Призвать неизвестное...

???

Вокруг темнота. Ничего не видно. Кажется, что в этом месте нет ничего, лишь бесконечное тёмное пространство. Может, это ночь без луны и звёзд, или это и есть сама пустота? Никто доселе не находил царствие пустоты, а его расположение известно лишь его обитателям. Пустота — это иллюзия чего-то бесконечного. Там темно и ничего не видно. Она бездонна. И существует лишь в одном месте. В мире мистики. Зачем же она была создана? На этот вопрос нет ответа. Её создатель мёртв, или пропал без вести — точно неизвестно. А поселившимся там сущностям не до таких вопросов. Глаза, в которых покоится осколок этой таинственной и пугающей пустоты, резко распахнулись, пытаясь разглядеть хоть что-то средь бездонной тьмы. Если действительно приглядеться и привыкнуть к мраку, то можно заметить два силуэта. Выходит, в этом месте не так уж и темно? Один силуэт довольно высокий, статный и крепкий, невозмутимо стоит и смотрит на второго присутствующего там. А второй силуэт не стоит, он сидит на полу и весь трясётся… От страха. Он меньше и скорей всего ниже возвышающегося над ним человека или же существа. Давясь тихими всхлипами, второй силуэт тихо произносит: — Я… Не хочу убивать. Это слишком ужасно, я не такой, — и сразу же после этой фразы он смолкает, поднимая голову и смотря на лицо того, кому он это сказал. Пара глаз блеснула ярким синим цветом. Ухмыльнувшись, силуэт внезапно схватил за ворот запуганное существо и поднял его над землёй. Из-за этого второй сильно вздрогнул, съёжившись. — Слишком ужасно? Хм, не слишком. Ты не имеешь права на отказ. Ты подчиняешься мне. А я приказал тебе убивать, — грозным и злым тоном произносит обладатель ярко-синих глаз. После этой фразы он выпустил из своих рук своего подчинённого, который упал на пол и замер, боясь пошевелиться и сказать хоть что-то. — Хах, тряпка, — злобно буркнул главный. В ту же секунду где-то вверху загорелся бледный свет, немного осветивший всё вокруг. Второе существо отвлеклось, подняв голову вверх и жмурясь, устремляя взгляд на еле заметные источники света. Это было главной ошибкой. Опустив голову, существо больше никого не обнаружило. Другая сущность будто растворилась во тьме. В полном замешательстве, испуганно осматриваясь по сторонам, существо поднялось с поверхности, на которой лежало. Вдруг зажёгшийся несколькими секундами ранее свет полностью потух, возвращая тому месту пугающую тьму. Чуть в сторонке, нарушая пугающую тишину, послышался лязг металла, будто кто-то достал острый клинок или нож. А дальше… Глухой удар тела о твёрдую поверхность. Звук впивающегося в плоть клинка. Вскрик, полный боли и страха. Удары… Удары кулаками по телу. Снова клинком разрезают плоть. Долго режут… Попытки сопротивления. Крики. Просьбы прекратить. Сдавленные болезненные выдохи и вдохи. Вдруг это всё прекращается после того, как клинком ударили в последний раз. — Надеюсь, ты усвоил урок, — чувствуется явная ухмылка на лице сказавшего эту фразу. В темноте различается еле заметный силуэт статной, высокой фигуры, которая спешно удаляется прочь от места происшествия, и чьё-то тело остаётся лежать неподвижно, пытаясь вдохнуть необходимый для жизни кислород.

