Редакция

      – Мне ничего не нужно, и я тебе ничего не должен, – торопливо проговорил Рэнди в телефон, едва заслышав в оном голос Паука.       – Я по другому поводу, – отозвался наркоторговец. – Насколько я помню, ты теперь главный редактор какого-то глянцевого журнала. Устрой меня к себе на работу.       Эльф с трудом удержался от киношного вопля: «Не-е-ет!», ибо с раннего утра он уже испытал несколько неурядиц, и звонок Паука только утяжелил эту копилку. Сначала отказался заводиться «Фаэтон», а так как Рэнди спешил на работу, то не стал даже открывать капот и смотреть, что там сломалось (и там ли), поэтому вызвал эвакуатор и договорился с автосервисом насчет починки машины, заодно пора и ТО проходить.       До редакции эльфу пришлось добираться на метро, куда он не заходил довольно давно. На такси наличности не хватило – основная сумма находилась на банковской карточке, которую главный редактор благополучно забыл дома. Метро встретило Рэнди толпами – огромным толпами! – и недовольными физиономиями бодрствующих и блаженными лицами спящих, чуть ли калачиком свернувшихся на сидениях электрички. Зажатый между двумя дородными женщинами главный редактор был вынужден слушать их активный щебет о предстоящем походе в спа-салон. Эльф рискнул достать из кармана телефон и наушники, однако его слабое шевеление тут же было замечено, и одна из женщин рявкнула:       – Стой ровно! Все ноги мне отдавил!       Рэнди благоразумно замер, а тетки продолжили беседу.       В офис главный редактор опоздал на час. Шалли на рабочем месте не было, остальные зависали на кухне: их голоса доносились из коридора, но из кухни обзор на вестибюль полностью не открывался. Эльф оглянулся на кабинет Метинды. Оттуда никто не выскочил с криком: «Ага! Главный редактор опоздал! А ну-ка, пишите объяснительную!». Поэтому Рэнди шустро заскочил к себе, включил компьютер и немного расслабился после весьма зрелищного начала утра. Но звонок Паука показал, что шоу должно продолжаться. А впереди целый рабочий день – какие еще пакости он готовит для главного редактора «Mix life»?       – Ты с ума сошел! – воскликнул Рэнди. – Какая, к черту, работа?!       – Ну а что? – спокойно сказал Паук, будто речь шла о его привычном ремесле наркоторговца.       – Тебе, что, денег не хватает? Бизнес-то весьма прибыльный.       – Думаешь, я от хорошей жизни подался наркотой промышлять? – непритворно вздохнул мужчина.       Насколько Рэнди знал, до драгдилерства Паук был владельцем несколько строительных организаций. Но после экономического кризиса кредиторы потребовали возврата денег, и Пауку пришлось продавать свои конторы одну за другой. Торговлей наркотиками ему предложили заняться его приятели – криминальные авторитеты, с которыми Паук всегда водил дружбу.       – Но почему ты обратился именно ко мне? – спросил эльф. – У тебя же знакомых полно, как блох на собаке.       – Видишь ли, – хитро начал Паук. – Ты из них самый порядочный и…       Дифирамбы в свой адрес Рэнди слушать не хотел, вспомнив собственное пребывание в «Трассе» в далеко не порядочном виде. А Паук разливался соловьем о достоинствах эльфа: и какой он умный, и щедрый (главный редактор подумал о том, сколько его денег осело в баре и кармане Паука), и культурный («Особенно, когда пьяный и под кайфом», – мрачно не согласился с болтовней Рэнди).       – И когда мне прийти на собеседование? – поинтересовался Паук.       