Падение с небес

Джисон проснулся в полном одиночестве. Свет в операционной был выключен, но обстановка вокруг была достаточно светлой за счёт частичного освещения в жилище. Кое-как поднявшись с кушетки, он, превозмогая боль, нашёл ванную и смог немного освежиться холодной водой. Смотря на своё отражение в зеркале, он видел своё осунувшееся лицо и думал только об одном: «нужно вернуть свои органы». С искусственными органами вернуться домой ему могло помочь только чудо. Иначе его просто выпнут! Был шанс только в случае возврата своих родных биологических органов. И то, если кто-то узнает о факте операционного вмешательства в его тело, участие в программе будет отменено. Мать просто с ума сойдёт! А ведь семья наверняка ещё даже не заметила его пропажи, так как они не очень часто общались. Что же будет, когда они поймут, что сын пропал?! Они объявят его в розыск, и тогда, когда его найдут, все узнают, что он потерял органы. Это будет концом всего! Мысли об этом заставляли Джисона паниковать и, игнорируя тупую боль во всём теле, двигаться несмотря ни на что. Выйдя из ванной, Хан пробрался в чью-то комнату, что была приоткрыта. Та была небольшой, тёмной, и в ней не было окон, но одна стена была полностью закрыта голографической панелью, на которой и было изображено большое окно в потрясающий зелёный мир, которого ныне уже не существовало. Умиротворяющая картина леса создавала ощущение настоящего присутствия, а ароматические эффекты лишь делали картину реалистичнее. В остальном же комната была абсолютно обычной, даже немного тесной: полуторная кровать у стены, рабочий стол, полка, заваленная какими-то чертежами, и наклейки в виде милых котят на стене рядом с кроватью. Нагло пошарив по комоду этой комнаты, Джисон нарядился в простенькие джинсы и серую худи. Размер, к счастью, подошёл почти идеально, если не считать немного свободных штанов, но тут помог брезентовый ремень, найденный там же. Решив, что его не отпустят по доброй воле, Хан собрался тайно покинуть жилище, в котором его приютили. План в его голове выглядел достаточно просто: найти проход к Нулевому уровню, спуститься, узнать у местных, как найти чёрный рынок органов и попытаться договориться с преступниками, пригрозив им обращением в полицию. Ему ведь достаточно будет только дать биологические данные, чтобы подтвердить свою личность, и тогда у тех будут большие проблемы за нападение на жителя Пятого уровня. Добравшись до входной двери, Хан напоследок осмотрел свои белые кеды с несколькими каплями крови – единственное, что осталось от его личной одежды – и смерил взглядом полупрозрачный синий плащ, который висел сбоку от двери. Такой наверняка был полезен в дождь, но какая была погода на улице Джисон не знал из-за отсутствия окон. Решив, что достаточно и того, что он уже без спросу взял, Джисон повернулся к двери и должен был нажать кнопку открытия, как сзади него раздался строгий голос: — И куда это мы без маски?! Джисон напугано обернулся, сразу решив, что его сейчас обличат в воровстве одежды, но Минхо, который и остановил его от побега, был больше заинтересован другим вопросом. Он подцепил одну из масок-респираторов, что висели возле двери, и настойчиво сунул её Хану. — Думаешь, если у тебя теперь электромеханические лёгкие, то они способны фильтровать загрязнения такого уровня?! Ты на Первом уровне! На улицу только в маске! — Я ненадолго, — зачем-то солгал Джисон, заторможено решая, что делать дальше. — Да конечно! Наверняка же решил спуститься в Бездну, чтобы свои лёгкие с сердцем поискать? Хан промолчал, подтверждая тем самым его слова, и тот самодовольно усмехнулся. — Бери плащ, там дождь. Заодно узнаешь, что это такое на Первом уровне. Я тебя провожу, а то тебя до последней почки разберут. За сопровождение потом отдашь. Комментарий парня про почки не понравился Джисону, но он промолчал. Тот говорил жуткие вещи, наверняка преувеличивал, чтобы напугать. Одевшись в плащ, как ему и было велено, Хан проследовал за Минхо, который так же облачился в абсолютно прозрачный плащ. Стоило им высунуться на улицу, Джисона пошатнул неслабый порыв сквозняка. Они оказались на какой-то металлической лестничной площадке, тянущейся на всю длину здания. Рядом с дверью, которая за ним захлопнулась, он увидел неоновую вывеску, сообщающую о наличии внутри тату-салона и большой светящийся баннер «Клиника протезирования Бан». Возле соседних дверей тоже имелись различные вывески кофеен, парикмахерских и каких-то магазинчиков. И всё это нещадно заливало водой, что капала отнюдь не как обычный дождь, а так, словно сверху кто-то плескал из ведра. Подойдя к краю площадки и выглянув наверх, Джисон с удивлением увидел только тесно стоящие корпусы