Подчинись, лисица.

На ветру белое платье

На тебе проклятье

Мне нужны объятья, поцелуи, счастье

Разлетелся пепел боли

Я бегу по полю

С тобою в небеса

Очнувшись на сырой земле, она была в недоумении. Вокруг чистое поле, на горизонте пустота. И лишь бледная луна освещала это место, еë белые глаза и рыжие растрепанные волосы. — Где я — лишь пронеслось в мыслях Эшли, прежде чем она встала, и словно по чьему-то зову пошла навстречу тьме. Колоски щекотали босые ноги, руки, возвращая Еë в сознание. — Чёрт, опять это происходит — говорила она сама себе, в пустынном поле никто не мог услышать ни криков о помощи, ни мыслей. Каждый раз длинный сон заканчивался одним и тем же, лисица идет по полю, в белом, как Еë глаза, платье. И ведёт Эшли что-то неизвестное даже ей самой. Будто бы девушка знает дорогу в бескрайнем поле, где трава да луна. В этом сне она обычная маленькая лиса, беззащитная и слабая, но и силы ей тут ни к чему. Ведь в любой момент она может встретить то существо, открывающее для Эш дверь в небытие. Заходя туда, она просыпается, и лишь отголосок боли в груди остаётся от сна. Из раза в раз. Бутафорная луна ярко освещала все поле, лисица оглядывалась в поисках светящейся двери. Вот только этой ночью существа не было, и чем дальше девушка уходила, тем сильнее была боль. За спиной раздался оглушающий грохот, от неожиданности она закрыла уши руками. И в первые за долгое время Эшли могла контролировать свое бездумно идущее тело. По позвонкам пробежался лёгкий холодок ужаса, давая понять, что теперь лисица здесь не одна. От страха боль в груди сместилась на второй план. Это явно не то светящееся существо, открывающее дверь. — Что сейчас творится — замерла она, почувствовав горячее дыхание, бьющее по Еë спине. Впереди засиял яркий белый свет и появилось существо, судорожно звавшее к себе, но тело замерло на месте, не давая ступить и шагу. Светящийся человечек открыл некий портал, через который девушка проходила и просыпалась. — Но что делать сейчас, ноги во сне ватные и надежды сбежать нет, хотя может попытаться… Остается последний вариант, не менее жуткий, чем все — в своей голове Эшли перебирала сразу несколько идей — тогда, стоит взглянуть страху в глаза. — Девушке удалось лишь в пол оборота повернуть голову, чтоб посмотреть кто Еë преследует. Тёмный зверь, крупнее Эш в раз десять, стоял на четырёх лапах, звериный красный взгляд метался на девушку и вдаль на светлячка. Слюни капали из приоткрытой пасти, виднелись кривые клыки, испачканные кровью. Громадина сходила то ли на волка, то ли на лису переростка, настолько мерзкого, что светляк со своим порталом казался теперь не таким и плохим исходом. Видок оставлял желать лучшего. Инстинкт самосохранения вернул разум и контроль к лисице, и она, что было сил, ринулась вперёд. Сегодня ей не предстояло разгадать эту загадку во сне, который периодически повторяется, как она достигла 120 лет. Возможно этот зверь тоже ключ к разгадке, так как предыдущие сны были все одинаковыми. Монстр погнался за ней, не оставляя и шанса. Кажись, ей оставался всего шаг, чтобы переступить порог и проснуться. Светящееся существо подбадривая махало своими маленькими ручонками, направляя Эш к двери. И надежда на спасение затеплилась в груди. Шаг. И чудовище, преследовавшее еë, вгрызается острыми клыками в плечо девушки. Боль. Холод ночи. Во сне ничего из этого обычно не ощущалось, но теперь, всё сразу изнутри пронизывало каждый нерв тела. Разгрызая плечо до костей, оно тащит Еë дальше и дальше от двери, пока девушка резко не просыпается в собственной постели. Тело трусит оставшийся страх после кошмара. Хватаясь за плечо, Эш