Догони меня

Вечерний воздух, наполненный сгустками разных запахов, был весьма приятен. Прохладный ветер щекотал лицо, а пальцы слегка краснели от холода. Зелёные деревья были украшены круглыми ярко-желтыми гирляндами, развешенными по всей территории празднования. Здесь так же присутствовала небольшая сцена, где студенты выступали с любительскими номерами, а ещё шведский стол с огромной миской розового пунша и множеством красных стаканчиков вокруг неё. Вскрытые упаковки от заказанной совсем недавно пиццы, на любой вкус корейские закуски, несколько ящиков соджу и пива. Активисты подготовили палатки с разнообразными услугами, например, создание макияжа или тир, было даже гадание на картах таро. Последнее особо пользовалось популярностью. До ушей студентов доходила типичная поп музыка, заставлявшая кивать ей в такт или незаметно вилять ногой под столом. Чонин с Сынмином как раз сидели и наслаждались происходящим, слушая бодрящую речь Минхо-хёна. — Каждому налили доверху? Я хочу сказать тост, — все заинтересованно повернули головы на главную личность университета. Его голос был мягкий, уютный, словно мурчащий, студенты завороженно смотрели на лидера, покорившись его обаянию. — Во-первых, я хочу поблагодарить нашу дружную команду первокурсников, кто помог организовать этот вечер. Я понимаю, что мне есть на кого оставить свой пост. Спасибо так же старшекурсникам, кто содействовал и не подвёл, — Минхо на кого-то опустил глаза, но Чонин не смог понять. Ли широко улыбался, чем, наверняка, влюблял сейчас не одного человека. — Во-вторых, я желаю вам, ребята, незабываемо провести эти годы и отрываться по полной, но только без вылета, выпьем! — в конце фраза обрывалась радостным возгласом, который тут же все подхватили. Свист, крики и звон стаканов заполонили собой всё пространство, а обжигающий горло напиток только укрепил всеобщее настроение. Чонин «незаметно» провёл глазами по лицам сидящих в поисках соседа по общежитию. Тот нашелся в самом конце, рядом с Ханом. Они о чем-то загадочно шептались, смеясь, а затем чокались стаканами с соджу. — Кого-то высматриваешь? — услышал вдруг Чонин. Ким активно жевал пиццу с грибами, но при этом успевал задавать довольно каверзные вопросы. Ян неловко улыбнулся и повернул голову к другу: — Хёнджин-хёна. Ему, похоже, весело, — будто с грустью произнёс парень и сам сделал глоток алкоголя. Щеки розовели, всё медленно перетекало в состояние неясной пелены. Сынмин прищурил глаза, когда всматривался в причину переживаний Чонина. Хван и вправду не выглядел холодной безразличной глыбой. Художник светился, как солнце в погожий день, его светлые волосы словно переливались золотом, а глаза затягивали внутрь себя. Хван шутливо размахивал руками, корчил гримасы, поправлял прическу и заливисто смеялся. Как можно было оторваться от такого зрелища? — Очень весело я бы сказал, — словно соль на рану ответил Ким. Чонин лишь грустно вздохнул и попробовал сосредоточиться на общении других людей. Их одногруппники обсуждали тему о том, стоит ли пойти в следующее воскресенье собраться на квартире. Сынмин тоже быстро переключился на беседу, говоря о том, что он горячо поддерживает эту замечательную идею. Его тут же назначили главным за организацию добычи алкоголя. Ян отмолчался, подумав, что ещё слишком рано планировать. — Я хочу сказать тост! — вдруг заговорил своим обыкновенно низким голосом Феликс. Его пьяные блестящие глаза, полные эйфории, озаряли весь стол, не зацепили, разве что, Джисона, который мысленно кидал в него копья. — Что ж, скажу по делу, желаю вам встретить свою любовь и завести много друзей, — многие произнесли протяженное «о» и «у», поняв, что Ли намекал своей речью на себя. Рядом с ним сидела самая красивая первокурсница — Хван Йеджи. Длинные рыжие волосы струились по тонким плечам, осиная талия соблазнительно