дом с мечтой

🍃 Когда Эндрю пришел на абсолютно не интересующую его вечеринку, все уже давно было в самом разгаре. Элли была уже тут, Рене и Ники опередили блондина всего на пару минут. Нила не было. Нила не было, а значит надобности толкаться тут так же не было, пока что. Эндрю вышел на крыльцо дома. Он был одет в красивое, длинное пальто до щиколоток, черные брюки и футболку. Ничего необычного. На пальцах колечки, какое то с красным камушком, какое то с зеленым, а какое то с голубым. Таким же чудесно-голубым, как у Нила. Опять эти странные мысли. Он не признавал того факта, что желание просто зацеловать бедное, израненное тело Нила росло с каждым днем. О да, каждый раз что-то ёкало и икало, когда он в который раз пересчитывал веснушки. А фестиваль приближался с каждым днем. Эндрю встряхнул головой, дабы выбросить из головы лишние мысли. Ники вышел из домика с чем то алкогольным в руке. — ждешь принца на белом коне? Может и так. Но Эндрю, которого мы знаем, никогда не признается в подобной слабости. Кто он по вашему, чтобы ждать какого-то там Нила. ( ох уж эта гордость.) Блондин лишь отмахнулся от назойливого кузена. Тот хихикнул и скрылся за входной дверью, параллельно крича что-то, кому-то. На горизонте показался Нил. Красивый, со своими темно-рыжими кудрями. Голубыми глазками. Веснушками. И в пальто, черном пальто до щиколоток. По коже блондина пробежался ряд мурашек. Нил подошел вплотную к Эндрю. Он тут же почувствовал еле ощутимый сигаретный дымок и что то вишневое. Такой легкий-легкий аромат, будто сейчас лето. Эндрю был бы не против лета. Лето с Нилом.. мечта? Новая цель? Смысл жизни? Эндрю протянул руку к медным волосам Нила. Кудри приобретали разные цвета, в зависимости от того, каким цветом играла гирлянда позади них двоих. Мягкие, упругие кудряшки. В голове пролетело нечто, а-ля «прелесть». А обладатель этих самых кудряшек и против то не был. Легкие прикосновения, пальцы в шевелюре Нила. Пальцы Дрю. Они свободно исследовали замысловатую стрижку Нила, явно сделанную самостоятельно. Это должен был быть маллет, но сделали его очень не аккуратно. — кто тебя стриг? — вопрос вне очереди? — именно. — я сам. — убожество. Минутка молчания. Эндрю старался утихомирить свой румянец, надвигающийся с такой невероятной скоростью… Собственно, пока что это выходило у него. Пока что. — это так по гейски. — как будто мы ультра-натуральные, Дрю. — резонно. Резонно или нет, но Эндрю почувствовал, что справляться с румянцем уже не выходит, когда Нил так и продолжил невозмутимо смотреть на него. Так что руку все же пришлось вытащить. Обидно. Дрю махнул ею, указывая следовать за ним и Нил подчинился. Дверь открылась под натиском руки блондина и тут же комната взорвалась приветственными окликами. Оказывается, даже Нил славился в школе. Многие ребята знали его, даже если он их видел впервые. И чья это заслуга? Ее приписывали себе одновременно Элисон, Кейтлин и Мэтт. Но он отсутствовал, поэтому схватили его, Нила, только когтистые ручки Элисон. Кейт уже давно была пьяна, и лежала на плече у Аарона. Ну что ж, вечеринка, видимо, шла в полном разгаре. Кто-то танцевал до упаду, кто-то выпивал на брудершафт. Эндрю знал, что рыжий не пьет, а вот увидеть танцующего Нила был бы не против. Мм. И все же вечеринки — дело скучное. Больше на такие ни ногой. — «7 минут в раю»! играем? — послышались громкие и дружные восклицания. Кто то уже садился в круг. Показалась светлая голова в коротком, ярко розовом платьице. Она промелькнула и тут же увела Нила в злосчастный круг. Тут же послышался тихий голос кузена, прямо над ухом: — иди играть по хорошему, иначе твоего принца оп, и уведут, Марисса уже глаз на него положила. Эндрю не поддается на провокации. Ни в коем случае. Но все же сел напротив Нила. Тот весело болтал с Элисон и ,видимо, ему и вправду было хорошо. Откуда то взялась бутылка из под пива, так что главное оружие против психики