до встречи, пап. Они прощаются глазами, пока парень не отворачивается, чувствуя как тоска в груди усиливается, а глаза заполняет пелена слёз. Он садится в машину, смотрит ещё раз напоследок на отца, видит его кивок и после остаётся один на один с новой компанией. Двери закрываются, Россия выдыхает и под гул мотора, они устремляются в путь. Долгий, сложный путь.

*

Путь до объявленного города - Харькова, выдался долгим, трудным и скучным. Россия первые несколько часов болтал с солдатами, узнавал подробности с фронта, характеристики врага, получал советы и наставления. После все беседовали о личном, о доме, семье. Кто-то вспоминал свою жену, кто-то детей, кто-то родителей. Россия тоже вспоминал, но молчал. Мысли о сестрёнке, о братьях, об отце не покидали его. Оказывается, уходить на фронт - это трудно. Сложно оставлять семью и отправляться в неизвестность, в которой из известного было только то, что придётся пройти через ад. Россия, конечно, понимал, что людям сложно было уходить на войну, но он не думал, что коснётся и его. Для него это ведь было честью. Долгом. Так от чего же в груди так щемило? Харьков встретил стойким утренним морозом и только проснувшимся солнцем. Лучи едва касались макушек высоких сосен. В таком полумраке и холоде он с парой солдат высадился из машины, готовясь добираться пешком до города. Шли пешком, дабы не привлекать внимания врагов и не провоцировать нападения на машину. Нацисты сумели подобраться к городу и сейчас главной задачей было как можно тщательнее истребить их всех, прежде чем они начнут оккупацию города. Парень зябко ёжиться, поправляет ушанку, варежки и передёргивает плечами. Как же тут холодно. Небо было пасмурным, Россия поднял к нему голову и всмотрелся в темные блеклые всполохи сверху. И несмотря на множество облаков, лучи солнца всё равно понемногу прорывались сквозь плотную серость. Это давало надежду. Может, всё получится? Он вольётся в партизанский отряд, всему научится и будет защищать Родину? Переубивает всех нацистов, а затем вернётся к своим любимым целым и невредимым. Парню хотелось бы в это верить. Сумки с припасами надеты на спины, и их небольшая группка в четверо человек отправляется сквозь крупные сугробы к городу. Идти пришлось около часа, но Россия не жаловался. Превозмогал усталость и закалял волю, стараясь не отставать от остальных. К началу пятого утра они были в городе. Первым делом его отвели в главный штаб, где уже сидело пару подростков, видимо таких же новобранцев, как и сам Россия. Ему и остальным объясняли, что и как, дали адреса людей, которые их приютят на время службы, и показали на карте, что где находится. Первый месяц их собирались обучать стрельбе, шпионажу, как правильно действовать в чрезвычайных ситуациях. Они будут тренировать память, учиться самообороне и усиленно изучать немецкий. И всему этому надо было обучиться за один месяц.. Время не ждало, а нацисты могли напасть когда угодно. Обстоятельства играли против них. Россия внимательно слушал, кивал и когда можно было идти, ещё раз взглянул на карту, запоминая маршрут и затем пошёл. Приютила его милая и бесконечно добрая женщина Елена, что опекала сирот, оставшихся совсем одних, без помощи и часто даже дома. Россия жил в одной комнате вместе с парой мальчишек, возрастом помладше. Им было лет двенадцать, одиннадцать. В квартире было пять комнат, окна в ней были заклеены газетами и многие уже были без стёкол. Внутри царила нищета и погром. Яркие последствия войны. Россия сразу же уснул, стоило ему оказаться в кровати, а с следующего утра он начал активные подготовку от зари до зари в штабе, учась стрелять, бить, решать, воевать и не бояться. Самое главное - не бояться. Или точнее "Вы должны уметь бороться с своим страхом. Помните, если страх победит - это конец. Вас убьют раньше, чем вы сможете себя защитить".

*

« от: 16 января 1943 года. Докладывает: солдат Разин В.В.