пытается убедить себя, что это просто сон и не более. — Вдох и выдох. Это не реальность, всего лишь сон — лежа на кровати, Эшли пытается собраться с мыслями, после такого резкого пробуждения — Да, точно, в реальности бывало и по хуже. Верно? Просто переутомление. Но привычной боли в груди не было, значило ли это, что зверь во сне пытался Еë спасти от чего-то? Давно вставшее солнце, пробивалось через окно, ослепляя заспанные глаза. — Позволяю себе так долго спать, сколько сейчас хоть времени — вздохнула Эшли, задавая вопрос в никуда. Комната была пуста, ни отец, ни сестра не пришли разбудить её к завтраку или — ох, уже половина третьего — хотя бы к обеду. В этом не было ничего не обычного. Она конечно привыкла трапезничать в одиночестве, но по выходным всегда хотелось некого домашнего уюта. Он обычно свойственен некоторым людям, но не лисам, тем более этим высокомерным аристократам — типичная семейка, где отец глава всего и вся, его верная роскошная супруга и их выдающиеся детишки, не слезающие с их шеи. И как бы не забыть о том, что они все местные благодетели, хранят мир и покой всяких людишек, убивая лисиц-дикарей, которые так и норовят всех сожрать — бла-бла — кривлялась Эшли перед зеркалом, одеваясь в более удобную одежду. В голове постоянно крутились мысли о недружной семье, её работе и призвании в этом мире. Все постоянно спрашивают «зачем я нужен в этом мире, зачем я родился» и ищут свой путь. А ей с самого рождения не оставили выбора — охотница, так её всегда называл отец, человек холодный, строгий. Чем бы она не занималась, куда бы не ехала — лишь одно его слово заставляло все бросить и подчиниться. Воспитанные с детства, буквально выдрессированные лисицы — превосходные охотники на всяких тварей. В комнату постучались, обрывая мысли девушки — могу ли я войти? — спросил юный голос вслед за стуком. — Проходи, Хьюго. — отстраненно кинула Эш, сидя у зеркала. — Что ты хотел? Из-за двери появился рыжеволосый мальчишка небольшого роста, он замялся, хлопая своими большими карими глазами, прежде чем ответить на вопрос старшей сестры: — Прости, я опять забыл, что ты мне рассказывала в прошлый раз и отец отчитал меня, когда я не смог ответить на его вопрос. Не могла бы ты повторить?.. — Глупый ты парень, Хьюго, таких у нас на службе съедают в первый же день — сказала она угрожающим тоном, разводя руками как бабайка. Мальчишка немного попятившись назад, все же подошел и уселся на пол рядом с тумбочкой. Теплые лучи освещали его детское озорное лицо, живой румянец, длинные ресницы и вьющиеся волосы, совсем как настоящий людской мальчик, не считая пушистого хвоста и ушей. — Итак, я повторяю в последний раз. Если не запомнишь, то скормлю плохим дядям на обед — немного посмеявшись, продолжила она — Знаешь, Хью, наш мир не совсем просто устроен. Мы рождаемся, растем, но почти не стареем, как обычные люди. Имеем хвосты и уши, могучую силу. Некоторые даже освоили магические способности, как и я. Хитрые, умные, можем принимать разное обличие. Кто мы? — она посмотрела на паренька через зеркало, ожидая от него ответа. — Лисицы, которые долго-долго живут — Малыш развел руками настолько, насколько смог, показывая как это много в его понятии. — Правильно. Итак — покрутив пальцем в воздухе, она продолжила — Под тварями, которых убивают охотники, упоминаются лисы-дикари, и лишь изредка другая нечисть, которую люди привыкли считать мифами. Но как в любом мире, даже людском, встречаются разные лисицы, которых мы условно делим на хороших и плохих. Для нас с тобой «хорошие» — это аристократы и охотники, гораздо реже обычные лисицы, которые отказались от поглощения