Часть 5
20 октября 2023 г., 20:01
***
Астра - маленькая девочка швея - пришла ко мне домой, в штаб нашей общественной военизированной патриотической организации, и стала просить купить ей тканей для расшивки зимних видов военной одежды, а я долго её слушал, не мог понять, чего она от меня хочет. Это был очень странный разговор на шведском, в котором я понял, что она каким-то образом подтянет своих старых бабушек, которые умеют что-то шить, и сама ещё научит молодых девок, кто не умеет, из нашей обеспечивающей части. Не понимал, пока не понял, что дети-то серьёзно считают меня ярлом, а не в шутку, как взрослые и несколько мечтательный Вильхельм, который хотел воином быть. - Не понял. Пока у всех есть одежда, и даже запасная, - сказал я, пытаясь припомнить проблемы. - Это доспехов и щитов нет почти ни у кого. - Но Вилли сказал, что ты хотел рыцарские майки каждому белые дать, - удивилась Астра. - Я такое сказал, но я этого не хотел, - поднял я руки. - Вообще, если ты можешь, то обязательно у тебя закупим длинные шерстяные шарфы, но тонкого плетения. Шею и плечи обматывать. Девочка удивилась. - Но это же дёшево. Да и женские платки... Дядя Стрём сказал, что нужно будет много поддоспешников, и ещё подшлемников - без них воин броню свою не носит. Он вообще радуется, что сразу столько заработаем все вместе, но хотелось бы ещё и не опозориться. Затем Астра поняла, что от меня сама ничего не добьётся, и потянула меня к ним на совейскую слободу, куда идти было совсем неохота. Как она выглядела снаружи - так как целая деревня с частоколом! Очень много мелкого инструмента, который ни в коем случае не должен был пропасть, и нормально охранять его можно было только таким способом. А весь инструмент, любого направления, был очень ценным. Это вам не Ривервуд, где за пять минут можно обокрасть всю кузницу... Совеи жили, как и другие большие рода, на холме, чтобы весной их не заливало водой, и очень скученно, используя каждый клочок доступного пространства. Нагромождение навесов над их холмом с нашего поражало. И вот меня впервые впускали на шведскую улицу. - О, ты же наш, слев? - вдруг спросила меня девица с большим животом, проходившая с коромыслом мимо. - К кому пришёл, маленький, кого позвать? - Ляда, я сама его привела! - возмутилась Астра. - Пусть ярл Террибальдер заходит! Да, такое моё полное имя. Мама Айсти от него фанатеет и всё мнётся - так ей нравится. Кузница была не очень аккуратно, но старательно обложена камнем. Похоже, о технике безопасности тут не забывали. Однако мужчины общались только криком и почти не слышали, о чём там их вездесущие дети пищат. - Ярл? - большая девочка захихикала. - Хотя я слышала о дутом князе, Мечик рассказывал. Передавайте дяде Смислику привет. - Бу-бу-бу, - ей вслед возмутилась Астра и повела меня дальше. - Не слушай её, Терри. Наконец, мы пришли к дяде Стрёму, который большей частью на всех кричал, требуя перемещаться живее, а сам посматривал на большой горн с плавящимся внутри камнем. - Здравствуйте, дядя Стрём! - оба закричали мы. Глава рода, всё-таки. - Вы как сюда?! - начал он орать, а затем притих. - А, Астра и Терри. С чем пришли, мелкие? Мы сами заняты по самое не балуйся. Затем он вспомнил, и стукнул меня по башке своей огромной грубой лапищей. - Терри, чуть потом обязательно поговорим про твою бегающую наковальню. Пока я железо не достану, уйти отсюда не могу. - А я не знаю, меня Астра привела, чего-то объяснить не получается, - сказал я, - я плоховат в совейском. - Дядя Стрём, - и дальше Астра перешла на свой домашний язык, поэтому я понимал через слово. - А-а-а! - понял он и задумался. Затем ухмыльнулся бородой по-доброму. - Ей тан ваш сказал, чтобы красоту какую придумала, а она знает только девчачье. Какие-то накидки ржавые хочет. Или белые. Он подумал и добавил: - Ещё просто, но уже дороже, можно ярко-жёлтые сделать. Но вы бы сразу пурпурные мастерили, - захохотал он, не отводя взгляда от раскалённого