На окраине Харькова с Запада на Восток были обнаружены вражеские лагеря. Команда партизан успешно саботировала наступление и в сотрудничестве с пехотным войском взяла в плен десять нацистов. В лагере было около пятидесяти врагов, часть бежала, около двадцати пяти - тридцати были убиты. По полученным от пленников данным, враг имеет свыше тысячи самолётов, около 600 танков, три тысячи орудий и минометов. Детали плана наступления неизвестны, над этим работают.

Ждём ответа.

С уважением, солдат, партизанской бригады, Василий Разин»

*

« от: 2 февраля 1943 года. Докладывает: солдат Разин В.В.

На северо-западе Харькова были найдены изуродованные тела партизан нашего полка. Нацисты роют под нас и, кажется, вышли на след. С каждым днём они всё ближе и ближе к городу. Если не предпринять меры, они перебьют весь отряд. Ждём приказа о дальнейших действиях.

С уважением, солдат, партизанской бригады, Василий Разин»

*

« от: 12 февраля 1943 года. Докладывает: солдат Разин В.В.

Вышлите подкрепление! Среди жителей есть предатели, они помогают врагу осаживать город! Наш отряд "Соколы" связан по рукам и ногам, мы не можем открыто противостоять! Нацисты вычисляют партизан и устраивают охоту на них! У нас кончилась взрывчатка, запасы патронов почти иссякли. Нам необходима провизия! Пришлите на подмогу Воронежские войска, они должны. . .

»

*

РсФсР держал в руках недописанное письмо своего товарища, что звал на помощь воронежские войска. Письмо, что так и не было отправлено. Бумага была запачкана кровью, уже свернувшейся и ставшей коричневой. Василия, их непосредственного лидера, юношу девятнадцати лет убили. Враги вычислили и его. Они ворвались в его дом, он попытался дать отпор, но это было бесполезно. Его избили, привязали к стулу и пытали.. А когда это ни к чему не привело, просто застрелили. И капли крови из светлой головы попали на бумагу уродливым узором. Звери. Эти же звери неделей ранее безжалостно убили сестру Васи. Сперва изнасиловали, а затем изрезали, как свинью. Россия сглатывает и чувствует, как идёт голова кругом. Он лишь немного успел увидеть, но ему хватило и этого. У девушки не было глаз, живот был как вспоротая подушка, только вместо торчащих выпадающих перьев, были кости и органы. У Васи не было ногтей, были сломаны пальцы рук и ног, следы ожогов и порезов, отпечаток утюга на груди. Нет.. Нет-нет-нет. Хватит. Он должен думать об этом. Иначе он сойдёт с ума. Иначе и эту ночь он проведёт без сна. Надо было заканчивать здесь, солдаты красной армии подоспели слишком поздно, чтобы спасти Васю и вовремя, чтобы схватить врагов и в ходе битвы пристрелить их. К сожалению, взятие в плен оказалось невозможно провести.

*

« от: 25 февраля 1943 года. Докладывает: солдат, партизанской бригады "Соколы" РсФсР.

В ходе операции по поимке и устранению нацистов, а также предателей родины, был составлен список жертв, погибших за последние два месяца в партизанской бригаде "Соколы" и пятой танковой армии Харькова.

Список погибших:

1. Смирнов Кирилл Львович (партизанская бригада "Соколы", дата смерти: 23.01.1943) 2. Ковалёва Анастасия Сергеевна (партизанская бригада "Соколы", дата смерти: 27.01.1943) 3. Иванов Дмитрий Петрович (пятая танковая армия, дата смерти: 30.01.1943) 4. Жукова Елизавета Максимовна (пятая танковая армия, дата смерти: 30.01.1943) 5. Фёдоров Артём Игоревич (пятая танковая армия, дата смерти: 01.02.1943) 6. Разина Марина Вадимовна (партизанская бригада "Соколы", дата смерти: 05.02.1943) 7. Разин Василий Вадимович (партизанская бригада "Соколы", дата смерти: 12.02.1943) 8. Морозова Виктория Александровна (пятая танковая армия, дата смерти: 14.02.1943) 9. Волков Павел Денисович (пятая танковая армия, дата смерти: 14.02.1943) 10. Антонова Ксения Романовна (партизанская бригада "Соколы", дата смерти: 14.02.1943) 11. Беляев Станислав Андреевич (пятая танковая армия, дата смерти: 15.02.1943) 12. Мелехова Ольга Владимировна (пятая танковая армия, дата смерти: 15.02.1943) 13. Тихонов Юрий Васильевич (партизанская бригада "Соколы", дата смерти: 16.02.1943) 14. Савельева Алёна Ильинична (пятая танковая армия, дата смерти: 18.02.1943) 15. Зайцев Руслан Константинович (партизанская бригада "Соколы", дата смерти: 22.02.1943)