***

Домер накинул на голову капюшон своего бело-серого худи, повязал бандану и, быстро надев куртку, вышел из квартиры Никиты. Сейчас ему предстоит добраться до ближайшего супермаркета и попытаться найти там свечи. Руда с Бергом начали решать, какую комнату им лучше всего подготовить для обряда. Было всего два варианта: зал и спальня. По итогу их мнения сошлись, и они выбрали комнату блондина. Пока Саня начал закрывать шторы, гетерохромный парень открыл потайную комнату и стал искать в ней зеркало. Приблизительно он помнил, что оно находилось где-то за горой коробок или же между стеллажами. Пройдясь мимо каждого стеллажа, внимательно ища то, что ему нужно, он ничего не нашёл. «Придётся разбирать эту гору коробок, надеюсь, они хотя бы лёгкие» — вздохнув, подумал разноволосый, подходя к злосчастным коробкам. Подняв одну из них, которая к слову оказалась не такой уж и лёгкой, он переместил её немного в сторону и принялся пересматривать и отодвигать ненужные коробки, в которых хранится всякий ненужный хлам. Наконец Никита нашёл зеркало стоящим у самой стены, путь к которому преграждали ранее находившееся там коробки. Парень попробовал поднять предмет, но ничего не вышло. Зеркало оказалось слишком тяжёлым, даже сдвинуть его с места не получалось. — Саня! — выкрикнул блондин. — Можешь мне, пожалуйста, помочь? — попросил он, всё ещё крича, чтобы друг его услышал. От внезапного крика Руда немного вздрогнул, но поняв, что от него требуют, он перестал отодвигать кровать и, бросив краткое: «Иду!», зашёл в другую комнату. Заметив задумавшегося хозяина квартиры, который стоял у стены и внимательно смотрел на завешенное зеркало, парень подошёл к нему. — С чем тебе помочь? — спросил сероволосый. — Да вот, зеркало оказалось слишком тяжёлым, и я сам не могу его даже сдвинуть с места, — чуть-чуть раздражённо проговорил Берг, повернувшись к другу. — Давай попробуем его вдвоём сдвинуть, может получится, — предложил он. — Ну, давай, — немного неуверенно ответил Руда. Ему казалось, что даже вдвоём это зеркало сдвинуть не выйдет. Но всё же он начал помогать другу. Вдвоём они взялись за разные края зеркала и попытались его сдвинуть, и у них это вышло. Кое-как они дотащили предмет к открытому проходу в комнату Никиты. Но вдруг послышался тихий скрежет, и на светлом полу тайной комнаты осталась большая чёрная царапина. — Твою же… — немного ругнулся Руда, перестав двигать зеркало. Берг тоже остановился, переведя взгляд на поцарапанный пол. — Да забудь. Я всё равно этой комнатой не пользуюсь, — махнув рукой, произнёс гетерохромный. И вот, с горем пополам, это тяжеленное зеркало стоит возле шкафа-купе и ждёт своего часа. А ведь после его придётся тащить обратно, туда, где оно стояло, но сейчас об этом думать ещё рано. — Фух, это было сложно… — выдохнул Саня, убирая капельки пота на лбу рукавом своего худи. — Н-да… Надеюсь, это была самая тяжелая часть этого обряда, — усмехнулся из-за своих же слов Никита. Теперь же этим двоим осталось лишь до конца отодвинуть кровать, закрыть проход в засекреченную комнату, о которой уже все знают, и захватить из холодильника бутылочку минералки…

***

Прошло примерно два часа. Забрав из своего мира пыль лунного кристалла и защитную смесь, потратив на это огромное количество усилий, ведь никто не должен был заметить его, Кэндимэн телепортировался обратно. — Так, вы закончили подготовку? — спросил он, заглядывая через открытую дверь в комнату Никиты. — Да, всё готово, — ответил Берг, обернувшись. — Всё, да не всё. Домера ещё нет, — вмешался Руда. — Ну, если вы всё подготовили, то мы без проблем можем его подождать, — ответил миф, зайдя в комнату. Немного отодвинув в сторону клавиатуру, он положил на компьютерный стол два маленьких мешочка. Один был с белой пометкой, а другой с чёрной. — Это то, зачем ты отправлялся в свой мир? — поинтересовался блондин, подойдя к столу и взяв в руки один мешочек. — Да, и попрошу пока что это не трогать, — беззлобно