куска металла. - А чего? - возмутилась Астра. - Императорские, - пояснил Стрём. - Краску, белую и красную, я сделать могу, на пятьдесят голов и вовсе даже выгодно будет. Как парусину красить - знаю. Это будет стоит, если пересчитать на язык монеты, всего две гривны серебра. Можешь златом заплатить, всего две монеты. Затем он снова охнул, и добавил: - Тебе отец ещё не сказал? - я отозвался отрицательно. - Раз не сказал, то я скажу. Пока решили не кольчуги покупать, а из листов пластин бронесвиней делать. Делать что? Защиту? Бронесвиньи - это вепри, у которых от пожирания всякой дряни волос щетины на металл стал похож. Они слипаются и превращаются в этакие пластины, которые не берёт обычное копьё в руках охотника. Ловят их как ловят волков, за единственным исключением - затем сверху строят костёр и высыпают его на голову вепрю. Чтобы сгорел и задохнулся. - Но так много не забронируешь, - отметил я. - Кольчуги как минимум проще в изготовлении в несколько раз, а крепче и вовсе... - У меня пока нет столько железа. Скоро ковалей из слевов нанимать буду - так всё идёт! - Стрём нахмурился. - Вот бы здесь руду найти! Да не песком, а камнем целым. Но нет же почти нигде. - А ты, дядя, покажи слевам, что приносить надо - они сами тебе всё-всё сразу и нанесут. Только сами же всё равно сплавить не смогут, - порадовалась Астра, что помогает. - Этим заниматься надо, а у меня дел по горло! - возмутился он. - Вот если построю волшебный молот, то и... Как же меня тянет посоветовать чего-нибудь, аж подпрыгнуть хочется!!! - Так что, будешь брать? - после паузы спросил Стрём. - Папа убьёт меня за два золотых, но чувствую, что таны с меня не слезут. - И то верно. - Дядя Стрём, а если легион между делом будет натаскивать тебе того песка на продажу, а я подскажу, как охлаждать железо и сколько надо угля? Ферс не в воду кладёт горячий металл, а в масло. Вода для железа вредная... - Я сам знаю, что вредная, но масло же горит! - затем он задумался. - Если оно подогретое было. Совет дельный, но где взять столько масла? Мы же не креки, оливой обмазываться для борьбы. - У полян растут подсолнухи и конопля. - Так! - Стрём уставился на меня стрёмными глазами. - Ну-ка, стой на месте. Я точно знаю, что твой батя торгует и с полянами тоже. И это ты мог знать. Но откуда ты узнал про масло? - Так будто ты молоко не топишь! - возмутился, вспотев холодным потом. - Оттуда и понял, что остужать и в молоке можно, как сестра старшая в молоке яйца варила. На неё наорали, но я запомнил! Главное же остудить, и что металлу вредно не было. А чего в Дамассе много? Оливы из Антилокии хоть объешься! Там вода дорогая! Я дал себе зарок никому ничего не советовать. Просто на всякий случай. Стрём долго на меня смотрел своим стрё-ёмным взглядом.***
Второй серьёзный вызов. Пока кревиты боролись с таном Вилли за старшинство и удаль молодецкую - что прививало легионерам определённый спортивный интерес к воинскому искусству, - в мою крохотную коморку с разными ценными редкостями из разных сторон света пришёл воевода Перецвет. Он некоторое время молчал, пока я от его взгляда боялся дышать, а затем потребовал от меня отчёта о проделанной работе. Поскольку на свою память я вообще никак не надеялся - пришлось читать с листа, ведь это тан Вилли мог на память рассказать, что мы делали каждый день и в какое время суток, поскольку для него каждый день - событие, я так не умел, и уметь перечислять эту скуку, да ещё красиво, не хотел. Читал я ему это дело более двух с половиной часов, видя, как силится не рявкнуть бывалый вояка. - Скучно живёте, легионеры, - фыркнул он спокойнее, чем я думал. - Не собираетесь с нами на кабанов поохотиться? - А? - Приказать тебе я вправе только во время войны, Террибальдер, - продолжил Перецвет. - Поэтому приходится ходить самому и приглашать. - Думаю, кревиты охотно согласятся, - кивнул я. - Почему нет? Мои пока учатся с щитами, раз уж выдали. Но он только тянул время. - Меня