Тёмная Магия и Пряники

      Чёртов стук.       Весь соблазнительный ракурс с созерцанием вытекающей спермы и, быть может, даже повторной эрекцией – перечеркивается нахуй. По крайней мере один партнер был категоричен донельзя в своих размышлениях.       С: «Вечер торжественно похерен».       Придерживая Ру за спину и талию, Снейп вернул обоим сидячее положение. Сам поднялся, а она, будучи задумчивой, прислонилась затылком к спинке дивана с коленками набок, лежащими на поверхности, и стопами ближе к торсу.       – Тц («Ни дня ебучего спокойствия»), – цокнув языком, он взял палочку и принялся одеваться, используя чары.       Пряжка ремня зафиксирована, ботинки на ногах, рукава рубашки спущены, пуговицы застегнуты под завязку.        «Ух ты, мне бы такие навыки с утреца…», – не то, чтобы Ирис совсем не волновал столь поздний визит, однако секс и алкоголь разморили её до расслабленного состояния. Внутри всё ещё было горячо.       Вздох. Тяжелый с тонну, если б у него имелась масса.       Взгляд… Безотрадность, изнеможение, жажда закинуть аваду.       И: «Так не пойдет».       На свой страх и риск девушка решила попытаться разрядить обстановку, прежде чем грозовая тучка, которая с каждой секундой приобретает черты ещё более мрачной и смертоносной, направится к незваным гостям.       – В следующий раз давай в моей комнате играть в прятки ото всех, – кокетливо прошептала Ру, подставив ладонь к губам. Хотя, учитывая обилие заклинаний на пространстве вокруг, их разговор, чей-либо крик или пытки, невозможно было подслушать, а тем более самовольно, шустро и незаметно вломиться к ним.       Следом она притянула декоративную подушку и, в обнимку с ней, улеглась бочком на диван, так, чтобы её не было видно со стороны двери, зато продолжая любоваться каждым его движением. Он тоже посмотрел в её сторону.       С: «Пьяная, весёлая, оттра…».       Декан не привык сдерживаться, особенно, когда ему попадают под горячую руку. Подсознательно он был способен свести абсолютно любую ситуацию в язвительную, грубую ответку, почти сразу выплескивая всё на собеседника. Эта пакостная привычка залегла на генетическом уровне. Однако сейчас, заглянув ей в глаза, он сумел прервать поток мыслей, оставив их неозвученными.       С: «И ты тоже кончил. Ублюдок. Держи себя в руках. Очаг твоих проблем не здесь… И снова этот влюбленный взгляд, опьяняющий покрепче виски. Тц. Чёрт… Добьюсь ответов. Позже».       – Скоро вернусь. Но, при желании, можешь призвать домовика и трансг… – его мимика вновь была невозмутимой, последним штрихом он накинул на плечи мантию.       – О-с-т-а-н-у-с-ь, – не дав договорить, она сильнее приобняла подушку и продолжила валяться уже на спине, её незамедлительный ответ абсолютно устраивал Северуса. – Не убивай там никого, ха-ха…       – Я подумаю над этим заманчивым предложением, – он усмехнулся в привычной манере.       На все сборы в целом ушло не больше трех минут.       Снейп покинул свои покои, резко закрыв дверь.

