Раздели со мной вечность

Минхо проспал до самого утра. Открыв глаза, он увидел окна своего кабинета и Джисона, пританцовывающего возле стола с плиткой. Мужчина просидел так несколько секунд с улыбкой на губах, потом сел ровно и, развернувшись к столу, посмотрел на монитор. Но все еще сонный мозг сопротивлялся понимать что-либо, поэтому наставник протер глаза и направился к Хану. Джисон слышал, как открылась дверь за его спиной, но он, не оглядываясь, продолжил обжаривать яйца с кусочками подсоленной грудинки. — Доброе утро, наставник Ли. Завтрак почти готов. — Студент Хан, почему вы меня не разбудили? — Минхо встал у него за спиной, чтобы посмотреть, что так вкусно пахнет, — я оставил тебя одного на всю ночь. Джисон давно заметил, что на «вы» наставник говорит, когда пытается держать между ними дистанцию, но когда переходит на «ты», забывает, что они наставник и студент. Парень выключил плитку, накрыв сковородку крышкой, и повернулся к мужчине. Спросонья тот выглядел очень мило. — Я не был один. — И все равно нужно было меня разбудить, — Минхо чуть отодвинулся, его взгляд блуждал по лицу Хана и опускался куда-то вниз, он чувствовал себя виноватым. — Если вас это немного успокоит, то я тоже чуточку подремал. Минхо задержался взглядом на чуть улыбающихся губах и кивнул. — Я заварю нам чай. — Я принес из столовой кофе. Если хотите. — Хочу, — Минхо встряхнул головой, — но сначала умоюсь. Когда он вернулся из уборной, Джисон уже сидел за столом, на котором стояли тарелки с едой и два стаканчика с кофе. Наставник сел напротив и, наконец, сказал запоздалое: — Доброе утро, Джисон. Хан замер со стаканом у рта и поднял на него удивленный взгляд. Он собирался сказать что-то, но Минхо его опередил, предупредив: — Ешь молча. А ему и не надо было ничего говорить, все было написано у него на лице широкой счастливой улыбкой. И в этот раз ему удалось подсунуть наставнику шоколад, который он с удовольствием поел. Джисон рассказал, что получилось продвинуться немного дальше, но без испытаний продолжать поиски нет смысла. Анализ крови, которую они взяли у Чанбина не выявил никаких отклонений, на что Минхо ответил, что его лучше пока не использовать для экспериментов. — Вы очень к нему привязаны? — Да, мы довольно близки. И нам всем как-то спокойней, когда Чанбин где-то рядом. Он очень надежный. — Даже когда в нем проявляется вампирская сущность? — Это, конечно, пугает немного, но я не припомню случая, чтобы он сорвался, даже когда обнажались его клыки. В этом есть что-то завораживающее. — Вас привлекают вампиры? — Брови Джисона выстроились домиком от удивления. Минхо хмыкнул. — Это ревность? — Мы не настолько близки, чтобы я ревновал вас. С языка Минхо чуть не слетела ответная фраза, когда он почти навис над столом, приблизившись к лицу Хана, но вовремя остановился. Вместо этого, Ли отломил дольку шоколада и затолкал парню в открытый рот. — Я же просил вас есть молча, студент Хан. Джисон засмеялся, но прожевал шоколад, допил кофе и начал собирать посуду со стола, не проронив ни слова больше. Хотя все внутри него кричало и требовало продолжения этого плохо скрываемого флирта. Минхо почувствовал, что зашел слишком далеко в заигрываниях с учеником и что это неправильно, но остановиться было сложней, чем продолжать. Его будто магнитом тянуло к нему, к его очаровательной улыбке и тискательным щечкам. Ли улыбнулся, вспомнив, как он набивал их едой, а потом не спеша ее пережевывал. В нем была и детская непосредственность, и подростковая дерзость, и вместе с тем какая-то необъяснимая сила, свойственная зрелому человеку. *** Кронлэнд встретил путников ливнем. Дождевая вода, скапливаясь по краям дороги, тонкими ручейками стекала вниз по обочине. На