Судьба

      Проснувшись утром в крепких тёплых объятиях, я зажмурился от удовольствия, когда губы Джеймса не спеша прошлись по плечу. Его возбужденный член упирался в ягодицы и при малейшем движении размазывал по ним выделившуюся смазку. Горячее дыхание приятно щекотало кожу на шее, разгоняя по телу мурашки удовольствия.       — С добрым утром, Солнышко, — с предыханием проговорил Джеймс, просунув руку под колено и, приподняв ногу, вошёл несколькими плавными движениями до конца.       — С до-о-обрым, — протяжным стоном ответил я, утопая в наслаждении от каждого неспешного толчка.       Джеймс оказался не только потрясающим мужчиной, но и великолепным любовником. Горячим, страстным и нежным. Таких у меня ещё не было. Да и не помнил я толком те встречи, что иногда случались с незнакомыми альфами, когда тело неукротимо требовало ласки. Мне казалось, что уже на следующий день я забывал о проведённой с кем-то ночи. Я полностью вычеркивал незнакомца из своей жизни, даже если тот пытался уговорить встречаться. Никто из них не зацепил меня, не вызвал те желания, что возникли после первого свидания с Джеймсом. С ним все было по-другому, даже простой поход в магазин за продуктами становился каким-то особенным. И я, наконец-то, вновь ощутил себя нужным и счастливым.       Моим новым отношениям был рад не только я. Стефан, Лео, а в особенности Майк, казалось, наконец-то вздохнули свободно, поняв, что теперь я был в надёжных заботливых руках и за меня больше не стоило волноваться.       Майк уже через месяц начал планировать мою свадьбу и расспрашивать о том, какие имена я бы хотел дать будущим детям. Пришлось его чуток притормозить, объяснив, что никто не знает, что будет завтра, не то что через полгода.       После того, через что мне пришлось пройти в прошлом, я боялся загадывать на будущее и просто жил одним днем.       — Ты сильно торопишься? — спросил я у Джеймса, приходя в себя у него на груди, после хорошо пробуждающего утреннего секса.       — Если нужно, я задержусь, — ответил он, лениво поглаживая меня по плечу.       — Мы вместе уже три месяца и я хочу тебя кое с кем познакомить, — приподнявшись, заглянул я ему в глаза, — только пообещай, что каким бы странным не показалось тебе это знакомство, ты не станешь думать обо мне… как о сумасшедшем.       — Солнце, что ты такое говоришь, — взволновано проговорил Джеймс, — почему я должен считать тебя сумасшедшим?       — Я все расскажу на месте, — ответил я, поднявшись, и направился в сторону ванной, — давай сначала примем душ.       Быстро прогулявшись с Арчи, я усадил его на заднее сидение автомобиля.       — Ты же не против, если мы поедем на моей? — на всякий случай уточнил я у Джеймса. — Она правда не такая удобная, как твоя.       — Всё нормально, Алекс, — улыбнулся он и перед тем как сесть на пассажирское место, — мне совершенно не важно, на чем мы поедем, хоть на автобусе. Правда, если я на нем поеду один, то непременно заблужусь.       Усмехнувшись его словам, я забрал с крыльца приготовленный букет и передал его Джеймсу.       — Ты же не с родителями меня хочешь познакомить? — чуть взволнованно спросил он.       — А ты боишься моих родителей? — хохотнул я.       — Вовсе нет, просто я не одет для этого, — начал оправдываться Джеймс, чем рассмешил меня ещё сильнее.       — По моему, ты слишком привык к своим костюмам. Почаще выбирайся из дома вот таким — в футболке и джинсах. Таким ты сразу становишься домашним и уютным.       — Правда? — удивился он. — Почему ты не говорил об этом?       — Я думал ты сам уже все понял, — улыбнулся я, — в костюме ты конечно выглядишь солидно, но как-то уж слишком официально.       — Хорошо, учту это, — хохотнул Джеймс и подмигнул мне, — буду брать в офис футболку и джинсы, чтобы переодеться, прежде чем ехать к тебе.       — Не стоит, — ответил на это я, обаятельно улыбнувшись, — я люблю тебя любым.       Остановив автомобиль на стоянке у кладбища, я заметил на лице Джеймса промелькнувшее недоумение.       — Пойдём, — взяв его за руку, я направился в сторону могилы сына.       Арчи, уже зная, как себя следует вести в этом месте, спокойно бежал рядом.       — Это Фрэнки… мой сыночек, — объяснил я, чуть сильнее сжав державшую в руке ладонь, — он умер при родах. Так мне сказали.       