Лисёнок

Стоя перед кроватью на коленях и обхватив моё колено двумя ладошками, Елисей смотрит мне прямо в глаза, и я вижу его взгляд, наполненный восхищением и обожанием. Никакие слова не смогут так же ярко передать эти чувства. Только в такие моменты я чувствую себя по-настоящему нужной и любимой. Только мой малыш смог дать мне чувство абсолютного принятия. – М... Дай, – просит или приказывает, наверное, и сам не до конца понимает, но выпячивает свои по-девичьи пухлые губки. – Ну что ты хочешь, Лись? Говори нормально, – усмехаюсь, но жду ответа, потому что мы договаривались, что он должен озвучивать все свои желания вслух. Обижается. Вижу, что обижается, но таковы правила, и он их знает. – Поцелуй меня, – смотрю на него, приподняв одну бровь, и малыш сразу исправляется. – Пожалуйста, Хозяйка, поцелуй... Я не смогла устоять перед этими щенячьими глазками, когда мы только познакомились, не могу и сейчас. Он ведёт свои ручки мне за шею, и сегодня я разрешаю своему лисёнку любые вольности, хотя обычно ему нельзя так просто трогать меня. Сегодня он молодец. Ждал меня из командировки целую неделю, трогал себя и снимал мне видео в любимой пижамке, но ни разу не кончил. Обнимает, ластится щекой к груди, выше – к шее, проводит носом по ключице. Слышу глубокий вдох, который, я точно знаю, означает, что мой малыш успокаивается. Скучал. А сейчас убеждается, что я тут и никуда не денусь от него. Поднимает на меня взгляд, уточняя. – Можно, – улыбаюсь и сама тянусь к его губам. Поцелуй выходит донельзя сладким, даже приторным. Мой мальчик умудряется сделать его слюнявым, даже не доставая язык, но я люблю это. Долгий до сбившегося дыхания, томительный и такой долгожданный поцелуй. Веду руками по его телу. Обвожу веснушчатые плечи, спускаюсь по спине, легко проводя ноготками через зелёный шёлк маечки, и чувствую сдавленные смешки от щекотки в поцелуе. Опускаю ладони на круглые ягодицы, с силой сжимаю их в пальцах, и Лис рвано выдыхает, отрываясь от моих губ, и прикрывает глаза. – Ещё... Хочу ещё, – теперь точно натурально требует, но пытаться заставить такого разнеженного малыша быть повежливей – гиблое дело, так что я просто даю то, чего он так просит, и сжимаю эту лисью попку в руках ещё раз. Перехожу поглаживаниями чуть выше на бока и слышу недовольный вздох, за который Лис тут же получает шлепок по правому полупопию. Стон. Такой сладкий, но пока ещё совсем тихий. За ним следует смешок. Ещё тише, чем стон, лисёнок пытается его подавить, но тщетно. Моему мальчику весело и беззаботно: Хозяйка рядом, а значит, можно отпустить вожжи, снять груз ответственности и быть собой. А для Лиса быть собой значит быть непоседливым и иногда чересчур активным щенком. Спать у меня в ногах, облизываться и несерьёзно кусаться от переизбытка эмоций, жевать любимую игрушку плюшевого лисёнка и ждать похвалы и почёсываний за ушком за свои успехи. – Так, малыш, давай на подушечки, – приказываю, целуя его в макушку, а сама, пока Лис укладывается, отхожу к комоду, верхнюю полку которого занимают игрушки, и достаю оттуда кляп в виде косточки и бутылёк со смазкой. Поворачиваясь обратно, застаю своего малыша, успевшего с какой-то невиданной прытью снять с себя шёлковую пижамку с шортиками, с мокрым от смазки, стыдливо покрасневшим членом между расставленными ножками. Эта картина не может не заставить меня улыбнуться. Такой очаровательный в своём нетерпении мальчик и весь мой. Увидев кляп у меня в руках, Лис удивлённо округляет глаза, но не говорит ничего против, так что я понимаю, что всё нормально, он просто не ожидал чего-то... не ванильного сегодня. Подхожу к Лису сбоку и присаживаюсь на кровать. – Мы вставим тебе эту штучку в рот, хорошо? – кивает. – Отлично, мой хороший-хороший мальчик, да? Такой красивый и такой жаждущий, – он радостно хлопает глазами и стучит ладошками по кровати, пока я, отняв его голову от подушек, закрепляю кляп сзади. Теперь лисёнок сможет только мычать и выразительно вздыхать, конечно. Перебираюсь на кровати так, чтобы удобно разместиться между его ног, и щёлкаю крышечкой на банке смазки. Вижу блеск в глазах напротив, когда выдавливаю её содержимое себе на руку и осторожно грею смазку. Неприлично медленно тянусь к головке аккуратного прямого члена, провожу по ней серединой ладони, смазывая предэякулят, которого выделилось столько, что можно было обойтись и без дополнительной смазки, но мне хотелось услышать, как всё будет хлюпать в моей руке. Делаю несколько быстрых движений вверх-вниз по стволу и резко убираю руку, когда Лис начинает подёргивать бёдрами в попытке угнаться за оргазмом. – Тц... Кто сказал, что тебе можно двигаться? – жалостливо скулит, надеясь разжалобить меня, ведь знает, как я люблю, когда он такой беззащитный. – Нет-нет, малыш, ты же знаешь, что ответственность за твоё удовольствие всецело лежит на мне. Ты хочешь справляться с этим сам? – Лис взволнованно мотает головой, и я возвращаюсь к своему делу. Я сжимаю член в ладони и веду вверх, от основания к головке, немного прокручивая руку. Второй рукой прижимаю бёдра своего мальчика к кровати. Продолжаю движения, пока не слышу громкого мычания сверху, останавливаюсь и сжимаю ствол у самого основания, не давая кончить. – Какой молодец, предупредил Хозяйку, что скоро кончит. Ты у меня такой умница, – глажу бок лисёнка и наклоняюсь вперёд, чтобы вытереть несколько слезинок, которые скопились у него в уголках глаз. – Ты такой старательный малыш, да? – нежно целую кончик его носа и возвращаюсь. Я вижу то, насколько мучительным для Лиса становится желание, и... легко шлёпаю его член. Мой мальчик отзывается громким мучительным стоном, полным удовольствия в смеси с болью. Ещё шлепок, и он начинает извиваться ужом под моими руками. Ещё, и стон почти переходит в крик. Решаю, что этого хватит, и нежно оглаживаю лисёнка от бёдер к бокам. Возвращаю правую руку на член, начиная с лёгких, почти невесомых поглаживаний, левой приподнимаю его ногу под коленом. Беру быстрый темп, сильнее сжимая руку и фокусируясь на головке. Спустя десяток фрикций Лис с громким, полным облегчения мычанием изливается мне в руку и почти моментально весь будто растекается по постели. Первым делом снимаю с этой послеоргазменной лужицы кляп, откладываю его в сторону и ищу салфетки на прикроватной тумбочке, чтобы обтереть то, что я когда-то могла назвать своим малышом. Целую Лиса в лоб, накрываю одеялом, пытаюсь напоить водой из бутылки, а это чудо только ластится и лезет в объятия. Кто я такая, чтобы ему отказывать?