ответил Кэнди, выхватывая мешочек из рук парня, положив его обратно. — А почему вы ткань с зеркала не убрали? — интересуется черноволосый, немного подойдя к названному предмету и смотря на белые складки плотной запыленной ткани. — Да вот, прямо сейчас собирались её убрать, — сказал Руда, тоже подойдя к зеркалу. Тонкие пальцы взялись за полотно, сдёргивая его вниз. Пока Кэнди и Саня отвлеклись, Никита немного косо посмотрел на два мешочка, принесённые из другого мира, а ещё он заметил, что из них что-то просыпалось. Что-то белое и немного светящееся. «Надо бы сказать Кэндимэну, что у него здесь что-то просыпалось», — подумал парень, но сказать так ничего и не успел, ведь его внезапно окликнули. — Никита, ты ж говорил вроде, что прошлый хозяин этой квартиры не пользовался зеркалом, тогда это здесь, откуда? — в замешательстве спросил сероволосый, роняя белую ткань на пол и смотря на зеркальную поверхность. — Действительно, откуда? — видно Кэнди тоже был немного удивлён. — Да, что там такого, просто обычно…. — Берг моментально затих, когда повернулся и увидел то, что было на зеркале. Алые брызги, слишком похожие на кровь, покрывали большую часть отражающей поверхности. Такое чувство, будто возле него кого-то зарезали, а зеркало с уликами решили завесить тканью и спрятать. Но помимо брызг чего-то красного, на зеркало было приклеено фото миловидной девушки, на котором было что-то написано. «Откуда это?» — проносится в мыслях разноглазого и он, медленно приблизившись, срывает фотографию с зеркала. «Прости, что убил твоего сына», — гласил кривой почерк на фотографии. — Что это всё значит? — вообще ничего не понимая, внезапно спросил Руда. Вертя в руках фотографию, блондин перевёл взгляд на красные брызги, а после взглянул в глаза своему собственному отражению. — Я понятия не имею, откуда это, — смотря в одну точку, проговорил парень. — Кэндимэн, как думаешь, это кровь? — решает спросить он, устремляя взгляд на брызги. — Нет, кровь обычно более тёмная, да и свернулась бы, если только она не наисвежайшая… — тут-то миф на секунду замолк. — Но нет, нет, нет. Это точно не кровь. Скорее всего обычная краска. — То есть, по сути, это зеркало мы использовать можем, да? — с недоверием спрашивает Саша, коснувшись капли краски на зеркале. — Да, можем. Вдруг сзади послышалось тихое шуршание, а после внезапно раздался удивлённый голос: — Что происходит? — спросил Домер, стоящий на пороге комнаты. Парень был удивлён и немного испуган. Ещё бы, ведь краска на зеркале слишком сильно напоминает кровь. — Кого вы тут успели зарезать, пока я в магазин ходил? — спросил синеглазый, подойдя к зеркалу, решая рассмотреть на нём багровые брызги. — Да тут видимо прошлый хозяин квартиры на зеркало краску пролил, а вытереть забыл, — на полном серьёзе ответил ему Никита. — Кстати надо бы её стереть, — добавил он, быстро выходя из комнаты. Вернулся Берг уже с тряпкой и средством для мытья окон. Теперь ему предстоит оттереть всё это творения странного прошлого хозяина квартиры, к счастью краска стиралась довольно легко. — Домер, а ты свечи купил? — поинтересовался Кэндимэн, устремляя взор на парня. — А, да, конечно, вот, — он достал из кармана худи пакет с чёрными восковыми свечами, доказывая, что действительно их купил, а после решил положить их всё на тот же компьютерный стол. — Это хорошо, что купил, а почему тебя так долго не было? Тут до магазина минут десять пройтись. — спрашивает Руда, скрещивая руки на груди. — В этом супермаркете, который неподалёку отсюда, свечей не было, пришлось пройтись вообще в другой район. И там, в каком-то магазине всяких спиритических штук, я и нашёл эти свечи, — указав на покупку объяснил синеглазый. — Продавщица там ещё странная оказалась. Бабка-гадалка какая-то. Она зачем-то мне ещё сказала, что меня скоро что-то тёмное настигнет. Нечисть. Как будто я сам не знаю, что здесь неподалёку от меня околачивается эта самая «нечисть», — с сарказмом произнёс