Эльф вскинул брови от такого бесцеремонного вопроса:       – Никогда!       – А если я скажу, что завязал с наркотой?       – То я тебе не поверю.       – Не верь, но это так. Менты на днях загребли моего курьера и сразу же начали рыть, откуда ноги растут. Еще неделька расследования, и они выйдут на Драного Кота, а он верняк меня сдаст, как на духу. Чего, ясное дело, не хотелось бы.       – Что же у тебя такие друзья ненадежные? – съязвил Рэнди.       – Надежные уже срок мотают. Приходится всякой шушере доверяться. А если я где-нибудь пристроюсь, попробую строительный бизнес наладить, то и хрен подкопаешься. Да и помогут мне, в том числе и ты.       – Извини, но я вынужден тебе отказать, – решительно сказал главный редактор. – Не хватало еще, чтобы сюда приехала полиция и повязала тебя на глазах всего журнала. А меня увезут за компанию: я же тебя в редакцию устроил.       – Во-от! – торжествующе протянул Паук. – Ты уже говоришь, что я у вас работаю!       – Это был пример!       – Слова, как и мысли, материальны, поэтому не кобенься, а свистни своему начальству насчет нового сотрудника. Я, кстати, в свое время в школьную газету статейки писал, так что вполне грамотен. А стоит пролистать несколько городских журналов, так сразу и въеду, какую ересь сейчас в СМИ печатают. А какие у вас есть вакансии?       Рэнди задумался. «Mix life» требовался менеджер по продажам и журналист по рекламе пригодился бы, а еще при входе в бизнес-центр висело объявление, что оному нужен охранник. Но брать на работу известного в определенных кругах торговца наркотиками?.. А если в редакции кто-то тоже обращался к Пауку за товаром, то тогда наступит, по выражению того же наркоторговца, «палево конкретное».       – Ты поговори с начальством, ладно? – снова попросил мужчина.       – Решил залечь на дно в моем журнале…       – Да работа мне нужна! Сейчас кормиться не с чего, я же сказал. Пасут всю нашу братию. Даже не буду тебе обещать денег за мое устройство в вашу контору – предложить нечего, я практически на мели. Ну так что?       – Я подумаю, – нехотя ответил Рэнди, лишь бы Паук отвязался. – Но не рассчитывай на положительный ответ.       – Так и знал, что ты понимающий эльф и…       – Все, до свидания, – сухо оборвал треп Паука главный редактор и нажал «отбой».       От разговора с надоедливым наркоторговцем голова, совсем немного нывшая с того момента, как Рэнди проснулся, сильно затрещала, грозясь разойтись по черепным швам. Это еще более-менее приемлемые последствия позавчерашнего кутежа. У людей и нескольких иных рас подобные загулы заканчивались в полиции, больнице и на кладбище. У эльфов организм после болезней и встрясок, подобной той, что учинил над собой главный редактор, восстанавливался быстрее. Страдал, правда, в течение восстановления отменно.       Выпив таблетку анальгина, Рэнди растекся в кресле, стараясь не шевелиться, ибо казалось, что каждое движение вызывает новый приток головной боли.       Через пару минут эльфийский покой нарушил стационарный телефон.       – Да, – тихо отреагировал Рэнди.       – Как хорошо, что вы на месте! – воскликнула Шалли, провоцируя внеочередную порцию треска в мозгах. – Метинда Завировна велела вам передать, что ждет вас в зале заседаний в течение получаса.       – Я буду, – глупо ответил эльф, как будто могло быть иначе.       Эх, все-таки секретарша засекла, что Рэнди явился позже, чем надо, и явно сообщила начальнице. Значит, объяснительной не избежать.

