Отданный власти забвения

Последствия.

      Тьма расползалась как нефтяное пятно в его голове, закрывая поверхность. Было нечто невообразимое. Тело плохо слушалось, а голова гудела. Этого ещё было не достаточно, чтобы очнуться. Ощущая разного рода эмоции, которые перемешались в голове, было тяжело опомниться. Прошло неопределённое количество времени, когда сознание вновь начало овладевать им. Резко проснувшись, он сел, протирая глаза. Попытка понять что, где и когда была сорвана, когда он услышал грубый голос, который, кажется, что-то ему говорил. Понял он только последние слова. — Дёрнешься — убью, — тон был холоден и рассчитывать на сострадание человека, кому принадлежит это голос невозможно.       Юноша осмотрелся. Место, то есть, комната, в которой он был, где это он? Парень потерял дар речи, когда осознал одну пренеприятную вещь, проблему. Ему все здесь чуждо. Он глянул по сторонам и увидел обладателя столь тяжёлого голоса. Это был белокурый мужчина в темных одеяниях. На нем было темное пальто без лацканов со шнурками, такие же темные брюки и черные туфли. Необычно. Закрыв книгу, он положил еë на близлежащий столик и томно, можно сказать, вымученно и озлобленно выдохнул. Что-то его явно раздражало. или кто-то. Затем он протянул руки, намереваясь притронуться к парню. Неизвестно зачем и для чего.

***

      Парнишка дёрнулся, сам от себя того не ожидая. На него давила жуткая атмосфера. Не помня ничего, ему в голову лезли разные мысли, содержание которых были о самых худших исходах. Сейчас он явно не хотел, чтобы его трогали. Кажется, что мужчина был слегка удивлён, но затем уже более размеренным голосом сказал: — Я тебя осмотрю. Не двигайся. Парень все ещё был не в восторге, но мысль, что угроза была простой шуткой немного его успокоила. Он решил не сопротивляться, потому что не хотел рисковать. Вроде бы его жизни сейчас ничего не угрожает. Мужчина начал осматривать его голову. Он грубо распустил волосы блондина и они распластались по его спине волнами, потому что были заплетены в косичку. — Знатно же тебе досталось, — он хмыкнул и начал водить, шарить руками в его волосах. Вдруг малой почувствовал острую боль и зашипел, стараясь сделать это как можно тише, но из-за неожиданности ему не удалось сдержаться. — Больно? Тогда не молчи. Его движения были ловкими и быстрыми, резкие действия заставляли парня содрогаться, однако, через несколько минут все было кончено. Казалось, это длилось гораздо больше. Белокурый развернулся и скрылся за дверью. Отойдя от шока, юноша пытался прийти в себя. Он провел рукой по волосам, аккуратно нащупывая болезненные места. Внезапная, запаздавшаяся боль врезалась в голову и отдавалась в висках. Он сгорбился и сжал зубы, не в силах унять свои мучения. — Не трогай голову! Черт побери. — громкий, низкий голос приблизился вплотную, — руки убери. Парень послушался и в эту же минуту что-то холодное оказалось у него на голове. — Своеобразный компресс, сиди так, -мужчина убрал руку и отошел. Случайно дернув головой, малый опрокинул компресс. Комната застыла в тишине и он ощущал грозный, осуждающий взгляд на себе, не поднимая взгляда. — Проклятье, — вздох сопровождался шагами, парнишка зажмурил глаза в панике, ожидая. Секунда, две, холод. Тот неизвестный сел рядом и придерживал лед на его голове, отвернувшись. Видно не вооруженным глазом, как его компания действует ему на нервы, что просто не могло не давить на златовласку. — Держи его уже, — он опустил руку. Настало неловкое молчание, которое было разрушено чужими наблюдениями — мне, конечно, глубоко плевать, но по-моему ты подозрительно тих, — его глаза остановились на нем, изучая.

***

      Взглянув на парня, он обомлел. Ныне самоуверенный в себе сопляк казался ему совсем обычным напуганным мальчуганом, что вовсе не соответствовало обазу Джорно. Однако, как-то не привычно стало. На его лице отражались совсем не те черты, что ему присуще. Это заставило Абаккио спустя долгое время застыть в изумлении. — Эй, малой., — неожиданно даже для самого себя Леоне впервые крайне мягко обратился к Джорно и протянул руку, одернув себя, когда увидел беспокойство в его глазах. — Тааак., — откинувшись на спинку дивана, Абаккио приложил ладонь к лицу и помотал головой, — как зовут? — оставаясь в том же положение он задал вопрос, ответ на который он так боялся не услышать. — А. чт—, парень замялся. — Как зовут, помнишь? — уточнил тот. -… Жуткое осознание ситуации нагнетало, тревога росла между ними. — Возраст, день рождения? Что угодно! — быстрые варианты всплывали в его голове. И чем больше тот молчал, тем невыносимее становилось на душе. -… — Да не молчи ты в конце то концов! Шутки шутить вздумал, а, сопляк?! — он встал и грубо схватил его за грудки, разворошив блондина. Ужас в его глазах заставил Леоне тут же отпустить его, понизив голос, — Пиздец. Все вставало на свои места: неуверенность, страх и бесконечное молчание Джованны оправдалось чертовски просто.

