hot nights in the camp

Маше, впервые за столько времени, грустно: тоска окутывает её неожиданно и крепко, когтями цепляясь за нутро, вырывая остатки самообладания и дичайший рёв несётся меж подростками, сейчас кружащимися под светом софитов. Хорошо, что девушка вовремя ушла, и сейчас, с ногами забравшись на диван, навзрыд пускает десятки кристаллических слёз, что на её миловидном лице собираются лужицами, размывая угольную тушь. Из ниоткуда появляется очаровательная знакомая фигурка, и Машенька осознает, что она направляется к ней. Машинально руки тянутся стереть все солёные капельки, тем самым размазывая макияж ещё хуже. И, вроде, всё даже получается, но Света всё равно замечает, в момент становясь обеспокоенной и встревоженной: – Эй, что случилось? Можно присесть? – Света получает еле-заметный кивок, и садится рядом. – Я схожу с ума, Свет. – Романова шумно выдыхает и кусает пухлые губы. – Ёбнуться.. можно немного конкретики? – Токарова грустно улыбается, и запускает руку в волосы новой знакомой, – Ты не против? Маша игнорирует последний вопрос, начиная повествование. И вся её боль здесь. Она искренне не понимает, почему говорит всё это, но чёртовы слова словно сами идут из неё, без возможности остановиться. Хотя, в глубине души она осознает – ей не нужно это: впервые за столько времени она заслуживает быть услышанной, даже если это и рандомная, до боли красивая, девочка из лагеря. Не может так продолжаться всю жизнь. Не может она, такая умная и талантливая, всю свою сознательную жизнь топиться в бассейне неуверенности и тревожности, что съедает её даже в чёртовых снах. Боль от рассказанного становится слишком осязаемой, и да, она пронизывает её тело насквозь. Маша чувствует. Знает, каково это. – Пиздец.. – Света тихо выдыхает, и закрывает рот руками в щемящем душу изумлении и прижимает знакомую к себе, – Просто ахуеть можно.. – Маша заразительно смеётся и вытирает капли слёз рукавом, не до конца понимая: почему она плачет вообще? – Спасибо, что выслушала. Это важно для меня, – Романова хоть и слабо обнимает в ответ, но голову кладёт на чужое плечо, что мелко подрагивает. – Я всегда рядом, как бы то ни звучало. Мы не знакомы так много, но.. кого это волнует? – момент словно утекает из рук Светы, и она понимает, что сказала немного не то, что хотела. Маша, кстати, понимает то же самое.