Раз профессор, два профессор

Гермиона поймала себя на том, что уже в третий раз перечитывала свой план на день, но сосредоточиться на написанном ей никак не удавалось: мысли то и дело норовили перескочить на темы, далёкие от рабочего расписания. «Это никуда не годится», — раздражённо подумала она и решительно захлопнула свой новенький ежедневник. Они с Драко не виделись всего пару недель, но даже в праздничной суете ей не хватало его неизменно насмешливых комментариев, едва заметной улыбки, когда они переглядывались, безмолвно посмеиваясь над чем-то, их разговоров после репетиций, в которых они обсуждали всё, что только придёт в голову: от последних нумерологических открытий до профитролей с марокканским шоколадом, которые было не достать в Шотландии. Их письма друг другу с каждым днём становились всё теплее: рассказывать на бумаге о том, что на душе, было куда легче, чем лицом к лицу. Мысль о том, что они ступили на очень зыбкую почву… Гермиона старалась выкинуть её из головы. Зажмурившись, она заставила себя подумать о прошедших праздниках: вот она, уткнувшись в пушистый шарф на пронизывающем ветру, старается не упустить родителей в толпе по дороге в музей.

«…раньше я любил пройтись по Лестер-сквер в самый разгар предпраздничной суеты…»

Рождественский стол ломится от блюд, и она тянется за сладким пирожным, хотя до десерта ещё далеко.

«…я не имею привычки откладывать приятные занятия в долгий ящик…»

В Норе яблоку негде упасть, дети и взрослые снуют туда-сюда, а она то и дело тянется рукой к карману, в который торопливо спрятала письмо с внушительной семейной печатью Малфоев. Рон изумлённо поднял брови, когда протягивал ей конверт, но объяснять ему Гермионе было решительно нечего.

«…я совершенно не против брать в голову всё, чем ты захочешь поделиться…»

Она открыла глаза и поморщилась. Первый день после каникул сам по себе был настоящим хаосом и без этих душевных терзаний. Они коллеги, просто коллеги. Ладно, может, даже приятели. Им приятно работать вместе. Что такого должны были бы изменить между ними всего несколько писем? Нужно было немедленно выкинуть всю эту ерунду из головы. Гермиона поднялась с кресла и, перекинув через плечо сумку с учебниками, вышла из своих комнат и поспешила на завтрак. Понедельник был крайне загруженным днём, и у неё была прорва дел. Может, они вообще не увидятся. Да! Им вовсе не обязательно сталкиваться ни сегодня, ни даже завтра. И даже на этой неделе. Хогвартс — очень большой замок, им обоим вполне хватит места, чтобы вообще не… Лестница вдруг заскрежетала, медленно поворачивая прочь от коридора, в который направлялась Гермиона. Спохватившись, она перепрыгнула через ступеньку, чтобы догнать другую лестницу, подняла взгляд и остановилась, как вкопанная, словно наткнувшись на невидимую стену. Прямо перед ней стоял Малфой. На нём был тёмный сюртук, который придавал ему бледности. Он выглядел спокойным и собранным; только в глазах притаилась его обычная насмешливая искорка: будто он уже знал всё, что она собирается ему сказать. — Грейнджер, — его голос прозвучал ровно. — Доброе утро. Щёки Гермионы вспыхнули. Проклятый невозмутимый мерзавец! Она чувствовала, что краснеет всё сильнее, и как никогда прежде мечтала провалиться сквозь землю. — Да, конечно... кхм… — она кашлянула и поспешно добавила: — Доброе. Да. На долю секунды повисла пауза. Гермиона повернула к северному крылу, и Драко сделал шаг за ней. — Как прошли каникулы? — поинтересовался он. — Очень… Неплохо, да, — попыталась улыбнуться она, лихорадочно соображая, как избежать разговора наедине. — Хорошо, всё прошло хорошо. Надеюсь, у тебя… э-э… тоже? Драко кивнул, едва заметно приподняв бровь. — Не жалуюсь, — ответил он. — Хотя, должен признать, я ждал возвращения в Хогвартс. Гермиона сделала глубокий вдох, стараясь утихомирить бешено колотящееся сердце. Писать ответ, сидя в своей комнате, было куда безопаснее, чем выдержать испытующий взгляд и идти рядом с Малфоем так, что их ладони почти соприкасались. — Разумеется, — выпалила она, делая шаг вперёд. — Ладно, мне… Ещё увидимся. Может, в Большом зале. Или… или ещё где-нибудь. — Судя по направлению, через пару минут, — с улыбкой заметил Драко. — Ага. Да. Ну, в общем… — Гермиона неопределённо махнула рукой и, не договорив, прибавила шаг, оставляя Драко позади. Она почти бежала, опустив пылающее лицо. Сумка неуклюже болталась на плече и била её по бедру. Гермиона нетерпеливо дёрнула лямку, прижав ту к себе. Мерлин, почему рядом с ним она всегда превращалась в краснеющую школьницу!.. Почти свернув за угол, она украдкой бросила на Драко взгляд. Он внимательно смотрел ей вслед и продолжал идти в своём темпе, будто его ничего смутило. Гермиона тяжело вздохнула, на ходу прижав ладонь к горящей щеке: понедельник обещал быть очень, очень долгим днём.