он. — Вот лицо у неё было, если б я ей про всю эту странную ситуацию с Пустым человеком рассказал бы, — с усмешкой добавил Домер. — Эх, не думал я, что свечи так сложно найти, — вздохнул он. — Не думаю, что это «тёмное» как гадалка выразилась, настигнет тебя, по крайне мере такого не должно случиться. И хорошо, что ты ей ничего вообще не сказал про Пустотного, а то ещё гадалки мне не хватало. Я с вами-то ещё не разобрался, — устало вздохнул миф. К этому моменту Никита уже закончил вытирать краску и даже натёр зеркальную поверхность до блеска. — Фух, теперь оно точно готово к проведению обряда, — выдохнул парень, отойдя на несколько шагов назад и оценивая проделанную ним работу. Аккуратно сложив тряпку и взяв с пола жидкость для мытья окон, гетерохромный отнёс всё это на место. — А теперь, Кэнди, мы можем начинать обряд? — спрашивает, чуть крича, блондин, находясь при этом ещё в коридоре. — Да, конечно, — отвечает миф, когда парень возвращается обратно в комнату. — Так, для начала, — Кэндимэн щёлкнул пальцами, и в воздухе появилась странная книга. Она была довольно большой, в чёрно-красной обложке. Ну, сразу видно по сочетанию этих цветов, кто её владелец. Страницы, слегка пожелтевшие, казались довольно старыми. Текст написан вручную. Почерк красивый, аккуратный, буквы не скачут и строки ровные. Но сами надписи не на русском языке. Буквы сложны в написании и больше похожи на красивые узоры, скорее всего это язык мифов. И помимо текста там были даже чёрно-белые картинки. Мелкие красные частички осыпались с этой книги, словно благодаря им она и находилась в воздухе, но хранительница знаний по-прежнему продолжала парить. Ну не чудо ли? — Страница восемьсот девяноста три, — глядя на парящую в воздухе книгу сказал миф. В ту же секунду пожелтевшие страницы начали быстро листаться с тихим шелестом и замерли, открыв названный номер страницы. Пробежавшись серебряными глазами по тексту черноволосый обернулся к парням. — А теперь просьба мне не мешать, всё остальное для проведения обряда подготовлю я, — заявляет он, подходя к компьютерному столу и забирая с него мешочки. Парни пререкаться не стали и даже отошли немного, чтобы не мешать мифу всё подготавливать. Высыпав на ладонь немного белой поблёскивающей пыли кристалла, Кэнди обвёл ей зеркало. Получился небольшой полукруг. Так, это только начало. Далее он прочертил от центра линии полукруга две ровные прямые всё той же белой пылью. После миф начертил довольно большой круг, с которым соприкасались эти самые прямые. В такой круг с лёгкостью бы смог поместиться человек. Круг тоже был окружён остатками пыли кристалла. Получилось что-то вроде большого круга, в котором расположился более маленький. И всё это начерчено словно под линейку. Ровно и симметрично. В промежутке между этими кругами, который к слову составлял пятнадцать сантиметров, черноволосый начал чертить какие-то знаки. Возможно это руны, а возможно и что-то другое, просто символы, служащие для обряда или сиги́лы . Первый знак оказался между двух прямых полос, а остальные по бокам окружности. На этом кристальная пыль полностью закончилась, но она в дальнейшем и не понадобится. Подойдя к столу мистическое существо забрало с него свечи. На каждый необычный знак была поставлена свечка и по две справа и слева от зеркала. А теперь потребуется защитная смесь, но её надо немного, чтобы прочертить небольшой полукруг у зеркала. Иногда во время подобных обрядов другие сущности сквозь зеркало могут просочиться в «другой мир» и натворить бед, поэтому, чтобы таких казусов не было, нужно обводить зеркало специальной смесью. Защитная смесь включает в себя всё то, что ненавидят тёмные существа, они её словно боятся, к тому же она способна их обжечь. Но так смесь влияет лишь на тех мифов или существ, чью душу поглотила тьма, а другим вред и вовсе не причиняет. На этом черчение закончено, дальше — больше. — А теперь пришёл ваш черёд, — немного обернувшись в сторону парней сказал