зданий, что до бесконечности тянулись вверх. Тесная обстановка давила, вокруг было достаточно темно и мрачно, но всё это меркло на фоне того, что не было видно неба. Вода стекала с других крыш, по факту ни одна капля не долетала до первого уровня, не встретив на пути какого-либо препятствия. Поэтому это и выглядело как водопад, а не нормальный дождь. — Видишь небо? — Минхо поравнялся рядом с ним и приспустил маску. — Попробуй ещё воздух на вкус. Тоже очень интересная штука. Хан послушно повторил за ним и вдохнул местный воздух полной грудью. Он едва не закашлялся. Воздух был буквально пропитан чем-то химозно-бензиновым, он горчил и оседал в горле, из-за чего начинало мгновенно першить. Вернув маску на место, Джисон перевёл дыхание и заметил, как тот насмешливо улыбался, глядя куда-то вверх. Он над ним экспериментировал, но злиться на него не получалось. До Хана вдруг отчётливо дошло, что для Минхо всё вокруг было обычным делом: он не мог увидеть неба, был вынужден всё время ходить в маске и вместо дождя утопал в потоке ядовитой воды, которая по пути к первому уровню ещё и собирала всю грязь с крыш более высоких зданий. Этот до безумия красивый парень был заложником той жизни, в которую его привели. — Немного дождливо, но сегодня весьма хорошая погода. Светло, значит скоро закончится. Пошли, в Бездну нужно успеть до обеда. Позже там становится весьма мрачно и опасно, — Минхо похлопал Хана по плечу и потянул за собой вниз по лестнице. Им пришлось довольно долго спускаться по различным лестницам, переходя от здания к зданию. Из-за того, что Хан ещё совсем не восстановился, передвигался он медленно, до последнего надеясь найти лифт. Что удивляло Джисона, так это отсутствие каких-то просторных площадок и дорог, все люди, встречающиеся на пути, так же передвигались пешком, преодолевая километры лестниц и мостов. Да и здания на первом уровне стояли так тесно друг к другу, что дорогам буквально не было места. — Почему никто не летает хотя бы на магнециклах? — поинтересовался Джисон, шагая за своим путеводителем. — Это же дорого! Откуда такое взять?! У нас очень мало у кого они есть, — как само собой разумеющееся поведал Минхо. Для Джисона это стало новостью. Он и подумать не мог, что такой вид транспорта мог быть для кого-то дорогим. У него такой появился ещё в пятнадцать лет, и он на него накопил, просто экономя на обедах в школе. Достаток людей первого уровня вгонял в ступор. — Ты же вроде изобретатель. Почему у тебя нет? — Джисон посчитал, что у того, кто делает искусственные органы, должно быть достаточно денег. — Я маленький производитель электромеханических органов Ли Ноу, мой бренд не настолько прибыльный. Ты не представляешь себе стоимость производства органов, — усмехнулся Минхо. — Но вообще… мне просто он не нужен. Спустя десять минут непрерывного спуска они вышли на довольно просторную бетонную площадку, которую даже можно было назвать улицей. Вокруг горело довольно много вывесок, кое-где висели рекламные плакаты, и пусть место было достаточно просторным, там не было оборудовано какой-то прогулочной инфраструктуры. Это была обыкновенная пустая площадка с широкой лестницей посередине. По бокам от лестницы было несколько сканирующих датчиков, а сверху летал дрон-полицеский, который также следил за порядком на пропускном пункте. — Я смогу подняться обратно без айди? — обеспокоенно уточнил Хан у старшего. — Конечно! Подняться не смогут только обладатели нулевого айди. — Но разве они не могут его вырезать из себя, как вырезали из меня? — Нет, нулевой айди – вещь более сложная, чем айди всех остальных уровней. Он читает болевые сигналы, постоянно анализирует наличие обезболивающего в крови, проще говоря, вырезать его практически нереально. И это не считая того, что он внедряется не просто под кожу, как у нас, но и врастает в мышцы, — обыденно рассказал Ли прежде, чем сделать первый шаг навстречу самому нижнему уровню Последнего города. — Но зачем так? Чем жители этого уровня отличаются? — Хан старался от него не отставать. — Тем, что этот уровень отдали под колонию-поселение. Это буквально тюрьма. — Что? — Джисон остановился на месте, не веря своим ушам. Они спускались в настоящую тюрьму? Все жители там – преступники?! — Не отставай, а то заблудишься, — мягко позвал Минхо его за собой. Лестница с Первого уровня имела несколько ответвлений, которые вели на другие лестничные площадки, подобные тому, что Джисон видел выше. Но главная лестница вела до самой земли, по ней они и пошли дальше. Вступив на покрытый грязью асфальт, Хан жутко поёжился. Солнца в этом месте не было уже пару столетий, даже бледные лучи не достигали такой низины. Вокруг стоял пугающий мрак и разруха: вдоль узких улочек