*

Большой зал встретил её шумной суетой: студенты переговаривались громче обычного и смеялись, торопясь обменяться новостями прошедших недель. Гермиона села за стол и поспешила наполнить свою тарелку. Может, если она достаточно быстро позавтракает, то успеет улизнуть до появления Малфоя… Который как раз занял своё место рядом с ней. — Похоже, ты меня обогнала, — с ленивой полуулыбкой заметил он, придвигая стул ближе к столу. — Впрочем, я ничуть не против пропустить леди вперёд. — Мы тут не соревнуемся, Малфой, — фыркнула Гермиона, покосившись на него. — Жаль, — с притворным сожалением вздохнул он. — Я бы с удовольствием проиграл ещё раз. Гермиона не смогла сдержать улыбки, но промолчала и потянулась за чайником. Драко опередил её, взял чайник и наполнил обе их чашки. Какое-то время они ели молча. Она украдкой наблюдала, как Малфой расправляет салфетку на коленях, размешивает сахар, как щепетильно поправляет приборы, чтобы они лежали ровно. — Значит, каникулы, — не поднимая взгляда, наконец сказал он. — Лондон, Нора… Как всё прошло? Гермиона пожала плечами. — Немного шумно, очень весело. Мне бы очень пригодилось зелье для улучшения пищеварения, потому что Молли так и норовит всех накормить. И я совсем не работала, — горделиво подчеркнула она. — Только аккуратно вела переписку. — Мне это было в радо… — Гермиона осеклась на полуслове и густо покраснела. — Я просто люблю писать письма. — Кстати, о них, — Драко отложил приборы и повернулся к ней. — Я дочитал книгу. От условий, в которых работали ветеринары, стынет в жилах кровь. Грязь, холод… Разве маглы не умели отапливать помещения? — он выглядел не на шутку сбитым с толку. — Умели, — рассмеялась Гермиона. — Но ведь в книге речь о фермах, а семьдесят лет назад не все из них были оборудованы электричеством и водой. — Электричеством? — нахмурился Драко. — Подожди-ка, — он потянулся к портфелю и выудил из него небольшую записную книжку, которую начал листать. — Это связано с освещением? — Ты что, выписал все незнакомые слова? — уставилась на него Гермиона. — Конечно, — Драко выглядел не менее удивлённым, — иначе как я запомню всё, что хотел спросить у тебя?! Гермиона старалась не выдать своего полнейшего изумления: Драко всё ещё был полон сюрпризов и открывался для неё с новых сторон. — Электричество… Да, в том числе с освещением, — объяснила она. — С его помощью можно нагревать воду, но в тридцатые годы и на отдалённых фермах это всё ещё… было в новинку. Драко кивнул, удовлетворившись таким ответом, отложил блокнот и вернулся к своему завтраку. Гермиона сделала глоток чая и вздохнула с облегчением. Всё вернулось на круги своя. Иначе и быть не могло! Они сидели рядом, разговаривали о будничных делах. Именно так и проходили обычно их дни: двое коллег, которые неплохо общаются. Всё было в порядке. Она отодвинула тарелку и убрала салфетку с колен. — Мне пора. Первый день семестра, расписание… — словно извиняясь, сказала Гермиона. «Просто коллеги. Ничего такого», — напомнила она себе. Драко снова повернулся к ней и кивнул, потому что ответить не мог: Гермиона предусмотрительно выбрала момент, когда он откусил внушительный кусок говяжьей колбаски. Просто коллеги. Полный порядок!

