30 дней холодной смерти.

Я никогда не видел столь красивых выражений лиц при физическом контакте. Столь чистых стонов. Я, очевидно, соврал бы, если бы сказал что они были некрасивы. Я пятнаю эти ангельские крылья, кусочек за кусочком. Крепкий алкоголь оседает на языке, играя на моих итак растрепанных нервах. Я не особо любил секс. Использовал его только как необходимость моего тела. Но с ней… Я поддался импульсу. Это было глупое действие, вколоть себе афродизиак. Но я не недоволен. Скорее наоборот, удовлетворен. Алкоголь заканчивается в моем стакане, и кажется, мой «здравый» разум, тоже. *** Девушка устало вошла в комнату, стараясь не думать о приятном покалывании меж ног. Паймон спала, очевидно, не дождавшись подруги. Чувство вины поселилось внутри. Люмин тихонечко подошла к шкафу, снимая одежду, задумавшись над тем, что произошло. Как это безумное чудовище стало таким нежным? Как он смог заставить ее сомневаться? Когда она начала думать о нем чаще? Нет. Это отвратительные мысли, нужно от них избавиться. Он враг, сумасшедший человек. Но виноват ли он в этом? Очевидно, нет. Выдохнув, она надела теплые пижамные штаны, и оставила свой черный топ, а белое платье осторожно сложила на стуле. За окном было темно, только пару фонарей освещало улицу, а ветер завывал и кружил снег. По крайней мере, половой акт с ним, смог ей немного расслабиться и ее это пугало. Пугало то, как легко этот «человек» может доставить ей боль, и удовольствие одновременно. Но выбросив все мысли из головы, она осторожно забралась на кровать рядом с Паймон, и начала проваливаться в сон. Следующие несколько дней, прошли в скудном расположении. Паймон и ее привычные визги. Тренировки к плану по уничтожению небесного порядка. Проверки на стрессоустойчивость. Снова дали оружие, что порадовало. И она наконец восстановила силы. После того случая в кабинете Дотторе, она стала видеть его реже. Другие Фатуи говорили о том, что он «уходит от мира дальше». Люмин только фыркала, не придавая этому значения, хотя в глубине души скрывала свое странное беспокойство. Люмин говорила себе, что беспокойство вызвано отвращением, и тщетно пыталась верить в это. Сегодня же, Люмин снова тренировалась, оттачивая навыки до совершенства. Паймон сидела в стороне, заинтересованно слушая Тарталью, который также присутствовал, и наблюдал за тренировкой Люмин. Она не колебалась, разрезая манекенов одного за другим. Ее настроение было не таким счастливым, как у подруги или Тартальи. Прошло довольно долго времени с того инцидента и встречи с доктором. Ей начало казаться, что он намеренно ее избегает. Странно, но это злило. Сделав сильный выпад, она со всей силы замахнулась мечом, отрубив манекену голову. Почувствовав чье-то присутствие сзади, Люмин обернулась. Тарталья стоял перед ней, скрестив руки на груди. А Паймон парила рядом с ним. На их лицах сквозило беспокойство, но на данный момент, Люмин это почему то раздражало. -Что? — Фыркнула она с толикой раздражения в голосе. Тарталья и Паймон переглянулись. Вероятно в ее голосе сквозило раздражение сильнее, чем она думала. Тарталья ступил ближе, положив руки на плечи девушки. -Люмин, ты, кажешься очень загруженной… может, не стоит так сильно налегать на себя? — Парень выглядел обеспокоено, а Паймон подхватила. -Да! Может сходим погулять? Или же…- Жаркий разговор прервал скрип двери и хриплый голос. -Люмин сегодня никуда не идет.- Голос доктора пронзил тишину, когда все трое уставились на него с замешательством. Люмин охватила толика гнева. Значит решил объявиться только сейчас? Сволочь. Она выдохнула, отвернувшись к манекенам снова. Паймон возмущено затопала ножкой в воздухе. А Тарталья тихо выдохнул. Отрицать силу второго предвестника опасно. Тем более, он верен царице, а значит повод уважать доктора есть. — Люмин устала! Ей нужен отдых от того что ей предстоит! — воскликнула Паймон. — Тем более, зачем ты пришел только сейчас? Тебя никто не ждал! — Девчонка скрестила руки на груди, после чего подлетела к Люмин. Дотторе только усмехнулся. — Люмин нужна подготовка, ибо ей не избежать смерти. Небесный порядок безжалостен, и не собирается ждать, пока она встанет, если упадет. Я, очень сомневаюсь, что ты хочешь что бы она погибла, верно, милая? — Люмин игнорировала их, сосредоточенно нанося удары по манекену. — Паймон, я думаю нам нужно уйти. — Вмешался Тарталья, заметив как накалилась обстановка. -Я… имею ввиду… Люмин и доктору нужно обсудить план дальше. Пойдем, поедим чего нибудь… — Казалось Паймон заинтересовалась, но неуверенно взглянула на Люмин. Девушка лишь оглянулась и кивнула. Когда Тарталья и Паймон ушли, помещение заполнилось тишиной. Только дыхание двух людей заполняло тишину. — Твои тренировки идут на пользу. — Заметил доктор, скользя по ее телу