узких улочках практически не было транспорта, слишком рано для поездок. Город еще спал. Вывеска в виде пилюли на фонарном столбе беспорядочно мигала, раздражая сонные глаза Чонина, но все еще выполняла свою функцию оповещения о ближайшем местоположении витавтомата. Мотоболид прижался к обочине возле лужайки, покрытой распиленными вдоль шпалами, рельсы служили бордюрами для пешеходной дорожки из вкопанных в землю покрышек. А венцом человеческой креативности стал вагон-ресторан, списанный по причине износа, и безбожно устаревший, но многократно выкрашенный в синий цвет. Именно здесь, по словам Джека, приятеля Чанбина, и живет доктор, уволенный из клиники закрытого города за связь с пациенткой. — Все, как договорились, Чонин. Я веду опрос, ты внимательно слушаешь. — Я понял. — Тогда вперед. Чанбин по достоинству оценил практичность тротуара из покрышек, который отлично держал сцепление с подошвой, не позволяя поскользнуться на мокром покрытии. Чонин догнал его возле самой двери и надвинул кепку на глаза, принимая устрашающий вид. После третьего звонка послышались шаги, потом шебуршание замков и наконец, скрежет проржавевших петель, оповестивший округу об открытии соседского вагона. — Чем обязан? — Заспанные глаза мужчины, на вид лет сорока, оглядели незваных гостей с головы до ног и обратно. — Приветствую. Я Со Чанбин — сотрудник учебного центра Лимбосити, руководитель группы по предупреждению ЧС и сопровождению кризисных периодов у адаптеров, — он показал гербовую бляху, подтверждающую его статус, — у меня к вам несколько вопросов. Вы позволите войти? — О, вау, — мужчина сильно удивился, но дверь открыл пошире, пропуская незваных гостей внутрь. — Проходите в первую дверь, там теплее. Чанбин зашел первым, сдвинул дверь купе в сторону и присел на кожаный диванчик. Чонин присел рядом, снимая кепку. Мужчина сел напротив, кутаясь в вязаную кофту. — Что вас привело ко мне, руководитель Со? — Мне нужна вся информация на Марию Дэнч. Надеюсь, не надо объяснять кто это? Мужчина переменился в лице, судорожно сглотнув. Было и так понятно, что он не забыл это имя. — Я ведь уже много раз давал показания и даже отработал срок, почему меня не могут оставить в покое? — Мужчина вскочил на ноги, намереваясь избежать очередного разговора. — Сядьте. От Чанбина исходила угрожающая аура, даже Чонин напрягся. Мужчина сел на место, по его спине пробежался холодок. Он нервно вздохнул и посмотрел на залитое ливнем окно. — Двадцать лет назад, когда я окончил медицинскую академию, и получил направление от министерства здравоохранения, я прибыл в закрытый город. Это было для меня счастливым билетом в жизнь. — Доктор повернулся к гостям и продолжил. — Прочим мужчинам приходилось годами ждать пропуск на посещение города, чтобы вступить в брак и зачать ребенка с какой-нибудь женщиной. Для этого надо было иметь хорошие гены и крепкое здоровье. Не многим удавалось сохранить его до необходимого возраста. Я был хорошим врачом, помогал пациентам в любое время суток, практически жил на работе. Познакомился с Марией, мы сразу понравились друг другу. Она часто болела. И когда окрепла, наконец, мы прошли тестирование и подали заявление в Бюро. А тут на работу приняли молодого прощелыгу, ассистентом, до сих пор не понимаю, как он попал под распределение, — мужчина протер глаза, окончательно проснувшись. Он включил чайник, наполненный водой, и продолжил свой рассказ. — Я начал замечать, что Мария стала меньше времени проводить со мной, а потом узнал, что она отозвала наше заявление и начала встречаться с этим докторишкой. Он был очень ушлым, быстро сколотил себе состояние. Я уже на допросах узнал, что он торговал витаминами и термопаками за периметром. Она забеременела