Джеймс, застыв, неотрывно смотрел на могилу, а затем, подтянув меня к себе, заключил в тесные объятия.       — Мне очень жаль, Солнышко, — прошептал он, поглаживая меня по спине, — боже, мне очень жаль…       — Спасибо, — всхлипнул я, держась из последних сил, — но… боль уже поутихла, столько лет ведь прошло… Но я не хочу забывать его, понимаешь.       — Понимаю, мой хороший, — поцеловал меня Джеймс в макушку, — я все понимаю.       Сменив цветы и разместившись на подушках, я наконец-то рассказал любимому человеку о своём прошлом. Как бы тяжело мне не было вспоминать, в конце я почувствовал долгожданное облегчение. И то, что Джеймс меня понял, а не посчитал психически нездоровым, придало мне сил и уверенности, что я доверился правильному человеку. Что с ним я действительно смогу обрести долгожданное счастье.       На кладбище, как и обычно, мы провели несколько часов. Я снова рассказывал моему ангелочку, все произошедшее за несколько недель. Джеймс не торопил меня и даже поддержал разговор. Он рассказал о себе и пообещал сынуле, что позаботится обо мне и никогда не допустит, чтобы я снова страдал. Я верил ему всем сердцем, потому что знал, чувствовал, что он не обманет. Не такой он человек, чтобы разбрасываться пустыми обещаниями возле чьей-то могилы.       — Знаешь, ты открылся мне сегодня, доверился, дав понять, что наши отношения это не просто встречи и секс, — прощаясь, сказал Джеймс, — поэтому и я хочу открыться тебе. Но не прямо сейчас. Завтра, я приглашаю тебя на ужин к себе. И тоже хочу кое с кем познакомить. Надеюсь, ты тоже поймёшь, почему я не рассказал тебе о себе всей правды.       — Хорошо, — отчего-то сильно разволновавшись, не совсем уверенно ответил я.       — Тогда, завтра после работы я заеду за вами.       — Арчи поедет с нами? — немного удивился я. — А он точно не помешает?       — Нет конечно, — улыбнулся Джеймс и потрепал Арчи за ухом, — я очень хочу, чтобы он тоже был там.       — Ладно, надо будет кое-что собрать для него, — кивнул я, — чтобы ему не было скучно.       — Поверь, ему не придётся скучать, — усмехнулся он и подмигнул, — до завтра, Солнышко. Люблю тебя.       — Люблю тебя, — прошептал я, оставив на мягких губах короткий поцелуй.       Этой ночью я никак не мог уснуть, ещё больше разволновавшись перед предстоящим ужином. Джеймс впервые позвал меня к себе, да ещё намеревался с кем-то познакомить. Это не только вызывало радость, что между нами было полное доверие друг другу, но и немного пугало. Я даже не стал гадать, кто бы это мог быть, чтобы не накручивать себе всякое.

***

      Кое-как весь на нервах, я отработал свои полдня и поспешил домой, чтобы как следует подготовиться к ужину. Принял душ, уложил волосы, надел тёмные брюки и совершенно новую нарядную блузу. Взглянув на себя в зеркало, я вполне остался собой доволен. Однако нервозность меня не покидала, как бы я не пытался отвлечься.       Услышав звук подъехавшей машины, Я схватил сумку, с прихваченными на всякий случай игрушками и едой для Арчи и спустился вниз.       — Ты сегодня великолепен, — жадно пробежавшись по мне взглядом, сказал Джеймс и, нежно обняв, жарко поцеловал.       — Спасибо, — ответил я, стоило ему отпустить мои губы, — очень хочется произвести хорошее впечатление на того, с кем ты собираешься меня познакомить.       — Уверен, у тебя бы это получилось, даже если бы ты приехал в домашнем халате, — подмигнул Джеймс, выезжая со двора.       Всю дорогу, заметив, что я нервничаю, Джеймс пытался отвлечь меня разговорами о делах фирмы. На мгновение это помогало, но все мои мысли все равно то и дело возвращались к предстоящей встрече.       — Ну что, готов? — остановив автомобиль у входа в дом, погладил меня по руке он.       — Не уверен, — нервно улыбнулся я, и вылез из машины.       Как я и ожидал, дом оказался большим, красивым, построенным в современном стиле. Открыв широкую входную дверь, Джеймс обнял меня за талию и завёл внутрь.       — Папа! — раздался детский голос и из соседней комнаты нам навстречу выбежал маленький омега.       — Это Ли, мой сын, — представил мне мальчика Джеймс и, опустившись перед ним, поцеловал в щеку, — сынок — это Алекс, о котором я тебе рассказывал.       