Догони меня

Весь мир Джисона перевернулся вверх дном. Остальные тоже сидели в легком недоумении, они никогда не видели и малейшей искры между этими двумя. Парень еле-еле себя сдержал, дабы не сплюнуть этот поцелуй куда-то в помятую от студентов траву. Это было бы уже слишком грубо, да? Хан так и оценил, поэтому просто протер слегка опухшие губы тыльной стороной ладони. Это не укрылось от глаз целовавшего, он неловко всем улыбнулся и тихо вернулся на своё место. — Хёнджин, я тебя убью, — высказал свою угрозу Джисон на ухо сидящему рядом художнику. Хван поначалу ощутил испуг, однако тут же увлеченно попытался связать цепочку воедино. Возможно ли, что чувства этих двоих взаимны? Условившись, что Минхо и есть Аяэме. Пускай Джисону придется принять правду, на это понадобится время, и всё же вырисовывалась интересная картина. — Это было необычно, — удивленно произнесла Черён, она всё ещё не могла поверить в происходившее минуту назад. Девушка опиралась боком об Чанбина, её немного клонило в сон. — Тебе правда нравится Хан? — решил окончательно уточнить Феликс, а Чан с Чанбином поддакнули, тоже смотря на краснощекого активиста. Девять пар глаз пожирали взглядами, а Ли тихо сглотнул, он уже успел отрезветь от такого внимания. — Допустим, что такого в этом? — голос явно выдавал волнение, но Минхо был непоколебим, ему, похоже, действительно симпатизировал этот ивсенлоранский индивид, чьи губы сжимались от напряжения. Вокруг послышались громкие восторженное возгласы. Джисон захотел побежать к ближайшему водоёму и утопиться в нем. Теперь весь университет будет судачить о том самом активисте Ли Минхо и безымянном пареньке, чье имя обязательно все вскоре узнают. — Ты шутишь, да? — со слегка агрессивными нотками задал вопрос Хан. Он не смог промолчать, может всё-таки это какой-то дурной розыгрыш? День, когда парень согласился пойти на собрание, начинал казаться концом света. Минхо неловко поднял взгляд на Джисона, его голова была слегка наклонена влево, а ресницы подрагивали от нервозности ситуации. Ли сжал руки в кулаки и тихо ответил: — Не шучу. Не хочешь…пойти со мной на свидание? — Йеджи и Черён прикрыли рты ладонями, а парни закашлялись от такого поворота событий. Хван ощущал внутренний восторг, он словно оказался в мелодраме, однако всеми силами сдерживал выражение лица, иначе Джисон позже его точно придушит. У Сынмина в голове был идентичный фейерверк чувств, а Чонин волновался так же сильно, как и Минхо. Они были в чем-то схожи между собой. Хан же молчал, ему было неловко оказаться в подобной роли, можно сказать, что это его дебют. Неужели парень оказался главным героем американского подросткового фильма нулевых? Нет же, Джисон корейский студент из двадцатых годов, так какого чёрта происходило? — Не знаю, не хочу, я лучше пойду, — сбивчиво пролепетал Хан и тяжело поднялся на ноги. Конечности не слушались от выпитого алкоголя и нервозности. Остальные, теперь молча, стали сверлить Джисона взглядом, бросив поверженного Минхо наедине с собой. Активист грустно опустил голову, и Феликс принялся нежно его поглаживать по спине, попытавшись успокоить. — Я с тобой, — слишком весело произнес Хёнджин и последовал за быстро шагавшим Джисоном.

