Old bones

              — Может, тебе успокаивающий травяной чай сделать? — мягко спросила Карин, с сочувствием смотря на Чонгука. Он сидел на одном из высоких стульев у стола, но то и дело оглядывался за спину, прислушиваясь к звукам за стеной. Уже было почти девять утра, но Юнги до сих пор не проснулся. Гук в самом деле начинал волноваться. — Не поможет. — Нанзулару подтянулся на задних лапках и осмотрел пакетики приправ в шкафу. Не желая пугать слишком слабонервного Ёнхва своим настоящим телом, он снова вселился в кошку и теперь собирался готовить завтрак своей остававшейся на ночь гостье. — Призракам нужны специальные успокоительные, у нас их нет. — Мне успокоительное не нужно, слегка поволноваться — совершенно нормально. Мне нужно просто отвлечься и не накручивать себя. — Мудрое решение, — улыбнулась Карин, а после проверила время на элегантных наручных часиках, поставила свою кружку в посудомойку и задвинула стул под столешницу. — А для меня мудрым решением будет собираться и спешить на работу. Вообще не понимаю, как я ещё на ногах стою с таким расписанием… Женщина с тихим смехом почесала кошачье тело под шейкой и выпорхнула из кухни. Нан оглянулся. Честное слово, Чонгук впервые в жизни видел на кошачьей мордашке выражение «Какого, блядь, хрена сейчас произошло». — А как же завтрак?! — Прости, котик, спешу на летучку! Позавтракаем завтра! — Летучка? Это общественный транспорт такой?! — Нет, но похоже на старый автобус в час пик, когда все ворчат, ругаются, пытаются не брать на себя ничего лишнего и не знают наверняка, доедет ли вообще этот развалюха-автобус до конечной. — Это рабочее совещание, — тихо подсказал Чонгук. Нанзулару проворчал что-то себе под нос, нехотя отставил бутылочку оливкового масла в сторону и побрёл следом. В коридоре послышалось шуршание и приглушённый разговор, а после хлопнула входная дверь и понурый Нан вернулся на кухню. Так и подмывало пошутить о том, что они уже выглядят состоявшейся парой… — Карин приедет снова после работы? — Да. Обещала приехать в одиннадцать. Сразу видно, что кошки у нее дома нет, да?.. — Видимо, — неуверенно покивал Чонгук, вытаскивая из волос снова излишне увлекшегося попугайчика. — Скажи, зачем вы вообще видитесь каждую ночь? Это что-то вроде… тренировок? — Это знакомство поближе. Хочется же знать, с кем связываешься. — Что ж. Я честно пытался сдержаться… — Чонгук вздохнул, признавая свое бессилие перед ситуацией. — Да вы как настоящая парочка! Нан злобно зыркнул на него из-за кухонного комбайна. — Ладно, признаю, ты и правда долго держался. — Вдруг послышалось тихое хихиканье. — Приятно осознавать, что у меня в любом теле больше шансов, чем у этого… — Кого «этого»? — грубо перебил голос Ёнхва, мужчина замер в дверном проёме, уперев руки в бока. — Не притворяйся, что у комка кошачьей шерсти есть шансы заполучить реальную человеческую женщину. Мы все знаем, что она с тобой забавы ради. — А с тобой даже забавы ради не согласилась бы, — фыркнул Нан и принялся аккуратно наливать масло в глубокую сковороду. — Тебя даже в массовку спектакля не взяли. — Меня не «не взяли», меня записали на второе прослушивание! Я прошёл первый этап! Прошёл! — А некоторых после первого сразу в состав берут… — Нан забавно покачал головой, закручивая крышку на бутылке. — Но это ж про талантливых. — Не тебе мой талант оценивать, у тебя даже слуха нет. — Ёнхва достал себе кружку и принялся наводить чай. — Пфф. — Не тебе мой слух оценивать, — передразнил Нанзулару, ложкой перекладывая в сковороду маленькие помидорки и колечки моркови. — Человек у которого только и есть в жизни, что красивая мордашка с обаянием, что-то ещё мне за жизнь