Плохая идея

      Раскинувшись на кровати, Нил наблюдал за тем, как Эндрю склонился над столом и писал. Было до невозможности скучно, поэтому, естественно, Нил развлекал себя тем, что смотрел. Это было его любимое занятие.       Перевернувшись на живот, он уложил подбородок на руки и улыбнулся, заметив, как Миньярд чуть повернулся в его сторону.        — Ты отвлекаешь.        — Я ничего не делаю, — Нил вскинул брови и усмехнулся.        — Ты смотришь, этого достаточно.        — Я всегда смотрю.        — Видишь, сколько проблем ты мне доставляешь?        — Как жаль, что мне не жаль, — пожав плечами ровно настолько, насколько позволяло его положение, Нил согнул ноги, размахивая ими в воздухе.       Миньярд медленно повернулся в его сторону, сжимая в руках ручку и с прищуром глядя на него.        — Иногда я сожалею, что заговорил с тобой.        — А в остальное время?        — Я рад, что сделал это, — с той же угрюмостью произнёс он, заставляя Нила смеяться.       Перекатившись на бок, он протянул руку в сторону и сделал хватательное движение пальцами.        — Иди сюда? — робкая улыбка изогнула его губы.       Нил видел, как дёрнулось тело Эндрю, готовое в ту же секунду отозваться на зов, но выдержка Миньярда как обычно была сильнее. Сжав кулаки, он наклонил голову, из-под чёлки наблюдая за Нилом.        — Зачем?        — Разве тебе не нужен повод оторваться от домашки?        — Не все имеют достаточно свободного времени, чтобы решать задания после школы, — упрекнул Эндрю.       Что же, это было правдой. В отличие от Нила, чья загруженность в лучшем случае была средней, усилившиеся с этого месяца тренировки по футболу отнимали у Эндрю действительно много времени. Даже всегда свободная пятница теперь была посвящена двухчасовым нагрузкам в спортивном зале школы. Нил ненавидел Кевина, тренера Эрнандеса, курирующего секцию по футболу, и этот долбанный чемпионат, на который в этом году попала их школа.        — Что насчёт небольшого перерыва?        — Я знаю, чего ты добиваешься.       Отбросив ручку, Эндрю скрестил руки на груди и полностью повернулся к нему лицом. Нил считал это небольшой победой.        — Ой? И чего же?        — Я не буду валяться с тобой, пока мои сроки сдачи самостоятельной по математике пылают синим огнём.        — Ты ведь в курсе, что твой парень изучает её углублённо?        — Да, и я считаю это его главным минусом.        — Ты ранишь меня! — Нил схватился за сердце и вновь рассмеялся. — А если серьёзно, то тебе стоит отдохнуть. Сколько ты уже занимаешься, пару часов?        — Этого недостаточно, чтобы сделать хотя бы половину, — Эндрю по-детски надулся, бросая взгляд на учебник.       Нил сел на кровати и скрестил ноги.       Он знал, что руководствуется детским желанием угодить своим хотелкам, но не мог ничего поделать. Прошло меньше недели с его дня рождения, с того дня, когда Эндрю поцеловал его. С того момента, как они решили, что они пара. И даже если не было этих «обязательных» ответных признаний, они достаточно чётко обозначили свой новый «статус». Это было довольно важно для Нила, утащившего Эндрю в свою комнату, несмотря на то, что его гости остались одни в гостиной, пока он неуклюже интересовался, имело ли для Эндрю соприкосновение губ в бассейне такое же значение, как и для него. Разговор не был похож на то, как это показывалось в фильмах: ни неловкости и неуверенности, ни смущений и активного прятанья взглядов. Достаточно сухой и деловой диалог о том, что каждый хочет в будущем и как оно будет работать для них. Стюарт, несомненно, расстроится из-за отсутствия романтики и излишней прямолинейности, если узнает об этом, но Нил был более чем доволен тем, как всё было.       Нил и Эндрю были парой, которой не было и недели. Их изначальная склонность к скрытности сделала это незаметным для всех, но Нил был уверен, что те, кто присутствовал в тот вечер в его доме, как минимум, догадывались. Не зря же они, вернувшись на киносеанс Шрека в гостиной, переплели пальцы, сидя на диване.       Нил и Эндрю были парой, и Нилу безумно хотелось чувствовать своего парня прямо сейчас, а не наблюдать за ним с безопасного расстояния, на котором он бы не отвлекал того от учёбы. Тем более тогда, когда Миньярд определённо был уставшим и едва способным сохранять концентрацию. Нил хотел, чтобы он отдохнул. Желательно, в его объятьях.        — Мы валяемся два часа, а потом я объясняю тебе эту тему? — предложил он, наклоняя голову.        — Мы занимаемся каждые выходные по всем естественным наукам?       Нил прищурился, встречая вызов с достоинством.        — Скажи честно: ты это планировал? Влюбить меня в себя, чтобы я стал твоим бесплатным репетитором?        — Это приятный бонус, — Эндрю пожал плечами.       Нил заметил призрак улыбки на его губах.        — Разве я могу тебе отказать? — сдался без боя он и похлопал по матрасу. — Иди сюда, тебе нужно отдохнуть.       Эндрю даже не посмотрел на свои учебники в последний раз, быстро оказался рядом и перехватил его руку.       Нил не мог сдержать довольной улыбки.        — Ложись.       Возражений не последовало, Миньярд послушно выполнил его просьбу, укладываясь на свою полуторную кровать так, что Нилу было достаточно места, чтобы устроиться под его боком.       Знакомая поза играла совершенно иными красками. Лежать вот так, чувствовать тепло и слышать сердцебиение, куда более размеренное, чем его собственное, было в сто крат приятней, чем ранее. Переплетя ноги, они лежали в молчании. Из-за соседней стены доносился приглушённый голос Аарона, который, видимо, опять проигрывал в одну из этих онлайн-игр, в которые он играл с Кейтлин. Нил смог различить обрывки ругательств.       Обхватив Эндрю за талию, он опять завошкался, поворачиваясь так, чтобы иметь возможность смотреть на его лицо, и улыбнулся. Грудь, на которую Нил упёр свой подбородок, медленно вздымалась и была такой обманчиво нежной под его касаниями, что было легко забыть, как много времени Миньярд проводил за тренировками и как стойко выдерживал все столкновения во время игр.       Пальцы двигались самостоятельно, медленно очерчивая бок, касаясь бицепса, пробирались к большим мышцам груди и с упоением надавливали на них, ликуя от упругости. Зависть была почти осязаемой. Не то чтобы Нилу прямо хотелось иметь такое крепкое и натренированное тело — даже с учётом «мягких» частей, Эндрю всё равно оставался больше качком, нежели нет, — но даже если бы вдруг он решил догнать Миньярда в массе, это было бы сложно. Метаболизмом он пошёл в мать, как и ростом, что автоматически сделало набор веса сложным. Благодаря многолетним тренировкам и бегу Нил был подтянут и хорошо сложен, но шикарная мускулатура? Это не про него. По крайней мере не в подростковые годы. Кто знает, может, лет через десять удача повернётся к нему лицом и гены Натана выстрельнут, и Нил станет поправляться от любой пищи. Звучало как мечта, даже если Эндрю называл это кошмаром.        — Прекрати, — Эндрю чуть увернулся, из-за чего ладонь Нила, жамкающая его грудь, соскользнула на твёрдую кость грудной впадины.       Нил сжал кулачок и нахмурился от того, как сложно было сохранять его без движения. Тёплые шероховатые пальцы подцепили его подбородок, увлекая за собой. Нилу пришлось приподняться, чтобы не потерять контакт и проследовать за приглашением.        — Я раздавлю тебя, — проворчал он, хмурясь.       Красноречиво выгнутая бровь Эндрю чётко обозначала его политику на этот счёт, но Нил не обращал внимания. Приподнявшись, он неловко перекинул ногу через бёдра Эндрю — Миньярд зацепился за его лодыжку своей и чуть не спровоцировал очень некрасивое падение — и сел так, чтобы основной вес приходился на его колени, а не таз Эндрю. Это казалось безопасным для них обоих.       Руки, что сиюминутно легли на его талию, говорили о том, что это было неправильным решением. Надавив, Эндрю довольно промычал, ощутив его вес.        — Тебе удобно? Я не лёгкий.       Нил уложил ладони ему на грудь и рефлекторно сжал её, улыбаясь.        — Ты весишь едва ли больше Рене.        — Рене сидела на тебе?        — Не так. Она победила меня в схватке на прошлой неделе и отдавила все кости.        — Я не знал, что вы тренируетесь вместе, — Нил нахмурился от этой мысли.       Американский футбол был явно не тем спортом, где на равных против друг друга могли выступать женская и мужская команда. Присутствовал явный перевес сил, что могло приводить к серьёзным травмам.       Лёгкое движение вверх-вниз от талии до рёбер почти стёрло всю хмурость.        — Ты удивишься, насколько хитры девушки. Конечно, такие схватки больше полезны для них, чем для нас, но это интересно: их схемы передач и самоотверженность, решительность победить заставляют относиться к ним серьёзно, — слова Эндрю были наполнены усталостью и мягкостью.       Это был один из редких моментов, когда его слова тянулись на гласных и были по-ленивому медленными. Быстрая чёткая речь всегда плавилась, когда Эндрю находился на грани сна, но Нил не видел ни одного другого признака, указывающего на сонливость. Это была однозначно какая-то новая грань Миньярда, с которой он раньше не сталкивался.        — Я хочу тебя поцеловать.        — Что тебе мешает? — спросил Эндрю с улыбкой на губах и прикрыл глаза.       Его ладони оставались расслабленными на талии Нила, скорее просто присутствуя, нежели удерживая. Это был приятный вес, который немного будоражил.       