Шоу начинается!

Обстоятельства, при которых Чифую Мацуно попал в кому, до сих пор были неизвестны. По словам оперативников, которые участвовали в операции, Чифую был на чердаке совсем один. Теперь дело принимало крутой оборот, практически весь отдел напрочь забыл о разгулявшемся на улицах Токио маньяке, безжалостно убивающий любого, кто выйдет на улицу после захода солнца. Тачибана Хината, чей брат работает в одном отделе с Ханагаки, хоть практически и не пересекался с ним, но имел возможность частенько видеть Мацуно. Его сестра узнала о печальных событиях, произошедших с Мацуно и Ханагаки только спустя несколько дней. Девушка немедленно поспешила в центральную больницу, чтобы навестить дорогого ей человека. Когда-то они были парой, но Такемичи так увлекся работой, что Хината просто не выдержала такого в чистом виде саморазрушения переработками и желанием угодить всем и вся. Она до сих пор любила Ханагаки, но уже из принципа не показывала своих чувств. Сейчас обстоятельства сложились немного иначе, такого исхода девушка точно не ожидая. У Мичи не было причин совершать суицид, но по какой-то причине все считали это личным делом самого Такемичи. Случай с Мацуно дал несколько предположений. Учитывая, при каких обстоятельствах, пострадал блондин, и с какими именно повреждениями его вывезли из дома, появилась мысль о том, что парочка сунула нос не туда куда надо, слишком глубоко, нашла то, чего видеть и знать им просто не положено. Скорее всего, именно это и послужило поводом для убийства обоих. Именно поэтому сейчас парни лежали в больнице под охраной полиции. Они знали то, чего не знал никто и могли вывести убийцу, а скорее всего группу убийц, на чистую воду. Потому что один человек явно не в состоянии незаметно покушаться на жизнь двух сотрудников полиции. Хината уже битый час ругалась с администратором, который ни в какую не хотел пускать её к Ханагаки. Тогда она пошла на пролом и потребовала охрану пропустить её, показывала паспорт, где черным по белому указывалась фамилия брата, это должно было послужить веским аргументом, чтобы её пропустили навестить возлюбленного, но те только сдерживали Тачибану. И она бы так и ушла, разревелась бы, закатила истерику, показалась бы невменяемой, но ушла бы, если бы не одно но…. - Пропустите её, - тихий голос раздаётся со стороны двери. В проёме стоит низкорослый мужчина, блондин, крепкого телосложения и с пустым взглядом. Хината ещё никогда не видела никого похожего в кругах полиции, но очевидно он имеет хоть какой-то авторитет, если охрана послушно пропускает её внутрь. Хоть она и не знает этого человека, но припоминает, что где-то видела его. Осознание приходит слишком резко, от чего Тачибана, приоткрыв рот, таращится на блондина. - Манджиро Сано, - припоминает она имя из сводок брата. Это улыбающийся циркач, чертов адский дрессировщик, пожиратель сердец многих девушек, в тот день приставал к её Такемичи. - Я помню тебя, - произносит он, когда за ними закрывается дверь, а мужчина садится на стул. Он восседает на простеньком стульчике, закинув ногу на ногу словно настоящий король, по крайней мере именно так это ощущает Хината. - Ты в тот вечер просто пылала от злости и завести, - произносить он, - Ты знала, что зависть – это страшный грех? – Майки поднимает на неё пустой, но, тем не менее, жуткий взгляд. Он смотрит так, словно она достойна лишь гореть в аду за то, что позволяет себе любить Такемичи, но не мешать его работе и личной жизни. - Тебя это разве касается? – вздергивает она подбородок. Хината подходит к кровати с другой стороны, садится рядом и в её взгляде читается неподдельная нежность и любовь. Майки от одного этого зрелища тихо бесится, напрягая всем телом, словно прямо сейчас готов вырвать своего любимого и рук этой ведьмы. Тачибана касается его волос, мягко гладит и наклоняется для короткого поцелуя в лоб. Зрачки Майки сужаются. Он вскакивает, роняя стул на пол, тот с шумом ударяется о пол, явно привлекая внимание охраны. И в ином случае они бы немедленно ворвались в палату, но точно этого не сделают, Майки знает это. Он упирается одним коленом о край кровати и прижимает голову Ханагаки к своей груди, смотрит зверем на девушку, ещё немного и он бы набросился на неё, желая перегрызть глотку, оторвать руки и привести в адское месиво милое личико. Для Майки оно отнюдь не милое. - Только тронь его ещё раз, я клянусь, ты пожалеешь о том, что вообще живешь и смотришь на этого человека, - рычит Сано. Хината отшатывается к стене. В её глаза отражается страх, граничащий с настоящей истерикой и животным ужасом. Она боялась, что из-за таких резких движений Сано просто отсоединит Мичи от аппарата жизнеобеспечения, но нет. Как Манджиро удавалось так осторожно и грубо прижимать к себе брюнета, не навредив при этом, для девушки