талдычит. А сам даже рис с овощами пожарить не может… — Ууу. Безликий, который только и умеет, что у плиты торчать, а у самого не то что лица, даже рук для готовки нет… Чонгук удивлённо вскинул брови, поняв, что спорщики вдруг замерли и замолчали, думая о чём-то своём. Переглянулись. Вернулись каждый к своим делам. И снова молча уставились друг на друга. — Слушай, а почему мы… — …да я всё это раньше же затеял, я ж не думал… — Так, может быть, нам… — …да как-то уже неловко Карин отказывать. Да и ты прослушивание пройдешь, будешь на репетициях занят, может, не состыкуется расписание. — Ну да, ну да. Может, и не получится. Ёнхва покивал, залил чайный пакетик водой, снова покивал и ушёл. Нанзулару вздохнул и принялся помешивать овощи лопаточкой. — Мне нельзя комментировать, да? — с улыбкой спросил Чонгук, наблюдая за тем, как с максимальной осторожностью кошачьи лапки переворачивают лопаткой кружочки моркови. — Если не хочешь позориться. Вряд ли ты выдумал что-то мудрое или хотя бы остроумное. Эта ситуация давно уплыла в другое русло, теперь нам поздно объединяться ради конкурса. — Да, но я не про это. Просто хотел сказать, что с Ёнхва вы тоже на женатую парочку похожи. — Чонгук усмехнулся. — Даже интересно, кого ты в итоге выберешь. Нан перевёл на собеседника усталый взгляд, кажется, жалея, что при всём желании не дотянуться лопаткой, чтобы треснуть по роже этого нахала. — У Карин своя квартира, должность в крупном магазине и серьезные планы на жизнь, — буркнул он в конце концов, возвращаясь к сковороде и высыпая нарезанный красный перец. — Посолиднее партия. — У меня, между прочим, дом на побережье, — почти прошипел Ёнхва, вновь появляясь в дверях, как мультяшное привидение, которому спокойно на месте не сидится. — Целый портфель ценных бумаг, которые обеспечат до конца жизни. И планы творчески реализоваться, оставив след в искусстве. — У Карин ноги длинные, — бросил в ответ Нанзулару, даже не оглянувшись. И Чонгук поспорить был готов, что видит на кошачьей моське усмешку. — А у меня короткие, что ли?! И у меня пресс! Глянь какой! — Ёнхва бесстыдно задрал футболку. Кубики и правда четко просматривались, но явно не поражали воображение. Вообще-то, откровенно говоря, пресс Юнги его поразил куда больше… на первый взгляд казалось, у этого парня и намека на спортивную фигуру быть не может, но нашлись и тренажёр в студии, и кое-какой пресс и даже весьма себе ничего такие мышцы груди… которые Чонгуку в тот момент страсть как захотелось снова проверить на упругость. Он даже дёрнулся, когда Ёнхва с возмущением воскликнул: — Нет, пресс круче, чем сиськи! — Вопит парень, который от этих самых сисек глаз оторвать не может, — уже откровенно забавлялся Нан. — Да любой бы выбрал Карин, а не тебя. — Не любой, — тихо возразил Чонгук. Спорщики одинаково недоверчиво посмотрели на него. — Ну… некоторые бы предпочли встречаться с обоими. — И правда, зачем выбирать? — расхохотался Нан. — Вселюсь в тебя и окончательно очарую Карин этим роскошным прессом! А ты будешь творчески реализовываться в Мире снов! — Юнги тебе не позволит! — Юнги не узнает. Я скажу, что просто возвращаюсь жить в Мир снов, а его друг со своей новой девушкой уедут в дом на побережье. Гениально! Подай, пожалуйста, соевый соус из холодильника… Ёнхва наконец опустил футболку, резко дёрнул белую дверцу и поставил перед котом почти полную бутылку соуса, но отвлекаться от спора и не подумал: — Я найду Юнги в Мире снов. Думаешь, не найду? Ещё как найду! — Ты даже не способен сны свои запомнить! Как собрался путешествовать по ним? Не смеши, наивное недоразумение, тебе такому и за сотню лет не научиться! Как и готовить пироги. — Да