*

Весь день, казалось, испытывал Гермиону на прочность. Куда бы она ни шла, за каждым поворотом ей мерещился светлый затылок. Отложить свои дела Гермиона, однако, никак не могла, поэтому старалась не приглядываться слишком сильно и передвигалась по замку нехарактерно быстрым для неё шагом. Если пару раз она и сделала вид, что не заметила Драко Малфоя, чтобы избежать необходимости говорить с ним, то никаких угрызений совести по этому поводу не испытывала. Когда Невилл, столкнувшись с ней после лекции, попросил её помочь с пересадкой зубастой герани, она ухватилась за эту возможность, поэтому теперь стояла в теплице, придерживая раскидистый куст. — Ты скоро? — окликнула Невилла Гермиона, пытаясь повернуться. У неё затекла рука, по виску стекала струйка пота, а в тропической влажности теплицы кудри совершенно отбились от рук и упрямыми пружинками падали ей на лоб. Невилл ушёл искать подходящий грунт, оставив её наедине с несколькими горшками клацающих и рычащих гераней, которые не были намерены терпеть чужака. Когда за спиной раздались шаги, Гермиона вздохнула с облегчением. — Ну и дикие они у тебя, наконец-то ты… — она повернулась и ошарашенно уставилась на гостя, которого меньше всего ожидала здесь увидеть, — пришёл?! Опять?! Драко стоял с внушительной корзиной в руках, с интересом наблюдая за Гермионой, но никак не вмешиваясь в её борьбу с разъярённым растением. — Не знал, что есть лимит на посещение теплиц или количество ингредиентов, — насмешливо протянул он, указывая взглядом на пустую корзину. — Или вход разрешён только гриффиндорцам? — Нет, я просто хотела сказать… — Гермиона состроила гримасу и едва успела увернуться от острых клычков, которые чуть не вонзились ей в руку. Драко взмахнул палочкой, и своенравный стебель выпрямился, прижавшись к остальным цветам. Невилл в больших защитных очках и кожаном фартуке выглянул из подсобки и оживлённо помахал им, придерживая пузатый глиняный горшок. — А, Малфой! Как удачно, что вы оба тут. Мне как раз нужна ещё пара рук. Он поставил горшок на скамейку и выпрямился, озадаченно переводя взгляд с Гермионы на Драко. — Вы как, порядок? Вы как-то странно… — Порядок, — поспешно заверил его Драко. — Полный, — подтвердила Гермиона. — Вот и славно, — хлопнул себя по бокам Невилл и жестом подозвал их к себе. — Тогда ты, Гермиона, держи листья, а Драко поможет с корнями. Только, пожалуйста, потише. Трепетливые кустики очень пугливые. — А с чего бы им пугаться, — пробормотал Драко себе под нос. Гермиона сделала вид, что ничего не услышала. Невилл поставил их рядом, но стол был таким узким, что они с Драко оказались почти вплотную. Гермиона не знала, куда деть свой локоть, чтобы не заехать ему ненароком по затылку, пока он очищал корни от комьев земли, наклонившись над горшком. — Грейнджер, просто стой ровно. — Я стою ровно, — огрызнулась Гермиона, — а вот ты можешь отодвинуться. — Я не могу отодвинуться, потому что ты держишь куст, — спокойно заметил Малфой. Ростки в горшке затрепетали мелодичным звоном, сталкиваясь листьями и издавая всё новые чарующие звуки. Невилл с отеческой гордостью смотрел на серебристые растения. — Ну, разве не прелесть? Видите, вы им нравитесь! Обычно они так себя ведут, когда люди, ну… ладят. Гермиона нетерпеливо смахнула прядь со лба. Драко неразборчиво закряхтел, но ничего не сказал. Они продолжили работать молча. Иногда Невилл давал указания, а сам отходил за удобрениями, оставляя их вдвоём у стола. Их руки то и дело соприкасались — в земле, над листьями, у ящика с инструментами. Ни один из них не убирал ладонь первым. Гермиона тихонько вздохнула, расслабив руку, которая теперь полностью лежала на спине Драко: Хогвартс со всеми своими проделками был наверняка очень доволен собой.