***

      Как в плохом анекдоте: трое провинившихся студентов и Амбридж. Стоят, поджидают снаружи, и только слизеринца среди них нет («Конечно, блять, они такой хуйней не страдают по ночам»).       – В чем срочность дела? Насколько мне известно, деканы факультетов конкретно этих студентов проживают на других этажах, – балансируя между сдержанностью и пренебрежительностью, поинтересовался зельевар. Руки выстроились доминирующей пирамидой. Мантия полностью окутывала его торс, он казался ещё выше, остоконечнее, как грифон перед нападением.       И с первых секунд монолога возмущенной вырвиглазно-розовой пискли стало понятно, что маршрут построен к кладовой с личными («…уже нет»), однако по-прежнему невъебенно уникальными («…завидуйте молча») запасами зелий Северуса Снейпа.       Обычно, брезгуя Хогвартсом или даже всем на свете, на выходных Амбридж предпочитала покидать замок сразу же после череды инспекций, используя каминную сеть в своем кабинете. Однако сей поздний вечер был тем исключением, когда ей в голову взбрело вернуться за кое-какими документами и… Обнаружить незавершенный сюрприз-проделку! Со всеми взломщиками-затейниками!..       Что ж, повезло-повезло, не то, что Снейпу с беспалевными кражами из его кладовой. Эшафот для таких, к сожалению, пока что покрывается мхом, не кровушкой. Он бы на её месте лишь зловеще ликовал подобной поимкой с поличным.       Речь Амбридж резала уши. И была скорее эмоциональной, чем информативно-содержательной. Постепенно шествуя к цели, декан перестал вслушиваться и, вместо этого, применил свои способности талантливого легилимента.       Первый чертёнок, когтевранец, был тем, кто разведал график её отсутствия, а также ответственен за взлом и руководство действиями на месте. Когда он начал потирать висок, профессор Снейп прекратил свои манипуляции.       Второй недо-чёрт, златогриф, побаловался с трансфигурацией: стены кабинета теперь встречали профессора защиты от тёмных искусств, как камеры в психушке, белоснежно-мягкие, включая потолок и пол. Студент совсем не почувствовал магического воздействия.       Третий рослый чертёнок, пуффендуец модельной внешности и ангельским лицом, природа не обделила, да, завистливо прожигаем глазами, не позабыв об отвращении во всей мимике – использовал найденные в тумбе флаконы сыворотки на тарелочках с котятами. Предварительно разбавив содержимое в воде, чтоб наверняка хватило абсолютно всем милым хвостатым. После этого они и усом не повели на появление Амбридж: некоторые повернулись к ней жопанькой, другие спали, свернувшись клубочком, словно впервые за столетие, а оставшиеся демонстрировали коготки, намереваясь декорировать края тарелочек, а то и моську приблизившегося гостя, без разбору.       Если когтевранец сожалел о неидеальной стратегии, гриффиндорец о том, что не успел напакостить больше, но в целом гордился содеянным, то пуффендуец… («Вашу ж Докси»)… навоображал целый комикс в сознании, где с одной стороны образ обычного человека – днём в рабочей одежде, в остальное время в повседневной, а ночью в пижаме. А ДЕКАН СЛИЗЕРИНА на всех кадрах в своем фирменном чёрном костюме летучей мыши, круглосуточно. Если он вообще спит когда-либо… И ученик пуффендуя на этом не угомонился, он примерял на Снейпе ночные рубахи, комплекты пижам, что-то из мира моды, всё такое цветастое. Его волновал вопрос: «Нет, ну не голышом же…».       «Блять. Ебаный-подростковый-гормональный-пиздец. Ни стыда ни совести! Может, стоит четвертовать его уже в своем кабинете…», – пытался отойти от увиденного зельевар.       Однако вся компания, всё ещё целая и невредимая, оказалась в нужном коридоре со множеством картин и тупиком в конце. Слева отварилась дверь. Снейп, единственный зашедший внутрь, забрался на лестницу в поисках мини-ящика с необходимыми зельями.       О, его желание отдать флакон с обычной водой, соответствующей критериям – без вкуса, цвета и запаха – дошло до умопомрачения, как полыхание пламени в Кубке огня при избрании участников смертельного соревнования. Однако чары, наложенные на емкость для хранения запасов, были из министерских блядски-сильных фишек.       Предусмотрительности Амбридж не занимать, как и поразительно-ахуенных навыков вести отчеты.       Безусловно, он мог изначально вкладывать туда лишь воду, но это быстро бы раскрылось. А один-ложный затерялся бы среди остальных. И неизвестно, возьмет ли она конкретно его в требуемый час. Будущее – штука непредсказуемая и хлестко бьющая с наступлением. А ситуация, в которой они находятся сейчас, уже была как на ладони: ничего нового Амбридж не выведает у ночных гулен, всё их шкодничество на видных местах. Но ей же не докажешь, да и к чему распространяться о своих особых навыках.       «Тц. Расход впустую…», – негодовал Снейп.       Его вынудили явиться и в некогда пастельно-розовую обитель, чтоб выудить из него «профессиональное» мнение насчет сроков, когда котятки на блюдцах станут прежними.       С: «Может пожирателей на них всех натравить. Заебали… Мое утешение… да, как точно подмечено. И когда я стал так думать?.. Мое-Единственное-Утешение, хоть и подозрительное-хрупкое-временное, наверное, уже видит десятый сон на диванчике…».       – …и сколько продлится данный эффект никому неизвестно, – скупо подвел неутешительные итоги профессор и мыслям, и насчет декоративной пушистой когтистости, на которую ему стопроцентно начхать, как в мультфильме «Чертенок №13». Вот только начхательство не распространяется на первый фактор…       С: «Слишком много вопросов… Та партия сыворотки уже настаивается…».       От Снейпа ничего более не требовалось. Амбридж осталась разбираться со студентами своими «законом неписанными» методиками, а вот он напоследок запомнил каждого в лицо, чтоб отыгрываться на их нервах на занятиях по Зельеварению, в коридорах, на лестницах, у злачных мест для прогулок, Чёрного озера, в Хогсмиде…       Везде и --В-с-е-г-д-а--