людской энергии и их тел, начав работать для поддержания мира и порядка. Они объединились в некие общества, условно называемые «Охотничьей организацией на лис». Питаются эти «сторонники добра» кровью животных, их жизненной энергией и иногда обычной пищей, которая не доставляет им насыщения. — Она сделала небольшую паузу, Эшли вспомнилась ночь в клубе и то, что произошло — лисицы-дикари отказались что-либо менять в своей природе и продолжили вести бандитскую жизнь, нарушая порядок в обществе и убивая невинных людей. — Это так низко с их стороны, почему они не могут контролировать себя? Я хочу стать таким же хорошим охотником как ты, когда вырасту — Хьюго улыбнулся, поднявшись на ноги — так почему они себя так ведут? — Не знаю, поэтому хочу взять с тебя обещание, что ты всегда будешь хорошим и послушным — Эш протянула свою ладонь мальчику для рукопожатия — ты же знаешь, как важно лисицам держать обещание? Будь это даже дикари, или обычные лисы. Никогда нельзя нарушать данное тобой обещание, особенно если вы скрепляете его рукопожатием. — Так точно мисс — он протянул свою маленькую ручонку в ответ, крепко пожимая ладонь сестры, — Обещаю, стать первоклассным охотником и клянусь, что никогда не стану дикарëм. — Умничка, а теперь беги досаждать кому-нибудь другому в этом доме. У твоей сестры последний выходной на этой неделе и я хочу посвятить его себе — сказала Эшли, погладив мальчишку по голове, слегка пихнула в плечо. — Но, сестра, дом такой большой, и в нём почти никого нет. Кому мне досаждать, если не тебе — уходя, спросил тот. — Матери, отцу, да кому угодно так-то или займись чем-нибудь полезным. В семейной библиотеке полно книг. Расстроившись Хьюго послушно вышел из комнаты. Ему нельзя перечить старшим, иначе его запрут, как и… В прочем, лучше пустой дом, чем надоедающие личности в нём, которые так и норовят тебя воспитать. Куда бы она не пошла, отец всё равно узнает об этом. Но ведь выходные никто не отменял, после тяжелой смены не помешало бы ещё выпить, — размышляла девушка у себя в голове, пытаясь придумать как распорядиться этим остатком дня. Впрочем, она для себя всё давно решила, поэтому вечером двери очередного клуба встречают её распахнутыми объятиями. Стакан за стаканом, алкоголь никак не берет девушку, и она с притворным весельем крутится на танцполе. Пока в клубе не появляется зловонный запах дикарей, им прёт отовсюду. Но один из них ей кажется знакомым, в человеческой форме трудно их различать и Эшли начинает крутить головой в поиске источника вони. У самого входа стоит толпа недотеп, скрывающихся под человеческими масками. «Вот и пожаловало зверье, но меня это не касается…» — думает так Эшли до тех пор, пока глазами не натыкается на знакомую ей морду. Он сидит в дальнем углу барной стойки со стаканом дешевого пива. Он — вчерашняя её проблема. Уверенным шагом, явно привлекая к себе внимание, она идёт в дальний угол, заказывает у бармена стакан виски со льдом и садится рядом. Парень, явно игнорируя все её движения, пьёт со спокойным видом пиво. Тишина. Напряжённая тишина. Им не следовало приходить сегодня в это место. — И для чего же ты села именно сюда. Полно свободных мест — он первым завязал разговор, видимо обстановка напрягала не только Эшли. — Присматриваю за толпой оборванцев, в особенности — за тобой. Вдруг решите что-то вытворить — крутя рокс в руке, ответила Эш. — Я думал, что мы пожали руки. Разве этого мало, Рыжая? Или я тебе понравился? — с надменностью ответил парень. — Вы — дикари, не держите обещаний. И даже не думай, что такой зловонный лис мог бы мне понравится. — Я не дикарь. Калеб.