Мистерии Окмонта

Всего в Окмонте существует три влиятельных семьи — это Трогмортоны, Карпентеры и Блэквуды. Так или иначе, но детектив знакомится с историей каждой из семей, но… есть ли за этим что-то большее? 1. Дилемма прошлого и настоящего С Робертом Трогмортоном мы встречаемся в самом начале игры — и я бы не сказал, что он оставляет какое-то приятное впечатления после разговора с ним. Исключая тему со «своеобразной» внешностью Трогмортонов, сам Роберт показан как высокомерный аристократ, который смотрит на всех окружающих свысока, — и этот портрет практически не меняется на протяжении всего взаимодействия с ним по сюжету игры. Или всё же меняется? Тема семьи очень чётко прослеживается в обоих заданиях Роберта — он эмоционально реагирует на известия о смерти своего сына, Альберта. Тоже самое можно сказать и про разрешение квеста с поиском зеркала: в случае, если Чарльз решит не возвращать его, Трогмортон будет очень разочарован и заметно расстроен, когда услышит об этом. И если в случае смерти Альберта детектив прямым текстом заявляет, что часть вины в этом из-за «неполиткорректных» взглядов самого Трогмортона на беженцев Иннсмута, то в судьбе потерянного брата Роберта этот вопрос никак не фигурирует. Если интересоваться деталями о прошлом семьи Трогмортонов, то Роберт практически ничего не говорит об этом. Более того, похоже его нисколько не интересует судьба жены его отца, хотя формально она и не является его родной матерью. Но всё же по какой-то причине его беспокоит судьба его старшего брата? Конкретного ответа на этот вопрос нет, так как мотивация самого Роберта здесь остаётся под вопросом. Возможно ли, что он рассматривал своего брата как потенциального наследника своей семьи из-за смерти Альберта? В самой игре, впрочем, ни сам Роберт, ни кто-либо/что-либо ещё не поясняет, в чём причина того, что отец Роберта избавился от своего старшего ребёнка — моё предположение в том, что, будучи ребёнком от человеческой матери, то он не смог бы продолжить линию Трогмортонов, но это всё ещё не отвечает на вопрос, зачем было прибегать к настолько странному способу, чтобы… сохранить душу своего старшего сына? Впрочем, не исключено, что таким образом сам отец Роберта «логично» решил вопрос, что главой клана стал бы самый старший ребёнок в семье… даже если этот ребёнок фактически только один. Не исключено, что «перерождение» (если так можно это назвать) брата Трогмортона было запланировано ещё давным-давно, — и сам Роберт просто не видит смысла посвящать в дела семьи «аутсайдера». Но во всём этом все ещё остаётся одна вещь, которая красной нитью прослеживается во всей теме семьи Трогмортонов, пускай она остаётся лишь где-то на фоне. Институт Окмонта был построен при помощи денег Трогмортонов, — ровно как и в настоящее время они продолжают жертвовать большие деньги во имя науки и образования. Одна из причин этого достаточно очевидна: таким образом они пытаются улучшить свою репутацию в городе, но… если вспомнить флэшбеки об истории семьи Трогмортонов и связанных с ним Института, то неясно, чем именно вызван такой интерес к монолитам, которые находятся в городе. Для чего жертвовать стольким количеством людей, если нашествие вайлбистов на тот момент ещё даже не произошло и что такого важного в этих камнях? Впрочем, если задуматься, то идея буквального и фанатичного следования логической/научной картине мира прослеживается за всем кланом Трогмортонов. Даже после провала первой экспедиции, в которой погиб Альберт, сам Трогмортон крайне настойчиво хочет послать следующую экспедицию, дабы выяснить причину всех бед Окмонта… но, в какой-то мере, можно сказать это и есть центральная проблема. Вся эволюционная идеология Трогмортонов частью и является причиной их бед — и в прямом, и в переносном смысле. Саму расистскую политику Роберта по отношению к беженцам можно рассматривать как борьбу за выживание сильнейшего вида, что вдвойне иронично, учитывая, что и те, и другие по факту представляют собой «гибридов». Плюс, сама причина любви Роберта к белому цвету можно трактовать как прямую отсылку к Ку-клукс-клану, которые также предпочитают этот цвет и придерживаются столько же расистких взглядов на Иннсмутовцев. Однако самое важное здесь другое, — одним из признаков эволюции можно рассматривать более высокий уровень интеллекта, и в какой-то мере это верно и к Трогмортонам. Они превалируют интеллект, — но вместе с этим похоже, что Роберт совершенно лишен как таковой эмпатии ко всем окружающим, что фактически и становится причиной, почему их семью ненавидят беженцы… и именно из-за этого погибает сам Альберт. И весь этот контраст между грубой внешностью и высоким интеллектом в итоге формируют противоречие: несмотря на ум, они все ещё ведут себя как животные, так как не понимают, как именно функционируют отношения между людьми. (Или всё же понимают, но намеренно не принимают это во внимание?) 