ты просто повёрнут на жрачке. — Ёнхва закатил глаза и демонстративно вновь ушёл с кухни. — Найди себе нормальную цель в жизни! Всё затихало, осталось лишь шипение овощей на сковороде и шум вытяжки над плитой. Чонгук в очередной раз прислушался к звукам из-за стены, но не уловил ничего нового, что могло бы говорить о пробуждении Юнги, так что вернул всё своё внимание к готовящему котейке. Это хотя бы было увлекательным зрелищем. — А если серьёзно, для чего ты участвуешь в кулинарном конкурсе? — Я… — Задумчиво посмотрев какое-то время на вымытые яйца в лотке, Нан вдруг перепрыгнул на стол-остров в середине кухни и вытянул шею, навострив ушки. Судя по звукам, Ёнхва наконец отправился в душ. Пел там что-то. Не подслушивал. — Я скажу тебе, если пообещаешь никому больше не рассказывать. Даже Юнги. Нан вернулся на рабочий стол и продолжил возиться с яйцами, осторожно разбивая в миску. — Ого. Это будет непросто, но я ценю такое доверие, так что обещаю сохранить тайну. Для чего? — Просто так! — весело хохотнул Нан. — Эй! Я же всерьёз спрашиваю! — Да не поймёшь ты, парень, ты не был никогда монстром для окружающих, тебя даже в теле призрака сразу приняли в семью и полюбили, никто не сторонится. А я в этом мире совсем другой опыт получил. Неприятный. Не тот, о котором мечтают. — Ясно… — протянул Чонгук, когда речь Нанзулару совсем сошла на нет, растворившись в шипении овощей. — Сначала я думал, ты хочешь просто приз получить, навыки проверить или развлечься. Что-то в таком духе. Но теперь ясно… — Что тебе там ясно? — проворчал Нан, чайной ложкой насыпная немного соли к яйцам. — Ты хочешь показать на конкурсе класс! — уверенно заявил Чонгук с толикой восхищения. — А потом показать всем настоящего себя! Так?! Нан окинул его косым взглядом и принялся нелепо дергать венчиком в миске. — Только не говори никому. — Ни слова, — пообещал Чонгук и улыбнулся. Завтракали они после такого разговора в молчании. Напряжения или неловкости не чувствовалось, но и говорить что-то не тянуло, каждый думал о своём. Чонгук был почти уверен, что что-то в этой догадке не сходится, упустил он нечто важное, но докапываться не стал. Схитрил Нан или нет, собирался в самом деле показать себя настоящего, а потом все равно создать человеческое тело, это было его личное дело. В которое, может быть, не стоило лезть ради собственной же безопасности. Вот и молчали. Закончив с завтраком, Чонгук помог кошачьим лапкам прибрать со стола, запер малыша Киви в клетке, перебрал книги на полке в гостиной, написал большое сообщение Тэхёну, полюбовался видом из окна и в конечном счёте не выдержал. Скользнул в спальню. Юнги всё так же лежал на боку, укрывшись пледом. — Неужели вы всё ещё разговариваете?.. — тихонько вздохнул Чонгук, заглядывая мужчине в лицо. — Дедушка Ким, похоже, очень соскучился по болтовне с реальными людьми… Он тихонько улёгся рядом, стараясь не мешать, и осмотрелся. Часы показали сорок минут десятого. Спешить было некуда. Но странное ощущение, что пора уже поторапливаться, не покидало. Чонгук лежал, смотрел в потолк, а внутри так и зудело, как перед важной поездкой. Время тянулось невероятно медленно, и всё же он совершенно не заметил, как обе стрелки на часах переползли через верхнюю точку. Когда на тумбочке зажужжал телефон Юнги, Чонгук сел в постели, перегнулся через едва поморщившего нос спящего парня, и заглянул в экран. — Ким Намджун? — прошептал Чонгук, поднимая телефон. Он точно не мог перепутать имя, нет, оно отпечатались в сознании и вызвало много смутных воспоминаний о прошлой жизни. Это явно был тот самый призрак, бывший полицейский, который любил подтрунивать над Гуком за его