Шоу начинается!

Выйдя на крышу, парни сели на самый край. Чифую раньше так боялся таких высоких мест, он всегда не любил крыши, поскольку именно отсюда единственным выходом при погонях, всегда является смерть. Он смотрит вниз, понимая что больше не ощущает того дикого страха высоты, сейчас бы он легко и без страха мог стать спиной к пропасти и рухнуть вниз, просто ради развлечения, он всё равно ничего не почувствует. - Майки из древнего рода лис, все кто состоят в цирке, с ним практически с самого начала, уже несколько веков мы скитаемся по земле, развлекаем людей, каждый раз всё новыми и новыми трюками, всё зависит от эпохи, - негромко начинает Кадзутора. Чифую поворачивает на него голову, он слегка ошеломлен тем, что Тора не собирается убегать от ответа. - Мне будет значительно проще, если ты будешь задавать вопросы, - произносит он. Чифую кивает в знак того, что понял. - Почему он так прилип к Такемичи, - этот вопрос волновал его очень сильно. Тора поджал губы. - Потому что Мичи уже не в первый раз перерождается. Мы путешествуем по миру, следуем за Майки, который только и ждет, когда его возлюбленный снова явится на этот свет, в этой эпохе он ведёт себя наглее и смелее, потому что в прошлые разы, Такемичи даже не знал о его существовании, - пожимает плечами Тора. Мацуно замирает от этих слов. - К слову, он не один такой, например я и Баджи из эпохи в эпоху ждём твоего перерождения. Каким бы ни было время, какой бы у тебя ни была судьба, ты всегда будешь проходить всё препятствия со своим другом Такемичи, - мягко улыбается Ханемия. Чифую сглатывает, пока Кадзутора не касается его, притягивая ближе, чтобы обнять. - На сколько я помню, ты всегда переживал смерть своего друга и после этого умирал сам, ты столько страдал из-за потери семьи, из-за издевательств, мне действительно очень жаль твою израненную душу, которая никогда не получала той любви, которую ты так хотел, - шепчет Тора. Чифую поддается, он не сопротивляется от слова совсем и даже позволяет устроить свою голову на коленях шинигами. Ханемия нежно и ласково перебирает светлые пряди волос. - Ты призрак, но я уверен, если мы найдем Ханагаки, то оба вы вернёте свои тела и будете такими же живыми, как и раньше, - улыбается он. Чифую смотрит на его мягкую и теплую улыбку. - Где гарантии, что это не очередной конец? – шепчет Мацуно. Тора тихо смеется. - Ну уж нет, я не позволю тебе так просто умереть снова, - произносит он. Чифую чувствует, как сердце бьётся чаще, хотя у призраков же его нет, верно? - Спасибо,- шепчет он. Ран сидит на крыше одного из здания, наблюдая, как ёкаи неспешно продвигаются в толпе между прилавками с экзотическими блюдами, авторскими рецептами приготовления человечины и публичных истязаний грешников. Рядом в воздухе замер призрак, рассматривая весь ужас японской мифологии. - Я всегда думал, что это сказки, - шепчет Ханагаки. Ран хмыкает. - Вовсе нет, - он ведет плечом, совсем не смотрит на призрака. Голубоглазый садится рядом, болтает ногами в воздухе и искренне не понимает к чему весь этот спектакль. - Зачем ты столкнул меня с крыши? –тихо интересуется Ханагаки, не сводя холодных глаз с демона. Ран поднимает голову, рассматривая звездное небо. - За тем, что ты явно не понимаешь на сколько большую боль ты причиняешь Сано, он столько веков находился рядом,но, то, что ты сделал с ним в первую и последующие встречи, навсегда останется с ним, - негромко отвечает Ран. Мичи округляет глаза. Только сейчас до него дошло, что весь пиздец, который сейчас происходит скорее всего появился исключительно по его вине. - Гибель тех людей на твоей совести, Ханагаки, - словно читая мысли парня, произносит Хайтани. Мичи встряхивает головой. - Я больше удивляюсь тому, как кто-то вроде тебя, смог полюбить человека, или Нахоя тоже какое-то мифическое чудовище? – усмехается Мичи. Ран расхохотался. - Отнюдь, он и брат близнец, наверное, единственные люди в нашем цирке, - усмехается Хайтани. Брови Мичи неумолимо ползут вверх от понимания того, что всё это время он спал рядом с нелюдем. - А Майки? Кто на самом деле Майки? – шепчет Такемичи. - Лис, как и его сестра с братом, теперь ты понимаешь? Ты делал ему больно на протяжении десятки веков с момента твоего рождения, ты был предначертан ему судьбой, но видимо ками был жесток к лисам, и ты в упор не замечал Сано, концентрируясь на одной единственной девчонке, - произносит Хайтани. Такемичи в ужасе осознает, кого именно имеет ввиду демон. - Хина…- произносит её имя призрак, почти не слышно, но произносит. Ран кивает. - Всё верно, - подтверждает Ран. Они какое-то время молчат, смотрят на людную улицу, словно фоновый шум толпы мог отвлечь их от раздумий. И Ханагаки искренне надеялся, что всё это сущий сон. - Ты разбивал его сердце, тогда в нём поселилась тьма, которая обрела свою волю и свой разум, эдакий внутренний демон, сотканный из эгоистичных желаний самого Майки, и, чтобы он не потерялся в этой тьме, есть цирк и семья, а также пожизненная миссия истреблять демонов, мне приходится действительно вкалывать, чтобы держать демона Майки на коротком поводке. Пока его благородство пересиливает эгоизм, миру не грозит полный крах, - улыбается Хайтани. Мичи сидит молча, думает, ставит себя на место блондина и признаться честно, Ханагаки приходит к неутешительным выводам о том, что он и сам бы погрузился во тьму, если бы та, которую он до безумия любил раньше, отвергала его просто так, просто потому что он не человек. - Я хочу помочь ему, он определенно страдал, - шепчет Такемичи. Ран смотрит на парня с удивлением и тут же принимает серьезный вид. - Ты уверен? Просто я именно это и ожидал услышать и подготовил для тебя действительно страшное испытание, я не был уверен, что твоё тело выдержит, поэтому пришлось прибегнуть к крайним мерам и вытаскивать душу,- мило улыбается Хайтани. Мичи кивает, он согласен на всё, лишь бы помочь Манджиро. Нахоя же резко вскакивает со своего места, весь в холодном поту и с мокрыми дорожками от слез. Не смотря на пробуждение и тот факт, что кошмар закончился, Хоя прижимает к себе колени, плачет, его плечи и тело мелко дрожат от одного только воспоминания. Ран входит тихо, смотрит на своего мальчика, но своего присутствия не скрывает, нарочно хлопая дверью и подходя к кровати. Хайтани тихо садится рядом, обнимает любимого за плечи и осторожно разворачивает к себе, позволяя уткнуться лицом в его плечо. - Опять кошмар, - вздыхает старший, целуя своего малыша в щечку.