Твайс

      «Офигенно круто» на деле было той ещё проблемой. Мало был экзистенциального кризиса на тему смертности всего сущего, так теперь ещё и с очередной своей странностью мириться.       Итадори давно поняла, что немного отличается от большинства своих сверстников, ведь обычно пятнадцатилетние школьницы при отсутствии всяческих тренировок не способны бежать километровый кросс без какого-либо труда, подтягиваться не менее тридцати рез на турнике или задерживать дыхание почти на пять минут. Такая уникальность в купе с устойчивым иммунитетом навела Юджи на мысль, что ей очень повезло с генетикой. Небольшая изюминка, перчинка, не более.       И сила её тела никогда не причиняла Итадори никакого вреда, одну лишь пользу.       А вот что делать с тем, что она, оказывается, умеет превращаться во что-то мужикоподобное, да ещё и многорукое? Да вот кто бы знал!       Нормальный человек впал бы в истерику, но Итадори, что было уже установлено, нормальной не была, поэтому просто очень сильно удивилась, но взяв себя в руки умудрилась выдать:       — Это что за хренотень? — и уставиться на Годжо Сатору требовательным взглядом.       — Это твоя техника, — терпеливо пояснил мужчина, — Каждый маг обладает уникальной техникой, иногда и не одной, которую может использовать в борьбе с проклятьями. В Магическом колледже помогают отточить навыки управления техникой, но это то, что можно назвать талантом — невозможно научить технике того, у кого у ней нет расположенности.       — Я всё ещё не понимаю, откуда вот это вот, — экспрессивно взмахнула рукой девушка, — У меня!       — Техники могут передаваться по наследству или быть результатом мутации, — вмешался темноволосый парень, обхвативший обеими руками кружку с горячим чаем, — Многие маги являются выходцами из кланов, в которых знания о том, как изгонять проклятия передаются с молоком матери. К таким относится, к примеру, Годжо-сенсей.       — Ага, — довольно улыбнулся сенсей, — И Мегуми тоже, но его обучением занимался не клан, а лично я.       — Всё равно не понятно, — буркнула Юджи. В голове действительно был беспорядок: маги, техники — что к чему и при чём здесь она сама?       — Да забей, — отмахнулся Сатору, — Не так уж важно понимать, что ты делаешь, чтобы быть хорошим магом. В твоём случае, скорее всего, виноват стресс. Это же был первый раз, когда ты увидела проклятие? — Юджи кивнула, — В этом и дело. Страх, возбуждение, вспышка адреналина и — бабах! Вот он результат. Ты могла так и раньше, но не было катализатора, который заставил бы твою технику показать себя во всей красе. Теперь изменилось только то, что ты узнала о своих возможностях, вот и всё. Их использование ты отточишь на тренировках и в будущих сражениях с проклятиями.       — И как часто мне придется сражаться?       — Порядочно, — Годжо отпил от свое кружки, — А что, испугалась? — лукаво улыбнулся он.       — Не-е-ет, — губы Юджи растянулись в улыбке, — Жду с предвкушением!       Мегуми отвел взгляд, вспоминая Нобару, которая осталась в Токио отлеживаться в лазарете после крайней встречи с проклятием Сороконожкой, которая своей ядовитой кислотой хорошенько подпортила нежную шкурку Кугисаки. В чем-то эти две девушки были похожи, но в то же время настолько различны, насколько это было возможно.       — Здорово! Значит можно смело начинать собирать вещи, ведь среди магов трусов не бывает, — лукавая улыбка сенсея превратилась в настоящий оскал, — Кугисаки будет довольна новой подругой, — вспомнил про первокурсницу мужчина.       — Кугисаки? Кто это? — заинтересовалась новым именем Юджи.       — Ещё одна девушка-первокурсница. Она не смогла приехать из-за того что в последней битве её немного потрепало, но, думаю, вы подружитесь. Или станете злейшими врагами, как знать.       Итадори передернула плечами.       — Вы здесь останетесь, или поедете в гостиницу? — поинтересовалась она. Было бы довольно неловко перебирать пожитки под чужими взглядами, но, если двум магам было некуда пойти, то Юджи была готова дать им пару футонов для ночевки.       — А сколько сейчас времени.       — Половина восьмого, сенсей.       — Тогда нам точно пора. Мы заедем за тобой к двенадцати, будь готова.       Когда дверь за незваными гостями захлопнулась, Итадори устало прикрыла глаза. Этот день оказался куда более странным, чем она ожидала.       К указанному времени вещи были собраны, а сумки выставлены возле двери. Прощаться было не с кем — старые друзья продолжали игнорировать существование Юджи, но теперь она хотя бы понимала, от чего это так — нормальная реакция на произошедшее. Она не вписывалась в установленные рамки, торча из-за угла, не подошла по размеру и формату, поэтому оказалась выброшенной из их жизни. Ощущалось как предательство и оно им было, но жизнь — это просто жизнь. Юджи оставалось только принять случившееся и оставить прошлое позади, словно сон.       Со стены был снят плакат с Марго Робби, чей дерзкий образ и шальная улыбка были идеалом для Юджи. Она хотела бы быть похожа на красавицу-блондинку, но пока что была далека от желаемого образа. Впрочем, это не было проблемой — Марго нравилась Юджи, но она не хотела становится актрисой. Просто было бы здорово быть хотя бы немного на неё похожей: харизматичной, красивой…       Взъерошив персиковую гриву волос, которую вчерашней ночью, после того как сложила вещи в сумки, Итадори всё-таки обкорнала привычным образом и шлифанула всё дедушкиной машинкой для стрижки, девушка уселась прямо на пол. Эта прическа была её собственной формулой удобства. Может быть не так красиво, как вьющиеся локоны Иуры-чан, или аккуратное каре Мономы-семпай, но выбритые виски и затылок делали Юджи более свободной в уходе за непослушными волосами. Она с ужасом вспоминала времена начальной школы, когда дедушка ещё заплетал её волосы в хвосты и косички, нещадно дергая колтуны, в которые превращались некоторые прядки после сна. И так каждый день. В тринадцать она в первый раз подстригла волосы по плечи, затем, уже через месяц, начала экспериментировать с цветом и длиной и пришла к тому, что имела сейчас.       Приятная ежистость под рукой заземляла. Это было чем-то привычным и стабильным. Пол холодил задницу даже сквозь удобные штаны со множеством карманов. О, чего только не было в этих карманах! Какие-то фантики, чеки, оставшиеся после покупок, мелочь, выпадающая из игровых автоматов, крупные купюры «на всякий случай», запасные ключи от квартиры, пропуск в школу, старая полинявшая фенечка, которую ей подарил в прошлом году тихий неприметный одноклассник по имени Миямура, в бедро упиралась полурасстаявшая пастилка от боли в горле… В этих карманах была целая жизнь и, если бы Итадори спросили, что она взяла бы с собой на необитаемый остров, то выбор пал бы на чудо-штаны со всем этим богатством, распиханным по укромным местам.       Откинувшись назад, Юджи уперлась спиной в стену. Теперь подмораживало не только задницу, но и всё остальное.       Стоило только Юджи немного расслабиться, как в дверь постучали. Она ждала этого звука, но он всё равно оказался внезапным.       За дверью стоял Фушигуро Мегуми, такой же хмурый, как и вчера. Всё-таки это было его обычное выражение лица, а не влияние погоды.       — Привет. Собралась? Хорошо, сенсей и водитель ждут внизу. Давай сюда свои сумки, — Итадори и пискнуть не успела, как Мегуми забрал почти все её пожитки, оставив только небольшой рюкзак, с которым она ходила в школу. В рюкзаке были документы и вещи на первые дни. Юджи прекрасно зная себя и своё нежелание ковыряться в вещах положила домашнее и сменную пару белья отдельно.       Погладив теплую от утреннего света дверь, девушка улыбнулась, прощаясь с домом, вернуться в который ей удастся ещё не скоро.       Было жаль оставлять эти стены, будто бы старого родителя, за спиной, но туманное будущее интриговало и будоражило. Тело буквально вибрировало от предвкушения, а широкая улыбка сама собой появлялась на лице.       — Поскорее бы уже!