***

      Главного редактора помимо друидки поджидали распечатанные снимки Талеанэль, которые накануне эльф и Лида выбрали в кафе. Один пойдет на обложку, остальные, если Метинда сочтет их удачными – в наполнение журнала, как тематическая или не очень фотосессия.       – Здравствуйте, – проговорил Рэнди, ощущая, что зал заседаний плывет перед глазами. Главный редактор моргнул, и картинка встала на место. Сегодня бы отлежаться, выспаться и вылечить мигрень, а не обсуждать новый номер. Но вчера эльф чувствовал себя гораздо лучше и опрометчиво понадеялся, что понедельник не будет днем тяжелым, в чем сильно ошибся.       – Доброе утро. Вы опоздали в редакцию, верно? – Метинда подняла глаза от фотографий на главного редактора.       – Верно. Я напишу объяснительную.       – Не надо. Эта мера не особо воспитательная. Отработайте в ближайшие дни то время, на которое задержались.       – Хорошо, – не в силах больше стоять, Рэнди без приглашения сел за стол.       – Вам плохо? – с легким беспокойством спросила Метинда.       Эльф решил выложить почти все как есть, из-за головной боли не соображая, что бы пристойного соврать относительно своего плачевного внешнего и такого же внутреннего состояния. У Рэнди утром до того было расфокусировано внимание, что он оделся в первые попавшиеся штаны, футболку и кроссовки. А когда в прихожей обнаружил, что футболка выцветшая, соответственно, домашняя, то схватил с вешалки тоже видавшую виды ветровку и вышел из дома так, будто собрался на копание картошки в колхоз.       – В субботу я перебрал, в воскресенье отходил и писал статью. Так что да: мне плохо.       – Отпустить вас домой?       – Нет. Я буду работать.       – Ну смотрите. Берите, если нужно, – начальница указала на маленькую бутылку воды, стоявшую на столе в окружении товарок, для жаждущих участников совещаний.       Рэнди поблагодарил и отвинтил крышку – сушняк был дикий, в горло будто насыпали половину пустыни Сахара.       – Очень красивая модель, – сказала Метинда, держа снимок, где Талеанэль была одета в платье винного цвета. Она пришла в редакцию на неожиданную для нее фотосессию в будничных рубашке и юбке, в чем Лида ее сфотографировала. А затем Лейла подобрала в миникостюмерной бордовое платье и зеленый костюм – разумеется, все чистое и отглаженное. Лида сделала снимки Талеанэль и в этих нарядах. Вчера фотограф и Рэнди сошлись во мнении, что на обложку надо брать именно образ в «винном» платье.       – Лидия сообщила мне свою рекомендацию насчет обложки, – продолжила начальница. – Кстати, на всех фото контровый свет выставлен прекрасно. Лидия – молодец.       – Я считаю так же, – кивнул Рэнди, после нескольких глотков живительной воды чувствуя себя настолько лучше, что отметил знание друидки терминов выставления освещения. Сам-то он пока не особо соображал в искусстве фотографирования.       – Из какого модельного агентства эта девушка? Мы бы с ней еще посотрудничали.       – Она не из агентства, – промямлил эльф, прямо-таки слыша, как его глупость с шорканьем лопатой вышвыривает землю из могилы, которую Рэнди себе начал выкапывать в пятницу. Нужно срочно, как только он оклемается, прочитать множество источников об обязанностях главного редактора!       – Частница? Тогда заключим с ней договор.       Рэнди молчал. Метинда выжидающе на него смотрела, и тот выдал очередное чистосердечное признание:       – Я не нашел профессиональную модель и пригласил… непрофессиональную. И не модель… Это… моя бывшая жена.       – Вот как, – ровно произнесла друида, и Рэнди был уверен, что она в мыслях костерит его, называя чудаком на букву «м».       – Я ни в коем случае не воспользовался своей должностью, чтобы брать на обложку свою… знакомую, – поспешил оправдаться главный редактор, ибо его фортель выглядел как натуральный блат.       – А почему вы меня не предупредили, что у вас проблемы с поиском модели? Решение таких вопросов не только в вашей компетенции, Рэнди. Вы взвалили на себя слишком много. А нужно было разделить ношу, – добавила Метинда столько же спокойно, но эльфу показалось, что тон ее чуть смягчился. – Я понимаю, что вы новичок на этой должности и с вами никто не поделился опытом. И все же со всеми затруднениями обращайтесь ко мне. Хоть я тоже в редакции новенькая, я все-таки ее руководитель.       – Да, я понял, Метинда Завировна.       – Тогда узнайте у Лидии, сколько часов она работала с…       – Талеанэль.       – И сообщите мне время, затраченное на фотосессию. А у самой Талеанэль спросите ее банковские реквизиты. Составим разовый договор и выплатим ей гонорар безналом. Но оплата будет как модели без опыта работы. И передайте вашей бывшей супруге спасибо за помощь.       – Хорошо, – отозвался Рэнди, откладывая рытье могилы на неопределенный срок. Все разрулилось. Вот бы и дальше обойтись минимумом косяков.       – Этот снимок на обложку, – Метинда указала на «винный» образ. – Остальные идут внутрь журнала. Вы можете идти работать.       Эльф удержался от желания сгрести все бутылки и забрать их с собой. Хотя дойти до магазина и затариться несколькими литрами воды он вроде бы в состоянии.       У самых дверей зала заседаний главный редактор кое-что вспомнил:       – Метинда Завировна, как вам статьи?       – У выпускающего неплохая, – ответила друидка, не отрывая взгляда от телефона, в котором что-то писала.       – А моя?       – Сильно. Очень.       По пути к своему кабинету Рэнди улыбался. Он считал, что статья действительно удалась. А вот какой она покажется начальнице, которую главный редактор старательно доводил несколько минувших рабочих дней, он представлял по-разному. Избитой, нарочито нравоучительной, псевдопсихологической, а и то бредом, напечатанном им в полубольном самочувствии…       Метинда же не помнила старые обиды и поставила статье высший балл. Либо помнила, но обратила внимание на профессионализм подчиненного, а не на его поведение.