от него, а когда он попался на воровстве, Мария пришла ко мне и уговорила жениться на ней. Я согласился. Вы не думайте, она была тихой, хорошей, доброй, каялась, клялась, что он соблазнил ее своими речами и дорогими подарками, обещал вечную любовь и лучшую жизнь, и я поверил, пожалел ее. Она родила мальчика, мы назвали его Александром в честь моего деда. Мы хорошо жили, дружно. Она меня с ума сводила своей красотой и дерзостью. Я был влюблен, как мальчишка. Когда сыну исполнилось десять, и его отправили в лагерь, она будто обезумела. Я уговаривал ее завести еще детей, но она каждый раз придумывала поводы, чтобы отказать. В конце концов, я сдался. И однажды, когда я в очередной раз готовил к отгрузке в лабораторию Лимбосити цистерну с донорской кровью, я понял, что она практически пуста. Меня уволили в тот же день и поместили в тюрьму, а Марию посадили на карантин на несколько дней. Потом она исчезла. Мне сказали, что она умерла, но в городе ходили слухи, что она сбежала с главврачом. Меня обвинили в халатности, и я отработал каждую каплю утерянной крови и еще какие-то альфа-тесты, о которых я даже не знал. Примерно через год я встретил своего ассистента, того самого, он отсидел в тюрьме положенный срок, и признался, что это он украл альфа-тесты и собирался начать новую жизнь с Марией и отдал их ей, когда его пришли арестовывать. Но она его не дождалась. Это все, что я знаю. — Где вы встретили своего ассистента? — Спросил Чанбин. — Здесь. Он искал меня, хотел узнать, где Мария, — мужчина тяжело вздохнул, глядя на закипающий чайник. — Он не оставил вам свои координаты? — Нет. — Вы узнали, что такое альфа-тест? — Нет, простите. — И вы нас простите за вторжение, — наставник передал мужчине упаковку витаминов в знак признательности, — небольшая компенсация за беспокойство. Мужчина был удивлен, что совершенно незнакомые люди с пониманием и добротой отнеслись к нему, впервые с момента его изгнания из закрытого города, и совсем растрогался. — Спасибо. А почему вы спрашивали о ней? Вы ее нашли? — Пока нет, но мы ищем. Ее сын думает, что мама умерла, когда он покинул закрытый город. — Вы видели Алекса? Как он? — Мужчина ожил на глазах, было заметно, что судьба приемного сына ему не безразлична. — У него все в порядке. Он сейчас в учебном центре, постигает науки. — Это хорошо. Постойте, — мужчина нахмурился, вспоминая что-то, он задержал гостей у двери, — он знает, что она жива. Он ведь ее ищет. Когда мы созванивались в последний раз, он говорил об этом. Чанбин с Чонином переглянулись. — Когда это было? — Пару недель назад. — Он говорил о ней что-то еще? — Чанбина удивила новость. — Только то, что хочет ее найти. Чанбин понимающе кивал головой и прежде чем уйти спросил: — А что-нибудь про его деда-охотника из рода Дэнчей? Мужчина по-доброму рассмеялся. — Мария придумала эту историю, чтобы Алекс чувствовал себя уверенней, находясь вдали от нее, и мог гордиться своими предками. Она стыдилась своего происхождения и никогда не говорила ему, что была подкидышем, боялась, что его тоже будут дразнить. — Что ж, спасибо. Вы нам очень помогли. — Позаботьтесь о нем. Алекс не плохой человек. И если получится, не говорите ему, что он не внук Дэнча. — Если получится, — с сочувствием сказал Чанбин и, попрощался с ним. Оказавшись на улице, Чонин вздохнул. — А мне его жаль. Он пострадал ни за что. — Думаешь, он говорит правду? — А зачем ему врать? — Чонин посмотрел на наставника, натянув на голову кепку, — только непонятно, куда подевалась кровь из цистерны. — А я, кажется, знаю, — Чанбин поправил воротник на плаще Чонина, — голоден? — Да. — Давай заедем в ресторан... Спустя полчаса Чонин сидел напротив наставника и рассматривал шедевр кулинарного