2. Дилемма настоящего и будущего Формально семья Карпентеров — это вторая из трёх семей, с которыми Чарльз Рид знакомится близко на протяжении сюжета. В конце концов, детективу приходится выбирать, кем пожертвовать — отцом или сыном, — но зачастую для многих этот выбор выглядит слишком однозначным. Достаточно быстро становится очевидно, что Брутус и Грэм очень сильно антагонизируются на фоне друг друга, — в игре фактически нет ничего, что намекает на какие-то положительные черты характера Брутуса, но тоже самое верно и по отношению к Грэму? Исключая условную связь Церкви и младшего Карпентера, в игре буквально нет ничего, что показывало его с плохой стороны. И учитывая, насколько редко в Окмонте встречаются хорошие люди, то это выглядит очень подозрительным. Исходя из подсказок, которые можно найти в игре, то становится ясно, что Брутус заинтересован в продлении собственной жизни, — и его связь с Церковью нужна только для того, чтобы узнать о секрете бессмертия. Однако с Грэмом всё не так однозначно: да, можно заключить, что он является сектантом, но… я думаю, что не всё так просто на первый взгляд. Возвращаясь к теме Церкви, то в одной из записок её сектантов будет говориться что-то вроде «новое должно заменять старое», намекая, что Грэм должен заменить Брутуса на месте главы их семейного клана. Это можно рассматривать как борьбу Церкви за влияние на семью Карпентеров, но… разве не сами Карпентеры изначально основали Церковь Перерождения? Наверняка Брутус явно был не первым, кому приходила в голову идея о бессмертии, и вполне возможно, что речь тут шла о другом. Если выбрать сторону Грэма, то позже в комнате Чарльза можно найти газетную вырезку о том, что Карпентер пожертвовал большую сумму денег Церкви Перерождения. Это можно рассматривать как лишнее доказательству в пользу того, что Грэм является сектантом, но… это также не исключает того, что сам Брутус был против финансирования Церкви, так как не видел в этом никакой выгоды для себя самого. В этом плане ничего странного, что Церковь хотела бы видеть Грэма как нового главу семьи, — и возможно даже манипулировать им. В любом случае, в разговоре с Брутусом на его базе касательно предыдущих жильцов дома, в котором они находятся, то он ответит, что он против убийства детей и женщин. Это контрастирует с флэшбеком Чарльза о том, что его подчинённые всё-таки ответственны за смертью семейной пары, которая владела этим домом, — но что если Брутус в этом случае говорил правду? Логика за подобным способом раскрытия семьи Карпентеров в том, что оно в целом не столько о конфликте отцов и детей, — хотя, в какой-то мере, можно назвать это и так. Это вопрос соотнесения «внешней» репутации и «внутренних» убеждений — и что одно не всегда следует из другого. Но попытаюсь объяснить это проще. В самой игре Брутус всецело против того, чтобы менять стиль ведения дел, — и против как таковой идеи благотворительности, которую продвигает сам Грэм. Во всём этом старший Карпентер не учитывает тот момент, что фактически его «стиль» иногда ведёт к непредвиденным последствиям: и смерть семейной пары, упоминаемая ранее, относится к разряду именно этих последствий. Хотя сам Брутус прямо говорит, что он против убийства женщин и детей, но для его подчинённых, — как и, в общем, в глазах всего общества — о таких исключениях неизвестно, особенно на фоне «неоднозначной» репутации старшего Карпентера. В противовес, логика за действиями Грэма выглядит очень разумной, — за счёт благотворительности он пытается улучшить репутацию их семьи. И пожертвования Церкви позже в этом плане выглядят также логично, так как формально это всё же католическая церковь. Насколько же действительно Грэм может позволить манипулировать собой — это вопрос для другого раза. Как итог — люди судят о вас по вашим действиям, а не по тому, какие у вас (в теории) внутренние убеждения. 3. Дилемма прошлого и будущего Последние, о ком зайдёт речь — это семья Блэквудов, и, увы, о них нельзя сказать так уж многое. Но всё же… В зависимости от решений Чарльза, впервые Эбернота можно встретить на Рыбном Рынке — при условии, если детектив решит встать на сторону ЭОД, когда нужно найти с ними контакт. Разговор с Блэквудом не несёт особой информативности, да и в целом об его истории мы узнаём косвенным образом — собирая различные улики по ходу основного дела. Сама финальная судьба Эбернота также зависит от Чарльза, хотя в данном случае можно сказать, что и выбора как такового не предусмотрено, — его последствия ничем по факту не отличаются. Разве что в случае того, если Рид добровольно захочет избавиться от собственной «избранности», то косвенно можно судить о том, в чём весь конфликт семьи Блэквудов. Изначальный подъём их семьи случился из-за поддержки клана Маршей, которые когда-то сбежали из Иннсмута в Окмонт, — что можно узнать из флэшбеков, которые Чарльз видит на Рыбном Рынке. По сути, это и есть ключевая точка падения фигуры Эбернота: вера в свою «исключительность» зачастую оканчивается очень печально, когда сталкивается с реалиями окружающего мира, — в плане, если эта вера объективно не сходится с тем, как всё обстоит на самом деле. Да, можно сказать, что большей частью проблема Эбернота в ложных ожиданиях его семьи, — и безусловно можно воспринимать «ссылку» в Окмонт как что-то плохое, — что в целом не отменяет очень хорошую репутацию Эбернота среди беженцов Иннсмута, которые явно его чуть ли не боготворят. По аналогии с остальными семьями, можно предположить, что и здесь Йоханнес каким-то косвенным образом содействовал подобному печальному концу Блэквуда, но какой-то ведь посыл во всей истории должен был быть или нет? Возможно. Но оставим это на совести господина ван дер Берга.