лежали горы мусора, стены зданий были покрыты чёрной плесенью, а свет горел лишь в некоторых местах, из-за чего было невероятно темно. Джисону не верилось, что в такой атмосфере мог кто-то жить, но шагая куда-то рядом с Минхо, он порой встречал на своём пути странных людей в чёрных лохмотьях. Некоторые из них передвигались в масках, но некоторые не утруждали себя ношением защиты. — Мальчики, поделитесь мелочью, век яблочка не видела, — обратилась из-под лохмотьев скрюченная старушка без маски. Джисон обернулся к ней без задней мысли и едва не снёс Минхо с ног, впечатавшись в него со страху. А тот только мягко посмеялся, придерживая его за плечи. Кожа старушки была в пугающих нарывах, а один глаз был мутным, точно стеклянный шарик. Её седые редкие волосы торчали в разные стороны, а худые скрюченные руки не досчитывали нескольких пальцев. — Больше нет, бабуль, — Минхо подал ей несколько монеток, и старушка улыбнулась ему несколькими чёрными зубами. — Спасибо, сынок, есть ещё в этом мире светлые души, — чуть не плача от радости, прохрипела бедная женщина. — Чего ты так шугаешься?! Не бойся, эта маска фильтрует почти всё, чем ты дышишь, их вирусами не заразишься, — тихо проговорил Ли Ноу Джисону на ухо, когда они прошли чуть дальше. А Джисон мысленно зацепился за его формулировку. Почти? То есть какой-то риск всё-таки есть?! Хан больше не мог успокоиться. Он озирался по сторонам и видел десятки больных людей, которые были вынуждены влачить своё жалкое существование в этой дыре. У некоторых имелись огромные опухоли на шеях или язвы на руках, практически все они были бледными, почти синюшными от недостатка света и тепла. Кто-то постукивал металлическими протезами, направляясь куда-то по своим делам, а кто-то валялся рядом с мусорными кучами несмотря на льющийся дождь и соседство с крысами. Чем дальше они заходили, тем меньше Джисон верил в реальность того, что он видел. Он спустился в ад, настоящий ад на земле. Сдерживая панику, которая растекалась по его венам, он вышел на какую-то площадь, посередине которой даже имелся голый «скелет» дерева, и присел на корточки возле его основания, чтобы перевести дыхание. Когда-то это было цветущей клумбой, до того, как здания закрыли собой небо, а бетон заменил природную почву. Желая впервые потрогать настоящую землю руками, Джисон ткнул пальцем в грязь под своими ногами. Она была практически неотличима от того, чем пользовалась его мать, выращивая свои цветы, но всё-таки чуть твёрже. — Не стоит её трогать, она опасна, — мягко поведал Минхо, нависнув над ним сверху. — Насколько? — безразлично буркнул Джисон, пытаясь стереть грязь с пальца. — 50% нефть и продукты её переработки, 30% пластические отходы, 9% опасные грибки, 7% опасные металлы из батареек, 2,1% мутационные био-отходы, плюс небольшая радиация, — словно зачитал откуда-то Ли Ноу, и Джисон любопытно обернулся к нему, чтобы понять, откуда такая информация. Как оказалось, Минхо действительно зачитал общеизвестную информацию из сети – глаза его горели голубыми неонами, а это значило, что в его сетчатке был нанокомпьютер. — Ты знаешь, где прячут чёрный рынок? — поднявшись в полный рост, уточнил Хан. Ему хотелось скорее разобраться с его проблемой и вернуться на высоту. На этом дне мира было тяжело дышать и даже просто находиться. Процент людей с различными заболеваниями больше не удивлял после описания содержания почвы. Удивляло, что тут вообще кто-то ещё мог жить. — Да, все местные знают, пошли, — Ли Ноу поманил парня за собой и двинулся в один из пугающих переулков с минимумом света. Они шли не меньше двадцати минут, петляя между гигантскими зданиями, что уходили в небо бесконечными пиками. Именно в этом умирающем месте Хан впервые увидел колёсные автомобили и мопеды, которые не использовались наверху. Те стояли бесполезными консервными банками, колёса их были спущены, стёкла разбиты, а в некоторых давно обосновались крысы. Это же и к лучшему. Страшно было представить, что было бы с атмосферой улиц, если бы они были на ходу, ведь работали машины на бензине или даже дизеле. В месте, где отсутствует нормальное движение воздуха, это было бы почти приговором. Выйдя на ещё одну небольшую площадь, Ли Ноу подвёл Джисона к большой странной лестнице, уходящей под землю. По бокам от лестницы стояло два столба на которых возвышались пластиковые буквы «М», которые ранее наверняка имели подсветку. Метро. Джисон читал о нём в школе. Цепь подземных железных дорог с электрическими поездами, которые позволяли старым мегаполисам справиться с переизбытком транспорта на дорогах. Получается, чёрный рынок был даже ниже уровня земли?! — Я туда не пойду, — глядя во тьму, в которую вела лестница, тихо обозначил Хан. — Мы