искусства в своей тарелке, подцепляя его вилкой. — А это вкусно? — А почему ты спрашиваешь у меня? Попробуй сам и выскажи свое мнение. То, что мне нравится, тебе может быть противно. — Это что, например? — Например, кровь. — О, вы правы. Тогда я попробую, — Чонин отломил вилкой небольшой кусочек, обмакнул в сироп и с осторожность поднес к носу. Запах ему понравился, тогда он решил попробовать на вкус и лизнул немного сиропа, — мм, это кисло-сладкое сочетание напоминает мамин малиновый джем. Чанбин улыбнулся, заметив, как на щеках студента появились ямочки, когда он, набив рот блинчиками, замычал от удовольствия. Чонину очень не терпелось узнать, о чем думал его наставник, отрезая кусочек стейка и с задумчивым видом его пережевывая. Но для серьезных разговоров место было не подходящим, и он торопился доесть свой завтрак, чтобы вновь оказаться в уютном болиде и отправиться в обратный путь. *** Хёнджин проснулся разбитым. Всю ночь проворочавшись в постели, он несколько раз уходил на кухню и вглядывался в темноту улиц. В голове крутился без конца ночной разговор с Мастером. Он вспоминал каждое слово, но думал лишь о его прикосновениях. О его голосе. Его поцелуи на шее и плечах горели, словно выжженное клеймо. Пижама душила его, он сменил ее на футболку, но и в ней было невыносимо тесно, и даже майка не задержалась на нем дольше минуты. Ему хотелось раздеться и лечь на холодные простыни, и чтобы сверху на нем было что-то тяжелое, чтобы раздавило его, вжало в постель и терзало до самого утра, чтобы он не мог думать ни о чем другом. Да он и так не мог. Только рядом никого не было. И ОН запретил ему к себе прикасаться. Это возбуждало еще сильней. Холодный душ не помог и, промучившись с одеждой, Хёнджин в итоге надел растянутую футболку и толстовку со свободными штанами. Радовало только то, что на лекциях в эти дни его заменит один из выпускников центра, пока он будет заменять Минхо в лаборатории. Когда раздался звонок, Хван уже допивал кофе. На пороге стоял Крис. — Доброе утро, наставник Хван, я за вами. — Заходите. Кофе в кофейнике, если хотите. Крис кивнул, с любопытством разглядывая усталое лицо мужчины. — Бессонная ночь? Хёнджин застыл на пороге кухни и медленно повернулся к студенту. «Откуда он знает? Я что так плохо выгляжу? И что это за взгляд?» Хван вновь почувствовал, как слабеют его ноги, и он прислонился к стене, глядя в его глаза. Крис снял обувь и подошел к наставнику ближе. — С вами все в порядке? Вы побледнели… — Воздуха… Хван почти сполз на пол, но крепкие руки вампира с легкостью подняли его. Крис отнес его в спальню, уложил на смятую постель и приложил ладонь к его лбу, затем пощупал пульс и послушал дыхание. — Я сейчас. Крис открыл форточку, потом принес с кухни стакан воды и помог наставнику принять сидячее положение, подсунув под его спину пару подушек. Затем достал из кармана блистер с витаминами и заставил мужчину проглотить сразу две, и помог удерживать стакан, пока тот делал несколько глотков. — Спасибо, студент Бан. — А теперь отдыхайте. Хёнджин подавился воздухом, услышав знакомые слова, и уставился на блондина. Крис с непониманием смотрел на наставника. — У меня кто-то за спиной? — Нет, — Хёнджин прижал ладонь к лицу, ему не хотелось выглядеть таким беспомощным перед своим студентом, хоть он и вампир и гораздо старше его, но все же выглядит младше, — извини. — Вам не стоит пропускать прием витаминов. — Да, я знаю. Просто кое-что произошло ночью и это выбило меня из колеи. — Расскажете? Крис прислонился бедрами к подоконнику, а у Хёнджина перед глазами снова замелькали флэшбэки. Он драматично выдохнул и опустил ноги на пол. Хван несколько долгих секунд собирался с мыслями, обдумывая просьбу парня