***

      Её собственная смазка уже давно была и на белье, и на внутренней части бёдер. Сейчас же Ирис чувствовала, как трусики постепенно пропитываются ещё и его спермой, обжигающей внутри и отдающей прохладой снаружи. К тому же, слизеринка немного вспотела за этот насыщенный бурный вечер.       «Раз уж у него такое острое обоняние, загляну-ка в ванную комнату», – с такими размышлениями Ру бодренько поднялась с дивана, взяв с собой футболку и волшебную палочку.       «И где мои манеры, надо бы прибраться. Северус ведь любит порядок»       На пустых контейнерах от ланчбокса было использовано очищающее заклинание экскуро, а остальные вещи аккуратно сложены и вместе отлевитированы по пути до комода.       Она умылась, почистила зубки (контейнер с её щеткой остался возле раковины с прошлого раза; вообще у неё давно была привычка носить второй в сумке… с детства) и решила принять быстрый душ.       – Так много, мм... – начав стягивать стринги, она увидела вязкую жидкость, медленно стекающую и тянущуюся струнками до ткани, частично скопившись и на ней.       «Интересно, если я сохраню их в таком виде, он сожжет весь шкаф?»       Раздевшись и взяв душевую лейку, она продолжила:       «Надеюсь, ничего серьезного не стряслось, и его не втянут не пойми во что… Деканушка то и сам способен вытрясти всю душу, хах, спорно, за кого стоит переживать во всей этой ситуации»       «Хочу подольше побыть вместе… Что же у него творилось в голове: вполне мог наговорить всякого перед уходом, но не стал. Не в его это стиле. Или секс так положительно действ… чёрт, меня круциатнут за эти мыслишки… Беседовать с ним тоже сплошное удовольствие, такой инициативный… Опять приятные мурашки по коже»       Обтерев тело полотенцем, девушка надела на себя одну лишь длинную футболку свободного кроя, а белье всё же оставила в отдельном запечатанном магией пакете под сложенными вещами.       «И предоставил домовика. Он хотел, чтобы я ушла или своеобразно проявлял заботу?.. Когда узнает меня получше, наверняка, окончательно прогонит… [][][][][][][]ся ли у меня █▅ы█ л [][][][][][][][][][]ния?......... Или ничего, кроме истеричных раздираний да вспарываний себя, оседая по кусочкам в никуда…»       Направившись в прежнюю комнату, Ирис взяла флакон с янтарным ядом.       «…с ним у меня получается делать шажочки вперед без кома в горле…»       И переставила его на рабочий стол Северуса.       Заметив свисающий сюртук, она присела в кресло, забравшись с ногами, и приобняла себя рукавами одеяния.       «Раньше я испытывала симпатию, временную, быстропроходящую. А Вы что-то сломали в этом эмоциональном переключателе... Не отпускает. Намертво прорастая корнями вглубь... Моя зависимость и правда неизлечима, да?..»       Полностью стянув сюртук, до этого весь день облегающий тело декана, Ру вновь прилегла на диван и уткнулась носом в области воротника.       «Мятный бриз…»       Повернувшись лицом к спинке дивана, всё также прижимая к себе предмет его гардероба, она прикрыла веки («хочу быть рядом»). И одной рукой постепенно провела от затылка к плечам, крепко сжав на них пальцы («чувствовать твои прикосновения»), царапая кончиками и ведя дальше, по изгибам ключиц, как своевольный художник своей кистью, подхватив нить из клубка вдохновения. Стиснув ладонь на шее, найдя там резво пульсирующую венку («реагируя на них»). Прикусив губу, Ру ослабила хватку и нежно повела тыльной стороной до подбородка, ответно приподняв его в процессе, щекоча кожу практически невесомыми прикосновениями верхних фаланг и гладких коротких ногтей. А на спуске сильнее царапая, с резкими вдохами и более протяженными выдохами, оставляя тонкие дорожки покраснений на шее. Дойдя до груди, она основательно сжала её сквозь ткань, задержавшись на соске, вдавливая его и опять оттягивая, крепко зажав.       – Ха-а... мм, ха-а, – её дыхание становилось неровным, она ерзала, продолжая прислонять разные области ткани второй рукой.       Спустившись ладонью к ляжке («ощущать всего тебя»), Ирис прикоснулась к себе внизу, ведя пальчиками от влажных малых половых губ до клитора. Стимулируя его всё с большим нажимом, то задержав пальчик на нем, то скользя всей фалангой глубже и обратно. Когда указательный и средний оказались внутри влагалища, а подушечка большого продолжала ласкать клитор, Ирис застонала в ткань сюртука на тон громче («Л▓▓▓▓Ь тебя»).