С уважением, солдат, партизанской бригады, РсФсР»

*

Россия в панике оглядывается по сторонам, не понимая откуда шли выстрелы, где были крики и что вообще происходило. Немецкие ублюдки утром ворвались в их жилище, расстреливали жителей: и взрослых, и детей. Парень успел лишь схватить с собой нож, что спрятал в ботинке, и пистолет, пряча патроны за пазухой. Он хотел было сунуться в бой, но его резко перехватила перепуганная женщина. Елена, та что приютила РсФсРа на время, та что сейчас тряслась и плакала, начала быстро выталкивать парня в самую дальнюю комнату. — иди туда, там остальные дети, которых я успела найти, сейчас же прячься! Дрожащим, но твёрдым голосом, говорила женщина. Она была напугана, но стремление спасти детей было сильнее. — там на балконе топор лежит, возьми его и бегите отсюда. Я задержу их, ну что встал, иди же! Она шептала громко, четко давая указания. Парень лишь кивнул, беря себя в руки. Надо собраться, сейчас надо спасти остальных и самому спастись. Надо бежать. Быстро забежав в комнату, РсФсР услышал, как уже выломанная дверь с грохотом падает на пол и громкие крики немцев заполоняют квартиру. Россия действовал быстро: захлопнуть дверь и вместе с другими парнями забаррикадировать ту тяжёлым комодом. Это должно было дать им время, шанс, чтобы спастись. Раскрыв двери балкона, что уже давно были без стёкол, РсФсР взглянул на валяющийся в пыли топор. Оглядевшись, парень быстро его схватил, слыша приближающийся топот тяжёлых ботинок и душераздирающие крики Елены. Секунда раздумий и звучит громкий выкрик: — всем лечь на пол, живо! И вот он уже слышит залп пуль, пробивающих древесину. В последнюю секунду он ловит одну, скользящую по коже плеча, пулю и прячется за каменной стеной балкона. Вскрики детей, стрельба, крики умирающих и страдающих людей с улицы. Польба прекращается и РсФсР не теряя времени говорит ребятам выползать к нему на балкон и прыгать на улицу. В комнату ломятся, хлипкое дерево уже ломается под ударами проклятых немцев. Под командованием России, ребята выползали из комнаты на балкон и уже с него прыгали в сугробы, кто в чем был. Кто в ночнушке, кто в одних штанах. Лучшим решением для парня, было отдать мальчишкам топор. Он скинул его аккуратно вниз, в сторону, от ребят, чтобы тот не убил их. За дверью были слышны немецкие крики, видимо что-то требующие, и вот РсФсР уже хочет выпрыгнуть следом за ребятами, как замечает оставшегося в комнате маленького ребёнка. Не долго думая, Россия окликает его, зовёт к себе, говоря что надо бежать, но в ответ лишь слышит всхлипы и видит отрицательное качание головой. Ребёнок напуган и РсФсР не может бросить его на верную смерть. Забежав в комнату, парень наклоняется к кровати и быстро вытаскивает из под неё ребёнка, в ту же секунду слыша как дверь слетает с петель. Сердце стучит как бешеное, он видит злого немца, что смотрит на него так кровожадно, как не смотрят даже хищники на свою добычу. Он бежит со всех ног, видит как немец выкидывает мешающую дверь в сторону и перепрыгивает последнюю для него преграду - комод. РсФсР уже на балконе, кажется ещё мгновение и он сиганёт, но вот ногу прошибает резкая боль и он падает на пол. Он успевает подняться, закрывает своей спиной ребёнка, даёт ему спрыгнуть и в это же время чувствует как его хватают за шиворот. Простреленная нога заходится в новой пульсирующей боли, когда мальчишку швыряют на холодный камень балкона. Нога в увесистом сапоге надавливает на грудь, видимо намереваясь сломать ему своим напором к чертям все ребра. РсФсР не успевает опомниться, как эта же самая нога больно бьет его с размаху в челюсть, кажется выбивая зуб и разбивая нос. Жесткая подошва рвёт губу, больно царапает кожу и отдаёт мерзким вонизмом.       