и, наконец, сообщил. — Ко мне приходил Мастер, — наставник внимательно следил за выражением лица студента, но тот даже не пытался изобразить удивление. — Хорошо. Тогда нам пора присоединиться к остальным. Вам лучше? — Да. Чанбин в общем доме? — Нет, он будет позже. Нам придется забрать по дороге ребят… *** — А где Чанбин с Чонином? — Минхо встретил студентов вопросом вместо приветствия, когда они заполнили кабинет. — Они скоро будут, — сообщил Крис. — Ладно, наставник Хван будет с вами до вечера, а мы сдаем вахту и идем отдыхать. Джинни на пару слов. Минхо с Хёнджином вышли из кабинета в коридор. — Рассказывай, что с тобой вчера приключилось. — Ко мне приходил Мастер. Усталость Минхо испарилась, как туман под утро. — Ты видел Мастера? — Не видел. Свет погас, когда я услышал его голос, мы говорили в темноте, — Хёнджин снова разволновался и не спеша передал ему весь разговор, исключая интимные подробности. — Было страшно? — Минхо обеспокоенно заглядывал в глаза коллеги. — Да, немного. И мне теперь везде мерещится его присутствие. Хожу и оглядываюсь. Я так и не смог уснуть. Ли с сочувствием обнял Джинни. — Я урвал немного сна. Поэтому сейчас сгоняю домой, немного отдохну и вернусь подменить тебя. Сколько ты уже не спал? — Вечность, — пробормотал мужчина, повиснув на Минхо. Но потом взял себя в руки, — как твоя ночь? — Мы здорово продвинулись, но надо провести испытания. — Это небезопасно. Мастер сказал, что вампира можно убить. Но это плохая идея. — Я согласен с тобой. Но сейчас нам лучше иметь в рукаве козырь, мы не знаем, как поведет себя бунтарь, когда поймет, что мы на него открыли охоту, — Минхо аккуратно разгладил складку над его переносицей, — не хмурься. Хёнджин замер и опустил взгляд. По телу пробежала волна возбуждения от воспоминаний, и он сухо сглотнул, кивая. *** Феликс с Джисоном сидели у компьютера в лаборатории, когда Хёнджин спускался к ним по лестнице. — Ну все, дальше разберешься. А я вернусь домой, мне есть чем заняться, — Джисон улыбнулся, устремив свой взгляд на окна кабинета, где стоял Минхо, ожидая, когда они наговорятся, чтобы вместе с ним и Крисом отправиться домой. Феликс проследил за его взглядом, а потом прижался губами к уху Джисона. — Удачи, детка. — И тебе, — Хан подмигнул блондину, переведя взгляд на подошедшего к ним Хёнджина, — до вечера. — До вечера. Феликс с Хёнджином остались вдвоем, чтобы продолжить разработки. Блондин сразу переключился на формулы, пока наставник изучал записи Минхо и изредка спрашивал у студента о результатах. Парень охотно объяснял некоторые записи, едва взглянув на них. А спустя пару часов Хёнджин начал клевать носом и чуть не упал под стол, когда слишком сильно на него навалился. Феликс поймал его, обхватив руками поперек торса, и отклонил на спинку. Хван разволновался, когда блондин заглянул в его глаза, чуть наклонив голову вбок. — Вы можете поспать на диване в кабинете, не обязательно меня сторожить. Я не собираюсь филонить. — Там же студенты. — Они могут придти сюда. Здесь много свободных столов. — Нет, я не могу оставить вас в одиночестве. Минхо меня потом загрызет. — А мы ему не скажем, — Феликс мягко улыбнулся. В его голосе было столько тепла, что Хёнджин поддался уговорам, — к тому же наставник Со скоро вернется. — Хорошо, студент Ли. Крис уже спускался с ребятами в лабораторию. Феликс кивком головы поблагодарил его и перевел взгляд на наставника и его лицо вмиг изменилось. — Наставник Хван, у вас кровь на лице. Хёнджин перепугался, когда почувствовал влагу под носом, но еще сильней забеспокоился, когда встретил взгляд голубых глаз старосты. Феликс загородил наставника собой, доставая из кармана платок. Хван запрокинул голову назад, прикрыв рукой нижнюю часть