вот ты где

Он устал спорить. Устал сражаться с ней за каждое слово. Но когда она уходит, бросив в лицо Мобиусу обвинения в бездушности, Локи идет вслед. Потому что верит: все зерна, что он роняет в эту на вид бесплодную почву, прорастают. Сильви не убила Виктора Таймли и пришла в УВА, хоть и говорила, что ноги ее здесь не будет. Богиня хаоса мрачнее грозовой тучи кружит по кафетерию, в который свернула по ошибке, и это сравнение наводит Локи на мысли о другом боге. Он рассказывает ей о Торе, умолчав о том, кто именно изменил его брата, кто сделал его сдержаннее и мягче. Локи старается, чтобы его речь не звучала снисходительно или поучительно, когда он говорит, что разрушать — легко, а надеяться и пытаться исправить что-либо — сложно. Он сам был тем, кто сметал все и всех на своем пути во имя славы, власти и мести. Его изменило это место, его изменила их с Сильви встреча. Его чувства, вспыхнувшие под аметистовыми небесами Ламентиса, никуда не исчезли. Даже если она никогда их не разделяла, и более того — сыграла на них во имя своих целей. Все равно, Сильви для него — что молния в бутылке. Явление уникальное, опасное и обезоруживающе притягательное. Локи смотрит на нее. Она так хороша в этот момент, что больно и глазам, и сердцу. Огромные изумрудные глаза, в которых отразится печаль, прежде чем они опять начнут спорить, яркие губы, которых ему никогда не коснуться больше, серебряная сережка в виде анха — символа вечной жизни. Когда он говорит о том, что они смогут присмотреть за Виктором, Сильви вздергивает брови и презрительно роняет: — Вмешательство во благо. Знакомая песня. И Локи словно снова в Цитадели, где она гневно выкрикнула поверх их скрещенных мечей: «Давай, убей меня. Возьми свой трон». Великие Норны, это невыносимо. Он вздыхает и идет по кругу, говоря о том, что нельзя просто дать свободу и отстраниться — это не сработает. — Теперь, к лучшему или худшему, но таймлайны свободны, — он замечает, как Сильви на этих словах сжимает раскрытые ладони в кулаки. Для нее нет варианта «к худшему», она никогда не сдвинется с позиции «Тот, кто остается должен был умереть». Они снова в тупике. — Похоже, какой путь ни выбери — мы будто бы играем в богов, — говорит она. И Локи, делая шаг, отвечает: — Мы и есть боги. В этот момент он имеет в виду всех, кто волей или неволей оказался на изнанке мира, в этом странном месте без времени, построенном Тем, кто остается. Они боги — по знаниям и возможностям. И на их плечах лежит бремя уберечь множество миров от разрушения. Локи сделает для этого все возможное, независимо от того, пойдет за ним Сильви или нет.