***

Университет и вправду, как предсказывал Джисон, стал кругом сплетен. Хан на свой страх и риск решил не ходить туда пару дней, вдруг это как-то помогло бы утихомирить бесконечный поток информации. Спасибо Чану и Черён, чьи рты не закрывались, они наслаждались этим событием, как если бы поедали ведро мороженного одиноким вечером. Безусловно, сплетни будоражили сознание, вносили хоть какие-то краски в серый мир учебы, однако когда они не о тебе самом. Стоит сказать, что Джисон вспомнил об отданной Минхо ему джинсовой куртке только после вечера потрясений. Нужно было вернуть вещицу ещё на посвящении, ну а парень, как всегда, обо всём благополучно забыл. Плюсом ко всему Хёнджин вскружил голову со своим «френдли лук» или же Хан сам себе? Не помнил. Чёртова память. Минхо оказался более отважным, он как обычно ходил на свои собрания и заседания. Честно признаться, активист и так никогда не посещал пары, лишь иногда мелькал по широким коридорам, освещенным весенним солнцем. На вопросы правдива ли сплетня об отказе, Ли отмалчивался. Он был спокоен, словно пораженный ретроградной амнезией. Тем временем, вечером в понедельник, Джисон ожидал новый эфир Аяэме. Несмотря на подозрения в личности стримера, Хан всё ещё хранил свою привязанность к нему. «Это точно не он», — вбивал себе в голову студент. На столе лежала коробка от всё ещё горячей пиццы «Маргарита», а с ней стояла бутылка французского вина. Хан не боялся алкогольной зависимости, он принимал такой отдых как необходимость от стресса. Зажженная свеча с запахом лаванды успокаивала нервы, а тихая музыка помогала наслаждаться моментом. Семь вечера и на экране ноутбука показался загадочный образ Себастьяна из аниме «Тёмный дворецкий». Идеальная посадка костюма, словно натуральные чернильные локоны волос и дьявольская улыбка. Совершенно ничего общего с активистом Ли Минхо. Слой грима не давал толком рассмотреть истинную форму губ или разрез глаз. — Добрый вечер, мои драгоценные! — со слегка расстроенным голосом начал эфир стример. Комментаторы чутко подметили плохое настроение Аяэме и принялись одержимо набирать утешительные слова. Хану стало не по себе, он засомневался, где-то на уголке его сознания всплыло: «А что если он расстроен, потому что является отшитым мной Минхо?», однако быстро потушил эту идею. Студент решил тоже поддержать Аяэме и быстро стал печатать своё обращение: j.one: «Сегодня ты грустный, что-то случилось? Мы тебя выслушаем», — другие пользователи интернета один за другим писали примерно схожее или же согласие с предложенным. Стример мягко улыбнулся и опустил камеру пониже, дабы скрыть выражение собственных глаз. — Спасибо, я так люблю вас. Со мной всё нормально, просто кое-что случилось…в моей обычной жизни, — сердце Хана пропустило болезненный удар, его мозг начинал, как дятел, настойчиво стучать по уже слабеющему отрицанию происходящего. — Понимаете, иногда не всё бывает так, как ты бы об этом мечтал. И именно мои грёзы разбились об горькую реальность, — звучало таинственно, не ясно о чем конкретно шла речь, однако именно это заставило Джисона навострить уши и пытаться вникнуть в слова Аяэме. «Что случилось?» «Я готова приехать к тебе» «Мы можем как-то помочь?» «Это по работе? Или на личном?» Тёмный дворецкий слабо потянул уголки губ вверх, он заинтересованно полистал комментарии в чате, про себя подумав, какой стоил бы ответа. — Нет, это не по работе, что ж, самое лучшее расслабление для души и тела вы прекрасно знаете, начнем? — на вопросе голос стримера окрасился в более игривые нотки, парень взял себя в руки, пока только в переносном смысле, и решился перевести беседу в другое русло. Джисону окончательно стало не по себе, и он не знал, что делать дальше. Остаться или уйти? И всё-таки, после случайного брошенного взгляда на расстегивающуюся ширинку брюк и обтянутые бедра, захотелось побыть тут ещё немного. Внизу живота начинало потихоньку тянуть, организм требовал ласки и внимания. Хан прикусил обветренную нижнюю губу и, не моргая, наблюдал за действиями Аяэме. Элегантные бледные пальцы, тяжелое дыхание и довольно неприличные звуки заставляли Джисона дрожать, парень потянулся за бокалом и трясущимися руками налил себе немного вина. Комментарии на экране были всё более грубыми, пошлыми и местами мерзкими. Удивительно, но парня это ещё больше разжигало, плоть натягивалась на ткань, ныла и больше не могла ждать. Хан медленно опустил руку под стол и нежно прикоснулся к себе. Другой рукой он сделал большой глоток опьяняющей жидкости. Щеки розовели, разум, наконец, затыкался, а животные желания брали верх. Стало плевать, кто был на экране, главное, получить первобытное удовольствие, довести себя до пика и высвободить весь накопленный стресс наружу. Аэяме с каждой секундой повышал уровень голоса, его возбуждающие стоны разносились по комнате студента. Джисон жадно впитывал их в собственное сознание, наслаждавшись настоящим моментом. Хан не выдержал и опустошил себя первым, замарав очередную пижаму. Всё же проще было сидеть нагим и потом сразу идти в горячий душ. — Ах, Х-х-а-, — стон прерывался, но Джисону послышалась его фамилия. Он словно проснулся от сладкого наваждения и обеспокоенно обратил взор на стримера. К сожалению, тот уже закончил и собирался прощаться с подписчиками. «Я точно схожу с ума», — с ужасом подумал про себя студент.