лица. Крис отвернулся к студентам, стараясь не дышать. — Не запрокидывайте голову. Пусть кровь вытечет наружу. Феликс действовал очень быстро, приложив платок к носу и помогая мужчине подняться. Он повел его к лестницам, оглядываясь назад. Кроме Криса в лаборатории было еще несколько вампиров среди сотрудников, которые почуяв запах крови, отвлеклись от своих дел. Однако староста негромко рыкнул, привлекая их внимание к себе, и обнажил клыки. Хотя это было лишним. В лаборатории работали опытные представители своего вида и реагировали на запах крови на уровне инстинкта, нападать никто не собирался. Это как пустить слюни при слове лимон, или зевнуть при виде зевающего, просто рефлекс. С этим ничего не поделать. Феликс проводил наставника до дивана, помог ему сесть и сам присел перед ним на корточки, держа в руках несколько бумажных салфеток. — Вы давно сдавали кровь? — Давно, — признался Хван, — я последние дни как не в себе. — Трудно вливаться в работу после отпусков? — И это тоже, — Хёнджин стер остатки крови с лица и скомкал салфетки в руке, — я схожу умоюсь. Возвращайтесь в лабораторию, дальше я сам. — Я уйду, когда вы вернетесь и займете лежачее положение. Феликс поднялся. Хёнджин вдруг почувствовал, что они поменялись ролями и теперь Ли его наставник. От парня исходила необъяснимая аура уверенности и спокойствия, будто он точно знает, что и как нужно делать в такой ситуации. Хотя это и понятно, он ведь не так давно покинул лагерь, где слабакам не место. Но ему все равно было приятно ощущать чужую заботу. Он живет один уже несколько лет и привык справляться с трудностями сам. Хван провел в уборной несколько минут, а когда вернулся в кабинет, то удивился, увидев Криса с подушкой и плюшевым пледом в руках. — Откуда это? — Я нашел лаборанта наставника Ли, сказал, что это нужно для экспериментов. Честер не задавал лишних вопросов и признался, что сам иногда остается в лаборатории поспать. — Он же вампир. — Он пробник, они иногда спят. Только не выдавайте его, — Крис повесил плед на спинку дивана, а подушку пристроил возле подлокотника, — приятных снов. — Спасибо, не стоило так беспокоиться обо мне. — А кто если не мы? — Крис загадочно улыбнулся. Хёнджин сел на диван, расстегнув до пояса спецодежду и, закрыв глаза, повалился на спинку. Парни переглянулись. Феликс навис над наставником приложив ладонь к его груди, другой рукой обхватив запястье, пока Крис укладывал его на диван. — Что с ним такое? — Староста напряженно смотрел в глаза Феликса, — он ведь не болен? — Пульс ровный. Переутомление. Проспит часов двадцать, — Феликс выдохнул с облегчением. — Тогда займемся делом? — Давай. Парни спустились в лабораторию, а спустя пару часов к ним, наконец, присоединились Чанбин и Чонин. И пока Чонин с Алексом просматривали городские новости, сидя за обедом в столовой, Чанбин рассказал о результатах ночной поездки. — Так где цистерна, Бинни? — А ты подумай, — Чанбин просверлил взглядом дыру на лице Криса. Кажется, все присутствующие давно поняли, что произошло в закрытом городе и к чему это в итоге привело. Но никто не осмеливался произнести вслух страшную догадку. Чанбин не выдержал. — Да ладно вам, вы, что серьезно до сих пор не поняли? Даже Чонин, являясь самым младшим среди нас, первым осознал, что у нас большие проблемы в виде женщины-премьера! — Здорово, Бинни! И теперь этот наш младшенький, самый просветленный в мире человек, сидит в столовой с ее, между прочим, сыном и делит с ним обед, — с упреком в голосе ответил Крис. — Не напрягай так свои аппетитные булочки, дорогой. Чонин в курсе всей истории и болтать об этом не станет. — Почему ты так уверен? — Староста смягчился, услышав комплимент в адрес своей задницы, и даже заулыбался. Он