– пробормотал Калеб в свой стакан с пивом. Эшли окинула парня вопросительным взглядом — И зачем ты мне представляешься? — Тебя не учили представляться в ответ? Этикет, все дела. — пожав плечами, упрекнул Калеб. — Отвечаешь вопросом на вопрос. И явно не тебе говорить об этикете, дикарь. Я не. — возмутившись, рыжеволосая хотела продолжить, как он перебил её — Калеб. Будь добра. — Эшли — сдавшись ответила та. — Не думай, что я рада «знакомству». Так, зачем ты представился? — Ты знаешь моё имя, разве это не повод больше верить в наш уговор? Захотела, нашла и убила, если не сдержу. всё просто. — А почему тебя это так задело, трусливый лис? — с долей язвы спросила Эш. — А почему ты задаешь так много вопросов дикарю? — передразнил её Калеб. Всё было достаточно спокойно. Спокойно. Хах, ровно до того момента, пока из туалета неподалеку от барной стойки не выбежала девушка с окровавленной рукой. Дикари. — Черт, мои выходные, любишь же ты их портить, Калеб. — С недовольством выдала Эшли, сорвавшись с места и растворившись в шумящей толпе. — Я? — Калеб, допив свой стакан, спешно удалился из клуба. Время перевалило на новый день. И это значит лишь одно, выходной подошел к концу. Ей ничего не мешает устранить зачинщика происшествия. Спустя мгновение уже тащит подальше от глаз за шкурку побитого дикаря, молящего о втором шансе, что он исправится, не будет пожирать людишек. Он, извиваясь по сырой земле, как червяк, продолжает истошно вопить о пощаде. Жаль, что все его крики не более чем ложь. По темному заброшенному парку раздавались эхом жуткие вопли. Непонятно, точно ли жертва укушенная девушка или этот дикарь, которому отрывают хвост, ломают конечности одну за другой, вырывают клыки. Обычно, охотница расправляется с жертвами быстро и безболезненно, не желая возиться с такой грязью, но сейчас, с удовольствием вспоров бедняге худое брюхо, распотрошила ему внутренности. — Что на тебя нашло? Он чем-то тебя обидел? Не думал, что ты станешь трогать эту гниль дольше секунды. — раздался томный голос за спиной девушки. Это был её напарник Оливер из отдела охотников, статный и сильный лис с белым как снег мехом и янтарными глазами, он был ненамного младше Эшли и девушка оставляла за собой право дразнить его малявкой. — Да, Оли, ты прав, но не совсем. — отозвалась Эш, закинув полумертвого дикаря в круг пламени — Пускай будет им всем уроком, жаль, что кости не горят — Эш, сообщив в отдел быстрого реагирования, осталась дожидаться коллег для зачистки вместе с Оливером. За её спиной пылали высокие языки пламени, разносящиеся ветром, они отражались в глазах напарника, но были ли тут они одни? — Ты чувствуешь эту вонь — спросил Оливер, оглядываясь по сторонам. Вместе с порывом ветра она почуяла всё тот же запах, преследующий её с самого бара, в дальних кустах промелькнул отблеск глаз от пламени. — Учти этот урок, Калеб, с тобой будет так же — прошептала Эшли губами, выделяя его имя, как тут же пара глаз и запах растворились в ночном мраке. — Как я и думала — усмехнулась девушка, потирая руки после проделанной работы — А у тебя отменный нюх, Оливка. — Эй, кому ты это вообще сказала? Что за Калеб? — смутился её напарник, продолжая глазами искать невидимого собеседника — Если тебя под 320 лет начали мучить галлюцинации, то ты скажи, мы поможем такой бабуле с её шизофренией.