Кэндимэн. — Ну, мы готовы, что нам делать? — спросил Берг, внимательно смотря то на мифа, то на то, что было начерчено на полу. Эх, снова они квартиру всеми этими мистическими штучками марают. Второй ритуал, так сказать, за несколько дней. — Для начала, Никита, подойди сюда, — позвал Кэнди разноглазого. Парень спокойно подошёл. — Становись сюда, — жестом показав на круг из белой пыли, проговорил сероглазый. Блондин встал туда. Некое волнение появилось внутри. А в глубине проснулся страх. «Всё нормально, это не тот ритуал, бояться нечего, тем более я хотя бы не один, да и мне не должны навредить», — проскакивают успокаивающие фразы в мыслях хозяина квартиры. Но спокойней всё равно не стало. — Ты точно готов? — спрашивает Кэнди, слегка взволнованным голосом. Он заметил лёгкую нерешительность со стороны парня. Да и к тому же, теперь именно Кэндимэн ответственен за жизни всех этих людей. — Да, готов, всё нормально, — мимолётно и лишь для вида улыбнулся Никита. В последнее время его улыбка - это полная фальшь. Ну, а смысл улыбаться вообще? Разве что для успокоения своей нервной системы. — Тогда вытяни руки ладонями вверх, — просит миф, набирая немного защитной смеси. Теперь эта серая смесь была на ладонях Берга. И даже если она осыплется, то большая часть останется на коже. Это ещё одно свойство этого порошка, он может немного впитываться в кожу. Зачем же его наносить на ладони? Это для того, чтобы в парня никто не вселился и не мог, собственно, навредить ему, ведь Никита, как-никак, главное звено всего этого обряда. Не миф, не друзья, а он. — Теперь садись в круг, — говорит Кэндимэн. — А вы, Домер и Руда, садитесь справа и слева от Берга, на расстоянии примерно в полметра, — указав на парней дополнил миф. Ребята расселись по назначенным для них местам. Никита устроился, скрестив ноги, Домер сел, опёршись сзади на руки, ну, а Руда согнул колени, положив на них руки. — А мы тоже участвуем в обряде? — поинтересовался Саня, смотря на мифа снизу-вверх. — Вообще, особого вклада от вас не требуется. Ваша задача сидеть и наблюдать. Мне просто нужно было вас куда-нибудь приткнуть, — последнее предложение сероглазый сказал намного тише. — Ладно, всё. Приступаем к самому интересному, — временная ухмылка блеснула на его лице, но тут же пропала, сменившись абсолютной серьёзностью. Взяв в руки бутылку чистой воды и открутив пробку, Кэнди поднёс её к зеркалу и наклонил горлышко над зеркальной поверхностью. Струя воды размыла отражение, быстро стекая вниз. — Аквэ иффундит, фэнэстрам Никита ин Мундум Энимэрум апиринс ит эум пирдитум контактум пирмиттэнс, — начал произносить миф, продолжая выливать на зеркало воду. Отражение искажалось от разводов воды. Голос мифа звучал размеренно, монотонно. Только вот для парней ни одно слово было не понятно. Видимо опять этот Тэнэтурский язык. — Никита, теперь твоя очередь — произнёс Кэндимэн, отойдя в сторону от зеркала на пару шагов. — А что делать? — непонимающе спросил парень, устремляя взгляд на руководящего обрядом. — Вот, это надо проговорить с закрытыми глазами, — миф жестом притянул к себе левитирующую книгу и, вытянув с неё пожелтевший листок, передал его блондину. — Прочти пока пару раз, чтоб запомнить. Время есть, — дополнил он. Беря в руки лист, Никита начал вчитываться в ровные строки. Текст небольшой. И на удивление был написан на русском. Но вот в конце была фраза на языке мифов. Но к ней была транскрипция, так что прочесть её не составит труда. Правда, отложится в памяти не с первой попытки. Несколько раз прочитав текст и запомнив его, а также фразу на другом языке, парень передал листок Кэнди и неуверенно закрыл глаза. — Пусть мой друг будет слышать меня, видеть и понимать, как и я его ранее, — становилось немного тревожно. Сердцебиение слегка участилось. Появилось лёгкое волнение. Глаза закрыты. Темно. Тихо. Парни не издают ни звука, а свой голос Берг слышит лишь фоном. — Пусть я буду ощущать всё то, что в другом