***

      Профессор Снейп вернулся, практически бесшумно закрыв за собой дверь, не исключая ту малую вероятность, что его девочка никуда не делась и сейчас отдыхает. Ещё незаметнее он стал, заслышав шуршание с последующими эротичными звуками в направлении дивана.       Её голос он уже ни с чем не спутает. Тем более стоны, распаляющие всё нутро.       С: «Вот, значит, как мы отдыхаем».       Подойдя ближе, он подсознательно усмехнулся («И всё без меня... Тц, частично-без-меня...»). От этой обворожительно-аппетитной картины, когда она ввела в себя два пальчика и задвигалась резче, его организм начал реагировать. Член потихоньку набухал. Однако Снейп не желал допускать, чтоб она кончила просто от своих рук в его-то присутствии, поэтому шагнул вперед, став максимально близко к подлокотнику. Тень силуэта спадала на поверхность дивана.       Ирис перевернулась на спину и приоткрыла веки, выглядывая из-под его сюртука, одолженного без спросу и использованного явно не по назначению. Её смущение стало гораздо сильнее. Не зная, куда деть взгляд, она натянула ткань выше, спрятавшись под ней, одна ладонь лежала сверху, тыльной стороной придерживая иллюзорно защитный барьер, а другая сомкнулась на краю футболки у ляжки.       – Вы итак уже прогуляли всякий комендантский час, однако умудряетесь ещё сильнее нарушить устав и нормы вне его границ, – его голос был плотоядно-обволакивающим.       Обогнув подлокотник, Северус переплел пальцы их рук, приподнимая выше, а второй подхватил уголок воротника и начал отодвигать собственное одеяние в сторону, открывая взору покрасневшие щечки, яркие влажные губы, торчащие сквозь футболку соски и виновато-смущенный взгляд его развратной девочки. Освободившись, та ладонь начала собственнически блуждать под футболкой, задирая её вслед за своими движениями: сжимая пальцы на талии, ведя по ребрам и легонько задевая большим пальцем узкий ареол, почти сразу переходящий в выпуклый сосок.       – Профессор, Вы накажете меня? – мечтательно поинтересовалась Ру.       – А Вы ещё сомневаетесь?       Она приподнялась, украв его поцелуй. Даря своими губами очень нежные прикосновения. С ментоловым привкусом его зубной пасты. Руки перешли на его скулу и плечо, тогда как его – к ней на спину, поглаживая лопатки и полосу позвоночника. Он слегка прикусил её губу.       – Настолько сильно желаете быть наказанной или пытаетесь подкупить своего декана? – его пальцы мягко придерживали её подбородок, а жадный взгляд гипнотизировал.       – А Вы как хотите больше?       – В первой категории явный перевес, – поцеловав её скулу, он продолжил, шепча на ушко: – Почему бы Вам не лечь на животик, выгнувшись той областью, готовой принимать меры за штрафные баллы?       – Мгм, ха-а...       Вопрос был риторическим, её щеки горели. От плеч до кончиков пальцев пробежали щекочуще-пощипывающие мурашки. Прикусив нижнюю губу, Ирис прилегла, обхватив руками подушку, прижавшись к ней грудью и немного щекой, пытаясь подглядеть за Северусом. При этом послушно стоя на коленках.       Декан за эти мгновения снял мантию и расстегнул несколько пуговиц рубашки. Одна его рука всё это время почти не отдалялась от девушки, касаясь плеч, затем дойдя до поясницы и вот, когда она выполнила все указания, ладонь выводила круговые движения от талии к ягодицам.       Её футболка была приподнята до лопаток, открывая вид на соблазнительный изгиб спины. Левая нога Снейпа, согнутая в коленке, оперлась на диван между её широко раздвинутыми ножками. Ру подалась назад и интенсивно потерлась о его ширинку.       – Какие мы нетерпеливые и... чрезмерно энергичные, – Снейп легонько шлепнул её по ягодице и, услышав приглушенный стон, начал касаться внутренней стороны бедра. Второй рукой он снял ремень, расстегнул застежку-молнию и направил свой возбужденный орган, сначала между её ягодицами, а затем ниже, плавно покрывая его смазкой с половых губ, ведя всем стволом вплоть до клитора. Дальше он одной лишь головкой провел вдоль малых губ и оказался ею во влагалище. Её ляжки напряглись сильнее.       – Больше не проявляете инициативу, мм? – он решил подразнить и без того крайне возбужденную ученицу.       Ру приподнялась на ладошках и задвигалась ему навстречу, вводя член лишь наполовину и с прерывистым дыханием подаваясь вперед.       – Х-ха...ха-х...       Пальцы её рук вжимались в обивку, диван пружинил в области коленок. Стопа прикасалась к его ноге, стоящей на полу у сиденья. Движения стали резче.       Тогда Снейп взял её за бёдра и насадил до упора. Шлепок. Она сильно сжала его внутри себя и застонала со вскриком, опустившись подбородком на подушку с притянутым поверх сюртуком. Он продолжил делать глубокие частые толчки. Под бешенную пульсацию внутри.       С: «Блять, как же узко... И уже кончила… Сплошное поощрение вместо наказания».       – Тебе настолько хорошо?       – мф-ха-а... д-да...ха-а... сли..шком...а-ха-а...       Правая ладонь изучающе спустилась по её ляжке к икре и осторожно сжалась на стопе, придерживая её на весу. Левая легла на поясницу, изгибы которой были чертовски притягательными. Северус не собирался сбавлять темп, но сменил его на более грубый, выходя полностью и порывисто двигаясь внутрь стенок влагалища. Ру, опираясь на локти, нависая близко к подушке, тоже задвигалась в его направлении, делая короткие вдохи, хватая воздух то носиком, то губами. Пальцы её рук сжимали сюртук, она периодически зарывалась в него.       Заметив эту чертову зависимость от его аромата, он решил притянуть её к себе, ревностно уложив ладонь у груди, направляя торс вверх. Чтоб она не отвлекалась на какие-то там вещи, а была полностью сконцентрирована на нем, его голосе, дыхании и всём, что там ещё ей нравилось. Обе его руки сцепились в замок у её пупка. Её ладони сжимали запястья Снейпа. Левая стопа легла ему на ногу, находящуюся на поверхности дивана.       Теперь он практически не выходил из неё, очень резво насаживая на свой член, звучно ударяясь об ягодицы. Ей было головокружительно жарко, его несдержанные нрав сводил с ума. Она выгнулась ещё ближе к его торсу, приподнимаясь на голени и, на пару секунд удержав коленки приподнятыми, царапая его руки. Снова. Он снова довел её до Забытья, Дрожи, Оргазма.       Её руки легли на верхнюю часть спинки дивана. Северус перестал двигаться, позволив ей отдышаться. Его пальцы расхаживали по её талии, приподняв футболку. Затем он вышел и провел по-прежнему стоящим членом о её ягодицы, вверх, упираясь головкой в поясницу.       – И у кого из нас, мм, больше энергии? ха-а...ха-а... – прикусив губу, она перевела ладонь ему на бедро и немного выгнулась, потёршись о его член.       – А Вы предполагали, что Ваше наказание пройдет быстро и безобидно? – он нагнулся ближе и поставил засос на её затылке.       – Хн-н.. мхм... – она опустила голову на тыльную сторону ладоней, лежащих на спинке дивана, и выдохнула в них.       С: «Для удовлетворения моих аппетитов и определения предела у твоих – энергии как раз хватит».       