растрёпанные буйные кудри. — Хмм… Чонгук бросил взгляд на спокойно спящего Юнги, ещё раз перечитал имя на экране и в конце концов вышел из спальни, прикрыв за собой дверь. — Алло, слушаю вас, — начал он как можно более уверенно и деловито. Нан, уже сидевший над какой-то книжкой на стеклянном столике, удивлённо вылупил глаза, очевидно, заметив, что болтает парень не по своему телефону. — Здравствуйте. Мин Юнги? — ответил голос, от которого аж мурашки по всему телу побежали. Это был он! Он! Тот голос, который частенько повторял: «Не забывай смотреть по сторонам, попрыгунчик». — Я его помощник, Чонгук. Господин Мин сейчас на встрече, могу я что-то ему передать или… чем-то вам помочь? Нан горячо покивал, кажется, пытаясь лапками «класс» показать. Одобрял инициативность. — Господин Мин писал по поводу встречи. У меня сегодня свободный день. Будет ли возможность пересечься и обсудить всё? — Встретиться сегодня… — Чонгук суматошно осмотрелся. Дверь в спальню. Черепушка на комоде. И Нанзулару с коктейльным зонтиком, старательно изображающий что-то… что-то… похожее на… — Да, можно встретиться сегодня в три в парке под скульптурой девушки с зонтиком. Если господин Мин будет занят, я встречу вас сам. Всё внутри дрожало от волнения. Но едва услышав согласие, Чонгук улыбнулся. Ещё несколько дежурных фраз — и они обо всём окончательно договорились. Намджун положил трубку. Гук завороженно посмотрел на потемневший экран, чувствуя небывалое воодушевление. — Ну и? — усмехнулся Нан. — Что будешь делать, если Юнги не проснётся к трём? — Выполнять работу помощника, — уверенно ответил Чонгук, проверяя время.

***

— Куда мы должны идти дальше? — озадаченно пробормотал Чонгук, оглядываясь в плотной толпе. Люди вокруг сновали уверенно, быстро, целеустремленно. Каждый точно знал, налево, направо или прямо. И при этом толпа была такой плотной, что стоило большого труда противостоять ей, не дать унести куда попало. Нанзулару высунулся из висящего у Гука на груди рюкзака. — Ну что ты, пацан, указатели не видишь, что ли? Всё подписано. — Вижу. Но не знаю, что нам нужно из этих названий. — Так-так… — Нан вытащил и развернул небольшую складную карту города со схемой метро, проверяя. — Сейчас нам направо. Доехать до станции «Парк Первопроходцев». А потом пройти мимо мебельного магазина, ресторана «Моншер» и фитнес-центра, парк будет по левую руку. Всё под контролем. Двигай свои светящиеся булки. Он засунул карту обратно во внутренний карман и уверенно указал лапкой в нужную сторону. Чонгук приобнял рюкзак и двинул дальше. Приключение началось всего полчаса назад, а он уже успел несколько раз запутаться. Казалось бы, всё и правда понятно, каждый поворот табличкой пометили, на каждом шагу карты со списками ориентиров повесили. Но неуверенность и опасения здорово так мешали ориентироваться даже возле собственного дома. Нет, правда, едва выйдя из подъезда, Гук сразу свернул не в ту сторону, не сообразив, что окна выходят на двор, а не на улицу, так что всё уже обдуманное нужно отразить. Что уж говорить про метро, в которое он спустился впервые в своих жизнях. — Четыре остановки, это долго? — спросил парень, завороженно глядя в черноту за окнами мчащегося вагона. — Минут пятнадцать, — буркнул Нан, кажется, тоже пытаясь держаться за поручень, сидя в рюкзаке. Смотрелось причудливо. — Наверное. Я тоже не эксперт в общественном транспорте, парень, меня Юнги возит, если вдруг приходится куда-то добираться. — Обнадеживающе… — Вместе доберёмся, не ссы… или как там у вас говорят. Мы — два одаренных магией супер-пупер-существа, мы лучше всех в этом вагоне разберёмся и доберёмся. Стоящая рядом девушка скосила на них