Подавшись вперёд, Нил тоже закрыл глаза за секунду до того, как на его губах почувствовалось чужое дыхание.       Привычная мягкость губ приветствовала медленными движениями и лёгкой влажностью, которые быстро подстраивались под движения губ Нила. Это так сильно отличалось от тех украденных моментов, которые они делили на протяжении всей недели.       Обхватив лицо Эндрю ладонями, Нил практически лёг на него, выгибаясь в спине. Мягкая нежность происходящего накрывала с головой. Всё-таки, целоваться было приятно. Особенно, когда поцелуи были разделены с Эндрю. Иной вариант в принципе не воспроизводился в голове, заведомо считаясь невозможным.       Миньярд слегка выгнулся навстречу, обхватывая его сильнее и быстро переворачивая. Удивлённый писк покинул горло Нила, но быстро сменился хихиканьем, когда его щёки подверглись внезапному нападению из покусываний и поцелуев. Он попытался отстранить Эндрю, сильнее сжимая его лицо в ладонях, но это имело обратный эффект — Эндрю сильнее прикусил кожу на скуле и быстро провёл по ней языком.        — Фу, ты как собака, — Нил скривился.       Эндрю отстранился и мотнул головой, сбрасывая его руки. Его лицо было почти таким же пустым, как если бы он смотрел на свою тетрадь с математикой и пытался придумать решение. Только блеск губ и едва заметный румянец выдавали его истинные чувства.       Медленно моргнув, он осмотрел Нила и оценил свою проделанную работу в виде покраснений в тех местах, где кожа была раздражена, и совершенно невозмутимо произнёс:        — Гаф.       Громкий хохот Нила заполнил всё пространство небольшой комнаты, из-за которого даже Аарон постучал по соседней стене и что-то прокричал.

***

       — Ты можешь простыть, — недовольно произнёс Кевин, протягивая полотенце и бутылку с водой.       Обтерев лицо, Нил кивнул и сделал несколько жадных глотков.       Несмотря на прохладный воздух, было жарко. Нил расстегнул олимпийку и вернул вещи Дэю, начиная небольшую разминку.       Их занятие по истории отменили в последний момент, так как учителю Ваймаку стало плохо на последнем уроке. Эта новость потрясла, кажется, всех, кроме Кевина, который выглядел так, будто полуобморочное состояние отца — что-то, к чему он успел привыкнуть.       «Такое иногда случается, — признался он, следуя за Нилом по пустым коридорам, — папа забывает пить таблетки, и его давление выходит из-под контроля. Я просто рад, что он не потерял сознание и не рухнул где-нибудь на лестнице. Пару недель на больничном и лекции Эбби опять заставят его относиться к здоровью серьёзно». Нил не мог сказать, что понимал, но насколько он успел понять, мачеха Кевина действительно была грозной женщиной, которая могла поставить на ноги кого угодно. Он не встречался с Эбби лично, но надеялся, что под её надзором Ваймак скоро вернётся и впредь будет ответственней. Даже если он не мог сказать, что так уж сильно любил учителя истории, но он определённо входил в пятёрку лучших сотрудников школы. А ещё он был отцом Кевина, за которого Дэй всё-таки переживал, даже если старался не показывать этого.       Нил не умел поддерживать или успокаивать, поэтому сделал то, что помогало ему самому: предложил Кевину пробежаться вместо того, чтобы глупо просиживать штаны в столовой. Конечно, Дэй согласился. Он был достаточно типичен в том, как думал, и не был бы Кевином, если бы не предложил устроить гонку — после того, как он понял, что уговорить Нила вступить в их команду не получится, Дэй хотел ощутить лично, насколько был хорош Нил. И если раньше Хэтфорд всегда отказывался от совместных тренировок, то теперь, когда заняться было нечем и Кевину нужно было отвлечение? Он был рад помочь тем, чем мог. Ну, а если пробежка Кевина окончилась на двадцать минут раньше его? Это было неважно.       Кевин сложил их вещи, — его полотенца и воду, которые он собирался использовать на тренировке по футболу после занятий, но теперь нуждался в замене, ибо у Нила даже не было физкультуры в расписании, — когда Нил уже заканчивал разминаться и предложил пройти ещё несколько кругов по стадиону.       Из-за того, что на улице всё ещё было довольно холодно, зрителей у них не было. Нил был благодарен за это.       Вновь занявшись закатыванием слишком длинного рукава любезно одолженной олимпийки Кевина, Нил раздражённо вздохнул, когда штанина, которую он и вовсе подвязал резинкой, украденной у Рене, тоже развязалась. Он резко остановился, глядя на две проблемы, свисающие с его конечностей и выругался.       Кевин, заметивший его остановку, обернулся и впервые за два часа искренне улыбнулся.        — Ты похож на ребёнка.        — Нет, просто твои вещи слишком большие.        — Кто-то пренебрегал овощами в детстве, — пожурил Кевин и одним шагом преодолел расстояние, присаживаясь на корточки и принимаясь за работу со штаниной.       Было неловко из-за своей неуклюжести, но Нил позволил обращаться с собой таким образом. Это было довольно приятно. Забота Кевина отличалась от заботы Эндрю, её немного острые углы позволяли не заострять внимания и просто принимать тот факт, что есть ещё кто-то, кто обращается с Нилом так, будто он важен. Опять же, заложенные смыслы отличались и ощущались по-разному, но в равной степени трогали его.        — Эндрю ничего не писал?       Кевин пожал плечами и закончил ковыряться со штаниной.        — Папу осматривают, Эндрю останется там до тех пор, пока не приедет Эбби.       Нил кивнул и спустя секунду раздумий взял Кевина за руку, сжимая и пытаясь передать этим жестом всё, что чувствовал. Судя по тому, как смягчился взгляд Дэя, ему это удалось.       Дело в том, что как только Кевин узнал, что его отцу стало плохо, он материализовался перед Эндрю и Нилом, прячущимися в одном из пустующих закутков. Прятаться там, где нет никого, стало чем-то привычным, даже если они просто болтали и не делали ничего большего, чем держание за руки. И конечно же Дэй знал все их места. Поэтому его появление не было неожиданностью. Кевин не стал долго ходить вокруг да около и прямо попросил Эндрю отвезти Ваймака в больницу, чтобы провести полноценный осмотр, а не тот, который мог предложить их медицинский кабинет. Миньярд согласился без лишних слов и, поцеловав Нила в щёку, ушёл до того, как Нил успел осознать произошедшее.        — Я напишу, — было последним, что сказал Эндрю.       Кевин начал распинаться в извинениях перед Нилом, не замечая, что тот даже не понимает их причины. Нилу пришлось оборвать его на полуслове, чтобы расспросить о том, что произошло. Клинический тон того, как Дэй разъяснял диагноз своего отца и то, каким спокойным он выглядел на протяжении всего этого, заставило Нила взглянуть на него под другим углом. Он не считал, что Кевин как-то неправильно относится с своему отцу, нет. Он скорее был поражён тем, как по-взрослому Дэй держал себя в руках, скрывая переживания. Окажись на его месте Нил, он бы уже с ума сошёл. Изменчивое состояние матери, пусть и было привычным, всё равно выбивало его из равновесия, даже если они и не виделись. А если бы что-то случилось со Стюартом? Нил бы сошёл с ума. Он даже представлять себе подобного не хотел.

***

      Ты можешь уйти после этого урока? — сообщение от Эндрю пришло буквально на следующем занятии.       Нил бросил писать конспект в тот же момент и быстро напечатал ответ. Может, Стюарт и будет ругаться, когда узнает о прогуле, но Нил уверен, что дядя поймёт его.       Я заберу вас с Кевином.       Нил нахмурился и отправил тревожное: «Всё плохо?». Быстрый ответ служил облегчением.       Нет, всё нормально. Эбби уже увезла Ваймака домой. Я просто хочу прогулять.       Нил позволил этой лёгкой лжи проскользнуть незаметной. Он и без этого в последнее время слишком часто говорил Миньярду о том, как ему нравится его преданность друзьям.       Кевин не выглядел почти что облегчённым, когда Нил нашёл их на парковке. Он ничего не сказал, просто забрался на заднее сидение и уткнулся в свой телефон.       Проводив его взглядом, Нил подошёл к Эндрю и тоже забрался на всё ещё тёплый капот машины.        — Привет.        — Привет.        — Ты выглядишь уставшим, — заметил он, глядя на опущенные уголки губ и тяжесть век Миньярда.       Ему не нравилось это выражение лица. Эндрю не был обязан всегда выглядеть хорошо — по мнению Нила он даже сейчас выглядел хорошо, — это было просто констатацией факта. На самом деле удивительно, как за каких-то пару часов мимика человека, черты его лица могли так измениться.        — Не фанат больниц, — делая последнюю затяжку, произнёс Эндрю и бросил взгляд через плечо. — Я хочу, чтобы мы провели сегодняшний день с Кевином.       Что же, это было ожидаемо. Нил легко кивнул и перехватил руку, что только что выкинула бычок.        — Я написал Стюарту, что случилось. Без подробностей, но так, чтобы ни он, ни Ники не переживали. А ещё предупредил Аарона, Кейтлин подвезёт его.        — Спасибо.       Нил улыбнулся на эту ненужную благодарность и боднул Эндрю, вдыхая его запах, немного морщась от чёткого шлейфа табака. Должно быть, вся эта ситуация с Ваймаком заставила его сильно переживать. Нил не был бы удивлён, если Миньярд выкурил подряд пару-тройку сигарет, когда учителя забрали из-под его ответственности.       