Я, словно впав в ступор и не в силах проронить ни слова, неотрывно смотрел на омегу. Я и предположить не мог, что у Джеймса может оказаться ребёнок. Он часто задерживался в фирме, ночевал у меня, и все что меня тревожило в данный момент — кто присматривал за его сыном.       — Привет, — улыбнулся мне Ли, который был прехорошенький, — ты такой красивый, — добавил он, рассматривая меня, — я хочу быть похожим на тебя, когда вырасту.       — Привет, спасибо — наконец-то отозвался я и легонько обнял мальчика.       Он был таким милым и тёплым и как будто родным. Ли был примерно в том возрасте, в котором был бы сейчас мой малыш. Прижав к себе чуть сильнее худенькое тельце, у меня в голове промелькнула мысль, что это все судьба. Что это она специально свела меня с Джеймсом, который в одиночку воспитывал сына. И теперь я мог помочь ему в этом. И мне очень этого хотелось. Джеймс уже давно был для меня самым дорогим человеком и его маленький сын мгновенно стал для меня родным.       — Ты тоже очень хорошенький, — тихо проговорил я дрогнувшим голосом, погладив омегу по волосам, — и я очень рад познакомиться с тобой.       — Алекс, это мой папа, — представил мне внезапно появившегося пожилого омегу, Джеймс, — он временно живёт с нами, чтобы присматривать за Ли.       — Приятно познакомиться, — протянул мне руку родитель моего любимого, — можешь звать меня просто Ник. Честно сказать, я до последнего не верил, что ты спокойно отнесешься к тому, что у Джеймса есть ребёнок. Но твоя реакция убедила меня в том, что ты действительно хороший парень, как заверял меня сын. Добро пожаловать в семью, — сказав это, Ник заключил меня в мягкие объятия.       От этого действия тепло разлилось по груди и на глазах выступили слезы. В один миг я приобрёл любящую семью, о которой все чаще мечтал в последнее время.       Прожив с Арчи некоторое время, я быстро убедился, что он был очень умным псом. Пока мы знакомились друг с другом, он тихо сидел позади меня, терпеливо ожидая, когда наступит его очередь.       — Познакомься — это Арчи и он очень ждал встречи с тобой, — взяв за ошейник, подвёл я четвероногого друга к Ли.       — Какой хорошенький, — со счастливой улыбкой погладил он Арчи и хихикнул, когда тот в ответ лизнул его руку, — я так давно просил папу купить собаку.       — Теперь он и твой тоже, — ответил я, снова погладив Ли по волосам.       Этот вечер был самым волшебным в моей жизни. Ли сразу потянулся ко мне, словно я тоже моментально стал для него родным. Он примостился рядом со мной, расспрашивал о моей жизни и без умолку рассказывал о себе. И под конец вечера у меня сложилось впечатление, что я всю жизнь прожил рядом с этим удивительным маленьким омегой.       — Хочешь, я тебе что-нибудь сыграю? — спросил он, соскочив с дивана. — Я учусь в музыкальной школе.       — Очень хочу, — искренне ответил я.       — Тогда пойдём, — взял меня за руку Ли и повёл в соседнюю комнату.       Ею оказался небольшой музыкальный зал, в котором стоял чёрный рояль и несколько кресел.       — В том году я занял первое место в городском конкурсе, — усевшись за инструмент, похвастался Ли, — и сейчас я готовлюсь к следующему.       Улыбнувшись мне, он приготовился и заиграл. Слушая мелодию, которая оказалась очень красивой и немного печальной, у меня на глазах выступили слезы. Малыш играл так чувственно, словно эта мелодия лилась из его души.       Закончив, он повернулся и печально взглянул на меня.       — Мне очень понравилось, — дрожащим голосом еле слышно проговорил я, — ты такой маленький умница.       Ли вдруг соскочил со стула и, крепко обняв меня, расплакался.       — Ты ведь не уйдёшь от нас? — всхлипывая спросил он, прижимаясь ко мне всё сильнее.       — Не уйду, — опустился я на колени, поглаживая малыша по спине, в попытке успокоить.       — У всех моих друзей есть папы, и я тоже всегда хотел, чтобы и у меня он был, — признался мне Ли, заглянув в глаза, — ты очень хороший, как и рассказывал отец, и вкусно пахнешь. Я хочу чтобы ты стал моим папой.       — Я уже им стал, как только увидел тебя, — ответил я, осторожно стирая слезы с милого личика, — я обещаю, что никогда не брошу тебя.       