взгляд с явной насмешкой. Чонгук смущённо отвернулся, Нан панически заперебирал лапками, пытаясь дотянуться до хоть какого-нибудь поручня. Приятный женский голос объявил название очередной станции, и поезд плавно затормозил. — Это уже считается центром? — пробормотал Чонгук, выглядывая на платформу и с любопытством изучая сине-белые колонны. — Мы уже близко? — Не знаю я, чем это считается. Перестань суетить, пожалуйста, и я тебе пирожок куплю, когда выйдем. — Ловлю на слове. — Главное — лови меня, если падать буду. — Да не будешь ты падать, ты в рюкзаке! — А ты согнулся пополам, и я щас вывалюсь под вагон! — Чонгук выпрямился и снова обнял рюкзак. Нан фыркнул что-то невнятное, поёрзал и успокоился, спрятавшись по самый нос. — Так-то лучше. Заслужил пирожок, молодец. Двери с предупредительным писком закрылись, толпа кое-как расползалась вдоль стеночек, и путешествие продолжилось. Счастье, что был не час пик. Они успешно добрались до нужной станции, прокатились на длиннющем эскалаторе и даже без травм прошли через турникеты — на выходе эти штуки оказались намного сговорчивее, чем на входе. Крупнейший и важнейший этап путешествия прошёл без потерь. На улице блестели лужи, но дождик уже не шёл. Солнце ярко светило между последних серых тучек. Парочка с рюкзаком уверенно шагала из стороны в сторону, снова путаясь в карте и простейших указателях. — Мы успеем? Мы точно не опоздаем? — Не опоздаем, — рыкнул Нан, которого в рюкзаке, похоже, потряхивало и уже укачивало. — Мы снова у метро, от него идти до парка минут пять, а до встречи осталось ещё десять. Хватит паниковать, психованный! — Да у тебя самого в голосе паника, — возмутился Чонгук, бегом перебегая дорогу, пока зелёный не погас. — И пирожок ты мне не купил! — Куда тебе сейчас ещё и пирожок?! Подавишься — помрёшь на входе в парк! Тьфу, не тряси ж ты так, а то меня вырвет на твой кошелёк… — Призрак не может помереть! — возразил Чонгук, но всё же замедлился, стараясь двигаться как можно более плавно и осторожно. — Может, дурила, разве Юнги тебе не объяснял? — Ах, точно, от голода, — рассмеялся Чонгук и прищурился, пытаясь высмотреть в конце высокого кованого забора ворота в парк. — Думаю, мне такая смерть не грозит, с пирожком-то в зубах! — Призрак может во сне помереть. Чонгук не сразу понял, что услышал. А когда наконец понял, замедлился, неспешно ступая на тропинку под пышными деревьями. — Что ты имеешь в виду? Как это? Звучит, как фраза из фильма… — Нет, это не лабуда в духе «если умрёшь во сне — умрёшь и в жизни». Суть в том, что тебя может убить обладающий сильной магией призрак или безликий, пока ты в Мире снов. Магией распустить тебя, как свитер на ниточки. Или как пазл на кусочки. Или как печеньку на крошки. Хотя… нет. Из этих всех вещей после распускания ещё что-то можно сделать. — Даже из крошек? — О, да, я вечером тебе покажу отличный рецепт суфлейного тортика с коржиком из крошек печенья, напомни в магазин зайти на обратном пути. Чонгук задумчиво хмыкнул, осмотрел уже немного знакомую скульптуру и уселся на свободную скамью. На удивление тревожно было обдумывать эту новую информацию. Чонгук-то наивно полагал, что теперь, после официальной смерти, у него лишь один враг — голод. Будет хорошо питаться — проживет счастливо свой оставшийся призрачный век и исчезнет «от старости». Думал, теперь у него иммунитет от боли и… убийств. А сейчас вдруг оказывалось, что всё намного сложнее. — Ну ты что? Приуныть вздумал? — забормотал Нанзулару, стоя на задних лапках и осматриваясь по сторонам. В голосе слышались нотки стыда и недовольства. — Не надо мне тут, иначе не получишь пирожка. И тортика. Не надо морду строить