здесь уже столько времени, а я ни разу нигде не увидел даже полицейского дрона. Этот уровень, кажется, не интересен полиции. Даже если я обращусь за помощью, чтобы вернуть свои органы, они вряд ли что-то сделают. А учитывая плачевное состояние людей вокруг, я не думаю, что мои органы ещё лежат неиспользованными. Наверняка уже пересадили кому-то. Джисон крепко сжал зубы, пытаясь согнать щекочущее чувство, подступающее к глазам и носу. Он никогда бы не пожертвовал своими внутренностями на благо нуждающихся, но уже потеряв их, он надеялся, что они окажут кому-то настоящую помощь. Жертвовать остатками своего здоровья ради возвращения утерянного он не хотел, а тьма, которую таило в себе заброшенное метро, пугала не на шутку. Он был совершенно не готов увидеть всё то, что увидел. — Выглядишь так, словно в твоей голове мир перевернулся. Ты правда не представлял, куда идёшь? — удивился Минхо, поравнявшись рядом с ним. — Я был уверен, что ты просто прикидываешься. — Я ничего не знал. Никто наверху не знает, в каком аду живут эти люди, — с горечью покачал головой Джисон. Теперь он осознал, каким поистине наивным был его первоначальный план. Скорее всего, без Минхо он даже не смог бы зайти так далеко – его наверняка огрели бы чем-то по голове в тёмном переулке и растащили бы на запчасти окончательно. — Прям-таки никто? — фыркнул Ли и смерил Хана оценивающим взглядом. Тому пришлось посмотреть в ответ, чтобы понять, что тот имеет в виду верхушку Последнего города. — Хочешь сказать, комиссия знает? — Хочу сказать, что комиссия всё это реализует. Таков план, — пожал плечами Минхо и развернулся в обратную сторону.

***

Вернувшись в общежитие, Джисон погрузился на новую глубину отчаяния. Увидеть выход из сложившейся ситуации никак не получалось, а жить дальше почти не хотелось. Он день за днём по сто раз прогонял в своей голове варианты решения проблемы, искал способы связаться с семьёй, но сталкивался с отсутствием какой-либо связи между Пятым уровнем и остальным городом. Убеждая себя в том, что всё можно исправить, он пытался избавиться от отвращения, которое рождалось на глубине его желудка. Поначалу он боялся даже прикасаться к стальным частям своего тела. Казалось, что, если не трогать их руками, они останутся бесплотным кошмаром из сновидений. Но постоянная боль, которая сохранялась в теле на протяжении нескольких дней, напоминала о реальности произошедшего. Когда откладывать поход в душ уже не представлялось возможным, Джисон добрался до душевой кабины их странного жилища и смог наконец-то увидеть стальной щит, в который превращались створки люка в закрытом виде. В первый раз он провёл у зеркала по меньшей мере полчаса, разглядывая причудливый ромбовидный щит, что сверкал хромированной поверхностью. И вот за это он должен был вернуть семнадцать тысяч?! Этот ужас ему и даром не был нужен! Когда он осмелился к нему прикоснуться, чтобы ощутить прохладную поверхность, щит неожиданно отреагировал секундным голубым свечением и открыл свои створки в стороны, являя поистине страшную картину. Джисон увидел части электромеханических легких и сердца, что продолжали в это время страшно шевелиться. Хан поспешил закрыть дверцу в своё тело, но было поздно. Из биологического он смог увидеть лишь свою диафрагму, но его всё равно стошнило от «омерзительного» небиологического тела. — С тобой всё в порядке? Тебе помочь? — Чанбин несколько раз постучал в дверь с другой стороны, услышав подозрительные звуки в ванной. Голос его звучал по-настоящему взволнованно, поэтому Джисону пришлось ответить. — Я в норме! Он постоял над унитазом какое-то время, пока рвотные позывы не прекратились окончательно. Лоб его покрылся испариной, а глаза не просыхали от слёз. Боль в груди вновь разлилась обжигающей лавой, и дышать стало сложно, почти мучительно. Прислушавшись к своим ощущениям внутри, Хан чувствовал едва слышное гудение лёгких и ритмичные удары электромеханического сердца. Надо же, оно имитировало сердцебиение. Вот только зачем? Зайдя в душ, Джисон уже был готов немного помедитировать под тёплыми потоками воды. Дома он любил таким образом приводить свои мысли в порядок. Но над включателем воды в этой душевой имелся счётчик, который сообщал количество доступной воды, и её было совсем не много. Джисону пришлось хорошенько ускориться. — Зачем вы поставили этот ограничитель?! Я еле успел ополоснуться! — возмутился Хан, выйдя из ванной пошатываясь. Чанбин практически сразу подцепил его под руку и повёл в сторону столовой – после путешествия на Нулевой уровень его состояние ухудшилось, из-за чего передвигаться самостоятельно теперь было сложновато. — Тебе не хватило? Чан-хён плюсом отдал тебе свой запас воды. Так тебе