Дорога до дома Кевина долгая. Он живёт на другой стороне города, намного дальше даже той части, где обитают Ники и близнецы. Обычный спальный район среднего класса представлял собой маленькие одноэтажные домики весьма ухоженного вида с подержанными автомобилями на площадках переднего сада. Нил впервые осознал, что Дэй, видимо, был куда менее обеспечен, чем его остальные друзья-Лисы. Это казалось весьма логичным, учитывая работу Ваймака и Эбби. Учителя и врачи получали достаточно, чтобы ощущать достаток, но в сравнении даже с малым бизнесом, вроде книжного Ники? Они уступали.       Кевин Дэй никогда не казался кем-то ниже уровня Рейнольдс. Не разбираясь в брендах, к ужасу собственного дяди, Нил всегда отмечал, что Кевин одет более чем стильно. Тот самый уровень, когда вещи не кричат громкими названиями, написанными крупными буквами где только можно, но при этом чувствуется цена каждого цента в прочности и качестве вещей. Его немного высокомерное поведение и взгляд на всё сверху вниз предполагали наличие влияния и той самой силы, которая приходила с наличием денег. По крайней мере, Нил считал так раньше.       Видеть своего учителя в неформальной обстановке, а тем более в его собственном доме во время болезни этого самого учителя — разрыв шаблона Нила, из-за которого он впал в ступор прямо на пороге, когда Ваймак вышел из ванной и несколько раз моргнул, глядя на них. Уверенность в том, что Кевин предупредил домашних о гостях, таяла на глазах.       Нил чувствовал себя так же кисло, как Ваймак смотрел на Эндрю.        — Я думал, что избавился от тебя, — достаточно грубо сказал учитель и скрестил руки на груди.       Шаблон Нила окончательно распался на мелкие кусочки, которые не подлежали ремонту, когда он заметил, что вместо привычных рубашек, свитеров или лонгсливов на Ваймаке обычная майка алкоголичка с несколькими въевшимися пятнами и довольно сильно растянутая. Мало того, что их учитель, оказывается, до сих пор имеет хорошую фигуру, которую обычно скрывают свободные вещи, он также имеет довольно агрессивные на вид татуировки. Глядя на него сейчас, Нил с трудом видит в нём неловкого педагога, который своей помешанностью на истории соперничает разве что с собственным сыном.        — Не думал, что ты настолько глуп, чтобы мечтать, — весело ответил Эндрю, отдавая честь двумя пальцами.        — Как себя чувствуешь, пап?       Бровь Ваймака дёрнулась. Нил догадывался, как часто за сегодня он слышал этот вопрос, однако взгляд учителя быстро смягчился, когда он посмотрел на Кевина.        — Уже лучше. Если хочешь помочь, можешь поговорить с Эбби, чтобы она от меня отстала.        — Не-а, — Кевин фыркнул и, наконец, нормально улыбнулся. — Это твоё наказание.       Вид глумящегося Дэя не мог не забавлять, особенно, когда он вызывал такую смесь эмоций на лице Ваймака. Нилу казалось, что он вот-вот закатит глаза — или истерику, — но к чести Дэвида, он лишь вновь скуксился.        — Хэтфорд, ты-то не собираешься издеваться над стариком?       Нил немного дёрнулся от резкого обращения.       Во-первых, он не думал, что на него вообще обратят внимание. Кажется, этим троим было достаточно комфортно общаться между собой. Учитывая то, что Эндрю и Кевин дружат ещё со средней школы, было бы вполне логичным, что он часто посещал этот дом. Отсюда и это панибратское обращение к Ваймаку, хотя сложно было сказать, насколько уважительным Эндрю был в школе, ведь Нил ни разу не видел, чтобы они делали что-то большее, чем редкие приветственные кивки.       Во-вторых, сейчас, когда грозный карий взгляд Ваймака теперь был направлен на него, Нил чувствовал себя крошечным. Неприятное ощущение, которое он забыл и успешно не вспоминал на протяжении нескольких лет. Это отличалось от того, чтобы чувствовать себя маленьким в физическом плане — это, как раз, было достаточно привычно при ежедневном общении с Кевином и редких взаимодействиях с Мэттом. Эта крошечность была, скорее, чем-то абстрактным. Будто муха встретила слона. Нилу казалось, что при неправильном движении маленьких крылышек, его раздавят без малейшей мысли и, возможно, даже неспециально.        — Нет, сэр.       Слова вышли с трудом. Сжимая в руках пальто, которое он уже успел снять, Нил мечтал о том, чтобы спрятаться за чем-нибудь, но удача, ожидаемо, была не на его стороне. Кевин уже разулся и стоял дальше расстояния вытянутой руки, а Эндрю копался где-то позади в поисках мягких тапочек, которые он и Нил могли бы обуть (как у себя дома, ей-богу).       Безопасный ответ, кажется, не впечатлил Дэвида. Усталость его вздоха падала тяжёлым грузом на плечи окружающих и в полной степени передавала всё то, что он думал о ситуации. Мужчина энергично потёр ладонью лицо, ворча.       Резкость этого движения была неожиданной. Немного позже Нил поймёт, что в этом не было даже отдалённо ничего пугающего, однако это произойдёт тогда, когда он несколько раз проанализирует ситуацию и рассмотрит её со всех сторон. Сейчас же у него не было такой возможности. Поэтому он делает то, что диктуют его рефлексы.       