подчеркивалась черным поясом поверх молочных брюк. Девушка казалась хрупкой и необыкновенно милой. Она смущенно кидала короткие взгляды на активиста, сжимая почти пустой стакан. — Кратко как-то, — прокомментировал насмешливо Минхо, но Феликс лишь отмахнулся, предложив Йеджи налить новую порцию алкоголя. Тогда Ли старший сам приподнялся со стула и громко сказал: — Я поддерживаю эту гениальную мысль, так давайте выпьем за это! — уже полупьяная толпа восторженно приняла приказ и залпом наполнила себя новым запасом отличного настроения. Чонин начинал понимать, что голову кружило так же, как и тогда на встрече с Хёнджином. Тело приятно расслабилось, а глуповатая улыбка натянулась на покрасневшее личико. Постепенно еда заканчивалась, и одногруппники один за другим вставали с мест и шли кто куда. Яну, тем не менее, не хотелось сдвигаться со своего пристанища, он оперся локтем об стол и прижался щекой к ладони, смотря то на задумчивого Сынмина, то на хохочущего Хёнджина. Второй пока тоже не спешил покидать стол, о чем-то беседуя с Джисоном. — Может, мы подойдем к ним? — предложил Ким. Ему хотелось помочь другу, но, честно говоря, Сынмин предпочел бы больше пойти посмотреть, как кто-то поёт в живую на сцене, чем наблюдать за каким-то парнем. — Не, я боюсь, — смущенно произнес Ян. Он ощущал внутренний дискомфорт, щеки горели то ли от соджу, то ли от стеснения, парень никак не мог в этом разобраться. Сердце болезненно било по грудной клетке, а в горле будто ком образовался. «Лучше бы я жил с Сынмином», — пришла в голову мысль Чонину. — Вы чего тут сидите? — возник неожиданный вопрос над макушками парней. Те удивленно обернулись и поняли, что голос принадлежал Чанбину. За ним неподалеку стояла опьяневшая Черён. — Да как-то не знаем чем теперь заняться, — удрученно сообщил Сынмин. Куратор вскинул густые брови вверх и предложил пройти дальше по территории, где-то там постелили подстилки для общения в ещё более расслабленной обстановке. — Не хочу никуда, — с грустью сказал Ян. На него вдруг напала печаль, и он, скрестив руки на груди, опустил подбородок на грудь. Ким недовольно оглядел его и строго сообщил следовать за ним и за Чанбин-хёном. — Это чего с ним? — с интересом спросила Черён у Кима. Девушка немного покачивалась по сторонам, зачесывала пальцами чернильные густые волосы и постоянно поправляла короткую твидовую юбку. Парень решил не оглашать чужие любовные переживания и кратко ответил: — Сам не знаю, наверное, алкоголь так действует, — Чанбин заботливо подхватил Чонина за локоть, и ребята вчетвером направились в сторону «пикников». Ян успел быстро обернуться и обнаружить, что Хёнджина и след простыл, а с ним и его друга Хана. Однако у стола появился Минхо и растерянно смотрел по сторонам, впрочем, он тут же исчез из поле зрения. «Так вот как я выгляжу?» — с грустью подумал студент и повернул голову обратно. Феликс, его почти возлюбленная, одногруппники и многие другие уже сидели на большом пледе из шерстяной клетчатой ткани. По бокам от них стояли оставшиеся несколько ящиков пива. Чонин мысленно прикинул, что здесь примерно две группы из его потока и человек десять старшекурсников. Студенты поделились по небольшим компаниям, и, благодаря Чанбину, ему с Кимом не пришлось делать выбор. — Мы тут! — с озаряющей улыбкой поднял руку Ли. Куратор сел напротив Феликса и посадил по правую сторону от себя Черен, а по левую Чонина и Сынмина. Кроме них, тут присутствовала ещё и Йеджи, а также из ниоткуда возникшие Минхо и Чан. Только студенты расселись, как появились «новые» люди в компании. Джисон стоял над ребятами, а за ним трусливо прятался Хёнджин, который вовсе не хотел принимать в этом участие. — Чан, ты тут откуда? — похоже, что Бан был незапланированным гостем. Чонин не знал кто это, и тихо наблюдал за возникшим диалогом. Парень показался ему