полагалось ещё меньше. По-твоему, кто мы такие, чтобы тратить такие большие запасы воды?! Чем платить потом?! — удивился такой претензии Чанбин. — Это много? — искренне удивился Хан, выходя в странное пространство, что служило не то гостиной, не то столовой. Оно прилегало одной стеной к стеклянному боксу «операционной» и имело разделяющую стеклянную стену с другим помещением, где была прихожая и нечто похожее на тату-студию. Это странное жилище было довольно мрачным. Привыкший к простору и светлой обстановке, Джисон то и дело разглядывал тёмные облупившиеся стены, удивлялся отсутствию хоть каких-то цветов и не мог понять, почему в доме не было окон. Хотелось добавить в это место хоть немного зелени и света, хотя бы просто выкрасить стены в белый цвет. Обеденный круглый стол, за который его посадили, был выполнен из переработанного пластика, судя по цветастым разводам, а стулья были металлическими на крутящейся основе. В этом всем был уют космического корабля, а не нормального жилого дома. Вскоре к столу пожаловали остальные жители жилища, и Джисон наконец-то узнал их полные имена. Знакомство прошло за тарелкой ароматного спагетти с овощами и курицей, но Хан долгое время не мог заставить себя попробовать блюдо целиком, выбирая исключительно овощи. — Что такое? Тебе не нравится? — полюбопытствовал Ли Минхо, который, судя по разговорам, и приготовил обед. После путешествия на Нулевой уровень с ним Хан чувствовал к нему наибольшее доверие, но всё равно держался настороженно. Парень слишком часто кидал на него странные взгляды. — Эта еда очень вредная. В ней много масла, жиров и углеводов, она не сбалансирована, — хмуро объяснился Джисон. Минхо на его спич недовольно фыркнул, и Хан заметил, как все вокруг смерили его обеспокоенным взглядом. За столом повисло странное напряжение. — А вы на Пятом уровне такое не едите? — желая поддержать разговор, поинтересовался Бан Чан. — В основном наша пища приготовлена на пару, и её питательные свойства хорошо рассчитаны, чтобы каждый приём был полезен для организма. Боюсь представить, что случится с моими показателями, если я попробую что-то такое, — кивнул Хан в сторону тарелки перед собой. — У вас на пару, а у нас в воке, ничего плохого в этом не вижу, — флегматично отозвался Минхо, активно поглощая спагетти. — Зато оно гораздо вкуснее вашей пресной ерунды. Кстати, в любом случае, с тебя ещё и за еду. Хан даже не сразу понял, что на него навесили ещё один долг в плюс к тому, что имелся. Он хотел было возразить, но упёрся в по-кошачьи хитрый взгляд. Похоже, этому Минхо нравилось вымогать деньги. Либо выводить из себя. — Еда должна радовать вкус, — согласился с ним Чанбин. — Попробуй, это правда не хуже твоей привычной пищи, — попытался убедить Хана Чан. — Тебе нужно набираться сил, твой организм очень истощён, ему нужны жиры и углеводы не меньше, чем белки и прочее. В этой местности овощи – довольно дорогой продукт, так что другого предложить мы и не можем. — У вас разве не проверяют показатели? — удивился Джисон такой новости. — Без овощей ваши тела не могут быть в порядке. — Какие показатели? — удивился Феликс. — Помнишь, Сынмин рассказывал, что на Четвёртом уровне у детей проверяют все показатели организма, а лучших отправляют на Пятый уровень? — напомнил о неком разговоре Бан Чан. — Он, кстати, скоро придёт. Я сообщил ему, что Джисон очнулся. По странному стечению обстоятельств, буквально через пару минут, дверь в жилище с грохотом отворилась, на пороге показались сразу трое в защитных масках-респираторах. Сняв их и повесив на вешалку на стене рядом, парни обошли стеклянную стену, разделяющую прихожую и «гостиную», и разместились за обеденным столом. Самый высокий из них, с тёмными, собранными в хвостик волосами, встал между Чанбином и Феликсом, не желая садиться. Внешне он выглядел так хорошо, что Джисон невольно подумал о том, что он вполне тянул на кандидата к переселению. Однако, скосив взгляд всего на десяток сантиметров ниже, в кармашке жилетки, надетой поверх обтягивающей водолазки, он увидел небольшой баллончик кислорода, коим пользовались астматики. Тогда парня стало немного жаль. — Воу, ты правда с Пятого уровня? — поинтересовался «хвостик» после короткого приветствия всех присутствующих. — Я Хван Хёнджин, у меня тут тату-студия, с органами не помогу, но, если захочешь крутую анимированную татушку, обращайся. Хёнджин кивнул в сторону прихожей, где имелось небольшое пространство, в котором удачно поместилась кушетка, несколько шкафов и пара странных аппаратов, видимо, для нанесения тату. Стены той «студии» были украшены небольшими неоновыми картинками и зеркалом, что тянулось от потолка до пола. О тату Джисон никогда не задумывался. С