оставалось загадкой. - Почему…. Почему охрана ещё не здесь? – шепчет она, не отводя взгляда от Майки, в ожидании, что тот вот-вот набросится на неё и пустит кровь. На этот вопрос Майки не ответил. Хината в истерике метнулась на коридор. Крики и просьбы убрать от Мичи Сано, который в её глазах стал настоящим монстром, никак не повлияли на невозмутимость охраны. Только сейчас, рассмотрев мужчин лучше, а точнее всмотревшись в их глаза, девушка заметила затуманенный взгляд. - Что за… - не успела она договорить, как рык послышался прямо над ухом. Что-то влажное, на подобии слюны, капнуло на шею. Раздался тихий животный фырк и после этого Тачибана в панике убежала прочь. Оглянувшись, она поняла, что никого в коридоре нет. По крайней мере животного точно. Дотронувшись до шеи, дыхание перехватило, рука была в чужой слюне. Рычание слышалось прямо перед её лицом. Хината в ужасе рванула к выходу, цокая каблуками туфель. Стоило добежать до лестницы, как девушка неудачно оступилась и кубарем полетела вниз. Возможно, кто-нибудь смог бы предотвратить трагедию, если бы хотя бы одна живая душа сейчас поднималась сюда. Неудачное падение стало причиной смерти молодой девушки. Последнее, что она увидела перед тем, как окончательно погрузится в темноту, стал силуэт Майки, который вышел из палаты, чтобы удостоверится в смерти Тачибаны. Услышав грохот, несколько врачей рванули на лестничную площадку. Застав там девушку с пробитой головой, те попытались хотя бы нащупать пульс, которого уже не было. Хината Тачибана умерла. Осмотр палаты Ханагаки, не дал никаких ответов. Палата находилась в том же остоянии, что и прежде. - Никого, кроме Тачибаны, здесь не было, - произносит охранник. Врачи задумчиво кивают. Пересматривая камеры, они видели, как девушка, кажется, просто обезумила и с животным ужасом на лице побежала к лестнице, неудачно оступилась и покатилась вниз. Кроме Хинаты камера больше не уловила никого на лестничной площадке. Чифую несколько дней стоял над собственным телом, к которому подключили все возможные трубки, что-то вкололи, в общем, зрелище было жуткое. А ещё хуже было стоять у окна и наблюдать, как на улице бушуют разного рода призраки. Совсем недавно он и вовсе вышел прогуляться по больнице. Души всё ещё живых пенсионеров, которые должны были умереть со дня на день, ерошли его светлую шевелюр, хлопали по плечу. - Мальчик, не переживай, ты в хороших руках и всё у тебя будет хорошо, - произносила одна из старушек, держа Чифую за руку. Мацуно молча кивал, надеясь, что слова бабушки не просто слова. Чифую много времени находился в палате Такемичи и каждый день, сидя на подоконнике, наблюдал, как Сано просто заходит внутрь, иногда предупреждая о своем присутствии стуком, чтобы Чифую вовремя отошел от Ханагаки. Оказалось Сано абсолютно не нравилось, что кто-то ещё мог касаться брюнета. Так он стал свидетелем гибели Хинаты Тачибаны и долго ходил, поджимая губы. Он видел призрак убитой девушки, которая не смела подняться на третий этаж, где лежал Такемичич. Ей было страшно. Сано стал негласным монстром в том здании, его боялись все, и все знали, что при желании Майки мог спокойно отправить душу в загробный мир. Исключением был только Чифую. И то,он избегал участи окончательно умереть только потому, что Тора и Баджи постоянно сопровождали Майки. Как выяснилось двое шинигами ни на шаг не отходили от Сано в пределах больницы, по крайней мере один из них оставался рядом, а второй уводил Чифую, чтобы в очередной раз уговорить его перестать цепляться за собственное тело, с ним ничего не случится. - Я не верю, - отзывается Чифую, смотря на Ханемию. Он боялся уходить и оставлять себя без присмотра. - К тому же… Где душа Такемичи? – нервно произносит он, глядя на палату друга. За всё время он ни разу не встретил душу своего друга. - Мы занимаемся его поисками, - отвечает Тора, отводя взгляд. Чифую горько усмехается. - Поверить не могу, что всё происходящее реально, - шепчет он. Но прямо перед ними призраки пожилых людей, которые мирно сидят на скамейках и обсуждают последние новости потустороннего мира. - Лис всё чаще приходит сюда, иногда даже на ночь остается, - вздыхает старичок. - Да что ты, мальчик за любимого переживает, столько натерпелся, бедняжка, о нём давно ходит множество слухов, - лепечет старушка. Чифую уже не вслушивается в их слова, ему сто раз говорить не нужно, и так понятно кого именно подразумевали под «лисом». - Почему вы молчали о том, что Майки на самом деле кицуне? – выгибает бровь Мацуно. - А ты поверил бы? – Тора повторяет эмоцию за младшим. -Хотя бы попытался…. Почему он поступил так с Хинатой? – шепчет Чифую. Тора закусывает губу. - Вообще, информация не для лишних ушей, пойдём на крышу и там всё обсудим, - Тора направляется к лестнице, которая ведет на крышу.