симпатичным, а потом ещё и забавным. — Феликс позвал, а я дурак отказываться от хорошего вечера? — с усмешкой ответил Чан. Он выглядел довольно расслабленным и наслаждался происходящим. Его умиротворенное лицо едва могло испортить колкое замечание Джисона, да и то не факт. Тот как из-под земли вырос. — Если ты не дурак, то чего не пошел на то собрание? Почему мы с Чанбином помогали, а? — голос Хана явно источал яд, он был недоволен счастливым лицом своего старосты. — Хей, ну мы же хорошо потрудились! Хан, садись к нам, — вклинился в разговор главный авторитет университета. Минхо с мягкой улыбкой задрал голову, чтобы посмотреть парню в глаза. Кожа Джисона покрылась противными мурашками, он был благодарен тому, что пиджак скрывал неоднозначную реакцию организма. «И что делать?» — довольно простой вопрос возник в голове парня. — Не забывай, что я отплатил тебе за это, — спокойным голосом ответил Чан. Его не трогала грубость одногруппника, он четвертый год её наблюдал, поэтому никак не удивился. Хан обвёл компанию долгим задумчивым взглядом. И после того, как обнаружился новый знакомый — Чонин, Джисон повернулся к тихо стоящему Хёнджину, стал о чем-то шептать, вероятно, стоило ли присоединяться. В это время Ян мог наблюдать, как Минхо слишком долго пялился на стоящего вполоборота Хана. — Ладно, двигайтесь, — примирительно сообщил Джисон. Из-под его спины вышел Хван и поднятой ладонью вверх поприветствовал окружающих. Одногруппники приняли его спокойно, а остальные скорее с любопытством, особенно Сынмин. — А он красавчик, — прошептал Ким Чонину. Вблизи он показался парню ещё симпатичнее. Ян на сказанное лишь толкнул Сынмина локтем по ребрам и попытался сделать невозмутимый вид. У Хвана получалось намного лучше. Он сел по-турецки рядом с Джисоном и Йеджи, на лице ни грамма стеснения, словно минуту назад не прятался за стройной спиной друга. — У меня есть бутылочка, давайте в «Правда или действие», — задорно предложила Йеджи, когда все наконец устроились на своих местах. В их коллективе только они с Черён были женского пола, но девушек это ни капли не смущало. Феликс поддержал своеобразную идею, а Хану показалось это сомнительным удовольствием. — Я «за», — ответил Ким вместе с Чанбином и Йеджи. Остальные молча примкнули в игре, поняв, что большинство уже включились. Тогда студентка достала откуда-то из-за спины выпитую стеклянную бутылку от соджу и потрепанную книжку по японскому языку. На её поверхности стекло будет скользить в отличие от пледа. Феликс продолжил за девушкой: — Суть такова: человек крутит бутылочку и на кого выпадет, даёт ему право выбора «правда или действие», а затем после выполнения идет следующий участник, всем понятно? — хор голосов протянул «да», и тогда игра началась. У Чонина по спине табун мурашек прошелся от волнения. Первой вызвалась сама Йеджи. Она хитро улыбнулась и резко дернула стекло по матовому покрытию. Зеленая ёмкость сделала несколько кругов по своей оси и начинала медленно останавливаться. У всех задержалось дыхание, кто же будет первой жертвой? Горлышко показало на Сынмина. Тот криво усмехнулся и смело поднял глаза на девушку. Тут Феликс понял, что он кретин, но, к счастью, никак не продемонстрировал своё озарение. Нужно было посадить Хван напротив себя. Хоть бы у Кима и Чана грязных мыслишек не появилось, если потом горлышко покажет на Йеджи. — Правда или действие? — сощурив ярко подкрашенные глаза, спросила девушка. Ким, задумавшись о том, что обстановка пока слишком унылая для правды, выбрал действие. Чонин выпучил глаза от удивления и с восторгом обернулся на своего друга. Сынмин улыбался, посчитав, что Йеджи не придумала бы что-то совсем дикое. — Выстави анкету в приложение для знакомств с предложением одной ночи, — Феликс открыл рот от услышанного, а Хёнджин с Джисоном захихикали, подверженные алкогольному