самого детства ему внушалась важность сохранения чистых кожных покровов, поэтому различные изображения на телах людей казались ему чем-то неправильным. Анимированные тату он и вовсе видел только на рекламных билбордах, которые рассматривал сидя на краю своего уровня – на Пятом уровне они были запрещены. — Я Чонин, помогаю Минхо-хёну с доставкой его продукции, — поприветствовал Джисона молодой паренёк с лисьим прищуром. — У нас с тобой кстати лёгкие от одного производителя, хаха. Правда, мои более старой модели, не такие анатомичные, как твои. На виске парня имелся миниатюрный чип, горящий зеленоватым диодом. Джисон знал такой вид компьютеров, которые обычно внедрялись под кожу, чтобы те могли считывать сигналы мозга и выводить голографические изображения, когда это нужно владельцу. Такие компьютеры уже считались довольно устаревшими, поэтому Хан посчитал, что парень был из бедной семьи. Оттого было совсем не удивительно, что у парня были искусственные органы, ведь органические были в сотни раз дороже. Вот только почему он остался без органов дыхания? — Тебя тоже обокрали? — озвучил Хан первый вопрос, который пришёл ему на ум. — Что? Нет! Мои лёгкие даже за бесплатно никто не взял бы, — отмахнулся Чонин. — Пару лет назад мои лёгкие совсем стали отказывать, так что пришлось заменить. Да ты и сам знаешь, какая сейчас эпидемия лёгочных патологий и астмы. Хан непонимающе нахмурился. Он слышал о таком впервые. Эпидемия? Это заразно? — Не знаешь? — округлил глаза Чонин. — Похоже слухи о том, что небожители отрезаны от нашей информационной среды – правда, — присоединился к разговору третий парень, руки которого оказались полностью металлическими, когда он снял с себя олимпийку. Протезы были сделаны очень стильно, металлические «мышцы» в некоторых местах были выкрашены в синий и красиво контрастировали с классическим хромом. Несмотря на механическое строение, движения этих рук были абсолютно естественными и плавными, словно у биологических. Это действительно удивляло. — Ты ведь наверняка не в курсе, что творится здесь – на земле? — обратился к нему парень. — Меня Ким Сынмин, кстати, зовут. Это я тебя нашёл в туалете торгового центра. Джисон поражённо уставился на него, словно тот мог дать ответы на все его вопросы. Но слова вылетели из его головы, Хан только и мог, что беспомощно хлопать ресницами. — Я инженер, чиню вентиляционные системы на всех уровнях, кроме Пятого естественно. Я житель Четвертого уровня, так что мы с тобой самые ближайшие соседи, так сказать. Меня в детстве даже проверяли на пригодность к переселению на Пятый уровень, но что-то там не срослось в наследственности, — добродушно поведал Сынмин. Джисон знал об этих детях. Раз в год на Пятый уровень приводили около сотни детей-счастливчиков, которые имели самое хорошее здоровье для своего уровня. Они, либо их дети, в последствии могли иметь шанс на участие в программе «Новая Земля». Джисон впервые общался с кем-то, кто не смог пройти отбор. — Как житель Четвёртого уровня, я имею право спускаться на какой угодно уровень, что очень удобно в моей профессии. Но так как вентиляция на нижних уровнях старее и важнее для жизни города, я чаще работаю на Нулевом и Первом уровнях. И несколько дней назад во время ночной смены я нашёл тебя в туалете торгового центра неподалёку. Вся одежда в крови, разрезана на груди... я сразу понял, что случилось, и вызвал полицию. Но когда я сообщил им, что ты без айди и с Пятого уровня, я ведь знаю, что вы ходите в белой одежде, они не поверили! Уж не знаю, может, они в сговоре с чёрными хирургами, тут не угадать. Но они даже не пришли! И я не придумал ничего лучше, чем притащить тебя к хирургу, который когда-то вернул мне руки после производственной травмы. — Производственная травма?! Это чёртов хоррор! — воскликнул Чанбин. — Я ничего страшнее в жизни не видел! — После попадания рук в турбину другого быть и не могло, — криво усмехнулся Сынмин. Джисон представил кровавую сцену, что случилась с бедным парнем, и невольно скривился. Страшно было подумать о том, какую боль ему пришлось испытать в момент. Чудо, что он вообще не лишился жизни от болевого шока. — Я тогда ещё не знал, насколько старыми могут быть системы вентиляции на нижних уровнях. Я ведь, как и ты, жил в своём замечательном информационном пузыре благополучия, — обратился Сынмин к Джисону. — От вас наверняка всё скрывают гораздо лучше. Никакой информации об эпидемии астмы и рака дыхательных путей, никаких упоминаний о размере населения на нижних уровнях, и тем более никакой информации о качестве жизни нижних уровней. Знаешь, несмотря на то, что жители Четвёртого уровня могут спускаться ниже, лишь единицы это делают, и то не ниже Третьего – только чтобы сходить в клуб. А все потому, что спускаться – ниже достоинства «жителя поднебесья». Наш удел – стремиться стать «небожителем», как ты и все, кто спокойно существует на «Небе». — Небожители? — переспросил Хан, не веря своим ушам. Он никогда не считал себя особенным, но неужели те, кто жил ниже него, смотря наверх, думал о том, что сверху живут особенные люди? — А как вас ещё назвать? Небожители и есть. У вас даже кожа смуглее, ты сравни! — Сынмин потянул рядом сидящего Минхо за руку поближе к Джисону, чтобы тот мог увидеть разницу воочию. И результат искренне удивил Хана: он действительно оказался заметно смуглее, несмотря на то, что всегда предпочитал домашний отдых, а не прогулки под открытым небом. — Вы же реально избранные. Вы можете свободно видеть небо, закаты и рассветы, не страдаете дефицитом витамина D, знаете, что такое слабый ветерок и как ощущается солнце на коже. И это всё при отсутствии голода, бедности и вредных выбросов под носом. — И всё же… Разве это не слишком? — с трудом переваривая весь полученный массив информации, протянул Хан. Он слышал в этом описании не то зависть, не то неприязнь. Если Сынмин говорил правду, жители нижних уровней наверняка считали его и всех жителей Пятого уровня – зажравшимися везунчиками. С чего бы им думать о том интеллектуальном вкладе, который делают «небожители», когда им самим приходится каждый день бороться с нищетой и низким уровнем медицины?! — А ты разве не знаешь про неофициальные названия всех уровней? — удивился Феликс. — Откуда ему знать, — хохотнул Ким. Тогда-то Джисона и посвятили в основные знания о Последнем городе. Кое-что он знал из уроков истории, а что-то было для него откровением. Нулевой уровень – «Бездна» – находится от -100 до 400 метров над уровнем земли. Его называют «Бездной» потому, что он буквально утопает во мраке. Солнечные лучи не достигают тех низин, там темно, сыро и опасно, потому что почва отравлена. Никто не ходит туда по своей воле, туда в основном ссылают преступников, оттого там и процветает чёрный рынок. Первый уровень – «Вторая земля» – от 400 до 900 метров. Его так назвали за то, что он буквально заменил людям землю. Он относительно безопасен, хоть и последнее десятилетие даже на нём опасно долго находиться на улице. На нём тоже мало света, высокий уровень сырости и большое количество тяжёлых выбросов, которые оседают с верхних уровней. Так что ни в коем случае нельзя выходить на улицу без маски. Второй уровень – «Укрытие» – от 900 до 1400 метров. Он практически безопасен и имеет больше доступа к небу и солнцу, там можно дышать без маски, за что его ещё прозвали «Воздушным». Но он довольно бедный, люди там работают с утра до ночи, пытаясь поддерживать хотя бы нормальный уровень жизни. Третий уровень – «Средний мир» – от 1400 до 1800 метров. Это центр Последнего города, его сердце. Именно он светится неонами. Четвёртый уровень – «Поднебесье», он всего на 200 метров ниже «Неба». Люди Четвёртого уровня живут почти так же хорошо, как и «небожители», только не имеют шанса покинуть умирающую планету. А вот Пятый уровень зовут «Небом», потому что он буквально под небом. Там можно поднять голову вверх и увидеть небосвод, почувствовать солнечные лучи на своей коже. А это недоступно большей половине жителей Последнего города. Услышанное так сильно отличалось от того, что ранее знал Хан, что он невольно засомневался. Про общемировую катастрофу ему давно всё известно, но Последний город создавался как оплот справедливости и последняя надежда человечества, вовсе не как тюрьма для большей части населения. Если верить сказанному, то он и его семья – избранные, что-то типа высшей касты людей. Но он никогда себя таковым не ощущал. Это сложно, когда контролируют каждую твою секунду, каждый кусочек, который попадает тебе в рот. Задумчиво вспоминая все уровни контроля у себя дома, Хан на автомате открыл рот и принял то, что ему настойчиво предложил Минхо. Это была та самая паста, которую он отказывался пробовать, но понял это Джисон лишь спустя пару мгновений. Невероятно насыщенный вкус поразил его до глубины души, и он выразительно округлил глаза: сначала от прелести неизвестного вкуса, а потом от возмущения. — Мне нельзя такое! И я не хочу быть тебе должным! — недовольно выпалил Хан, смотря на то, как довольно заулыбался Минхо. Лицо того посветлело и преобразилось так, что «небожитель» невольно залюбовался. Он хорошенько рассмотрел его с головы до ног и не обнаружил никаких искусственных частей тела. Такой красивый парень мог бы быть ценным носителем хороших генов, всё-таки красота для нового мира имела тоже не малое значение. — Такая реакция на простую пасту? Вау, это забавно, — мягко протянул Ли