Радости готовки

       Что же было самым странным в том, что Санджи купил справочник по однополому сексу? Пожалуй, то, что он сделал это ради записанных внутри рецептов.        Впервые он увидел Книгу в каюте для персонала в «Баратье». Запах свежей краски уже почти выветрился с корабля-ресторана, и чёртов паршивый старикан поскрёб по днищам парочки бочек и откопал откуда-то несколько людей, согласившихся им помочь. В одной из общих залов у стены стоял книжный шкаф — назвать его библиотекой язык не поворачивался. И всё же, в нём можно было отыскать некую подборку романов, рыбных энциклопедий и тому подобные штуки. Большинство полок занимали кулинарные книги. Боевые повара «Баратье» обожали кулинарные книги, — каждый из них — и крошечная коллекция постоянно пополнялась. У страниц с интересными блюдами загибали уголки, поля усеивали примечания, яростно критикующие рецепты и предлагающие различные изменения. Большинство — написанные с ошибками. У части заметок появлялась своя критика — вторым столбиком. В некоторые книги пришпиливали дополнительные страницы — такие горячие споры разгорались на полях. В море все развлекались, как могли.        Санджи прочёл их все, и когда на верхней полке появилась новая книжка, он сразу же её заметил. Ярко-жёлтая с простым названием — «Радости готовки». Понять, что скрывалось внутри, по такому нельзя, но Санджи хватило и этого. Он пододвинул к шкафу стул, забрался на него, протянул руку…        …и в тот же момент Патти ринулся ему наперерез с яростным «Нееееет!», стащил его со стула и вырвал из рук книгу.        — Какого хрена, ты, идиота кусок? — заверещал Санджи, поднимаясь с пола и поглаживая набухающую на голове шишку.        Патти спрятал книжку за спиной.        — Эм. Премного извиняюсь, мелочь. Но эту ты прочесть не сможешь, — произнёс Патти.        — Ещё как смогу! — выдохнул Санджи. — Я очень хорошо умею читать! Отдай!        Он нырнул за спину Патти, намереваясь выхватить свой приз, но книжка проплыла у него над головой и оказалась в руках у Карне.        — Что она тут делает?! — громким шёпотом прошипел Карне. — Ей место в Загашнике!        — Каком загашнике?        — Хммм? Ухи протри, щенок! Я сказал, место ей… с за... варным! Заварным кремом то бишь! Шеф-повар хотел попробовать приготовить крем по здешнему рецепту!        — Так дайте мне на него посмотреть!        — Неееет, я лучше отнесу эту книжку ему прямо сейчас!        Санджи снова бросился вперёд, а Патти с Карне ещё минут пять играли в игру «передай другому», перебрасывая книжку так, чтобы ребёнок до неё дотянуться не смог. Когда в дверном проёме появился Зефф, — наверняка примчавшийся на крики и треск мебели — Санджи покраснел от натуги и готов был заплакать.        — Какого хрена тут творится? — прорычал Зефф.        Работники его застыли. Санджи тяжело дышал и едва сдерживал крики.        — Они не дают мне прочесть эту паршивую книжку! — запищал он. — Я! Хочу! Посмотреть! На рецепт! Заварного крема!        Зефф окинул комнату сердитым взглядом.        — Следи за своим поганым языком, Баклажанчик. Что не так с книжкой, придурки?        Патти и Карне синхронно съёжились и протянули Зеффу предмет спора.        — А, что ж, она немного. Эхем. Пикантна.        Зефф посмотрел на обложку и поднял на поваров испепеляющий взгляд.        — Место ей в Загашнике!        — ДА ЧТО ЗА ЗАГАШНИК?! — завыл Санджи, а Патти и Карне тут же заверещали, что нет никакого Загашника.        Зефф вздохнул, схватившись за переносицу.        — Забудь о Загашнике, Баклажанчик. Эту книжку тебе читать нельзя. Она для взрослых.        И десятилетний Санджи — достаточно взрослый для того, чтобы выкуривать по пачке сигарет в неделю — продолжил демонстрировать эту свою взрослость, устроив невиданную доселе истерику.