***

      – Вышел, – кратко сообщила Татьяна, глядя из кухонного закутка на двери зала совещаний.       Без пояснений остальные участницы гадюшника поняли, о ком речь. Таким неприязненным тоном сотрудница спортивного раздела журнала говорила только о Рэнди.       Рыжеволосая девушка той же расы, что и новый главред, подняла чашку к губам, скрывая печальный вздох за глотком кофе. Миравэлла стала чаще мучиться своим положением «то за белых, то за красных»: несправедливое отношение Татьяны к Рэнди коробило сотрудницу рекламного отдела все больше и больше.       – Пойду работать, – Миравэлла помыла чашку и поставила на сушилку.       – Да посиди, – милостиво произнесла Татьяна, словно была добрым главным редактором, разрешившим подчиненной еще немного пофилонить.       – Нет.       – Хм-м… – Татьяна скрестила руки на груди. Рыжая остроухая побаивается своего сородича, едва тот пришел к власти? Или у нее и правда много дел?.. Мысль, что Миравэлла была на полпути к уходу из гадюшника, Татьяну даже не посещала.       – Что? – удивилась Шалли, стоявшая у выхода из кухни, чтобы ее секретарский пост попадал в поле зрения.       – Думаю, – ответила Татьяна.       – И о чем думаешь? – спросила вторая дриада – Алита, опять носившая природные кудряшки. Выпрямитель ее разочаровал. А учиться им правильно пользоваться ей было неохота. Алита по глупости, тоже природной, полагала, что умение приходит сразу.       – О повышении, – Татьяна сверлила взглядом закрывшуюся дверь кабинета главного редактора, будто хотела продырявить в ней глазок.       Дриады пожали плечами, но больше вопросов не задавали, чтобы не нарваться на гнев их сосредоточенной предводительницы.