Отклонившись назад, он делает несколько поспешных мелких шагов, пока не наступает на ногу Эндрю, и они вместе падают.       Грохот столкновения тел с полом сотрясает, кажется, стены. Нилу плевать на то, как удивлённо смотрит на него Кевин и как с грустью — Ваймак. Его мозг только начинает осознавать случившееся.        — Ты в порядке? — Нил быстро подскочил на ноги и развернулся к Миньярду, который принял весь вес падения на себя.       Судя по болезненному прищуру глаз, удар костей о твёрдый пол не смягчали даже самые крепкие мышцы.        — Ты — угроза, — проворчал Эндрю, принимая его руку и поднимаясь.       Он продолжал растирать копчик и ворчал себе под нос, поглядывая на Нила с куда более сложными эмоциями, чем обычное недовольство. Пусть это и было не очень приятно, Нил решил позволить рассматривать себя под этим пристальным взглядом и игнорировать ещё два, устремлённых ему в спину.        — Никаких травм в этом доме, — пригрозил Ваймак, но на этот раз звучал куда более знакомо и мягко, чем раньше. Многим больше похожим на тот тон, который он использовал в школе. — Киви, не мори гостей голодом и сильно не шумите. Я буду у себя в кабинете.        — Мы можем заказать доставку?        — Ничего, что бы не одобрила Эбби, и порцию на меня.        — Договорились, — Кевин ухмыльнулся. — Нил, пойдём я покажу тебе комнату; Эндрю, принеси сок.       Словно провинившийся щенок, Нил был схвачен за шкирку и силой выдернут с места. Возмущение и негодование бурлили под кожей, собирались выйти наружу под видом бранной речи. Он начал вырываться, когда Кевин просто перекинул его через плечо и подбросил, чтобы заткнуть. Унижение накрыло с головой, лишая слов.       Ваймак и Эндрю с одинаковой забавой в глазах наблюдали за тем, как Дэй просто уносил Нила дальше по коридору.        — Не урони, — предупредил Миньярд перед тем, как развернулся и затопал на кухню.

***

      Нил отказывался разговаривать с Кевином следующие полтора часа и целых двадцать три минуты игнорировал Эндрю, чувствуя себя слишком преданным ими обоими. Наверное, он продержался бы дольше, если бы Миньярд не стал диктовать Кевину любимые тайские блюда Нила. Он просто не мог в этот момент не посмотреть на Эндрю с глупой улыбкой. Это было воспринято, как перемирие.       Схватив второй геймпад, Эндрю плюхнулся на пол, опираясь спиной на кровать и ноги Нила и расслабляясь, когда Нил уложил свой подбородок ему на макушку. Замечания, как и слишком довольный взгляд Кевина, были проигнорированы ими обоими.       Деградировать в комнате Кевина было приятно («Это отдых, Нил, не деградация». «Скажи это моему дяде, Кев». Так, собственно, обиженный игнор был снят с Кевина).       Около часа Нила развлекали тем, как Кевину раз за разом надирают задницу во всевозможных играх: от гонок, до шутеров, — легко принимая его нежелание играть самому. Хотя Эндрю и продолжал протягивать ему контроллер при каждой смене игры, он не настаивал на том, чтобы Нил обязательно попробовал. У него не было предубеждённости или нелюбви к играм, ему иногда нравилось несколько часов зависать в какой-нибудь аркадной бродилке, но это было скорее исключение, чем правило. После того, как на протяжении трёх лет Нил не занимался иными развлечениями, кроме игр, он старался больше не тратить на них слишком много времени и в целом был холоден к ним большую часть времени. Вместо того, чтобы играть самому, ему больше нравилось отвлекать Кевина комментариями и подсказывать Эндрю, где лучше спрятаться или срезать путь.       В какой-то момент терпение Кевина не выдержало, и он швырнул геймпад на пол, поворачиваясь к Эндрю и грозно глядя на него.        — Так нечестно! Он, — Кевин ткнул вверх, прямо в бедро Нила, но так и не поднял взгляд. Даже сидя на полу, он был лишь едва ниже Нила. Это было отвратительно. — Он в команде с тобой! Я тоже хочу злобного гения в качестве поддержки.       Куда более бережно отложив контроллер, Эндрю повернул голову к Дэю и ухмыльнулся, упираясь лбом в колено Нила.        — Бедный Кевин, — вздохнул он с приторным сочувствием и похлопал его по щеке. — Ищи своего злобного гения, этот мой.        — Он и мой друг тоже, — Кевин совершенно по-детски скрестил руки на груди и надулся. — Нил, давай пару раундов со мной?        — Не-а, — смеясь, Нил покачал головой и запустил ладонь в волосы Эндрю, бездумно начиная с ними играться. — Эндрю мне нравится больше.        — Ты не можешь выбирать между друзьями.        — Почему это?        — Потому что это неправильно.        — Лицемеришь, Кевин. Сам ведь всегда игнорируешь Сета, считай, что Нил великодушно предложил тебе роль Гордона в нашем небольшом комьюнити.        — Я не дружу с Сетом, вы знаете это.        — Ага, ты ревнуешь к нему Элисон и думаешь, что рано или поздно появится тот самый звёздный час для твоего выхода, — Нил фыркнул. Может, он и почти и не общался со старшеклассниками, ему вполне хватало воздыханий Дэя на протяжении последнего месяца и его откровенного нытья, чтобы собрать целую картину. — Но мне кажется, что, если ты так и будешь трусить, они выпустятся раньше, чем этот час настанет. Ты либо действуешь, либо жалеешь до конца жизни, что так и не набрался смелости. Всё просто.        — Вау, с каких это пор ты гуру по отношениям? — насмехался Кевин.        — М-м-м, дай-ка подумать, — Нил нахмурился и постучал пальчиком по подбородку. Все эти несколько секунд его взгляд не отрывался от макушки Эндрю, удобно лежащей на его ноге. — Последние пару недель?        — Две с половиной, — поправил Эндрю.        — Две с половиной, — Нил кивнул и посмотрел на Кевина. — Что на целых две с половиной больше, чем ты.       Кевин выглядел так, будто бы не знал, радоваться ли, что ему, наконец, сказали прямо, либо продолжать быть засранцем. Судя по тонкой гадкой улыбочке, он выбрал второе.        — Ой, правда? И тебе даже не потребовалось ехать к врачу?        — Кевин!        — К какому врачу?       Нил чувствовал, как напряглось тело Эндрю.       Он медленно поднял голову и собирался повернуться, но Нил обвил его шею, обнимая и не давая сдвинуться.       Лицо начинало знакомо нагреваться, что было не так страшно в сравнении с тем, что Эндрю узнает о том немного истерическом звонке Кевину.        — Неважно, Кевин просто несёт чушь.        — О, нет. Это не чушь, Нил. Я бы на твоём месте рассказал всё Эндрю и поехал бы вместе с ним на приём. В этой душещипательной истории тебе потребуется его поддержка.        — Кевин, заткнись, — прошипел Нил, бросая на него самый грозный взгляд, на который только был способен.        — Как я могу, когда парень моего друга так обеспокоен своим здоровьем. Я, в отличие от вас, беспокоюсь и поддерживаю своих друзей. О, кажется, это курьер, — услышав трель дверного звонка, он быстро подскочил на ноги. — Поболтайте пока, а я пойду расплачусь.       Хлопок двери — удар молотка судьи, выносящего приговор. Наказание Нила за длинный язык Кевина — чувство стыда и переживающий Эндрю в руках. И, к сожалению, второе перевешивает первое, не оставляя ему выбора.        — О чём говорил Кевин?       Эндрю, как и обычно, каким-то образом чувствует, что именно нужно Нилу, поэтому позволяет обнимать себя, даже если ему самому до дрожи нужно осмотреть Нила и убедиться в его целостности. Это слишком трогательно, чтобы сопротивляться.        — Обещай, что не будешь смеяться, — уткнувшись лбом в собственное предплечье, промямлил Нил.       Запах карамели и табака, ассоциирующиеся исключительно с Миньярдом, наполнил его лёгкие, расслабляя. Не так сильно, как хотелось бы, но вполне достаточно, чтобы отпустить ситуацию. Нил просто обязан потом отомстить Кевину, и это будет нечто большее, чем простая подстава. Уж он-то постарается.        — Со мной всё хорошо, правда. Просто я глуп, а Кевин — идиот.        — Ты не глуп, — поспешно опроверг Эндрю. С губ Нила сорвался смешок. — Немного, может быть. Ты не обязан рассказывать только потому, что Кевин — придурок. Но я хочу, чтобы ты сказал, если что-то беспокоит тебя.        — Раньше беспокоило, сейчас всё в порядке.        — Ты уверен, что лечение, не прописанное врачом, помогает, а не вредит?        — О, я очень уверен, — Нил фыркнул и перестал прятаться.       Эндрю положил ладонь на руки, обвивающие его шею, и похлопал то ли в ободрении, то ли в принятии. Нил находил это невозможным.       Почему Миньярд так верил всему, что он говорил? Как понимал, когда следует надавить, а когда дать время и пространство разобраться самому? Как за такой короткий срок Эндрю сумел увидеть его и разобрать все хитросплетения страхов и бесконечный поток мыслей, добраться до самой сути? Нил не понимал этого. Казалось, что пока сам он едва-едва сдвигается с места, микро шажками движется вглубь Эндрю, тот давно пересёк все оградительные линии и уже обосновался в самом нутре.        — Помнишь, когда я поцеловал тебя в машине? — прошептал Нил ему на ухо, улыбаясь воспоминанию.       Эндрю кивнул. Со своего места Нил видел, как его лицо потеплело, а худые щёки немного приподнялись из-за улыбки.        — Я позвонил Кевину, когда пришёл домой. Моё сердце так странно вело себя в тот момент. На самом деле, это началось раньше, но именно тогда я подумал, что вот оно — очередная вещь во мне дала сбой, сломалась и стала неправильной. Убеждённый, что мне нужно проверить сердце, я позвонил Кевину, чтобы поделиться этой паникой. Он помог мне, пусть даже теперь и ведёт себя, как засранец. Кто же знал, что то пресловутое учащённое сердцебиение, описывающееся во всех этих романах, так похоже на тахикардию? — шёпот Нила был наполнен недовольством и обидой.       Конечно же ответ лежал на поверхности, и кто-то столь же искушённый, как Эндрю или Кевин, поняли бы это мгновенно, но Нил? До прошлого года он не думал, что термин «друг» будет слетать с его губ так естественно и искренне, как делает это сейчас. Так что вероятность того, что он чем-то заболел, была в его глазах намного выше, чем подобные глубокие чувства.        — Кевин сказал тебе, что я тебе нравлюсь?        — Да?       Спина Эндрю сотряслась от сдерживаемого смеха.        — Эй! Кто знал, что есть так много граней «нравится»?! Я просто думал, что ты мой лучший друг, и поэтому я так много чувствую рядом с тобой. Но Кевин тоже мой близкий друг — не говори ему, — но, когда он спросил, хочу ли я его поцеловать, меня начало тошнить.        — Могу себе представить, — Эндрю фыркнул.        — Не то чтобы он внушил мне эту мысль, понимаешь? Когда он сказал, что это «нравится» может выражаться по-разному, в моей голове что-то щёлкнуло. «Вот оно» — подумал я и почувствовал, как какой-то груз просто испарился.        — Стоит ли мне благодарить Кевина?        — Нет, ни в коем случае. Он станет невыносим.        — Он уже, — Эндрю с забавой покачал головой и ещё раз похлопал его по руке, на этот раз прося ослабить объятия.       Нил послушно отстранился.       Кевин выбрал именно этот момент, чтобы вернуться в комнату с пакетами в руках.        — Сом Там, Пад Тай, Том Ям и Том Кха к вашим пустым животам прибыли.        — Мы его игнорируем? — не глядя на Кевина, спросил Нил.       Его пальцы гладили нежную кожу шеи Миньярда, вызывая вполне заметные мурашки, пока сам парень пролистывал киноафишу на телевизоре. Настало время фильмов. Эндрю быстро перешёл в раздел мультфильмов и дёргал плечами время от времени, но не предпринимал попыток уйти от контакта. Нил предполагал, что ему нравится.        — Мы его игнорируем, — подтвердил Эндрю и даже не закатил глаза, когда Кевин обозвал их. — Ледниковый период два или?..        — Ледниковый период, — хором произнесли Нил и Кевин.        — В чёрт знает какой раз, — вздохнул Эндрю и всё же нажал на плей.       Шелест пакетов сопровождал движения Кевина, пока он раскладывал еду на небольшом хлипком столике, который пододвинул из угла комнаты, чтобы все они могли нормально поесть. Помощь Эндрю заключалась в том, что он поднял все три кружки с пола и поставил рядом с картонными коробочками, влекущими своими запахами. Помощь Нила заключалась в том, что он выпустил Миньярда из своей хватки на достаточно длительное время, чтобы тот мог поднять напитки на стол.       События на экране мало интересовали, как и заметил Эндрю, этот мультфильм каждый из них видел достаточное количество раз, чтобы знать все диалоги по памяти. Вновь разместив ладони под челюстью Эндрю, Нил слегка надавил на подбородок, заставляя его повернуться. Это был невинный жест, который должен был быть простым перемещением, но что-то пошло не так. Внезапный прилив жара ударил Нила под дых.       Тяжело сглотнув, он слишком пристально осматривал спокойное лицо Эндрю, который ожидал от него следующего шага.       Миньярд никогда не сопротивлялся, когда Нил тянул и толкал, чтобы разместить их для большего удобства. Однако это всегда ощущалось скорее позволением, чем контролем. Будто Эндрю всегда знал, что именно он хочет сделать и давал на это разрешение, а не следовал за ним. Так отличалось от того, как сейчас Эндрю просто позволял манипулировать собой, полностью поглощённый в анимацию вымерших животных в телевизоре. Это однозначно было не самым удобным положением для просмотра, но он не жаловался.       Нил чувствовал себя странно. Он не хотел думать об этом: ни о тяжести конечностей, ни о жаре, сползшем куда-то ниже по его телу.       Наклонившись, он привычно накрыл губы Эндрю, которые встретили его где-то по пути вниз. Тянущийся поцелуй был достаточно ленивым, чтобы быть простым касанием. Только вот это не помогало. Казалось, что в нутро Нила добавили несколько капель керосина, который заставил огонь полыхать.       Мазнув губами по приоткрытым губам Эндрю, Нил заставил себя отстраниться.       Чем бы ни было то, что он сейчас чувствовал, для этого явно было не самое подходящее время. Не тогда, когда он находится в доме своего учителя истории с Кевином под боком.       Оставив лёгкий поцелуй на лбу Миньярда, он попросил передать свой Том Ям и подключился к просмотру, полностью отгоняя посторонние мысли.