из-за такой ерунды. Да за всё время существования вашего вида, небось, штук пять призраков были убиты. Если о такой херне переживать, то вообще лучше в коробку спрятаться и не выползать на свет. Не забывай, Юнги тебя в обиду не даст в Мире снов, ничего не случится. А если всё равно бояться будешь, просто перестанешь с ним туда ходить, делов-то. И сам справится, не переломится. Взбодрись, пугало, отпугни страхи… а заодно этих голубей, а то они меня напрягают. Чонгук улыбнулся и топнул ногой. Голуби слегка дернулись всей толпищей, но разлетаться и не подумали, толклись возле их скамьи, полностью игнорируя даже бабулю, крошившую для них булку. — Не бойся. Они тебя не унесут. — Я больше боюсь, что они тебя унесут. Кто тогда меня домой понесёт? — Пусть тебя твоя дама после работы заберёт, у вас ведь всё равно сегодня ночью свидание. — Не свидание, а встреча, — строго поправил Нанзулару. — Мы встретимся наедине, съедим что-нибудь вкусное, выпьем вина и пообщаемся о личном. — Так и проходит большинство свиданий. — Правда? — Ну, не у нас с Юнги, может быть, но у нормальных пар, — покивал Чонгук. — Может, личный опыт у меня скромный, но я уже несколько сериалов посмотрел об этом. Поверь. Хотя… с Ёнхва у вас тоже отношения прям как из ромкома. Нанзулару раздражённо дёрнул хвостом. На его счастье, в тот момент разговор всё же пришлось свернуть, потому что в воротах парка появился призрак в лёгкой ветровке и с костяной подвеской на груди. У Чонгука всё внутри замерло при взгляде на его знакомое лицо. Перед глазами сама собой всплывала старая полицейская форма, которая бы ему так пошла. — С ума сойти, неужели это и правда ты? — воскликнул Намджун с радостью в голосе. — Пройдоха Чон Чонгук, неужели ты и есть помощник специалиста по связи с призраками?! — Да, решил вот немного помочь, — улыбнулся Чонгук, чувствуя себя смущенным маленьким мальчиком, которого впервые в жизни похвалили. — Специалисту… по связи… с призраком… Он поджал плечи, а уже через мгновение ощутил себя на удивление уютно и комфортно в дружеских объятиях. Намджун похлопал его по спине, вздохнул и через какое-то время выпустил. Выпустил и осмотрел с головы до ног. — Как же я рад тебя видеть, — покачал головой Намджун с очаровательной улыбкой. — Как ты поживаешь, попрыгунчик? Чонгук закусил губу, с трудом беря себя в руки. Воспоминания так и обрушивались на него, как водопад. Частые случайные встречи в городе, поездки на пароме до соседнего острова… всегда бодрый и уверенный в завтрашнем дне Джун, в свои выходные иногда заходящий в магазинчик, которым владела семья Гука. — Отлично поживаю, — пробормотал парень слегка рассеянно. — Меня спасла новая семья, теперь я с ними, теперь счастлив. А ты, ты как? — Супер, тоже всем доволен. — Намджун покивал, снова хлопая парня по плечу, а после вдруг заглянул ему за спину. — А это твой новый питомец? — Я его свёкла! — огрызнулся Нанзулару, вздёрнув хвост. — Свёкр… Или тесто? Я опять запутался. — Это наш повар и приемный отец специалиста по помощи призракам. — Так ты у нас женат? — одобрительно хмыкнул Намджун. — Так Мин Юнги — женщина? — Мин Юнги — бесполый безликий, — пробурчал Нан, сложил лапки на груди и отвернулся, недовольно рыкнув на наглого голубя, подобравшегося со спины. — Мин Юнги — мужчина, уж поверьте, — тихо рассмеялся Чонгук. — Но, наверное, стоит начать этот долгий разговор с чего-то другого… — Да, тут ты прав! — Намджун глянул на свои наручные часы, мельком осмотрел парк с выражением «милое местечко, но я поищу другое», а после уверенно предложил: — Давайте для начала займем столик в ресторане. Думаю, там долгие разговоры вести будет намного удобнее и сытнее.