***

      – Талеан, привет! Тебе удобно сейчас разговаривать? – неспроста уточнил Рэнди, ибо бывшая жена, хоть и взявшая трубку, могла быть занята. Талеанэль работала в магазине парфюмерии и делала это отлично, полностью отдаваясь обслуживанию клиента. Рэнди считал, что это являлось ее призванием: она почти сразу подбирала покупателям именно «их» аромат.       – Привет. Перезвоню в ближайшее время.       Главный редактор, более-менее оживший от анальгина, прохладной водички и нетормошения его страдающей персоны другими сотрудниками, откинулся на спинку кресла. Он знал, что Талеанэль пробивает чек на купленный парфюм, упаковывает его в фирменный пакет и прощается с покупателем, искренне желая ему всего хорошего. В течение их супружеской жизни Рэнди часто заезжал за Талеанэль и наблюдал за ее работой. А она из парфюмерии обожает «Зеленый чай» от Elizabeth Arden…       – Рэнди, я освободилась на пять минут. Что такое?       Пересказав Талеанэль разговор с Метиндой насчет оплаты ее фотосессии, главный редактор попросил выслать ему на электронку банковские реквизиты.       – Ух ты, как неожиданно, – произнесла Талеанэль. – Как только смогу – все тебе отправлю.       – А вечером, если можно, завезу тебе договор на подпись. Завтра деньги будут на твоем счете.       Рэнди всегда перед посещением бывшей жены спрашивал, уместен ли его визит. Это было данью вежливости и больше ничем. В последнем эльф себя усердно убеждал, пряча глубоко в душе опасение, что Талеанэль может привести другого мужчину. Не только в некогда общее их с Рэнди жилье, а к Элианиру. Он, конечно, никогда, ни на кого и ни за что не променяет своего отца. И все-таки Рэнди было бы неприятно видеть рядом с сыном возможного кавалера Талеанэль.       – Ах, черт! – спохватился главный редактор. – Я же временно безлошадный. Значит, бумаги привезет наш курьер.       – Хорошо. Я буду дома с семи часов. Мне пора. Пока!       – Пока!       Рэнди показалось, что Талеанель произнесла крайнюю фразу огорченно. Наверно, собиралась спросить что-то еще: например, почему он без машины или когда выйдет журнал с ее фото. Но Талеанэль звала любимая работа, которая уж точно была поважнее бывшего мужа.

***

      – Ром, извини, сегодня я тебя до дома не подкину: машина сломалась, – сообщил Рэнди, придя в типографию. Гном нашелся в сильно гудящем от станков помещении, и главному редактору пришлось жестами попросить друга отойти подальше от источников шума.       Если Ромальт и Рэнди уходили из бизнес-центра примерно в одинаковые часы, то эльф подвозил приятеля либо до дома, либо до автобусной остановки. Каждый вечер такого не происходило, ибо помимо печати журнала «Mix life», типография брала заказы от других контор, изготавливая визитки, календари, буклеты и прочую полиграфию. И когда заказов было много, то сотрудники трудились всю ночь.       – А я, скорее всего, тут до утра проторчу, – вздохнул Ромальт. – У нас буквально десять минут назад выяснилось, что менеджер проворонил заказ, который надо было сделать вчера. Он вымолил у клиента отсрочку на сутки. Вот за них нам нужно напечатать нынешнее и леший знает сколько – я аж смотреть бумаги боюсь – воблеров.       – Это разве не приманка для рыбы?       – И приманка такая есть, и вот эдакая рекламная штука, – гном взял со стола за прозрачную полоску ламинированный круг диаметром с горлышко трехлитровой банки*.       – А, видел подобные.       – Тебя, чего, ограбили? – отступил на шаг Ромальт, дабы убедиться, что его глаза видят Рэнди, одетого не в своем стиле. Мало того, в очень простецком стиле, граничащим с обликом под названием «зажиточный бомж». – Или ты опять в «Трассу» намылился? – резко посуровел гном.       – Нет! – воскликнул эльф едва ли не громче станков. – У меня хорошо, Ром. Не волнуйся.       – Да уж не могу не волноваться. А не тянет?       – В бар?       – Ну типа. Выпить или покурить, – типографщик тактично умолчал о наркотиках.       – Вообще нет. Меня тошнит при одном упоминании всего этого.       – А чем же ты похмелялся? Пивом? Айраном? Кефирчиком?       – Черным чаем с лимоном дома и водой на работе.       – И как? Помогло? – жадно полюбопытствовал Ромальт, гадая, пойдет ли гномьей братии такое лекарство, на первый взгляд, слабенькое.       – Ну если я на работе и нахожусь в вертикальном положении – значит, помогло, – улыбнулся главный редактор.       А ведь действительно ему значительно полегчало. Какое счастье, что он родился эльфом!