– Ол сделал паузу, многозадачно посмотрев на рыжую Так кому это было адресовано? — Почему спрашиваешь… Ревнуешь что ли? — усмехнулась Эш, сближая дистанцию между ними, она заглянула в его глаза, распахнутые от смущения — Не переживай, ВАМ двоим точно ничего не светит. — Она похлопала Оливера по плечу — Ну, а мне пора, до встречи, Оливка! — Эш, сделала пару шагов назад перед прыжком, помахала напарнику и взмыла вверх. — Да с чего бы мне… — Оливер не успел закончить, как девушка скрылась за густыми деревьями. Прыжок за прыжком, Эш обогнула никогда не засыпающий и яркий район их городка, и направилась к одиноко стоящему старому особняку с белыми колоннами. Ночные прогулки всегда впечатляли её, приятный холодный ветер, играющий её рыжими волосами, мрачная тишина, в которой хотелось раствориться. Ради этого она даже была готова выслушивать нотации отца о порядочности, долге и прочих нудных делах. Она перескочила высокую ограду с пиками, отделявшую особняк от города. Обычно, в выходной, она идёт через зелёную аллею к своему балкону на втором этаже и заходит через окно, не привлекая лишнего внимания. Сегодня она решила идти через гостиную, чтобы похвастаться своими успехами за день, который только начался. Деятельность охотников начинается ближе под утро, когда ночные стражи порядка уходят на отдых. И для неё было удивлением застать отца в гостиной поздней ночью, причём не одного. В ряд стояло 10 незнакомых лисиц, которых отец о чём-то расспрашивал. Они были не из охотников, и не из ночных стражей. Она внимательно осмотрелась, прежде чем пройти в дом. Как только Эш прошла к отцу, все уставились на неё. — Отец, что-то случилось? Так поздно, да ты ещё и гостей пригласил — поинтересовалась рыжая, подходя к отцу. — Это не гости, Эшлин, — он выдержал паузу, делая шаг на встречу дочери — ты же знаешь, что дела с Обществом в последнее время накаляются. Поэтому я отобрал кандидатов для… — Господин Моу не успел закончить, как она его перебила. — для замужества? — выпалила ошарашенная Эшли, пятясь назад и оглядывая кандидатов, среди них были статные лисы, даже две девушки лисицы и. Черт возьми, Калеб? — пронеслось у неё в голове, она удивлённо посмотрела на дикаря, тот в свою очередь выглядел совершенно спокойно. Как он успел проникнуть в Её дом, если пару часов назад был вместе с компанией тварей. — Эшлин, дослушай сначала, не неси чушь. Стал бы я искать тебе кого-то, это твоя забота и забота твоей матери. Меня лишь интересует твоя безопасность. Из-за контракта против людей общества ты никак не сможешь …— Господин прервался, обратив внимание на то, как они переглядываются с одним из лисов — ты не сможешь противостоять обществу, если они захотят от тебя избавиться. И у этих лисов нет меток общества, я всех проверил и даю тебе право выбрать себе охранника. — Но отец, я сама могу себя защитить, даже против общества. — Эш хотела возразить и дальше, как увидела тот самый взгляд отца, холодный, жестокий и полный ненависти. По телу прошелся холодок, и оно покрылось мурашками. Такой она видела в последний раз перед тем, как её кинули в сырой, маленький подвал под сараем, когда Эшли было всего около ста лет. На протяжении пяти месяцев она не видела ни людей, ни солнечного света, питалась тем, что ей скидывали сверху. Для свободолюбивой молодой лисицы это было худшее наказание. Взгляд отца означал лишь одно — смириться и выбрать. — Знаешь, я тут хорошо подумала — лисица натянула неестественную улыбку, скрывая чувство страха, ведь нельзя показывать другим, что чувствуешь на самом деле. Именно так её учили с самого детства. — Думаю, мой дорогой отец несомненно прав, нужен охранник — она с притворным весельем повернулась к 9 незнакомым лисам, ну и к подставному. Окинула их взглядом. Из всех ей был знаком лишь Калеб, который всё это время неподвижно стоял и смотрел на огромный портрет семьи Моушенс, висящий на стене. На удивление от него сегодня не разило мертвечиной, он был причесан и одет как настоящий