*

Когда вечером Гермиона шла по непривычно пустому и тихому коридору в свои комнаты, она решила было, что Мерлин наконец-то смилостивился над ней. Что она просто дойдёт до своей спальни, не встретив никого, кто мог бы смутить её разговорами, или одним только своим видом, или… Сбоку, из алькова вдруг раздался шорох. За ним — громкий шёпот, короткий смешок. Снова шорох… Гермиона на секунду замешкалась, но всё-таки сделала шаг в темноту, взмахнув палочкой. Картина, которая открылась её взгляду, не оставляла воображению ни малейшего шанса: взъерошенная, раскрасневшаяся парочка сплелась в объятиях, увлечённо изучая языками рты друг друга. Они неохотно отстранились, будто ни капли не смутившись. Худенькая блондинка поправила задравшуюся сильно выше колена юбку и скрестила руки на груди. — Барнетт, Фарлоу, — рявкнула Гермиона, давая волю накопившемуся за день раздражению. — Минус пятнадцать баллов Слизерину и… Слизерину! Это вопиющее… Распущенность прямо посреди… — А почему кому-то можно, а нам нельзя? — поправляя галстук и приглаживая растрёпанные волосы, огрызнулся Кристофер Барнетт. — Что-то я не видел, чтобы с гриффиндорцев снимали баллы за то же самое на трибунах! А они ещё кое-что устраивают в ванной старост на спор прямо сейчас, — фыркнул он. — Можете Коллинза спросить, это он про ванную рассказал. Гермиона похолодела, но постаралась не подать виду. Гриффиндорцы! В ванной! Ей немедленно нужно было остановить какое бы там ни происходило бесчинство. — Следите прежде всего за своим собственным поведением! — отрезала Гермиона. — И немедленно! В спальни. Сейчас же! Слизеринцы ушли, взявшись за руки и перешёптываясь. Наверняка о ней! Ну и пошли они к дьяволу. Гермиона крутанулась на каблуках и направилась на пятый этаж в ванную старост. Просто неслыханно, что творили некоторые студенты. Её поколению такое даже в голову не приходило! Но гриффиндорцы?! Как она только упустила… И кто из них это мог быть?.. Нырнув в очередной тёмный коридор, она со всего размаху, совсем не элегантно подпрыгнув на месте от неожиданности и не имея ни малейшего шанса увернуться, уткнулась в грудь Драко Малфоя. — Опять ты, — простонала Гермиона. — Всё ещё не стал привидением, прости, — усмехнулся Драко, придерживая её за локоть и помогая удержать равновесие. Он снисходительно улыбался, не торопясь отпускать её руку. — Что за спешка в такой час? — Слушай, не твоё… — она дёрнула руку, высвобождаясь. — Мне срочно нужно в ванную старост, там происходят какие-то непристойные вещи… Брови Малфоя поползли вверх. — И ты спешишь поучаствовать? — Малфой! — возмутилась Гермиона. — Их нужно остановить! Он сделал шаг к ней, в темноте его улыбка казалась почти хищной. Гермиона отступила на шаг и остановилась, упёршись в стену. — Поддерживаю, — вкрадчиво произнёс Малфой. — Это прекрасное место для дисциплинарных взысканий: горячий пар, плитка, закрытые двери… Можешь представить, что там творится. — Не могу, — сквозь зубы прошипела Гермиона. Сердце бешено колотилось в груди, и она была готова провалиться сквозь землю, в другое измерение, только бы не стоять под испытующим, жадным взглядом Малфоя в этом тёмном коридоре. — Ты закончил? — Ещё даже не начинал, — с дьявольской ухмылкой признался он и, наконец, выпрямился и сделал шаг в сторону. Его лицо снова приняло обычное сдержанное выражение. — Полагаю, речь о Коллинзе, который после рождественского танца со старостой Пуффендуя осознал свою стратегическую ошибку и теперь пытается загладить вину перед старостой Гриффиндора. Они с Патель весьма бурно выясняли отношения в Большом зале, но ты так торопилась уйти, что не обратила на них внимания. Гермионе хотелось поспорить с Малфоем, но за пеленой раздражения и полной обескураженности от всего происходящего ей также не хотелось признавать, что он, возможно, был прав. Как ему только удавалось держать всё в поле зрения? Успехи команды по квиддичу, личные отношения студентов. Она была готова немедленно потребовать ответа, в чём его секрет, но тут же одёрнула себя, потому что прямо сейчас у неё были вещи поважнее Малфоя. — И что ты мне предлагаешь делать? — выпалила Гермиона. — Просто закрыть на это глаза? — Я предлагаю не пугать детей, — невозмутимо ответил Малфой, — и оставить разговор хотя бы до утра. Поговори с мисс Патель, а Коллинза оставь мне. Он уже получил хорошую взбучку сразу от двух девушек. Они ещё только учатся отношениям, впрочем как и всему остальному, — вздохнул он. — Вспомни себя в их возрасте. — Я таким не занималась, — отрезала Гермиона. — И очень зря, — сверкнул глазами Драко. — Если бы ты хоть раз попробовала устроить что-нибудь эдакое в ванной старост, ты бы знала, что комната этого не позволит и немедленно вышвырнет влюблённых голубков, — заметил он, скользнув по ней взглядом. — Всегда знал, что Уизли не отличался воображением. — Слушай, ты! — Гермиона подошла почти вплотную к нему, окончательно потеряв терпение. — Ты просто понятия не имеешь… — Не знаю, как ты, а я иду спать, — перебил её Малфой, пожав плечами. — Советую заняться тем же. Или тем, на что хватит фантазии, — с этими словами он развернулся и, насвистывая под нос, удалился. Гермиона осталась одна, сердито глядя ему вслед. Отлично, просто великолепно! Каждый раз после разговора с ним она была готова сгореть со стыда и умереть от неловкости. Что ещё ей оставалось делать? Гермиона спрятала горящее лицо в ладонях. Она должна была сосредоточиться на учениках, но вместо этого перед глазами стоял его насмешливый прищур и то, как оценивающе Драко смотрел на неё. Пикси его задери! Гермиона колебалась. Кого она обманывала? Малфой был прав: это стоило отложить до завтра. А, может, и насовсем. Она тряхнула головой и развернулась, всё-таки направившись в свою спальню, а не в ванную старост, хотя сон как рукой сняло.