В эту ночь я впервые укладывал малыша спать. Ли не хотел отпускать меня ни на минуту. И я был готов полжизни отдать за то, чтобы у меня и дальше была возможность каждый вечер делать это. Я прочитал ему сказку, спел колыбельную и не важно, что омеге уже было почти десять, а не три. Детям в любом возрасте нужна любовь и забота и такие мелочи делают их ещё немного счастливей.       — Ты ведь останешься? — заключил меня в объятия Джеймс, стоило выйти из детской.       — Конечно останусь, — ответил я и прижался к губам в коротком поцелуе.       Подхватив под ягодицы, он спешно понёс меня в сторону спальни.       — У тебя замечательный сынишка, — поглаживая кончиками пальцев покрытую редкими волосками грудь, с доброй завистью тихо произнес я, — почему ты раньше не рассказал мне о нем?       — Я переживал, что… — начал было Джеймс, но остановился, заглянув мне в глаза. — Понимаешь, ты не первый, с кем я пробовал строить отношения. Но узнав про Ли, они тут же посылали меня, заявив, что не собираются воспитывать чужого им ребёнка. Да и вообще дети им не нужны. Кроме моих денег их ничего больше не интересовало. Я понимал, что ты другой, что ты наверняка примешь моего сына и возможно сможешь полюбить. Поверь, я столько раз порывался рассказать тебе о нем. Но я переживал и боялся и в твоих глазах прочесть разочарование. Прости, что не доверял тебе полностью. Но после твоего признания о потере сына я осознал, что могу открыться тебе. Я словно почувствовал, что ты не отвернешься и сможешь стать моему мальчику любящим и заботливым папой.       Признаваясь во всем, Джеймс смотрел на меня виноватым взглядом. Приподнявшись, я ласково провел кончиками пальцев по скуле, обвел контур губ и прикоснулся к ним в лёгком поцелуе.       — Ты не один не был откровенен до конца. Я ведь тоже боялся рассказать о моем прошлом. Боялся, что узнав куда я пропадаю по воскресеньям, ты примешь меня за сумасшедшего и решишь разорвать отношения, — признался я, так же чувствуя себя виноватым.       — Теперь, когда мы полностью доверились, давай пообещаем друг другу, что между нами больше не будет тайн, — ласково проговорил Джеймс, перебирая пальцами пряди моих волос.       — Договорились, — кивнул я, — тогда, я думаю, ты расскажешь мне, что произошло… эм, с папой Ли?       — Ничего не произошло, — ответил Джеймс, сев, прислонившись к спинки кровати, — мы развелись шесть лет назад. Он всегда был капризный, а с годами стал наглеть все больше и больше. Постоянно требовал дорогие подарки, поездки чуть ли не каждый месяц в экзотические страны. Я не выдержал и поставил его на место. Тогда он стал трахаться с моими знакомыми, которые оплачивали ему все, что он хотел. Я был занят продвижением фирмы и не замечал этого. Один мой хороший приятель, после проведённой с Санни ночи, прислал мне фото, открыв глаза на похождения супруга. Узнав со сколькими он переспал, послал Санни ко всем чертям, отсудив Ли, чтобы тот не претендовал на алименты, так как сын ему не особо был нужен.       — Какой кошмар, — слегка ошалел я от рассказа Джеймса, — как так можно. И я не понимаю омег, которым не нужны собственные дети. Я почти десять лет храню память о потерянном сыне. И я буду очень счастлив стать Ли папой, которого он был лишён. Он такой миленький и такой… родной. Ты можешь поверить, что я полюбил его всего за один вечер?       — Могу, Солнце, — улыбнулся любимый и от одного резкого движения я оказался под ним, — в этот раз я знал, что не ошибся в правильном выборе спутника жизни. Я уверен, ты будешь прекрасным папой для Ли и обязательно подаришь мне ещё одного сына, — хитро улыбнулся он и захватил мои губы в требовательном поцелуе.       Млея от его жарких губ, что выцеловывали каждый сантиметр тела, я был готов согласиться на все, о чем он попросит.       — Солнышко… я понимаю… мы всего несколько месяцев вместе, — тяжело дыша, проговорил Джеймс, медленно водя рукой по своему возбужденному члену, — но за это время я влюбился в тебя, как никогда в жизни. Я схожу по тебе с ума и хочу, чтобы ты всегда был рядом, — чуть склонившись, он снова поцеловал меня со всей страстью, на которую только был способен, — ты выйдешь… за меня?       — Да-а-а! — с протяжным стоном ответил я, впиваясь ноготками в кожу на спине и сходя с ума от удовольствия при каждом плавном толчке, — я выйду… за тебя…