Ноу. — Может попробуешь ещё это? Так и быть, за мой счёт. Он пододвинул к Джисону свой стакан с чёрной газировкой и выжидательно наклонил голову, словно проводил научный эксперимент. Хан быстро догадался, что его держат за лабораторную мышь. — Чего тебе так интересно меня всякой ерундой кормить?! — возмутился он. — Потому что ты дикий, тебе простые вещи незнакомы. И даже больше, в твоих глазах они опасны. Но твои вкусовые рецепторы остались в восторге, реагируешь как ребёнок. А что будет, когда ты попробуешь стейк или чизкейк? Или если ты увидишь Третий уровень? Ты ж с ума сойдешь! Ли Ноу даже не скрывал своего веселья, но злиться на него у Джисона почему-то не получалось. Лишь неодобрительно на него фыркнув, он принялся уплетать свою пасту, что осталась уже совсем без овощей. Он никогда в этом не признается, но это блюдо – самое вкусное, что ему доводилось есть в своей жизни, и его силы воли оказалось совершенно недостаточно для отказа от поедания этой пищи богов. Тело действовало практически само. — Однако, я не считаю, что нормально кого-то звать небожителями. Мы наверху, но мы не лучше вас, мы так же, как и вы, работаем на благо человечества, — деловито буркнул всё-таки Хан. — Человечество обречено! — чуть громче, чем следовало, весело возразил Ли Ноу. Он явно совсем не грустил об этом, и Джисона это даже немного задело. — Нет! Мы делаем успехи в подготовке Марса для переселения всех людей. Сейчас туда могут отправиться только самые сильные, но со временем мы сможем перевезти всех, я уверен! — с чувством выпалил Джисон, прекратив есть. От напряжения у него даже сильнее, чем прежде, разболелась грудь. А ребята вокруг насмешливо ухмылялись, словно он говорил несусветную чушь. Он чувствовал себя идиотом под снисходительными взглядами, и это по-настоящему злило. — Поверь, нас никогда никто не перевезёт. Пятый уровень, часть Четвёртого, может быть, но все, кто ниже – обречены. Достаточно просто это увидеть, — с неловкой улыбкой всё-таки пояснил Бан Чан. — Ерунда, даже дети Пятого уровня знают, что программа «Новая Земля» создана для возрождения человечества в его лучшем качестве, для спасения всех жителей Последнего города! — неверяще возразил Хан. Есть уже не хотелось. Не до еды, когда твои жизненные установки рушатся, когда пытаются сломать всё то, во что ты верил с самых малых лет. — Вот именно! — воскликнул Минхо. — «Возродить в лучшем качестве». План просто отобрать самые лучшие биологические экземпляры человечества и разместить их на новой планете. Обыкновенный генетический отбор, торжество евгеники! — Нет, это не так! — резко обернулся к нему Джисон. По-честному, хотелось его толкнуть, но Хан не рискнул. Пусть Минхо уже разок помог ему и, несмотря на подначки, был к нему добр, Хан ещё не знал, чем тот мог ему ответить. И всё-таки он едва не задрожал от раздражения, так как Ли Ноу только посмеялся на его слова. — Ахаха, то есть за то время, что ты просиживал наверху, у тебя не возникло вопроса: «почему нас разделили»? Очевидно же, что мы недостойны и даже опасны для вас – избранных. По-твоему, здесь нас разделяют, а вот на Марсе с удовольствием позволят жить вместе? Это же чертовски нелогично! — сыпал жуткими фактами Минхо, и Джисон, к своему сожалению, не мог ничего ему противопоставить. — Нас разделили, чтобы жители Пятого уровня могли всецело посвятить себя программе переселения и развитию науки, с помощью которой и будет спасено человечество. Будет разработан транспорт, который сможет без проблем перевезти даже тяжело больных! — пересказал Джисон то, что слышал в школе. Конечно же у людей возникали вопросы, и правительственная комиссия всё объясняла. Просто после вопросов Ли Ноу этот ответ уже не казался ему таким достоверным. А ведь действительно, разве их разделяли столько десятилетий, чтобы на Марсе снова объединить? Точно ли всё будет именно так? И почему никто не интересовался этим моментом будущего? Нет! Всё наверняка не так, он просто чего-то не запомнил. В школе Джисон не всегда был внимателен, так что легко мог прослушать. Нужно просто вернуться домой и убедиться в этом. Но все вокруг уже потешались над его словами. Под аккомпанемент из смеха и причитаний «какой наивный» он рывком поднялся со своего места и на секунду потонул в темноте. В голове зашумело, боль во всём теле зажглась с новой силой, и его начало кренить вбок, к счастью, кто-то подхватил его сзади. Хан на автомате попытался оттолкнуть от себя чужие прикосновения, однако у него ничего не получилось. Его потянули обратно в операционную, и стоило бы обеспокоиться своим состоянием, но Джисон не мог отвлечься и словно одержимый думал только об одном: «Всё не так, я докажу. Нужно вернуться на Пятый уровень».