Боже.. Как же больно Россия учащённо дышит, закатывает от боли глаза, жмурится и пытается не потеряться в этой агонии. Он чувствует ещё пару ударов в живот, болезненных, до кругов перед глазами, сильных, до желания блевать отбитыми органами. Внутри словно смешанная каша. Отвернув голову, парень сплёвывает кровь, пытаясь не потерять сознание, и смотрит остервенело на этого ублюдка. Он слышит размытую немецкую речь, подонок явно насмехается, в ушах стоит протяжный гул, а в глазах все плывёт. Он пытается вырваться, вмазать ему по лицу, но получается лишь доставить себе ещё больше боли. Он жмуриться, чувствуя как мир вокруг начинает неистово вращаться, а сам он словно падает в небытье. Нет. Нельзя. Краткий судорожный вдох прерывается. Ему сжали горло одной рукой, свободной зажимая нос со ртом. Нет!       нет       нет Россия начинает дёргаться в панике. Он не может вдохнуть, не может убрать от себя эти мерзкие сильные руки, лёгкие дерёт, а тело начинает содрогаться в удушливых судорогах, пока глаза застилает пелена слёз. Внезапная мысль, как спасательный круг, всплывает в сознание и мальчик из последних сил тянется к своему сапогу. Где-то там.. Ну где же?! Секунда, вторая, тело слабеет, третья и руки уже не слушаются. Удар. Чёткий. Резвый. Небольшой нож вонзается в шею, ровно в артерию. Последний рывок и парень рассекает шею нациста, морщится от фонтана крови, что плещет направо и налево, попадая ему на одежду и лицо. Фашистский солдат отступает, хватается за горло и в предсмертных конвульсиях давиться своей мерзкой "благородной и чистой" кровью. РсФсР учащённо дышит, лежит на боку, выплёвывая кровь из горла, сломанный кусок зуба и густую слюну. Он дышит, чувствуя себя как никогда живым, в крови врага и в своей, в пыли и грязи. Больших усилий ему стоит подняться на ноги и сбежать из этого дурдома, он падает в сугроб уже не чувствуя ничего, ни холода, ни собственных конечностей. Кровь хлещет из пробитой лодыжки, ему очень больно, но он продолжает идти, бежать, ползти, скакать на одной ноге, стремясь убежать в лес, к гаражам, да куда угодно, лишь бы спрятаться. Голову кружит, коротко стриженные волосы липнут к мокрому лбу,.. Тяжело. Слишком больно, он.. Не может.. Больше . .

...

" Был найден подросток, пятнадцати лет, раненый, но внешне выносливый. Мы получили поручение от командира забрать его с собой, подлатать и сослать в концлагерь. Травмы не серьёзные, работать сможет. "

...

" Парень был отвезён в Германию, на принудительные работы. Пацан крепок, это видно. "

.

.

..Я уже месяц здесь. В этом отвратительном, страшном месте. Люди погибают тут каждый день, нас заставляют делать какие-то абсолютно бесполезные вещи, всех бьют розгами, порой по несколько раз в день и абсолютно везде ходят эти нацистские псины! Они следят, они смеются и потехаются над нами!... обычными людьми.. Я не могу так больше, мне страшно!.. Это то, что слышал Россия от своего некогда живого соседа по комнате. Люди дохнут, как мухи.. Он отчаялся и слишком устал, чтобы пытаться бороться. Он знал что, чтобы он не делал, все равно бить будут всех, как бы правильно ты себя не вёл, всё равно этого будет недостаточно даже для небольшой крошки хлеба.       Он так хотел есть.. И спать..