опьянению. Всё казалось намного смешнее, чем есть на самом деле. Остальные наблюдали за движениями Сынмина. — Без проблем, — спокойным тоном ответил студент и достал телефон из кармана брюк. Чонин и Чан ответственно проверяли выполнение задания. Благодаря быстрой мобильной связи и свободной памяти, Ким спустя минуту был на этапе написания информации «о себе», а над ней уже находилось домашнее селфи. — Покажи, — возбужденно потребовала Йеджи. Она даже встала на четвереньки, дабы заглянуть в телефон. От видимого декольте Сынмин закашлялся и повернул экран смартфона девушке. Йеджи довольно вернулась на своё место, Феликс незаметно схватил её за руку. — Поехали дальше, — заговорил Минхо. Ким, убрав телефон куда подальше, наконец заставил бутылочку кружиться. Окружающие не отрывали глаз от предмета, «решающего» судьбу следующего человека. Им оказался Хёнджин, Джисон мысленно поблагодарил вселенную, что это был не он. Хван на выбор бутылочки лишь хмыкнул и поправил длинные светлые волосы. Чонин напрягся, нутром почувствовав подвох от друга. — Правда или действие? — Просто спросил Ким. Художник так же спокойно ответил правдой, как-то не в настроении ерундой заниматься. Джисон и Чонин внимательно смотрели на Хвана, когда Сынмин задал свой вопрос: — Тебе нравятся парни? — тут и Минхо обратил свой взор, это показалось уже чем-то более любопытным. Хёнджин искривил лицо в кислой гримасе и с усмешкой сказал: — Если на себя намекаешь, то нет, — ответ показался неоднозначным и Сынмин попросил того уточнить: — Мне не важно, какого пола, лишь бы человек нравился, — наконец высказался Хван. Джисон похлопал Хёнджина по пояснице в знак поддержки, а Йеджи удовлетворенно кивнула. Ход перешел художнику, и тот лениво толкнул зеленое стекло. Чонин попытался дышать ровно, однако рой мыслей твердил: «хоть бы на меня» и противоположно «хоть бы не на меня, а то вдруг будет что-то странное?». Горлышко остановилось на Минхо. Парни особо не общались, однако для поднятия настроения себе и Джисону, к Хёнджину пришла в голову забавная идея. Оставалось только, чтобы Ли выбрал действие, хотя и на правду что-нибудь нашлось бы. — Правда или… — Хван не успел договорить, как Минхо тут же озвучил: «действие». Хёнджин не скрыл с лица своего восторга и довольным голосом произнес: — Поцелуй того, кто в этой компании тебе нравится больше всех, — Джисон округлил глаза, впрочем, как и весь коллектив. Все затаили дыхание, только Чанбин уточнил: — Это куда ему надо? В губы или в щеку? — художник немедля ответил, что обязательно в губы. У Феликса ком застрял в горле за Йеджи, как и у Чанбина за Черён. Хан был на удивление спокоен как скала, он точно уверен, что никакому из Ли не сдался. Минхо загадочно обвел каждого игривым взглядом и стал приподниматься на колени. Все таращились друг на друга, ожидая выбор главного активиста университета. — Мм, пускай это будет Хан Джисон, — словно промурчал Ли. Хан чуть на спину не свалился от услышанного собственного имени. Хёнджин повернулся лицом к Джисону, всё в нем кричало: «прости», однако толку от этого было мало. — Э, может всё-таки в щечку, а? — умоляюще произнес парень. Активист был уже совсем близко, он мгновенно склонился над лицом Джисона, положив ладони тому на плечи. Хан всё никак не мог успокоиться и избегал зрительного контакта. Ещё немного и парень потерял бы равновесие. Тут некстати вклинился Чан, а за ним Феликс с их: «Поцелуй! Поцелуй! Поцелуй!». Горячее дыхание, запах того самого аромата от бренда Gucci и жар исходящий от ладоней активиста сводили парня с ума. Ли не стал долго тянуть и примкнул губами к Джисону. Этот поцелуй показался слишком мягким и нежным, даже приятным. Хан не выдержал и оттолкнул Минхо, дышать сразу стало чуточку легче. Тот почему-то выглядел довольным и слегка покрасневшим. Что это, чёрт возьми, было?