Август в Смоленске

Ночь. Единственное освещение - небо со звёздами и свет города, идущий почти полностью по горизонту. Алексей дремлет на своей огромной кровати. Сегодня не получалось заснуть быстро и крепко, как это было в другие дни, из-за дождя, с самого утра, все сидели дома. Убрались; посмотрели какой-то сериал по "России 1"; поиграли в настольные игры. Ничего активного.   Стук в дверь надломил лёгкий сон. Смольный привстал на кровати. - Да? - Лёш, можно зайти? - Заходи.   В дверях появился силуэт Володи. - Мы хотели узнать, можно-ли лечь спать с тобой?...   Слегка помялся подросток. - Всем? - Мгм... - Ладно, я не против...   Получив разрешение, Вова оживился. - Тогда я сейчас схожу, скажу ребятам!   Мальчик скрылся, послышались быстрые шаги и его голос /- Идёмте! Только подушки и одеяла возьмите.-/   Через несколько минут все семеро удобно разместились: Алексей лежал по середине; Москва-река мурчала у него над головой; Московская область расположилась по двум сторонам, прижимаясь друг к другу. На, некогда, просторной кровати стало тесно, но очень тепло и уютно. - А папа, ведь, завтра рано утром приедет?   Уточнил Женя, крепко держа Смоленск за плечо. - Да, в часов... пять, примерно.   Комната на полминуты погрузилась в тишину, нарушаемою только тиканьем часов. - Слушай, Лёш... - М? - А... мы тут поговорили...   Тянул Балашиха. - И... хотели у тебя спросить... - Ночью я вас не отпущу гулять.   Быстро отрезал мужчина. - Да нет. Тут про другое. - Костра в гараже больше не будет. - Мы уже это обещали в прошлом году. - Фейерверк будем запускать только с вашим отцом. - Ну знаем же! - Никто не пойдёт сжигать заброшенные дачи. - Мы это тоже обещали больше не делать. - Я вам не дам стрелять из ружья, солью, в соседский скот. - Ну Лёш! Дай договорить! Да и тем более, после того быка никто уже и не хочет. - Хмм... А что тогда?   Обычно именно с такой интонацией эти хулиганчики отпрашивались проказничать или творить что посерьёзнее. - Можно мы будем называть тебя дедушкой?   Дыхание Алексея замерло. - Дедушкой? - Да... Если хочешь...   Хочет-ли? Хочет-ли Смольный называется дедушкой? Он много лет мечтал об этом! Разумеется они не родня, но почему только кровь решает кто семья, а кто нет? - Ну... да..! Да, конечно!   С лёгкий смехом и улыбкой ответил он, от приятного чувство разлившегося  в груди. - А ты ведь для нас, действительно, как дедушка!   Дополнил Володя. - То есть ты, словно отец, для нашего папы, а отец отца - дед. - Да и вообще мы тебя любим! - Да! - Очень сильно!   Продолжали звонкие голоса по сторонам. - Хорошо! Хорошо!   Попытался утихомирить их Алексей, сдерживая слезу. - Только тогда вы, для меня будете внуками! Договорились? - Да! - Конечно! - Договорились! - Всё! - А мы только рады! - У тебя есть внуки!   Согласилась Московская область, обретая ещё одного родного человека. ***   Мотор перестал гудеть. Слышен только звук разбивающихся капель. Чёрная машина припаркована у забора, позже Михаил её загонит в гараж. Мужчина, раскрывает зонтик, выбирается из транспорта, и проходит, в предусмотрительно не запертую, калитку. Приближается к входной двери, доставая ключи и найдя нужный, подписанный как "Л", открывает её.   В доме, как всегда чисто. По лестнице бегом, спускается радостная кошка, и чуть ли не запрыгивает на руки к хозяину. - Ну что ты, красавица?   Спрашивает Московский. - Скучала, да?   Он целует её в лоб и аккуратно опускает на пол. Москва-река крутится возле ног, пока тот снимает промокшую обувь и пиджак. - Ну идем-идём...   Мужчина поднимается по, той же, лестнице и сразу замечает открытую, настежь, дверь, в спальню Смоленска. Заглянув он видит Алексея с детьми и невольно умиляется. Усталость, как назло, не даёт любоваться и тянет на ближайшее, спальное место. Михаил просто падает на кровать в детской. Плевать, что он в официальной, промокшей одежде, сейчас он вырубается. Кошка, что всё это время мурчала рядом, запрыгнула к нему и улеглась на плечо, продолжая убаюкивать.