Отстранившись, Северус ввел в неё два пальчика, сразу задав ритмично быстрые толчки. Левая рука при этом оказалась у Ру под футболкой, сосредоточившись на её груди, массируя то нежно, то резче и сильнее. Её икры легли между его бедер, стопы находились максимально близко, одна поглаживала другую. Пальцы Снейпа были полностью покрыты смазкой, стекающей уже и на ладонь. Определив по нарастающим стонам, что Ирис скоро кончит, он вытащил их и отодвинулся назад. На такое действие она огорченно выдохнула и глянула на него из-за плеча. О, декан жаждал спровоцировать её на пошлые словечки, припомнив ей утренние угрозы* в его адрес.       – У Вас есть пожелания?       – Мгм, обязательно произн...а-хх.       Снейп шлепнул её по ляжке, не дав договорить.       – Тц, вредина... Хочу...мм, но не пальцами... – она возмутилась, а следом смущенно прошептала себе в руки.       – Положи свои ручки себе на ягодицы и попроси как следует, – Северус поглаживал место, по которому ранее шлепнул. Естественно несильно, ведь она так остро реагирует на всё это. Он не переусердствовал, не вскрывал старые травмы и обязательно приятно водил подушечками пальцев после. И Ру пока что ни разу не пресекала подобное.       – Мхх, ты мне так мстишь, да? – она лежала на своей щеке, ворча тихо-тихо. Кончики её ушей тоже горели. Однако Ирис всё же сжала пальчики на своих ягодицах, разведя их.       – Какая догадливая у меня ученица, – в принципе он был доволен происходящим, но внутреннюю язвочку порой так сложно утихомирить. – Так на чем мы остановились? – дразня, он провел предельно возбужденным членом по её малым половым губам, задевая клитор.       – Ха-а, хх-а...вой..ди... м-хха, в меня... членом.       Для его ушек и в целом самолюбия – этого было достаточно. Он оказался во влагалище, настойчиво наращивая темп под её сладострастные стоны. Удерживая обе её руки, слегка заведенными назад.              Через некоторое время отпустив их и спустив свои ладони к ней на бедра, входя ещё ощутимее, жестче. Впиваясь пальцами в нежную кожу. Погружаясь в одурманивающие ощущения.       – Ах-х, ха-а, мф, ха-а...ах, мм, ах-хх-а, – она вновь дошла до пика, цепляясь одной рукой за спинку дивана, а другую сжимая на поверхности сидения. Следом обе сместив вниз, ложась на ту же, никуда не девшуюся, декоративную подушку с воротником его сюртука сверху. Выгибаясь в спине, вжимаясь коленками в диван. Покрываясь мурашками и теряясь в повторном экстазе.       В пространстве комнаты смешались громкие влажные хлюпы, её пронзительные стоны с судорожным дыханием, его глухие стоны с тяжелыми выдохами сквозь сомкнутые губы, их совместная страсть и полная отдача друг другу. Войдя на всю длину, Северус кончил внутрь своей девочки.       Они оба остались практически без сил. Подхватив вторую подушку, Снейп прилег рядом с Ирис, притянув девушку очень близко к себе. Лицом к лицу. И просто любовался ею на протяжении нескольких минут. Она тоже смаковала – его взгляд, аромат и близость. Это всё было похоже на сон, и она сама не заметила, как первая погрузилась в мир Морфея, посапывая на боку.       Недолго отдохнув рядом с ней, он тихо поднялся и перенес её на кровать. Ему было известно не понаслышке, как порой затекают конечности после сна на диване, который, на первый взгляд, кажется вполне удобным. Не остался незамеченным и порядок, наведенный за время его отсутствия. Он подмечал в Ирис всё новые черты характера. Её внимательность.       «Не без чудачества», – декан недовольно взглянул на использованный сюртук, не зная куда его деть. В итоге, махнув рукой, оставил этот геморрой для утреннего разговора и лицезрения смущения собеседницы.       Снейп даже заставил себя быстро принять душ – где-то за пару минут дискуссий «тихо сам с собой». И тоже забрался под одеяло, уснув в одном лишь нижнем белье.