***

       Обычно Санджи отходил быстро, но не в этот раз. Хренов старикан и эти паршивые поварёшки пытались помешать ему вырасти как кулинару! Прятали от него секретные пикантные рецепты — словно он маленький ребёнок какой! Возможно, они просто завидовали: вдруг он выучится всему гораздо быстрее и станет готовить лучше, чем они. И вместо того, чтобы забыть о случившемся — как все и ожидали — Санджи упёрся метафорическими рогами. Настроение его менялось, словно ветер, но упёртости в нём было, как воды в океане. Прошло уже несколько недель, но Санджи намеревался-таки одолеть старика. Он во что бы то ни стало прочтёт ту книжку.        В конце концов Зефф позвал Санджи в свой замызганный и забитый бумагой закуток, что заменял ему офис, и с силой грохнул на стол жёлтую книжку.        — Держи, паршивец! — проворчал он. — Читай эту вонючую книжонку, хватит уже доставать всех вокруг!        Радостный Санджи стянул книжку со стола и нахмурился. Она оказалась куда тоньше, чем ему казалось, и листы внутри были не склеены, а пришпилены или пришиты друг к другу. Мальчишка с недоверием покосился на шеф-повара, и тот вздохнул.        — Мы её скопировали для тебя на ден-ден-копировальщике на последнем острове. Кое-что ты там просто не поймёшь, слишком юный. Но, на удивление, штука эта неплохо работает как учебник для начинающего. Я убрал оттуда то, что для тебя пока рановато, но рецепты и статьи про кухонные принадлежности оставил. Патти и Карне помогли. Так что забирай пока то, что дают, а через пару лет получишь остальное. Хотя не думаю, что тебе будет так уж интересно… всё остальное там совсем не про еду.        Санджи прижал книжку к груди и закусил нижнюю губу. Не про еду? Что ж. Старикан прав — звучит не особо интересно. Санджи посчитал, что такой компромисс ему подходит: перемирие в обмен на запретные знания.        — Ладно, старик. Попробуем сделать тот заварной крем или как?        И рецепт крема оказался очень даже неплохим.

***

       Санджи вспоминал ту скрепленную кое-как книжонку с нежностью. Рецепты в ней хранились самые обычные, но перемежались самыми язвительными примечаниями из всех, что он только видел. И не только ими: парочка статей рассказывала о том, как правильно подбирать кухонную утварь и как с максимальной пользой организовать рабочее место, а ещё парочка была короткими историями и приписками о поварах с иллюстраций.        Стиль у этих самых иллюстраций, признаться, был довольно странным: будто кто-то взял фотографии настоящих людей, а потом пририсовал что-то сверху. Как то: усы, наброски фартуков и целый набор самых разных рыб и овощей, которых на первоначальных фотографиях точно не было. Этот причудливый стиль надолго запал в память Санджи. К тому же, он не мог припомнить хотя бы одну книгу, в которой было бы столько фотографий поваров: обычно на снимках красовалась еда. В какой-то степени приятно было хоть раз увидеть мужчин за работой — расслабленных, улыбающихся и явно наслаждающихся обществом друг друга. Женщин среди них не нашлось, но Санджи совсем не казалось это странным: в «Баратье» поварих тоже не было.        До полной версии у него руки так и не добрались. За прошедшие годы в библиотеке зала скопилось множество кулинарных книг и собраний рецептов — одна другой интереснее. И когда Санджи наконец обнаружил Загашник, — за картиной с русалкой недалеко от умывальных комнат — его волновали совсем другие вещи. О Книге он тогда и не вспомнил.        Но вспомнил о ней сейчас, когда увидел знакомую обложку в заваленном томами книжном Логтауна. Санджи купил её, не задумываясь: положил в корзину, почувствовав укол ностальгии, сунул сверху несколько книжек о кухне Гранд Лайна, несколько романов и томик с тем, что он до гробовой доски будет называть «искусством». Обнажённые тела — тоже искусство. Стопку припрятанных на дне корзины журналов искусством назвать было уже сложнее, но Санджи знал: в море все развлекались, как могли. Кассира не особо волновал вкус покупателей: он и глазом не моргнул, принимая оплату. Но как следует осмотреть покупки Санджи смог только через несколько дней — после незабываемого пересечения Обратной Горы и самой жуткой погоды, которую он только видел.        Ха. На обложке красовалось жирное пятно — прямо на названии. Странно, но то же пятно было и на старой скопированной версии книжки: часть буквы «т» словно бы оплавилась, превратив «т» в «л», а слово «готовки» в… во что-то другое. Впрочем, какая разница. Обложка не изменилась: улыбающиеся нож и вилка радостно обступали беззаботного петуха с короной на голове — тот совсем не понимал, что его ждала незавидная судьба главного блюда. Санджи улёгся в гамаке поудобнее, распахнул книжку и мгновение спустя с силой запустил её через всю спальную каюту «Гоинг Мерри» — она с глухим стуком ударилась о стену и упала на пол.        — Чоэтбыло? — сонно пробормотал Усопп.        Санджи замер в ужасе: щёки его пылали, руки так и застыли в броске.        — Эм. Книгу уронил, — выдавил он, заторопившись поднять неприятную вещицу до того, как её кто-то увидит.        — Хмф, — заявил Усопп и перевернулся на другой бок.        Вернувшись в гамак и закрыв контрабанду одеялом и собственным телом, Санджи снова открыл книжку и осторожно заглянул внутрь. Это было. Что ж. Для начала это было неправильным обращением с пищевыми продуктами. На иллюстрации мужчина — Джеффри, вспомнил Санджи с лёгкой ноткой истерики, кондитер из Саут Блю, который в свободной время любил покататься на лошади — полулежал на столешнице. Фартука — который присутствовал в версии книжки из детства — на нём определённо не было. Да и в руках он держал совсем не багет.        Какого хрена. Санджи запихал Книгу в самые глубины своего шкафчика и постарался забыть о её существовании.