аристократ. –«Интересно, отец всех кандидатов выбирал так тщательно, если сюда попал самозванец?» — в голове у неё пронеслась пара идей. — Отец, а расскажи мне вот об этом, одет конечно неряшливо, но на вид крепкий — Эшли указала пальцем на Калеба и подошла к нему поближе, откровенно сверля его взглядом. Парень все так же непоколебимо стоял, ответив на приглашение посоревноваться в гляделки. — Мне кажется с ним что-то не так, разве ты не чувствуешь? — лисица перевела взгляд с Калеба на отца и обратно, и уловила нотки напряжения во взгляде дикаря. — И что же не так? На вид обычный. Тебе что-то известно? — с ноткой скуки спросил её отец, ему явно не было дела до того, кого выберет дочь. То ли он ей настолько доверяет, то ли хочет по быстрее отделаться от всего происходящего. Прошло ровно пять часов с того момента, как Эшли пересекла порог дома. За это время она успела замучить семерых кандидатов из десяти, надеясь, что отец просто выставит оставшихся за порог и не приставит к ней няньку на побегушках. Среди вытерпевших остался высокий и симпатичный, но не очень сильный арктический лис, красивая, более менее устойчивая лисица-крестовка и Калеб. Непонятно как после испытаний он остался непоколебим, так и не раскрыв свою сущность. Крестовка вилась между двумя симпатичными парнями, переступая с ноги на ногу. От неё нельзя ожидать чего-то хорошего. Эш обвела всех троих взглядом. — Эй, шатен — обращаясь к Калебу, спросила Эшли — как тебе это удается? — её интересовало то, как дикарь использует столько сил и не раскрывает свой вонючий запах. — О чем Вы, мисс? — с вежливостью ответил Калеб, у него дернулась левая часть щеки, образуя ямочку. — Боже, это была попытка улыбнуться? Больше похоже на то, что тебя хватил паралич. Скорую? Может уже сдашься? — Последняя фраза смутила всех присутствующих. С улицы через окно уже пробивались рассветные лучи, освещая всю комнату. — А ваш отец сдался, создавая организацию охотников столетиями? — он окинул взглядом присутствующих, и продолжил плести свою паутину — Я лишь хочу быть ближе к кумиру. И Вы, признаюсь честно, способ это сделать. Разве не честь защищать дочку кумира? — он развел руками в стороны, показывая что открыт и ничего не скрывает. Высокий Лис с белоснежным мехом долго наблюдал за происходящим, и уловил обстановку между этими двумя. — Меня зовут Карлайл. — начал он — Может, Мисс хорошо подумает, прежде чем продолжать слушать такие бредни. Я уверен, что вы очень умная и рассудительная. Только посмотрите на него и его манеры. — высказался молчаливый снежок. Он показался ей достаточно сообразительным — «думают, что участвуют в дебатах» — про себя подумала рыжая. Крестовка представилась ей не особо активной и интересной личностью. А Калеб вообще дикарь. Хоть изначально она и не планировала выбирать, хотев, чтобы все отсеялись самостоятельно. Но трое выскочек до сих пор стоят после пройденных унижений. За эти пять часов Эшли успела пошвырять всех по гостиной, поджечь каждому шубку, облить холодной водой. Всё это она делала ради забавы, а они, как последние изгои позволяли это делать. Самым симпатичным и приемлемым вариантом из трёх ей показался Карлайл. Тот и глазом не повел, что как-то унижен происходящим. Калебу с каждым часом всё тяжелее удавалось скрывать себя и своё отношение к происходящему. — «На что надеялся этот дикарь» — подумала Эш, окинув его презрительным взглядом. Вот только одно её смущало — запах, стоявший в гостиной. — Можешь не пытаться. На лесть в нашей семье не ведутся. Отец особенно. — прервала дебаты Эшли, устав слушать ложь. — Отец, я решила, давай оставим этого. — она указала пальцем на парня.