Эндрю было на готове. Почему же главное оружие? Потому что после слов «Крутим!» концы бутылочки, как на зло, указали на Нила и счастливую Марису. Видимо, это был ее лучший день рождения. — запускаем таймер на 7 минут! Через 7 минут Мариса уходит, Нил остается. Тогда крутим бутылочку и тот, на кого указывает горло, идет к Нилу, погнали! — А если горлышко бутылки укажет на парня, а не девушку? Ники пожал плечами, — у нас современная версия «7 минут в раю», не душни, Скотт. Это были самые долгие 7 минут в жизни Эндрю и он уже мысленно ненавидел как Ники, так и эту дурацкую игру. Еще не скоро он осознает, что его дорогой кузен поменял правила игры ради него. Но мы опустим этот момент. Вскоре, или не очень, Мариса вернулась. Она была уже не так счастлива, как до этого. Но села на свое место. Подружка начала что-то расспрашивать у нее, но та лишь покачала головой. — крутим! Бутылочка сделала один оборот, два, три. Еще чуть покрутившись она медленно остановилась. Горлышко указывало на Эндрю. — Мариса, куда ты упрятала Нила? — с восторгом в голосе спрашивает Элисон, переводя взгляд со стекляшки на Эндрю и обратно. Она указала на лестницу. Да, вы все правильно поняли. Чулан под лестницей, прям как в «Гарри Поттер». Эндрю делает глубокий вдох и выдох. Подводится с места и наконец направляется в сторону лестницы. Когда же он скрылся из виду, Ники прокричал ему в след: — таймер на 7 минут!!! Темнота, пыль. И снова этот легкий запах вишни в перемешку с сигаретами. Хоть бери билеты и лети туда, где лето. — Эндрю? — слышит блондин голос рядом с собой. — да, Нил. Неловкое молчание. — то, что ты сказал ранее, — он запнулся, — про гейство. — да, Нил. — раз уж мы в такой ситуации… Боже, Нил, нет. Ты даже не пил, почему звучишь как последний алкоголик? — да, Нил, — тупо повторяет Эндрю. — ты все еще можешь трогать мои волосы. И Эндрю так и делает. Он касается кудрей, запускает свои пальцы в них, перебирает. Но Нил перехватывает ладонь и оставляет легкий поцелуй на ней. Легкий поцелуй, от которого сносит крышу. — ей ты тоже так делал? Нил рассмеялся. — предыдущие 7 минут были самыми странными в моей жизни. Мы сидели и пялились друг на друга, пока она не спросила не собираюсь ли я что-то делать. Видимо, она осталась мною не очень довольна. — м-да уж, не очень. Как же хорошо, что Нил не мог видеть его предательского румянца. Это был бы полный провал. Но как же выглядит сейчас сам Нил? Тоже смущается? Эндрю надеялся. Хотя в таком случае было бы еще обиднее, ведь он даже не увидит его, Нила, прелестного смущения. И все же… — Нил. — да, Эндрю? — да или нет. Прошла всего секунда, прежде чем рыжий ответил: — с тобой всегда да, Дрю. Эндрю встал, нависая теперь над сидящем тут, на стульчике, Нилом. Теплая рука Нила все еще держала его ладонь. Но прикосновение было легким, едва ощутимым. Никакой силы тот не прилагал. Эндрю просунул руку под под свитер Нила. Это был всего лишь его живот. Казалось, живот да и живот. Но на мягкой коже чувствовались, казалось, тысячи шрамов. А оставил ли отец Нила живого места на его коже? — вопрос. — да? — как зовут твоего отца. — Натан Веснински, меня назвали в честь него. — ты не похож на Натана. — я не Натан, я Натаниэль. — Нил? — так называла меня родная мать при жизни, может, оно и не сильно похоже на мое настоящее имя, и все же я считаю это сокращением. Эндрю кивнул. Кивнул понимающе. Он понимал, что имел ввиду в Нил.

«убежать от реальности, считать себя другим человеком, не быть тем, кем быть не хочешь.»

— Эндрю. — да, Нил. — что бы ты хотел сделать сейчас. — именно сейчас? — да. Желание было сильное, казалось, будто Нил и сам понимает его. Просто хочет помучить «монстра». Запутать, сбить с толку. Но не говорить же в самом деле «прижать тебя к стене этого сраного чулана, оставляя следы на твоей безупречной шее.»? — оставить след на твоей безупречной шее, — О боги, Эндрю, ты идиот. — я не против, Дрю. ***