беспокоит, что ты не можешь запомнить такие простые вещи, - сказал Перецвет, нагло закидывая свою лапу в бересту и просматривая причудливые для него начертания. - Что будете делать? - А-а, городской дозор поймал ходячую каменюку. Просили её цепами разбить, сами не хотят этой дурью маяться, - проговорил я, взглянув на доску. - Это двадцать человек, и я сам поеду. Ещё тридцать занимается строевой и учится метать копья, камни. Ещё пятнадцать занимаются обеспечением по списку: это сбор травы для старушек, это переноска воды из Илимени в Хольм для дел слободок, это мельница... - Значит, слушай, воевода Терри, - начал он строго. - Вече хочет увидеть результат, и специально соберётся тогда, когда твоего отца и след на горизонте простыл. И ты, именно ты, Терри, будешь отвечать за всё, что тебя будут спрашивать. Это случится в праздник солнцеворота. Я вздрогнул. У меня оставалось пять дней. - Ответ держать придётся по-взрослому, Терри, из тех, кто за тебя заступается, на вече будет только Стрём, остальные в разъездах. - Я понял. Надо провести строевой смотр. Ох, не зря я их муштровал с танчиком! - вздохнул я немного спокойнее. - Готовься, - сказал Перецвет. - Легко не будет. Как я и говорил, мы с двадцатью бойцами отправились на берег Илимени - это большое озеро, на севере которого располагался Хольм, в истоке реки Волков - к Груссе. Этот город сложно было назвать городом по меркам Хольма, и тем не менее, стены были, были и ремёсла какие-то. Перечислять я их мог долго, ценно то, что железо там куют хуже, а собирают его в каких-то болотинах. Вообще, по меркам танов, город находился в такой жопе мира, что они, поставив лагерь, назвали его просто "Приплыли". Да, переводилось именно так. Не без юмора ребята. Поэтому и говорить о том, что они тут действительно старались что-то делать, а не просто собирать меха и другие ценности для торга у себя дома, было нельзя. Хольм возник гораздо больше, когда припёрлись слевы и стали танов теснить. Воевать с таким числом новоприпёршихся они не могли, и потому стали как-то и ютиться на этой земле совместно. Да и не из-за чего было сперва воевать. Но меха по ценности как газ для сравнения, если приравнять рамки развития. А живности в наших просторах было очень и очень много. Отправляли целыми кораблями и даже использовали вместо валюты, что говорит само за себя. Хольм построился очень и очень быстро. Но в Груссу заходить не стали, вместо этого свернули на запад и пошли сразу по Щелуни вверх по течению, к вечеру, загрёбанные, встали на отдых прямо в нужном месте, пусть и в полевых условиях. Местные жители объяснили нам, где находится голем - и уже через полчаса я понял, что нужно сделать, чтобы не колотить цепами по камню пару дней. В ловчую яму полетели дрова, сено и щепа, затем мы бросили вниз костёр и стали ждать, пока прогорит, затем облили водой, и так всю ночь и часть дня. И затем раскололи туловище без головы за час работы несколькими ядрами на верёвке. Стала большая проблема: а как убедиться, что оно мертво? Я сам полез вниз прямо на ядрышке, стал осматривать тварину скептически. У этой фигни кровь была! - Кто не хочет - может не пить, - объявил я, попробовав. На вкус как карамель. Нет, как просахаренный чёрный кофе! Никто, кроме меня, эту чёрную жижу пить не стал, чему я был изрядно рад. Тело забрали для дяди Стрёма, ему мог пригодиться и камень, и вроде бы даже какой-то металл, если я правильно понимаю эти прожилки. Больше всего удивился, что со мной ничего не случилось. Немного подумав, сказал полку, что если кто поймает ещё голема - дам серебрушку. Очень вкусно! Даже забыл, что мне нужно готовиться к смотру, но быстро подогнал на таблички все необходимые документы пересчёта и активности, продумал речь и стал разбирать: а чё вообще вечу от меня надо-то было? Опозорить Смислика? А толку? Снять с командования? А смысл? Чё хотят-то? И спросить некого. Иначе Перецвет сказал бы, а Стрём занят действительно по самые.