***

— Что думаешь? В смысле, об этом… — Нан замялся, то ли вдруг смутившись, то ли призадумавшись. — Об этом его решении. Не думаешь, что это как-то странно? — Я бы скорее сказал, что неожиданно, — тихо и неуверенно ответил Чонгук. Они только-только вышли из метро, до дома было идти минут пятнадцать. И, честно говоря, они вполне могли бы всё это время молчать и глазеть по сторонам, вполне могли. Но обсудить прошедшую беседу всё же хотелось. — Нда? А я подумал, по вашим меркам, человеческим, это странно… Чонгук нахмурился. Теперь была его очередь призадуматься и смутиться. Намджун заявил, что его всё устраивает. И его можно было понять. Намджун проснулся несколько лет назад. И, если судить по рассказам, он был самым деловым и собранным проснувшимся призраком в истории человечества, сразу взял быка за рога… и ближайшего человека — тоже. Ему попался хозяин магазинчика, куда любой желающий мог принести своё старьё. Какая-то старушка принесла целую коробку барахла, мужик не смог отказать, хотя понимал, что перепродать почти ничего не удастся. А через несколько дней «барахло ожило». Из подвески в виде клыка явился призрак. Почти год Намджун прожил в лавке, помогая за вкусную домашнюю еду и понемногу изучая изменившийся мир. А когда понял, что знает достаточно, решил начать новую жизнь с чистого листа, самостоятельно и без всяких «хозяев». К тому моменту Намджун успел выяснить, что для полной свободы ему всего-то и надо, что каждые две недели менять веревку, на которой висит клык, чтобы можно было носить его с собой и легко передвигаться по городу. Хозяин лавки подарил ему на прощание катушку с тонкой веревочкой и распрощался. Намджун махнул в столицу, твёрдо намереваясь стать музыкантом. Музыкантом, автором песен и продюсером. Тогда-то он и познакомился с Хироки, который уж очень любезно взялся помогать неопытному и слишком талантливому призраку, заявившемуся в офис музыкального лейбла с целой папкой готовых песен. Всё это переросло в настоящий скандал: директор хотел заплатить по минимуму, чтобы потом навариться по максимуму, Намджун, чувствовал подвох, но боялся вообще ничего не получить, если откажется от невыгодной сделки… а Хироки в итоге хлопнул дверью, уйдя с лейбла и утащив с собой призрака. Надо признать, с его подсказками Намджун и правда смог заработать намного и намного больше, что, разумеется, сильно помогло в начале карьеры. Вот с тех-то самых пор они и были лучшими друзьями, сожителями и напарниками в любом деле. Даже в новом бизнесе Хироки… когда сеть лапшичных «Моншер» смогла сделать себе имя, именно Намджун занялся торговыми автоматами с лапшой. И может быть, кто-то даже сказал бы, что эти двое уж слишком близки, услышав уверенное «Хироки носит мою подвеску». Но Намджун заявил, что нет у него никаких неудобств из-за привязанности к останкам, только плюсы. Например, они с Хироки могли экономить на любых билетах. Вселился в подвеску — и отправляйся в любую точку планеты. В конце концов, доверие у них было соответствующее… Ну и чего ради ему проводить обряд и лишаться обожаемого волшебного укрытия? — Эм. Да… такое доверие и согласие походят на созависимость… Эм… — Чонгук пожевал губу, искоса разглядывая витрину цветочного магазина, мимо которого шёл. — Я бы сказал, они… — Как парочка? — Точно, да, именно, — наконец затараторил Чонгук, горячо кивая. — Это довольно интимненько, знаете ли, носить на груди подвеску, сделанную из чьей-то кости. Я бы свою такую подвеску только Юнги или близким родственникам дал! — Подвески всего лишь на шею вешают. Чего интимного? — Но это же его кость! Да ещё и под одеждой трётся! Возможно, прямо по коже! Что в этом НЕ интимного?! — Хочешь сказать, если я потрусь хвостом об твою черепушку, ты взбесишься?.. — Да! Конечно, я взбешусь! Я не хочу, чтоб твой зад касался моей головы! — Это не твоя голова. — Это её останки! Не смей их осквернять! За такое статья есть… кажется. Если нет, то я создам судебный прецедент и добьюсь пересмотра законов, защищающих призраков, чтоб домогательство к останкам расценивалось как домогательство к личности! И тебя точно посадят! — Не думаю, что посадят за обтирание черепушки кошачьим задом… — рассмеялся Нан, прячась в рюкзак от начавшейся мороси, — но я понял твою позицию. Теперь знаю, как тебя быстрее выбесить. Чонгук лишь фыркнул, ничего больше не ответив. А ещё через полминуты достал из бокового кармана рюкзака свой новый зонт. Морось быстро превращалась в дождик. — Ой, совсем забыл! — чуть не пискнул Нанзулару, высовываясь по пояс. — Нам в магазин зайти надо! Печенек же нет! Чонгук без лишних слов свернул в ближайшую подворотню, где заметил светящуюся вывеску «24».