мире, при этом находясь там, где я нахожусь, — с каждой фразой состояние будто ухудшалось. Может он себя накручивает? — Я дарую часть сил зеркалу, пусть они напитают его поверхность и заставят открыться окно в другой мир. С русским покончено, теперь пора произносить финальную фразу на языке мифов. — Копиа сигнорум, кристалорум ит акюарум кохаэрэнт, ит ин кондукторэм илектум инфлюунт, оккасионэм дант одинди аб иис кюи алтрэ сунт, — произношение конечно же не самое хорошее, но не в этом суть. — Можешь открыть глаза, если хочешь, — голос Кэнди звучит фоном в голове гетерохромного и словно раздваивается. Но парень не спешит открывать глаза. Сначала ничего не происходило. Как будто затишье перед бурей. Тишина, в которой иногда можно было расслышать треск алого пламени свечей, неприятно давила. Внезапно появилось странное чувство. Слабость. Словно жизненные силы потихоньку покидали парня. Атмосфера нагнетала… Из ниоткуда появилось приятное тепло в левой части груди, в области сердца. Будто маленькое огненное пламя. Оно начало разливаться по венам и сосудам. Казалось, тепло смешивалось с итак тёплой кровью и неслось дальше. Приоткрыв глаза, Берг заметил яркое желтоватое свечение, исходящее неизвестно откуда. Опустив взгляд вниз, он заметил на своих руках медленно появляющиеся кривые линии. Они светились ярким, жёлто-белым светом. Эта необычная светящаяся жидкость текла по кровеносным сосудам, и её свет проходил сквозь кожу. Медленно и плавно светящаяся жидкость коснулось пальцев рук, рисуя тоненькие линии, а после словно вытекла наружу, зажигая круги из пыли кристалла и рисуя на полу светящиеся узоры напоминающие лозу вьющихся растений. Засветились и символы. Но всё это было довольно медленно и необычно для блондина. Приятное тепло до сих пор не покидало тело, а кровеносные сосуды под кожей всё также ярко светились… Засиял полукруг из пыли кристалла, и вдруг необычные светящиеся узоры поползли в сторону зеркала. Скоро они коснутся его, и тогда-то точно что-то необычное произойдёт. Сердце забилось быстрей. По парню видно, что он взволнован. Скосив взгляд в сторону мифа гетерохромный заметил, что тот невозмутимо завёл руки за спину и просто наблюдает. Ну, а что ему? Этот обряд для Кэнди явно не первый. Пламя свечей колыхнулось и резко дёрнулось, перекрасившись в ярко-голубой цвет и заставив всё внимание приковать к себе. А тем временем необычные узору коснулись зеркала, и оно само ярко вспыхнуло жёлто-белым светом. Смотря прямо на него, парень немного зажмурился, пытаясь рассмотреть что-то в этом свечении. Свет слепил, но он не отводил взгляд. По немногу свет угасал. Слабость стала сильнее, начало клонить в сон. Свет рассеялся, но зеркало осталось всё тем же зеркалом. Берг всмотрелся в своё отражение. Вроде ничего не изменилось. Пламя свечей вернуло свой привычный цвет, а пыль кристалла перестала мерцать. — Кэнди, а почему ничего не произошло? — спросил он, посмотрев на мифа. Заглянув в зеркало, Кэндимэн немного помедлив, ответил. — Ничего не понимаю. Всё сделали правильно, без единой ошибки, но почему ничего не сработало? — задумался он. — А может всё же ошиблись? — предположил Домер, тоже смотря на зеркало, в котором не изменилось ничего. Бегая взглядом по отражению блондин вдруг замер. — Нет, это всё-таки сработало, я… я вижу Давида, — заявил он, смотря на прозрачное отражение своего друга в зеркале. — Не понял. В смысле видишь? Прямо сейчас? — миф получше пригляделся, но не увидел ничего. — Там никого нет, — сказал Руда, вообще не понимая, что происходит. — Что-то не то. Стоп. Так не должно быть, — немного удивлённо и задумчиво проговорил Кэндимэн. Его голос сильно приглушился для блондина, и он даже не успел понять, что произошло. Веки налились свинцом и закрылись, а тело коснулось холодного пола, пока неразборчивые голоса быстро стихали в голове. — Не трогайте его! — последнее, что смог различить Никита перед тем, как его сознание перенеслось в другой мир.