***

      Абаккио медленно встал и пошарил по карманам, отходя к окну. Небо сегодня такое ясное. Раз-два-раз и он уже выдыхал клубы дыма, немного размышляя. А думал он о том, в какой момент свернул не туда. Чертов Джованна, если бы он не выбесил его тогда, тогда. Нет, дело даже не в этом. Он сделал ещё одну затяжку, сбрасывая пепел за окно. Что на самом деле заставило его так поступить? Уже не так важно. Сейчас бы разобраться каким образом вернуть вме на круги своя. Неизвестность, что будет дальше пугала, нервивровала и так уже расшатанное терпение Леоне. Ветер слегка задувал и он прикрыл глаза, стараясь совладать с ситуацией и немного успокоиться. Его рефлексию прервал звонок от телефона и вместо покоя напряжение легло на плечи. Он уже понял, что ему звонит Буччеллати. Заметное сметение отразилось на его лице. Не придумав как поступить, он выбросил сигарету в окно и удалился в противоположную сторону комнаты, на ходу придумывая, что собирается сказать. — Да? — стараясь звучат как можно естественнее, начал он. — Звоню сообщить, что все протекает достаточно хорошо, если бы не одно но. — В чем дело? — Мы упустили свидетеля. Пока что неизвестно, где он прячется, но «Aerosmith» Наранчи уже разыскивает его. Не могу сказать насколько мы задержимся. — Понял. Удачи в поисках. -… — Что? Резкое молчание. Это молчанме сопровождает его уже целый день и ни разу за сегодня оно не говорило ни о чем хорошем. — Как дела? Ты понял о чем я, — тон стал строже. Этот голос не давал поблажек и он был готов во всем признаться, как ему тогда казалось, но маленькая надежда поселилась у него в груди, поэтому он осмелился на ложь, о которой не должен жалеть. Он должен что-то придумать. — В по–, он оборвался на полуслове, когда неожиданно обернулся, чтобы проверить Джорно, а он уже активно пытался сбежать, — да что ж ты будешь делать. Широкими шагами он взял того за шкирку, отшвырнул от окна и закрыл рот рукой. Парень чутка вскрикнул. — Это Джорно, не так ли? Как он? Мальчишка извивался и пытался вырваться, мыча. — Нормально. — Можно его к телефону? — Пожди минуту, — он понимал, что если сейчас даст ему телефон проблем не обереться. Приходилось придумывать прямо здесь и сейчас как отмазаться. Наконец, он сказал, — В общем. — Свидетель направляется к северу? Тогда выдвигаемся! — кажется, кто-то его оповестил, — я позже перезвоню, ладно? Сейчас срочное дело, — момент и Бруно сбросил звонок. Леоне с облегчением выдохнул, чтобы вновь погрузиться в заботы. Он все ещё держал Джорно неподвижно. Надо было как-то убедить его в том, что его жизни ничего не угрожает, чтобы он больше не пытался сбежать. В таком положении это получается довольно плохо. — Я сейчас тебя отпущу и пообещай мне не кричать, — парень кивнул головой, — вот так. Он аккуратно выпустил его из плена своих рук, но тут же схватил того за плечо и потащил обратно на диван, усадив, а сам взял стул и сел напротив. Абаккио вовсе не скрывал озабоченность на своем лице. — Сейчас ты должен успокоиться, ладно? Я не собираюсь ничего с тобой делать, просто задам пару-тройку вопросов, понял? Парень одобрительно хмыкнул. Ему больше ничего не оставалось, кроме как согласиться. — Ладно, а теперь отвечай как сам помнишь. Постарайся вспомнить. Как зовут? — Н-не знаю… — Возраст? День рождения? — Не могу вспомнить. — Что ты хочешь больше всего? — Кажется. убраться отсюда поскорей… Это был достаточно некорректный, наспех придуманный вопрос, который не облегчает ношу Леоне. Он в дерьме, по уши в дерьме. Опустив голову, Абаккио бессильно мотал ею. Ему надо найти способ вернуть Джорно к прежнему состоянию, иначе. Что иначе? Не понятно. Ситуация была плачевная и что он скажет Бечеллати, ребятам? Сможет ли он после подобного смотреть им в глаза? Ничто и никто не давал ответов. Солнце пробиралось лучами сквозь окно, проникая в комнату. Не ясно: смеётся оно над ним или утешает своим теплом и солнечными зайчиками, которые заскочили прямиком с улочек Неаполя, дразня. И все же день не задался с самого утра.