расчетливым взглядом. — Хотя, должен признать… Ты выглядишь намного раздраженной чем обычно. Поделишься, путешественница? — Он усмехнулся. От этой усмешки у Люмин повысилось раздражение. Как он может ухмыляться и спрашивать, если прекрасно понимает. Кончик меча прижался к его горлу. Казалось, так легко… но она не могла, нет… не после того как, он заставил ее почувствовать себя так хорошо, несколько дней назад. Ей пришлось убрать меч — Чего ты хочешь снова, Дотторе? Я сомневаюсь, что ты пришел сюда узнать, как мои дела и состояние. Я прекрасно понимаю, что тебе абсолютно плевать. — Ее голос был пронизан сарказмом и раздражением. Улыбка Дотторе пошатнулась. Он сделал шаг ближе, еще и еще. Шаг за шагом, он приблизился. Люмин показалось что воздух сгустился. Электричество сквозило между ними, а легкий румянец залил ее щеки. Дотторе слегка наклонил голову, проведя губами по ее щеке. Невесомо, эфирно… Девушка сглотнула. Шум ее сердца отдался в ее ушах, и ей показалось что она перестала дышать на некоторое время. Его губы спустились по шее, оставляя за собой мурашки. Почему я реагирую так? Он трогал меня так нежно только в прошлый раз. Я не понимаю чего он хочет. — Люмин… ты когда нибудь пыталась понять монстра? — Его голос был не таким как обычно. Он был… уязвимее. -Или же… сумасшедшего на твой взгляд человека? Пыталась ли ты, найти объяснение его действий? — Люмин выдохнула. Она пыталась сделать это. Но сделать это крайне тяжело, когда ты сам здоров ментально. — Я не так безумен как ты считаешь. — Его усмешка вновь стала слышна. — И я знаю, что ты это знаешь тоже, Люмин. — Руки Дотторе скользнули к ее талии, поднялись выше, и опустились вниз снова. Дыхание резко уходило. Его прикосновения ощущались жаркими в холодном помещении. Заставляли дрожать. Неправильно. Шептал голос внутри. — Мне было хорошо с тобой той ночью. - От этих слов, Люмин пронзил ток. Где гарантия что он не потешается? Да и какая разница?! Она не могла влюбиться в это… это подобие человека! Руки Люмин грубо и резко, оттолкнули его от себя. — Думаешь… думаешь, это что то значит?! Думаешь, я заботилась в тот момент о тебе?! Нет! Я… я просто тогда хотела от тебя удовольствия… — Голос Люмин был как сталь. Без сомнений, раньше она пыталась оправдать и понять Дотторе, но сейчас… ее мозг не понимал его и его мотива. — Что ты хочешь от меня?! Сначала ты бил меня, потом изнасиловал, плакал при мне как мальчишка! А после интимной встречи, изливаешь мне свою мерзкую душу?! — Его молчание только усиливало негодование Люмин. И она схватила его за воротник. — Я тебя ненави… — Она замолчала, заметив как из-под маски медленно катится одна слеза, потом вторая и так несколько, попадая на ее руки. Люмин медленно отпустила его воротник. — Зандик… я… — Прошептала она. Люмин не знала что говорить. Сказать что она не имела это ввиду? Но… тогда будет ясно что она заботится о нем. Начала заботиться об этом монстре. Дотторе горько усмехнулся, сняв маску. — Знаешь, Люмин… То, как ты говоришь это, довольно обидно. — Его голос был тихим и хриплым от явного желания заплакать сильнее. — Ты, абсолютно не видишь во мне человека… а я подумал что ты можешь отличаться от остальных. Ха-ха, какой же я глупец. — Его красные глаза, полные слез, взглянули на нее. — Знаешь, почему я долго не выходил из своего кабинета? — Начал он, подходя ближе к ней, из-за чего она начала отступать. — Ах, стой, на это тебе тоже плевать, да?! — Он закричал. Люмин вздрогнула. В его глазах была боль, гнев и что то еще. Его руки резко взметнулись, и он ударил ее спиной о холодную стену. — Потому что я вспоминал твое выражение лица, то как оно искажалось от удовольствия. Я вспоминаю тот раз когда ты меня успокоила, и знаешь что… — Голос Дотторе был громким, он явно пытался заставить ее понять что то. Но он не успел сказать последнее предложение. Следующее что почувствовала Люмин, была боль и шум в ушах. Стену здания кто то взорвал, и камни начали падать. Шум в ее ушах и размытое зрение, мешали попыткам сфокусироваться и прейти в себя. Она взглянула на место взрыва, заметив… девушку. Ту, что забрала ее брата в самом начале ее пути, с ней было множество солдат в золотом одеянии. Они двигались молниеносно, пока отражали атаки остальных Фатуи. Люмин пронзил страх. Паймон! Где Паймон?! И где… где Зандик?! Он был рядом с ней! Она встала, подходя ближе к месту где было видно битву. Все уничтожено. Дома сожжены. Крики боли создавали отвратительную какофонию звуков. Множество тел лежало неподвижно на снегу. Люмин резко взяла меч, спрыгнув вниз. Небо было алым. Отражая цвет крови. Глаза невольно заполнились слезами страха за родных. Паймон, Тарталья… Сейчас не время сожалеть. Люмин сжала рукоять меча сильнее. Ей нужно биться. И биться нужно прямо сейчас…