никогда не сомневался в компетентности своего друга, но любил иногда зажать его в тиски. — А ты думаешь, почему Ян только его позвал в столовую, и оставил нас здесь? — Ладно, Бин, я верю тебе, и рад, что мои булочки все еще вызывают у тебя аппетит. Сынмин, слушая перепалку двух вампиров, покосился на хихикающего в стороне Феликса, и скривился в лице, вернув взгляд на Криса. — Может, вы уже номер снимите, — и очень тихо добавил, — старпёры. — Мы же все слышим, — одновременно сказали вампиры и рассмеялись. Феликс вдруг помрачнел. — Вам не приходила в голову мысль, что она его тоже ищет? Три пары глаз устремились на Ликса. Сынмин провел рукой по своим волосам, откидывая челку с лица, и как старший группы заявил: — Скоро Алекс и Чонин вернутся. Мы должны и дальше называть ее бунтарем, чтобы у пацана даже мысли не возникло, что мы о ней знаем. — Согласен. Но мы не знаем, какие чувства она к нему питает? — Феликс начал думать вслух, — можем попытаться заманить ее в город. Надо только пустить слух, что ее сын у нас. Но тогда и он узнает. — Значит, он не должен участвовать в операции, — Крис обвел взглядом ребят. — А если Алекс ее слабое место? Манипулировать детьми не самый хороший поступок, но это могло бы спасти сотни жизней, — Сынмин нахмурился. — А если она уже в городе, где-то среди нас? — В Лимбосити не так много женщин из тех, кто давно покинул закрытый город, — Чанбин понимал, к чему Феликс заговорил об этом. — Надо узнать, не выезжал ли кто-то за пределы города за последние несколько недель. — Я займусь, — вызвался Чанбин, — заодно предупрежу Минхо и Джисона. — А с Алексом-то что делать? — Крис посмотрел на Бинни нахмурившись. В помещении повисла тишина, и только Феликс задумчиво произнес: — Надо сделать его счастливым, чтобы он отвлекся от своих мыслей. — Никакая наука не сделает студента счастливым, — заявил Чанбин. — Кроме химии, — Феликс коварно улыбнулся и сел за компьютер, чтобы внести в состав витамина Д некоторые изменение и уже спустя пару минут, 3D-принтер произвел несколько капсул привычного вида с измененной начинкой. — Это займет его на несколько дней. Парни не сразу поняли, при чем тут химия, но вид ухмыляющегося блондина говорил о многом. — И часто ты прибегаешь к таким уловкам? — Сынмин подумал, что стоит опасаться блеска в глазах юного гения и никогда не вставать у него на пути. — Тебе лучше не знать, — Феликс забрал капсулы с принтера, разложил их в блистер и спрятал в карман, — сегодня же подменю. Только надо найти для него безопасное место, чтобы он не покалечился сам. Штормить будет. — Есть у меня одна идея, — Крис тихо хмыкнул, вспомнив подслушанный разговор Чонина с Алексом об их навыках, — ниже этажом стоит старенький симулятор для пилотов… — Старенький, — Сынмин захихикал, выглядывая из-за спины Феликса, и тыкая пальцем в сторону Криса, добавил, — как ты, — и засмеялся во весь голос, заметив реакцию старосты. Крис усмехнулся, его не задевали подтрунивания парня, он понимал, что Сынмин пытается взять реванш за его недавнюю шутку. — Феликс, сделай, пожалуйста, еще одну партию волшебных пилюль, я нашел для них нового потребителя. — Хочешь, чтобы он во время операции начал отплясывать твист? — Нет, твёрк! Представь, как все удивятся. Смехом разразились все, кроме Сынмина, который лишь насупился и угрожающе провел большим пальцем по своей шее, глядя на старосту, как раз в тот момент, когда из столовой вернулись Алекс и Чонин. — Ваш хохот слышен на лестнице, что вас так развеселило? — Сынмин обещал станцевать тверк, когда мы разберемся с бунтарями, — ответил Чанбин, подмигнув Яну. — Я пойду проверю, как там наставник, а потом сходим на обед, — Феликс закрыл работу на компьютере и пошел в кабинет.