Догони меня

Лёгкая истома накрыла тело, и Джисон погрузился в глубокий сон. Лучи весеннего солнца опаляли русые волосы, белая блузка слегка измялась под весом, лежащей на ней головы. Ткань плотно облегала широкую спину студента, тем самым позволяла рассмотреть ранее скрытые родинки. Тихий голос преподавателя казался сладкой колыбельной, а Хёнджин оберегающим от всякой нежити щитом. Минхо не мог налюбоваться сидящим перед ним парнем. В собственных мыслях он постоянно в красках фантазировал о будущих отношениях с ивсенлоранским студентом. «Вскоре» они пойдут на перекур, там Хан не захочет целоваться, но Ли насильно подарит ему свой горький привкус. «Потом» будут прогуливаться по территории корпуса, и смеяться над чем-то в телефоне. Вечером Джисон проявит инициативу и пригласит на рамён. «Такой очаровательный, я бы зацеловал всю эту спину» — мечтательно подумал активист. Он подпер щеку ладонью и закусывал нижнюю губу. Рядом сидел Феликс и переписывался с Йеджи. Неподалеку на соседнем ряду сидели Чанбин и Черён, они о чем-то увлеченно беседовали, даже скорее спорили. Чан иногда поворачивался к ним и добавлял свои комментарии на тему дискуссии. Хёнджин же, как и Феликс, строчил без остановки своему возлюбленному планы на день. Минхо прошелся рукой по обесцвеченным волосам и задал другу вопрос: — Как думаешь, ему понравилось? Хан ничего не ответил, — прошептал активист. Друг с тяжестью оторвался от экрана телефона и уставился на Ли. Он окинул взглядом шевелюру Минхо и ответил: — Думаю, да. Ты стал ещё сексуальнее. В приложении университета уже пишут «Ли Минхо теперь жгучий блондин, но это не главное, он сегодня шел в компании парня, который отверг его», — с издевкой произнёс Феликс. Минхо закатил глаза, ну неужели у студентов нет своей личной жизни? — Кстати, тут даже фотка есть, — добавил комментарий Ли. Он насмешливо растянул губы и повернул экран телефона к другу. Активист поднял брови от удивления, а затем уставился на собственное изображение. Фотография была сделана откуда-то издалека, но на ней прекрасно видно лица парней. Как же влюблено Ли смотрел на Джисона, когда тот глядел куда-то прямо по курсу в аудиторию. Можно сказать, что даже сердечек в зрачках не надо дорисовывать, они, словно уже присутствовали. — Скинь мне эту запись, — деловито произнёс Минхо. Ли едва не засмеялся, но быстро выполнил просьбу. — Готов предположить, что ты распечатаешь фотку и повесишь напротив кровати, — активист в ответ смущенно улыбнулся и кивнул. На лице Феликса появилось недоумение, он вообще-то, вроде как, просто пошутил. Пока оставалось время, Минхо успел щелкнуть на телефон спящего Джисона. Такой поступок был неправильным, запретным, но влюбленный по уши активист плевал на все правила, построенные Ханом. Вскоре послышалось тихое мычание, и вдруг спина студента выпрямилась, шея захрустела, а волосы были потревожены ладонью. Хёнджин повернулся к Хану и игриво улыбнулся. Парень в ответ тоже растянул губы в доброй улыбке. Он учащенно моргал, пытался хоть как-то проснуться. У Минхо затрепетало сердце, почему Джисон не мог хоть разочек так же ему показать свою хорошую сторону? Тоже сощурить глаза, натянуть губы уголками повыше и засверкать, как алмаз? Нет, Ли любил все стороны студента, даже грубость и хамство, пренебрежение или насмешку, но человеческая природа слишком жадная. «Чем я хуже Хвана? Между ними же ничего нет?» — ревностно подумал активист. Если вдруг выяснится, что они больше, чем просто друзья, то Минхо не выдержит и начнет любовную атаку. Он не позволит никому встать на своем пути к сердцу Джисона. — Эй, Хан, раз вы с Минхо друзья, то и мы должны подружиться, — неожиданно для всех сказал Феликс. Хёнджин и Хан удивленно повернулись на низкий голос Ли, а активист потупил глаза от смущения. — Чего? — Всё, что смог вымолвить студент. На такой бред он точно не подписывался, Феликс бесил парня также как Минхо. Хван неловко захихикал и с интересом посмотрел на друга. — А что такого? Давно пора всем сплотиться, мы даже с одного потока, — спокойно сказал Ли. Активист хлопал глазами и молчал, он решил довериться другу. Джисон приоткрыл рот от легкого ощущения между растерянностью и недоумением. — Ну, мне было достаточно Хёнджина, а с Минхо мы только начали…нашу дружбу, поэтому сомневаюсь, что я готов к кому-то ещё, извини, — нашел силы ответить Хан. Хёнджин с дружеской заботой поправил в этот момент локоны на голове Хана, и у Минхо немного сорвало крышу. Он с раздражением взглянул на художника, тяжело выдохнул и перевел глаза на Джисона. — Мы не хуже Хвана, поверь, — с каким-то будто рычанием произнёс активист. — Я тебя понял, но мнение остаётся прежним. Хёнджин, пойдем, пара кончилась, — безапелляционно ответил Хан и резко поднялся с места. Ему осточертела парочка сзади, и он безумно горел желанием сбежать от них подальше. Художник тоже вскочил и быстрым шагом последовал за другом. — Чем он тебе нравится? Такой странный, — с искривленной гримасой сказал Феликс. Он ещё раз убедился, что Хан не самая лучшая партия для короля универа, он явно достоин лучшего. Минхо вновь мечтательно поднял глаза к потолку и ответил: — Всем. Я даже ревную его к этому Хвану, — Феликс удивленно посмотрел на друга и тут же сообщил важную новость: — Вообще-то, Йеджи мне сказала, что Чонин теперь парень Хёнджина. У тебя нет причин для беспокойства, — Ли резко повернулся и с радостью посмотрел на Феликса, активист тут же засиял и хлопнул в ладоши. — Правда? Фух, я рад, — с облегчением произнёс Минхо. Ребята тоже поднялись с мест и направились к выходу. По дороге активист открыл сегодняшнюю фотографию и с умилением увеличил лицо Хана. В груди расцветал душистый куст сирени, парень шел почти вприпрыжку, и Феликсу приходилось иногда отрезвлять друга. — Ты помнишь, что скоро поездка загород? Надо рассчитать бюджет, — спросил друг. Минхо неуверенно ответил: — Да, думаю, что человек пятнадцать может поехать, но перед этим ещё и концерт, как же выматывает, — удрученно произнёс активист. Слишком много забот на плечах председателя студенческого совета, но Минхо это нравилось.